Эффект нацебо.

Через расщелину там, высоко, было видно кусочек голубого неба. Лучи закатного солнца косо ложились на камни. - Я же говорила. А пошли бы сразу там, где я сказала - нашли бы нормальный выход. Заключила Кори. Кас грязно выругался. Вецина тяжело вздохнула. - Не думаю, что есть смысл идти куда-то ещё. На это уйдёт куча времени, которого у нас нет. Раздумчиво продолжила Кори, разглядывая высоту. - Чисто в теории, если ты, рыжий, меня подсадишь, я вылезу наверх. В отличии от вас, я достаточно ловкая для этого. - И что? Хмыкнул Кас. - Ну вылезешь ты. - Найду что-нибудь, чтоб вытащить вас, или хотя бы дичь какую поймаю. - Или бросишь нас здесь умирать? Тоже ведь вариант. Кас сложил руки на груди. - У тебя есть другой план, сударь Гордость? Огрызнулась Кори. - Мы плутали в этих пещерах около пяти дней, как думаешь, сколько нам потребуется, чтобы найти другой выход? Кас примолк. Задумался. Посмотрел на Вецину и нехотя произнёс. - Вы старше. Вам и решать. Вецина фыркнула. - Скинул ответственность на старую женщину. Достойно молодого мужа́! Пусть лезет. Выхода другого нет, права девка. Кас вздохнул. - Я ничего не скидывал. Если она предаст нас, уже будет без разницы, кто ответственен за это решение. Лайян поднял голову и тихо произнёс. - Кори не предаст. Кори глянула на него, тихо бросила. - Молчи. Итак выглядишь, будто откинешься вот-вот... Кас нахмурился. Вецина вздохнула. - Ладно. Какой план? Кас повернулся к Кори. Та хмыкнула. - Подсади меня. Лайян закрыл глаза. Он понимал, как прозвучали его слова, но ему очень хотелось верить в Кори. Верить в то, что она больше не предаст. Верить, что они всё-таки друзья. Он слышал, как кряхтел Кас, как Кори карабкалась наверх, как сыпались камушки, а потом - её голос откуда-то сверху. - Держитесь там! Я найду как вас выколупать из этого очка! Кас вздохнул. - Теперь наши жизни в руках ненадёжной девицы неясного происхождения. Всегда мечтал. - Чем тебя не устраивает её происхождение? Лайян открыл глаза и устало посмотрел на Каса. - Тем. Странная она. Обронил тот. - Кори не подведёт. Она нас здесь не бросит. Уверенно произнёс Лайян. - Откуда такая уверенность? - Я ей верю. Лайян пожал здоровым плечом. - У нас ведь и выхода-то нет, правда? Кас цыкнул языком. - Может хватит это уже повторять? Я и с первого раза понял. Время шло. Солнце зашло, прошла ночь, начался новый день. Лайяна вновь начала мучить жажда, вновь начало знобить. Суставы ломило, хотелось спать, голова соображала с трудом. Теперь было ещё и холодно - в расщелину задувал ветер. Лайяна укутали в плащ Каса, но его всё равно знобило. Область раны вновь начала гноиться и жутко болеть. От всего этого очень хотелось расплакаться, но слезы не шли. Лайян лишь трясся, мысленно повторяя в небо один простой вопрос. "Почему это всё происходит со мной?" Но небо не давало ответа. Эти размышления проваливались в сон вместе с Лайяном, вместе с ним же пробуждались. Кас метался по небольшому пространству, о чём-то говорил с Вециной, что-то пытался говорить Лайяну - но он плохо понимал. Когда стемнело, они все легли спать рядом, словно в попытке согреться. Лайян попытался помочь, но быстро исчерпал все силы и провалился в сон. Лайян с трудом приоткрыл глаза. Вецина и Кас крепко спали. В их каменном мешке царила полная и абсолютная тьма, единственное, что выделялось - чуть-чуть более светлый клочок неба в расщелине. Не абсолютно чёрный, а немножко серый. И там, на фоне этого чуть более светлого неба, был чётко видён силуэт. Лайяна пронзил страх, он замер, точно парализованный, вглядываясь туда. Силуэт - точнее, просто тёмный сгусток - не двигался. Лайян во все глаза смотрел на него, стараясь убедить себя, что это просто облако, или куст, или что угодно не живое и обычное - пока силуэт вдруг не пошевелился. Кто бы там не стоял, он наклонился ближе, и в этой темноте зажглись два голубых огонька. «Вкус-с-с-сный...» "У меня просто