Эффект нацебо.

- Уходим, и быстро. Бросил странный человек. Ильтен взял его за плечо - и их окутала непроглядная тьма. Лайян не видел примерно ничерта - и чувствовал, что человек, который его несёт, тоже ничерта не видит - Ильтен вёл его за плечо, а тот ступал неуверенно, запинаясь изредка. Через целую маленькую вечность Лайян начал различать очертания тропы у них под ногами, поросшей чёрной травой - а ещё странные силуэты, медленно, лениво скользящие вокруг. Словно огромные рыбы, отбрасывающие ещё более чёрные, чем тьма, тени. Каждый раз, замечая такую, Лайян дёргался. - Это просто тени. Не бойся. Своим отстранённым голосом произнёс Ильтен. - Они не смогут войти на тропу. Это не успокоило. Лайян отчаянно пытался пошевелиться - но не мог. Всё тело обмякло и отказывалось слушаться - казалось, его разум внезапно заперли в тряпичной кукле. Даже губы не слушались. Мир вокруг напоминал странную, искажённую картину - словно кто-то собрал местность из кусков реального, только очень тёмного, мира. Там - кусок травы в форме дерева, там - угол деревенского дома, там - практически целая пещера, висящая в воздухе, там - целый луг, там - проплывающие участки земли и гор, там - уходящее вниз Бездонное озеро… "Это мир теней", - подумал Лайян с трепетом. В Шере ходили байки об этом месте - но никто всерьёз в них, естественно, не верил. - Хоть бы уснуть ему дал. Тропа теней - не место для неподготовленных. Тихо произнёс Ильтен. - Всё мои средства для сна действуют слишком долго. Даже при минимальной дозировке - у нас нет и часа. Допросим сразу - и там по ситуации. Странный человек повёл плечами. Лайян всё же смог разомкнуть губы и с трудом пролепетать. - Не надо… - Не надо - что? Странный человек глянул на него. - Не бойся. Пытать тебя никто не будет, господин голову лично снимет любому, кто ребёнка посмеет тронуть. Даже такого большого, как ты. Ответишь на пару вопросов - а там вернётся господин и будет решать, что дальше. - Выходим. Ильтен снова сжал плечо странного человека - и они шагнули с тропы прямо во тьму. А потом Лайяна ослепил яркий свет. Он зажмурился - на него обрушились звуки и запахи. Треск костров, голоса людей, лязг стали, шум леса… На тропе было так тихо, что это оглушило. Отозвалась несильной болью голова, глаза жгло от яркого света - и под веками выступили слёзы. А потом свет вдруг стал слабее. Приоткрыв слезящиеся глаза, Лайян заметил, что Ильтен ладонью прикрыл его от солнца. Когда глаза привыкли к свету, и тот руку убрал, Лайян увидел небольшой лагерь - без палаток, просто достаточно большую площадку посреди какой-то степи, где расположились люди. Коновязь, пара костров, люди, сидящие прямо на земле и чистящие оружие с доспехами… Странный человек прошёл через лагерь, коротко приказал расстелить на земле попону - и уложил безвольного Лайяна на неё. Потом присел рядом. - Говорить уже можешь? Губы и язык действительно немного "оттаяли" и Лайян с трудом смог ему ответить. - Кто вы…? Вышло не очень внятно - он всё ещё мог только лепетать. - Халт-Вайор. Помощник князя Ларса. Это Ильтен Вард - временный второй помощник князя Ларса. Коротко представился странный человек. "Вайор? Родовое имя?" - А теперь скажи-ка мне - это ты открыл храм? Лайян помотал головой. Вышло чуть-чуть. Остальное тело всё ещё не слушалось. - Я не знаю… кто… мне сказали… приложить ладонь… я сделал… Врал. Естественно, врал. Вдруг не догадаются. Вдруг поймут, что он ничего не знает - и… И что? Отпустят? - Он врёт. Спокойно произнёс Ильтен. "Вот же блять! И что со мной теперь…" Додумать не успел - заговорил Вайор. - Я не удивлён. На его месте тоже отбрехивался бы до конца. И снова к Лайяну. - Ты открыл храм? Лайян отвернулся. Лгать бесполезно - он вдруг вспомнил о том, что Ильтен менталист, и, скорее всего, вообще читает его мысли. Поэтому тихо ответил. - Кажется, я. - Всё. Можешь отдыхать. Вайор поднялся. - Сворачиваем лагерь и едем! Бросил. - Готовность двадцать минут. Господина и людей княгини Лландо не ждём! Так Лайян оказался перед этим странным человеком на лошади. Слабость с него так и не сошла - он бы точно упал, если бы его с двух сторон не удерживали чужие руки. Лайяна тошнило всю дорогу. Не вырвало, наверное, только потому, что на него всё ещё действовал тот дурман: он всё время клевал носом, изредка соскальзывая в дрёму.