галлюцинации. Это очередной сон, там никого нет". Глаза смотрели чётко на Лайяна. Прямо, не моргая и не двигаясь. - Кори...? Глупо. Он и сам это знал. У неё были золотые глаза. Силуэт молчал. Лайян чувствовал на себе взгляд - холодный, неживой, давящий и жуткий. Глаза не моргали, силуэт не двигался, явно не собираясь никуда деваться, а Лайян не мог оторвать от него взгляда. "Пожалуйста, уходи. Пожалуйста..." - молил он мысленно, трясясь то ли от ужаса, то ли от вновь начавшегося озноба. Глаза слипались и болели, жутко хотелось спать, но Лайян из последних сил держал их открытыми. Страх стискивал его сильнее, стоило лишь подумать о том, чтобы закрыть глаза или тем более, уснуть. "Пожалуйста, уходи. Пожалуйста, уходи..." Глаза слезились. Лайян старался не моргать без крайней необходимости, казалось, стоит ему моргнуть лишний раз - и он провалится в сон. Лайян попытался дотянуться и разбудить Каса - но его слабая рука смогла лишь слегка сжать его плечо. Силуэт не двигался. Белые глаза не исчезали ни на миг - то, что стояло там, явно не моргало. "Пожалуйста, уходи. Пожалуйста... ухо... ди..." Сквозь сон доносились смутные голоса. Звук осыпающихся камней, металлический лязг, ругань. Лайян с трудом открыл глаза. Кас пытался вскарабкаться наверх, подсаживаемый Вециной, но у него ничего не получалось. - Камни слишком непрочные, не за что зацепиться... Прошипел Кас. - Тады слазь. Без толку. Прокряхтела Вецина. Он спрыгнул наземь и выдохнул. - Значит, остаётся одно. Я пойду и поищу выход. Буду помечать дорогу углём, авось не заблужусь. Вецина тяжело вздохнула, выпрямилась, прогнулась в спине. Та хрустнула. - Воду, если найдешь, принеси. Козлик наш совсем плох, помрёт же, жалко... Кас кивнул. Взял лампу, проверил уровень керосина, выругался и вернул лампу на место. Взял оставшиеся лучины и скрылся в темноте пещер. Лайян пытался не спать, хотел дождаться его возвращения - но не вышло. Глаза закрылись сами собой.

* * *

Кас выбрался из прохода. Вецина приподнялась ему на встречу, но он покачал головой. - Выхода нет. Я нашёл воды и накопал там каких-то корешков - ну и всё. У меня осталось две лучины, я не рискнул идти дальше. - И то хлеб Пробормотала Вецина, приняла у него воду и начала хлопотать над Лайяном. Кас встревоженно посмотрел на него. - Совсем плохо? Глупо уточнил он. Вецина кивнула. - Да. Если не выберемся и не окажем ему нормальную медицинскую помощь в ближайшие дни, он умрёт. Кас опустился наземь, чувствуя какое-то пугающее опустошение. Он уже видел смерть. Доводилось. Но привыкнуть к ней так и не смог. - Она не вернётся. Глухо произнёс он. - Скорее всего. Пожала плечами Вецина. - Так и помрём тут все... Тихо произнёс Кас, обхватывая колени руками. - Кажись. Негромко произнесла Вецина. - Брат расстроится. В пустоту произнёс Кас. - Он так хотел, чтобы я выжил и прошел своё испытание... Говорил, что будем вместе с ним за князем нашим следовать, что невесту мне найдёт, смеялся, что на моей свадьбе за отца спляшет... Обещал, что ждать будет, пока вернусь. Хоть бы весточку ему отправить, где кости мои лежат, чтоб не ждал больше... - Дык может, наоборот, хорошо? Надежда будет. Надежда - хорошее чувство, даже ежели она обманчива. Вецина поправила укрывавший Лайяна плащ и вздохнула. - Нет. Кас покачал головой. - Есть твердо знаешь, что человек не вернётся - переболит и пройдёт. А если нет - так и будет ныть, разрываться между надеждой и отчаянием. И понимаешь вроде, человек не вернётся, что его больше нет - и отпустить не можешь. Надеешься. «А вдруг чудо, вдруг всё же...?» - Не знаю уж. Вецина дёрнула щекой. - Я бы всё же надежду предпочла - хоть какую, но надежду. Мир наш чудес полон. Бывает, сгинул человек, с концами сгинул, в такой кошмар попал, что живыми оттуда не выходят - а он живёхонький, сухим из воды вышел, в пламени не обжёгся, рассудок сохранил. Пока надежда есть, пока нет у тебя тела любимого твоего на руках - и живёшь. Посему может, и к лучшему, что коль мы тут помрём, никто не узнает. - Не могу согласиться. Коротко произнёс Кас. - Что ж, может, и не надо тебе. Сколько людей, столько и мнений на свете. Вецина развела руками. - Вы рассуждаете на удивление... - Здраво? - Нет, я...! Да. Здраво. Особенно - для такой... - Пожилой бабы? - Нет, я хотел сказать... - Старой женщины? - Нет! Взрослой женщины! - Читай-таки старой? - Да нет же! Кас возмущённо посмотрел на неё. Вецина смеялась. Беззвучно, тихо, трясясь и щурясь, что было больше похоже на исторический припадок, чем на смех. Отсмеявшись, она посмотрела на него ласково - так, что у Каса невольно кольнуло сердце. Последний раз вот так на него смотрела бабушка. Бабушка, которую он, кажется, больше никогда не увидит. - Да говори уж как думаешь, перед лицом смерти обиды людские ничтожны, затевать их - только силы тратить. - Чаще у людей вашего возраста есть убеждение, что вы во всём правы, а молодёжь - дураки. - Дык ибо дураки вы и есть. Кас уже открыл рот, чтобы вступить в яростный спор, как она тонко улыбнулась и произнесла. - Чаще всего. Кас мгновенно сдулся и нахохлился. - Ну... Наверное. - Да нет, на самом деле. Опыта у вас, у молодых, мало, только и всего. Посему и совершаете порою ошибки глупые. Она махнула рукой. - Чу, все мы молоды были. У всех ошибок стокма, у-у-у-у-у… Как вспомню, так плакать охота. От стыда. Думаешь, я не дура дурой в твоих годах-то была? Вецина усмехнулась. Кас очень старался отвлечься, но не сказать, что особо помогало. В голову так и лезли лица близких, любимых… Брата. Бабушки Атайры. Бабушки Эвиль. Самой красивой девушки на всём белом свете, которая упорно не обращала на него внимание. Потом - друзей из города, ставшего ему домом. Байера - верного друга и управляющего их общим маленьким делом. Прошку - служку, помогавшего по мелким поручением. И слова, которые Байер произнёс ему тогда на прощание. «Мы с Прошкой попросим за тебя твоё пламя. И мои звёзды тоже попросим, и Единую эту басурманскую, и вообще всех. Ты, главное, возвращайся, брат Арен». "Прости, Баш. Не смогу я, похоже, вернуться…" - Как жаль, что я больше никого из своих не увижу. Голос сорвался. - Я не хочу умирать. Мне же ещё рано, мне даже двадцати нет… На последней фразе к горлу подкатил ком. Кас с трудом сглотнул. - Неужели всё действительно так и закончится? Вот тут, в каменном мешке? Я не хочу... Нет. Нет-нет-нет-нет. Кас вскочил на ноги и заметался по пещере. - Не хочу, не хочу, не хочу... Пожалуйста, придумай что-нибудь. Пожалуйста, сделай что-нибудь. Пожалуйста...! Вецина молчала. Кас не знал точно, к кому обращается, но не мог прекратить. Не адресованные никому мольбы срывались с губ сами, и терялись в темноте и пустоте накатившего отчаяния. - Нужно... Нужно попробовать... Кас сорвал с себя доспехи и начал срезать ремни. Рубашку он тоже разорвал на полосы, оставшись по пояс голым. - Есть ещё что? Он повернулся к Вецине. Та со вздохом сняла с себя плащ и ремень. В ход пошла ещё рубашка Лайяна и его пояс. Кас лихорадочно принялся вязать из всего этого верёвку. - Мы тут не умрём, нет... Бормотал он, привязывая получившуюся верёвку к секире. - Подсадите меня. Я попробую выбросить секиру из расщелины, вдруг за что и зацепится! - Откуда ж у вас силёнки-то берутся... Воистину за молодыми будущее. Проворчала Вецина, подсаживая его наверх. Кас размахнулся и швырнул секиру наверх. Сердце замерло в невесомости, словно решая - рухнуть ему, или напротив, взлететь и забиться быстрее. Секира загремела по камням и упала обратно, вместе с рухнувшим сердцем. Кас упрямо поймал её, вновь швырнул вверх, ощущая, как в бесплодной надежде вновь замерло сердце. Тот же результат. Кас попробовал ещё раз. И ещё раз. И ещё. И пробовал до тех пор, пока секира не вывалилась из расщелины. Кас в надёжде дёрнул верёвку, проверяя её на прочность - та вроде держалась. Он крепко взялся за неё, упёрся ногами в