* * *

Лайян валялся на постели в небольшой палатке, и ощущал какую-то вялую безнадёжность. Даже не злился - на него накатило какое-то… отчаяние, что ли. Сбежать - ни шанса. "Что теперь будет со мной? Что будет делать Рьен? Попытается догнать и отбить меня? будет бой…? А станет ли он меня искать? Я ведь уже открыл ему храм… и, если вода ему поможет, если ему станет легче - он станет меня спасать…?" Эти мысли он гонял в голове по кругу весь день. Действие вколотого ему препарата давно сошло - но Лайян всё равно ощущал слабость. Наверное, от страха. Вход в палатку зашелестел. Тело напряглось мгновенно, но Лайян упорно продолжил смотреть в стену, не оборачиваясь. - Живой он хоть? А то знаю я тебя, нахимичишь чой-то, и на тебе. Этот голос невольно заставил вздрогнуть. Низкий, глубокий бас князя Викана. - Всё ещё злитесь за коктейль? - Цыц! Ехидная ты пизда, Халь! Князя своего перед чужими позоришь! А ты, мелочь, давай-ка кончай комедию ломать и поворачивайся. Кланяться, так и быть, не попрошу. Лайян прикрыл глаза на долгие мгновения, потом медленно развернулся к ним. Князь Викан не изменился. Такой же здоровенный - он почти задевал головой потолок палатки. - Вы хотите меня допросить? Лайян сел ровно. - Поболтать я с тобой хочу, паря. Просто поболтать. Хотел бы допросить - ты б у меня в казематах сидел сейчас. Князь тяжело сел напротив него. Вайор опустился на пол, скрестив ноги - Лайян невольно удивлённо уставился на него. Ни разу не видел, чтобы люди так сидели. - Расскажи-ка мне, паря… Начал князь. - Про храмы-то ты что знаешь вообще? - Ничего. - Врёшь? - Нет. Лайян помотал головой. - Я ничего раньше о них не слышал, и ничего не знаю кроме того, что мне сказали - мол, там сокровища какие-то есть… - То есть, ты не знаешь, как храм открыл? - Нет. - Слушай, паря. Князь чуть наклонился вперёд. - Я к тебе пока добрый. Пока что. Но ежели и дальше будешь мне лясы точить, я, чай, и разозлиться могу. Убить не убью, но Халю попрошу тебе чой-нить набодяжить… неприятного. Лайяна пронзила леденящая дрожь. От одной мысли, что ему будут снова вкалывать «что-нибудь неприятное» затряслись руки, и в теле поселилась противная слабость. Он тихо произнёс. - Я, правда, не знаю… Князь Ридсон сказал, что они подчиняются звёздной крови, но я ничего об этом не знаю. Мой отец - один из высших чинов Шеры, и я весьма слабо осведомлён о его происхождении. Князь Викан поднял бровь и усмехнулся. - О как. Значи-ца так. Халь - с кровью его разберись, как оно по вашему? Первичный анализ, во, проведи. А там посмотрим. Ты же мне вот что скажи - люди бают, будто Рьен болен заразой какой? Лайян невольно стиснул пальцами край постели. - Я ничего об этом не знаю. В его отряде я был пленником - и о его состоянии мне мало известно. - Вон оно чо… Протянул князь, и глаза его сверкнули насмешливо. - А мне вона чот подсказывает, что ты мне голову дуришь. Ежели ты пленник просто - чёж воду, ему необходимую, всячески прячешь, головой рискуя? Лайян невольно подался назад. Вздрогнул снова. - Я не… - Ой, да не лечи мне. Отмахнулся тот. - Тут два ходячих нюхача ходят, ещё б от них скрылось что. Дай-ка бутылочку, а? а то ж я всё одно заберу, вряд ли супротив меня что серьёзное сможешь. Нельзя было её отдавать. Нельзя. Всё внутри буквально вставало против. Если для лечения Рьена мало пары минут у источника, эта вода может ему жизнь спасти.