землю, и полез наверх. В голове речитативом "матушка Сыра-Земля, из тебя я рожден, из тебя телом сложен, ты меня носишь, ты меня кормишь, ты меня по смерти незад возьмешь. матушка Сыра-Земля! охрани меня, Свое чадо, направи, да будут дела мои - во славу Тебе", сердце билось как бешеное, дрожало в груди. От напряжения, от надежды и предчувствия, что всё вот-вот рухнет, дрожали руки, дрожали колени. Дыхание сбилось, Кас почти задыхался. Ему было ужасно жарко, пот струился по лбу. Расщелина приближалась. Кас уже вытянул руку, чтобы ухватиться за её край, сердце замерло - и раздался треск верёвки. Она оборвалась, что-то из одежды не выдержало. Кас успел ухватиться рукой за край, повис, стараясь упереться ногами, потянул вторую руку - и в этот момент край расщелины под его пальцами с треском рассыпался. Мгновение растянулось почти на вечность. Сердце успело упасть и с дребезгом разбиться о пол ещё до того, как сам Кас начал падать. "Только бы не свернуть шею", - единственная мысль, возникшая в голове. А потом он рухнул вниз, с рокотом мелких камней. Соскользнул по почти отвесной стене, обдирая всё, что можно было, и рухнул спиной на каменный пол. Из лёгких выбило весь воздух, и пару секунд Кас не мог дышать. Голова ударилась о каменный пол так, что зубы клацнули, а из глаз посыпались искры, которыми, наверное, можно было бы развести костёр, будь у них дрова. Во рту поселился привкус пыли, грязи, и глухого, беспросветного отчаяния. Вот теперь у них точно не было ни шанса. Кас просто позорно разрыдался, лёжа на каменном полу, ободранный и грязный. Вецина села рядом, буквально заставила его приподняться и приняла в объятия. Он ревел, не в силах успокоиться. От страха перед смертью и нежелания умирать, от отчаяния, от бессилия, от досады - свобода была так близко, ещё бы совсем чуть-чуть, и он бы выбрался... В голову пришла мысль, что возможно, на счёт надежды Вецина была права. Пока она была, Касу было как-то легче жить. Теперь же, когда этот огонёк погас, и в груди поселилась беспросветная, холодная пустота, его мигом покинули все силы. Даже слезы как-то быстро кончились. Кас просто лежал головой на коленях Вецины, смотрел в небо мокрыми глазами, и не мог найти в себе сил сделать хоть что-то. Сказать хоть слово, пошевелиться, да что там, даже моргать не хотелось - но приходилось. Вецина тихо пела свою колыбельную, поглаживая его по голове, словно в стремлении успокоить. Кас не чувствовал, что ему необходимо успокоение. Кас вообще ничего, кроме опустошения и полного отсутствия сил, не чувствовал. Ну, кроме ещё боли. Но она была настолько второстепенна, что он её почти не замечал.

* * *

Прошёл ещё день. Кас и Вецина больше не разговаривали. Молча сидели рядом. Кажется, сил не было ни у одного из них. Кас даже не думал толком - в голове была звенящая пустота. Пошёл дождь. Кас - также устало, едва собравшись с силами, перенёс Лайяна чуть глубже в пещеру, Вецина перебралась туда же - а Кас начал пытаться набрать воды в шлем и фляжку. Конечно, набиралось медленно, но это всё же была вода. Даже не смотря на то, что сил не было, Кас мог отказаться пытаться спасти себя - но сделать тоже самое с жизнью Лайяна не мог. Парень не заслужил такого. Внезапно откуда-то издалека донеслись шаги, и дождь капать перестал - кто-то наклонился над расщелиной. Кас вскинул голову. Мокрые волосы неприятно упали на глаза, раздражая их. На фоне неяркого света выделялся тёмный, чуть рассеянный силуэт, с растрёпанными волосами. За пару секунд Кас пережил, казалось, всё. Эмоции взяли разгон от беспросветного отчаяния, через непонимание, неверие, шок, осознание, безумную надежду, и финишировали в абсолютное, затопившее всё его существо, счастье. Весь мир перестал существовать - осталась только она, склонившаяся над расщелиной фигура, и он, стоявший внизу. Шурша по камням, к ним свалился конец верёвки. - Эй вы, там! Ловите конец! Задорно крикнула Кори.