Нельзя её отдавать.

Он умрёт.

Может умереть.

Тело буквально физически сопротивлялось. Лайян в пустоту умолял, лишь бы что-то случилось, какое-то чудо, лишь бы у него не забирали воду… Но чуда не случилось. Лайян неохотно вытащил бутылочку из-за пазухи и вложил в широкую, грубую ладонь. - И как ты только её сныкать-то умудрился… Пробормотал князь и бросил в сторону. - Налей себе, сколько надо, и давай сюда. Вайор извлёк из сумки колбу, перелил часть воды в неё, вернул князю - а тот покрутил бутылку в руках. "Пожалуйста, отдай. Пожалуйста. Он может умереть, я должен её сохранить, я должен, прошу, отдай, отдай, отдай!" Молился Лайян, попутно продумывая, как сможет вернуть дар королеве, если его всё-таки отнимут. Под иллюзией пробраться к князю? А если заметят? Да плевать. Ключ к храму, авось, не убьют - Лайян живым нужен - а попытаться спасти жизнь Рьену он был обязан. Хотя бы ради того, что узнал в храме щедрости. Даже если он ошибся - ради памяти того, другого, стоило его спасти. Бутылка легла ему в руки - и Лайян сперва не поверил. Медленно поднял глаза. Лицо Вайора приняло такое же потрясённое выражение. Князь усмехнулся. - Нравишься ты мне. Что ж мне, игрушки для мальчишки жалко, а? Лайян едва не умер от облегчения. Чудо всё же случилось. Этот человек - идиот. Вайор как-то странно глянул на Лайяна, потом на князя - но промолчал. Князь наклонился к Лайяну и продолжил. - А ты, паря, про погибель императора знаешь чего? - Про что? Не понял Лайян. - Про смерть императора? Слышал, кажется, но… - Ну, про смерть-то его, допустим, всяк слышал. Оборвал его князь. - Байка есть одна - мол, императора сгубила болезнь лютая, страшная… "Погибелью императора" её в народе кличут. Говорят, мол, при ней чешуйки серые, жёсткие на коже появляются. Слышал, может, чегой, али видел где? Лайян невольно вспомнил руки князя Тарика. И рубашку Рьена - глухие рукава, глухой ворот. - Я ничего об этом не знаю. Сказал честно. - Вон оно что. А вот слухи ходят, якобы князь Ридсон той погибелью болен, да от неё лекарство ищет. Слышал, может? - Не слышал. Лайян помотал головой. - Ладно, прямо спрошу - этим он болен? - Я не знаю. Я был пленником в его отряде, и мне ничего не говорили о состоянии князя. - А сам-то нет, не замечал? - Нет. Чешуек на Рьене он и впрямь ни разу не видел. А про другие симптомы князь не спрашивал. - Ладно. Махнул на него рукой князь. - А теперь расскажи-ка мне, как там - в храме. Диалог шёл долго. Лайян старался максимально увиливать - но получалось плохо. Расспрашивали его подробно, и Лайян рисковал срезать углы только когда это касалось Рьена. Плевать на храм. Но выдавать князя Ридсона он не хотел отчаянно. Его так и не прибили. Князь "болтал" до вечера. Потом его позвали - и он ушёл, наказав Лайяну сидеть тихо и не высовываться, оставив его одного. Одного, за исключением двух охранников у входа в палатку. "Выходит, вот чем Рьен болен… «Погибель императора». И чешуя на коже… Жуть-то какая! Получается, он ищет лекарство… Поэтому его компас указывал на меня? Он указывает на… то, что может ему помочь?" Мысли обрывочно пролетали в голове, и Лайян не мог с ними ничего сделать. Оставалось только повернуться на бок, прикрыть глаза - и отключиться, наконец-то. Сон был тяжёлым. Лайян то проваливался в сон, то просыпался, но всё как-то не конца, не в силах ни уснуть толком, не проснуться. У костра в лагере люди распевали песнь - её перекрывал громкий бас князя Ларса. А потом чья-то сильная ладонь зажала рот. Сон слетел мгновенно. - Молча. Медленно. Почти беззвучно прошептали ему в ухо. - Ни звука. Лайян робко