* * *

- ...ну и короче, иду я такая по лесу, вдруг слышу - ревёт кто-то. Я туда, смотрю - осёл! Думаю, о, жратва сама мне в лапы явилась, смотрю - а у него поклажа! Думаю, ещё лучше, ещё и гружёный, подошла поближе, глядь - а это наш осёл! То ли так недалеко мы от горы ушли, то ли он жопой почуял, куда идти, но нашла я его. Потом ещё искать эту расщелину пришлось, потому и долго так. И не смотри на меня волком, рыжий, а то укушу. - Мы думали, ты нас кинула. - Ну ясен-красен, как ж вы ещё могли думать-то? Лайян приоткрыл глаза. Он лежал на деревянном настиле, укрытый одеялом. Плечо было перевязано, и рана почти не болела. Они находились в небольшой деревянной избе. В печке горел огонь, там, в горшке, кипело что-то очень вкусно пахнущее, Вецина помешивала это, а Кори и Кас сидели за столом. - Кори...? Прошептал Лайян. - Ась? Очнулся, придурок? Та обернулась к нему с ухмылкой. - Ты всё же вернулась... - Ага. Обещала же. - Я знал. Кори резко отвернулась и фыркнула. - Пф! И что мне с того, что ты знал? Ничего сказать не хочешь? - Благодарю тебя, Кори. - То-то же. Лайян с трудом приподнялся. В избе было тепло, пахло чем-то мясным. - Где мы? Кас усмехнулся. - Недалеко от той пещеры была заброшенная деревня. Если очень вкратце, после того, как ты окончательно отрубился, она вернулась и мы все выбрались. Потом нашли эту деревню, немного тут прибрались, и вот, последние два дня тут кукуем. Как ты, кстати, себя чувствуешь? - Нормально. Лайян сел и скрестил ноги. - Плечо немного болит, и есть хочется. - Эт хорошо... Пробормотала Вецина. - Ещё б пару дней - и помер бы ты, козлик. Воспалилась рана сильно. А сейчас уж опасности нет, я всё вычистила. Теперь-то у нас и лекарства есть, и еда нормальная, оклемаешься скоро. Лайян улыбнулся. - То есть всё? Мы выбрались? Теперь всё будет хорошо? - Агась. Вецина тоже улыбнулась - Вот по самому краешку прошли, еще б чуть-чуть... Хмыкнул Кас. Лайян неуверенно улыбнулся. Он был прав. Ещё бы чуть-чуть... Лайян отбросил эти мысли. - А мне можно поесть? Я голодный, как собака. - Конечно! Кори положила ему похлёбки, сунула ложку. Лайян с жадностью принялся за еду. Бульон был жирным, но не слишком густым, гущи там было мало, но Лайян всё равно был в абсолютном восторге. Еда. Вкусная, жирная, солёная, с мясом и картошкой, питательная и горячая. - Мне аж тоже есть захотелось. Кас сглотнул и посмотрел на Кори. - Сам себе накладывай. Фыркнула она. - Я в прислугу не нанималась. В итоге за столом разместились все. - В общем, деревенька неплохая. Часть домов погоревшие, часть сгнили, но вот этот, например, целёхонький. Тут только что затхлостью пахло, но мы протопили, всё и ушло. Рассказывала Вецина, преимущественно Лайяну. - А по окраинам - представляешь? - скотина живая бродит! Выпустили её, видать, потому что с собой не могли забрать! Подпрыгнула Кори. Лайян нахмурился. - Не понимаю. Это место проклято? Здесь какие-то чудовища? - Да нет. Нахмурилась Кори. - Тогда почему эту деревню бросили? Со всеми вещами, со скотиной... Лайян поднял глаза на Вецину. Та вздохнула. - Не хотела я эту тему поднимать... Видать, эпидемия у нас в стране происходит. - Чего? Удивился Кас. - Болеют люди. Тяжело и страшно болеют, и лекарства не помогают никакие. Помните, ту деревню, где мужик больной любовницу в горячке кликал заместо жены законной? Вот похожая зараза бродит. Причины неясны, лечить как - не понятно... Видать, местные от этой гадости и сгорели все. - Почему именно от этой? Нахмурился Кас. - Может, от какой другой, конечно. Легко согласилась Вецина. - Только там у окраины деревни цветочки, заразу эту вызывающие, растут. От того и думаю, что она энто. - Логично. Хмыкнул Кас. Лайян поежился. - Это же ужасно... Здесь все погибли? - Может и