кивнул. - Поднимайся. Ладонь не убрали - Лайян осторожно стянул с себя одеяло, сполз боком с постели. Выпрямился - заметил князя Ридсона. Тот коротко указал на одну сторону от дверей в палатку, потом на другую. Сделал странный жест ладонями, поставив их напротив друг друга и повернув в разные стороны. Лайян склонил голову на бок. Князь поморщился, плавно шагнул к нему и также почти беззвучно прошептал. - Ко-пи-и. И снова указал на обе стороны от палатки. Лайян помотал головой - я не смогу. Князь постучал ребром ладони по шее - то ли "я убью тебя", то ли "тогда нам конец". Лайян зажмурился, стараясь воскресить в памяти их вооружение и облик. Он делал такое первый раз - ранее столь комплексные и серьёзные иллюзии ему создавать не доводилось. Медленно выдохнул, сделал короткий пасс руками - словно поймал что-то, вытягивая из воздуха. В Книге описывался способ облегчения себе задачи - мысленной привязки магии к конкретным жестам. Так что теперь Лайян представлял себе, что, выдёргивая нити из памяти, сплетает из них иллюзию - и сквозь плотно закрытые веки почти видел рождающееся плетение. Лайяну вдруг показалось, что это всё он уже делал - так легко это у него получилось. Плетение истаяло, воплощаясь - и он коротко кивнул князю. Либо получилось, либо сейчас они умрут. Князь кивнул ему, усмехнулся и высунулся из палатки. Лайян в какой-то прострации наблюдал, как князь нырнул под иллюзию одного из охранников одной рукой набросил на шею удавку, второй зажал рот - придушил быстро, опустил на землю, и также нырнул под иллюзию второго. Быстро. Чётко. Коротко. И тихо. "Насколько же он силён…", - стояла в голове короткая, тупая мысль. Князь вернулся в палатку. Окинул Лайяна насмешливым взглядом и шёпотом заметил. - Надо же - меня и связали, и печать повесили, и ристрик на шею, а тебя даже за ручку к кровати не прикрепили. За какие такие заслуги? - Вы… как…? Еле слышно прошептал Лайян. - Что - как? Как себя чувствую, или как здесь оказался? - Как вы здесь оказались? Что случилось? - Забираю обратно мой ключик от храма. Усмехнулся князь Ридсон. - А… Кори? Кас? С ними всё в порядке? Тот неопределённо качнул головой. - Будет, если станешь меня слушаться. Видишь ли, Лайян, ты у нас в интересном положении сейчас - что я тебе чужой князь, что старый пёс Ларс. И ты у нас можешь сторону выбрать. Суть в том, что у меня - твои друзья, а у старого пса - мы с тобой. А у Элайны - приказ казнить обоих твоих приятелей, если мы с тобой не вернёмся до рассвета. Он выдержал паузу и коротко выдохнул. - Выбирай. Лайян ощутил, как провалилось в пятки сердце. - Вы… - Я. Давай, ключик. До рассвета не так много времени осталось. Князь Ридсон шагнул к нему. В груди буквально поднялась буря. Буря негодования, ярости, разочарования, страха… - Я выбрал бы вашу сторону и без подобных угроз мне. Я её и выбрал - только что! Яростно прошептал Лайян. "Напротив. Теперь у меня нет никакого желания!". - Тогда выбирай. Спокойно, полушёпотом отозвался князь Ридсон. - Вы добиваетесь моей ненависти? Прошипел Лайян. - Я добиваюсь от тебя подчинения. Беспрекословного. Ты же у нас любитель поделать наперекор, верно? Лайян не стал дальше ничего говорить. - Что я должен сделать? - Нам нужно выбраться из лагеря незамеченными, а там разберёмся. Ты прикрываешь нас иллюзиями. Главное - делать это быстро и тихо, потому как у старого пса тут две крайне интересные зверушки бегают, и встречаться с ними у меня нет желания. И не забывай охрану держать - а то от костра заметят. Лайян кивнул. На них было решено набросить полог тьмы - и они тихо покинули палатку. На