погибли, может и ушли просто, а может заперлись в доме каком, да заживо себя спалили. Тоже вариант. Лайяна передёрнуло. Кори хмыкнула. - Любят люди себя сжигать, что уж тут поделаешь. По любому поводу жгут! И ежели их что не устраивает, и ежели эпидемия, и просто по праздникам. - Могла бы и промолчать. Холодно произнёс Кас. - Эт с какого бодуна вдруг? Вскинула она косматые брови. - Слушай, тебя что, псы в подворотне воспитывали? Вдруг сердито произнёс Кас. - Почему ты... Такая?! - Какая? - Вот такая! Бессердечная! - А что мне, над каждой смертью убиваться, над несправедливостью плакать и всё до нитки бедным отдавать надо? - Не ругайтесь! Вмешался Лайян. Кас поднялся. - Пойду, в погреб гляну. Непринуждённо произнёс он. - Может, местные, помимо домов, закрутки какие оставили. Лайян молча наблюдал за тем, как он осторожно спускается вниз по шаткой лестнице, тихо ругаясь. Проводив его взглядом, Кори повернулась к Лайяну. - Вообще-то ты говорил, чтоб мы ругались, когда выберемся. Вот, мы выбрались. Теперь не лезь, дай поругаться. - Кори... Давайте всё-таки вы вообще не будете ругаться? Давай жить дружно? - Да не хочу я с ним... В этот момент из-подпола раздался вопль, и Кас взлетел по лесенке так быстро, словно птица. Лайян подскочил на месте и поперхнулся ложкой супа. - Ты чегой-то? Вецина поднялась. - Там трупы! Выпалил Кас, пятясь от погреба. - Где? Вецина заглянула в погреб и вдруг помрачнела. - Ну-ка собирайте манатки и уходим. - Что там? Лайян шагнул к погребу, но Вецина сделала жест ладонью не подходить. - Собирайтесь. Через почти час, когда они перебрались в другой дом - на этот раз подвал был осмотрен со всей тщательностью, но там были только банки с соленьями, Вецина собралась и решительно двинулась к тому дому. - Ты куда? Уточнил Лайян. - Трупы там странные. Обмолвилась она. - Сидите тут. Посмотрю кой-чо. Когда она ушла, Лайян и Кори синхронно повернулись к Касу. Тот вздохнул. - Да не знаю я... Там гробы стояли, а в них - тела полусгнившие. - А странного-то тут чего? Фыркнула Кори. - Они все какой-то странной паутиной были покрыты. Бледно-зелёной такой, словно корнями. Кас скривился. - А мы в том доме жили, ели... Кори фыркнула. Лайяна затошнило.

* * *

Вецина вернулась, когда на улице уже стемнело. Мрачная, задумчивая и усталая. Села за стол, налила себе чаю и тихо произнесла. - Странно это всё. - Что там? Лайян сел рядом. Они втроём уставились на Вецину с искренним интересом. - Гадость эта - вроде грибницы, корни всего лишь. Распространяется по телам, соки из них пьёт. Судя по всему - растёт в дыхательных путях, ибо только у пары мужиков эта гадость внутри была, и именно там. Остальных она уже поверх поросла. Собрала я их всех, да запалила - знать не хочу, что из гадости этой вырасти должно. - Ужас... Тихо произнёс Лайян. - Откуда ты знаешь такие подробности? Про лёгкие, и… Каса передёрнуло. - Там у пары грудь истлела уже. Отмахнулась Вецина. Кас нахмурился и пробормотал в сторону что-то вроде «странно, я и не заметил». - А... А помнишь… Всё никак не мог прийти в себя Лайян, дёргая её за рукав. - Помню. Мрачно отозвалась она. - Не знаю. Связаны те твои цветочки с этой радостью, али нет - тут изучать надо, а у меня тут возможности нет. И всё. Закрыли тему. Лайяну хотелось ещё пообсуждать ситуацию, но Вецина отрубила все попытки на корню, начав демонстративно собирать вещи. Лайяну пришлось тяжело вздохнуть и подсесть к ней поближе. - Какой у нас план? Вецина усмехнулась, не отрываясь от сборов. - Покамест фора у нас есть небольшая. Отсюдова до родины моей недалеко, до Тарико́. Там отсидимся, заодно и про эпидемию поподробнее вызнаем. - Ни разу там не был. В голосе Каса послышался интерес. - Как там? - Увидишь. Туманно отозвалась Вецина.