удивление, прошло гладко. Только нервно и сложно - Лайян выдыхался держать и то, и то, а вдобавок ему приходилось идти пригнувшись и почти в обнимку с князем Ридсоном - что не добавляло ни капли спокойствия. Лагерь стоял посреди степи - и на то, чтобы добраться до леса, ушёл почти час. Когда лагерь скрылся из виду, Лайян сбросил иллюзию с них - и они пошли пешком. Молча. По тёмной, открытой степи, где на небе не было ни звёздочки. Лайян засветил бабочку - и она порхала перед ними, освещая дорогу. Шагал - и молча злился. Почему так? Что он неправильно сделал? Нет, понятно - доверия он и не ждал. Но хотя бы… признание его верности, что ли. Расположения. Когда углубились под своды леса, князь Ридсон внезапно остановил его. - Стой. Достаточно пока. Резко опустился на поваленное дерево, сбросил мундир и зачем-то начал снимать рубашку. Лайян ощутил, как вспыхнули щёки. Он шарахнулся назад, упёрся в дерево и замер. - Что? Князь Ридсон поднял бровь. - В-вы… ч-чего…? Пискнул Лайян. - Я не могу его коснуться, так что снимать будешь ты. Не снимешь - мы отсюда не выберемся. Смотреть на него не хотелось - Лайян буквально задыхался от смущения, но и не смотреть не мог. Он был перебинтован - левая рука до плеча и шея - и перебинтован плотно, как будто там проходила серьёзная рана. А на его груди висел странный, тяжёлый амулет - невнятно-серого, тусклого цвета. Лайян отчаянно бегал глазами, не зная, куда смотреть - на его грудь, на бинты, на амулет, в лицо, вообще куда-то в сторону? князь Ридсон заметил эти метания и расхохотался. - Краснеешь, аки девица. Лайян, ну не дури, а? Ты ж юноша, а не девка деревенская. Собственное имя прозвучало… очень странно. Очень. Что-то задело внутри, заставляя вжаться в дерево сильнее. Лайян и сам не понимал, почему настолько остро среагировал - но сделать ничего не мог. Его буквально душило смущение. - Сними с меня амулет, иначе я не смогу полететь. Чётко и с нажимом произнёс князь. Лайян замотал головой. От мысли, что ему придётся подойти и прикоснуться к нему, он едва не умер. - Сними. С меня. Амулет. Голос князя похолодел. - Я н-не м-могу! Пискнул Лайян, вжимаясь в ствол дерева. Князь Ридсон сделал очень долгий, тяжёлый вздох - и вдруг напомнил. - До рассвета осталось два часа. Лайяна как ледяной водой окатило - он замер. "Как странно. Ты только начал снова вызывать у меня приязнь". Он резко шагнул вперёд, сорвал с князя амулет, отшвырнул его в сторону - а потом вдруг резко накатила слабость. Ноги подвели - мир качнулся, и Лайян медленно завалился набок. Князь поймал его, осторожно усадил на землю, усмехнулся. - Вот поэтому мне и нельзя было его трогать. Ты б меня, боюсь, до лагеря не доволок. - Что… Пробормотал Лайян. Силы куда-то подевались мгновенно - ему даже сидеть толком не удалось, он сполз и улёгся прямо на траве. Неудобно. Князь одевался. - Ристрик. Бросил он. - Что это…? - А, ты не вкурсе? У вас в Шере такое не используют? Князь обернулся. - Особый камень, который выпивает магию. Если на грудь положить, человек колдовать не сможет, потому как он блокирует искру, а если руками тронуть - весь резерв тебе сожрёт за мгновения. Это ещё хорошо, что ты его держать не стал, ха-ха. - Почему вы не сказали…? - Чтоб ты мне тут ещё полчаса ломался? На кой оно мне? Усмехнулся князь Ридсон. - А твоя тушка бессознательной мне даже полезнее - уж больно проблем от тебя много. Настроение стало тусклым. Лайян уткнулся в траву и закрыл глаза. Распахнул их, впрочем, быстро - князь поднял его на руки, подбросил. - Удобно? Лайяну было удобно. Но отвечать он не стал. Уже было плевать - казнит так казнит. - Молчание - знак согласия. Хмыкнул князь, и они взлетели. - Воду-то как, жадный пёс себе забрал? Лайян полез под жилетку и молча продемонстрировал ему бутылёк. - Это с какой радости тебе её оставили? Не понял князь Ридсон. Лайян ему не ответил. Неопределённо пожал плечами. Спустя какое-то время лёта князь, кажется, не выдержал. Сказал в сторону. - Если тебе интересно - никакого приказа убивать твоих друзей я не отдавал. Мне был нужен поводок к тебе, чтоб всё упростить - и иного способа контролировать нестабильную шестнадцатилетку я не придумал, уж извини. У Эльки есть приказ их из виду не выпускать - потому что твоя девка, как заметила, что тебя спиздили, порывалась сбежать - а убивать их мне ни смысла, ни желания нет. Лайян отвернулся. Наверное, эти слова должны были его успокоить. Возможно - что-то поменять. Но ничего внутри особо не изменилось. "Что, вот теперь мы так заговорили? Не хочется терять ключик к храму щедрости, да?" А князь продолжил. - Злишься на меня? Наверное, правильно делаешь. Но, в отличии от старого пса, от успеха всей этой кутерьмы с тобой зависит моё сраное здоровье - знаешь ли, как-то нет желания церемониться. - Зачем вы мне всё это говорите? Не сдержался Лайян. - Хочу. Спокойно повел плечами князь. - Меня раздражает твой обиженный вид. Лайян не хотел ему отвечать. - Воду-то отдашь? Лайян извлёк бутылочку и вложил в его крепкую ладонь. Князь зачем-то напился из неё, поморщился и сунул в один из карманов мундира. - Посмотрим. Сказал в пустоту. - Посмотрим… Летели долго. До тех пор, пока вдалеке, по дороге, не показалась вереница огоньков. Лайян к тому моменту уже успел поспать дважды, и потому невольно оживился. - Наши. Коротко пояснил князь Ридсон. Они спустились к отряду. Князь, не слушая вялых возражений, усадил Лайяна перед собой, сунул в руки какой-то паёк, и приказал его съесть, иначе он его сам покормит с рук, чтоб Лайян не дай пламя больше себя до истощения не довёл. Лайян всё ещё дулся - но уже меньше. Князь Рьен, всё-таки, был хоть и вредный - но уже почти "свой".

* * *

Добро на остановку Рьен дал, только когда рассвело, и стало очевидно, что они оторвались от погони. Лайян спешился первым, потянулся с хрустом, зевнул. Спать не хотелось. Заметил краем глаза смазанное пятно - а потом на него накинулась Кори. - Придурок ёбаный! Чтоб тебя черти взяли!!! Она влепила ему кулаком в грудь, резко обняла и зашипела. - Ещё раз ты пропадёшь - убью! - Меня украли! Возмутился Лайян. - Ещё раз тебя украдут - убью! Была непреклонна Кори. Вслед за ней подошёл Кас. Хлопнул Лайяна по плечу. - Мы волновались. - Я тоже! Лайян обнял Кори, подался к Касу и уткнулся в его плечо. - Я вообще думал, что меня там убьют! особенно после того, как оказалось, что там Ильтен, а он мысли читает! Лайян принялся вдохновлённо рассказывать - но услышал короткий диалог и оборвал сам себя. - …может всё-таки попробовать изучить? - Как хочешь. Можешь изучать. Можешь подарить какой-нибудь смазливой девчонке умываться от прыщей. Всё одно это бесполезный мусор. Лайян обернулся - и успел заметить, как Рьен небрежно бросил бутылку с водой Элайне. Та поймала, посмотрела растерянно - а он развернулся и ушёл, ни слова больше не сказав. Лайяну показалось, что он вмиг провалился в ледяные, беспросветно-тёмные воды. Стало как-то пусто, холодно - и не хотелось совсем ничего. Он тихо подошёл, не обращая внимания на Кори, взял из рук растерянной Элайны бутылочку и просто опустился на землю, сжимая её в побелевших пальцах. Бесполезный мусор. Вот как, значит. Это, наверное, и стало последней каплей.