Основание. Часть 2

Скорпио злился. Он сидел на крыше домов Морпоркской улицы неподалёку от Скотного рынка и думал о Лиз. Если бы она не воспользовалась помощью этого бесхребетного червя, который без заламывания рук и обморока даже смотреть на кровь не можеи, то сейчас всё шло бы по плану. Скорпио умел планировать. Его намерения простирались гораздо дальше, чем просто сделать Лиз главой Гильдии и дать ей влияние — хотя и это не было простым. А ведь он предупреждал её, чтобы она избавилась от Тедди. Он предупреждал, что это беспозвоночное расколется при первом же давлении. Но Лиз была убеждена, что из-за любви к ней Руле вытерпит всё, что угодно. И уж тем более никогда не предаст. Скорпио ненавидел людей с их мелочными страстями и чувствами. Он считал любое чувство слабостью, которую могут позволить себе копошащиеся в грязи амёбы. Люди, стремящиеся к власти и способные удержать её в своих руках, должны полагаться только на холодный ум. Он скользнул вниз и, оставаясь всё время в тени, добрался до городской стены. Скорпио — последний потомок древнего богатого рода и лучший выпускник Гильдии Убийц — элита. Утончённый, образованный, владеющий ядами, стилетами, этикетом. Он видел поразительное сходство между собой и патрицием — умным, холодным, расчётливым, идеальным полубожеством. А кто Ваймс? Грязь под ногами. Скорпио спрыгнул в подземный тоннель, даже не замечая, как в его голове одни и те же мысли носятся по замкнутому кругу. За поворотом забрезжил свет. Он увидел Лиз, сидящую спиной к стене. В этом месте тоннель был сухим, лишь посередине струился тонкий ручеек. Элизабет подскочила и кинулась ему на шею. Скорпио поморщился — от неё просто-таки разило скотом и навозом. Он холодно отстранился. — Что там происходит? — спросила она взволнованным голосом. Скорпио недобро хмыкнул. — Тебя ищет весь город, — сказал он. — Тётушки милосердия вламываются в каждый дом, где ты была раньше. Должен сказать, у тебя обширный список клиентов, Лиз. Он погладил её по щеке. Элизабет посмотрела на него надменным взглядом. — Как и у тебя, Скорпио. Только твои уже мертвы. Он усмехнулся. Вот такой она нравилась ему больше всего. Бесстрастная, с бледным каменным лицом, словно безупречно высеченная статуя. Он поцеловал её. Скорпио не стал напоминать Лиз, что это по её вине они стоят сейчас здесь, хотя очень хотелось. Но он задушил в себе эту эмоцию. — Что теперь делать, Скорпио? — Лиз подняла на него свои очаровательные голубые глаза. — Ты останешься здесь. А я закончу дело. — Но… — Я всё контролирую. Сиди здесь и не высовывайся. Элизабет смотрела, как он уходит. Беспокойство охватило её. Она осталась одна в этом противном грязном тоннеле. Но самое страшное — это чувство полной зависимости от другого человека. Несмотря на раннее утро, в участке царили суета и постоянное движение. Стражники то и дело возвращались с докладами, пили чай и снова отправлялись на улицы. Приходил посыльный от госпожи Лады справиться, не нашли ли Элизабет. Вернулись Детрит и Крепкозуб, сказали, что листовки закончились. Поэтому они пойдут просто так на подмогу другим ребятам. Зашёл библиотекарь. И вернул лист с портретом Лиз. Кажется, он был немного рассержен. — У-ук!!! — сказал он, прихлопнул бумагу лапой к столу и, выражая всем своим видом недовольство, удалился. Ваймс хмыкнул, на мгновение попытавшись представить, чем руководствовался Детрит, когда заносил листовку с изображением «белошвейки» в Библиотеку Незримого университета. Ваймс ещё раз спустился к камерам. Порасспрашивал Руле, знает ли он о каких-нибудь тайных убежищах, где Лиз могла бы прятаться, но тот лишь покачал головой. Парень выглядел совсем плохо. Осунулся, глаза потухли. Душевные муки исказили красивое лицо. Когда вернулся Шнобби, Ваймс отправил его за едой, а потом велел хорошенько покормить Руле. Ваймсу было жаль Тедди, но он ничего не мог поделать. Ближе к полудню приехал посыльный из дворца и передал сообщение Ваймсу. Завтра в полдень срочный совет глав Гильдий. Ваймс вздохнул. Некогда ему по заседаниям ходить! Но ради Хэвлока он, конечно же, пойдет. За это время он успел соскучиться по нему и очень хотел увидеться, но оставить расследование в такой час не мог. Ваймс вернулся в кабинет Моркоу и принялся ещё раз изучать дела, с несвойственной ему аккуратностью разложил всё по ровным стопкам, чтобы виднелась структура. Теперь ограбления и похищения не лежали отдельно. Ваймс расставил их по датам. И обнаружил, что закономерность всё же существовала — ничего не происходило по понедельникам и вторникам, потому что в эти дни у девочек госпожи Лады были выходные. Это говорило Ваймсу о том, что целью являлись только девушки из Гильдии и никто иной. Вернулись Моркоу и Ангва. Сержант сразу отправилась наверх, в комнату Моркоу, спать, а капитан, сварив крепкий кофе и разлив его по кружкам, присоединился к Ваймсу. — Мы обошли все постоялые дворы и пансионы, сэр, а также дома, где просто сдавали комнату или койку, — устало сообщил Моркоу. — Не везде нас пускали, но вы же знаете Ангву — ей не обязательно было заходить внутрь, чтобы понять, была ли там Солт или нет. — А что это с ней? — спросил Ваймс, кивнув в сторону второго этажа. — Скотобойни, сэр, — Моркоу тяжело вздохнул, — да ещё полнолуние. — Тогда пусть отдыхает. Ты тоже давай, топай. — Сэр? — Иди, говорю, поспи, — более ясно выразился Ваймс. Иногда он забывал, что Моркоу склонен воспринимать всё буквально. Моркоу поднялся, но в дверях остановился. — А сами вы спали, сэр? — Спал, — соврал Ваймс. — Иди уже. Капитан посмотрел на него недоверчивым взглядом, но промолчал и ушёл. Ваймс снова вернулся к столу. Слуга Гильдии Белошвеек — красивый, молодой и стройный юноша — постучал в двери личных покоев госпожи Лады. Открыла Дотси. — Госпожа Лада никого не принимает, бой, — строго произнесла Дотси. — Тут очередная посылка госпоже с… — юноша заглянул в открытку, прикреплённую к букету цветов, — с соболезнованиями и пожеланиями скорейшего выздоровления. И он протянул букет, бутылку вина и коробку конфет. — Какая безвкусица! — манерно фыркнула Дотси. — Я передам, можешь идти. Розмари Лада лежала в своей постели. На прикроватном столике с изящными золочеными ножками уже стояло две вазы с цветами и несколько флакончиков с нюхательной солью. — Дотси, милая, что там? — слабым голосом спросила она. — Ещё один букет, Рози. Розмари взглянула на тёмно-красные, почти чёрные розы. — Поставь его куда-нибудь поближе. Кто прислал? — Здесь не написано, — ответила Дотси, держа открытку двумя пальцами, будто это было нечто мохнатое и мёртвое. — Выражают соболезнования. Тут ещё вино, судя по всему щеботанское, и коробка шоколадных конфет. — Какая прелесть, — без особой радости произнесла госпожа Лада. На кровати возле её ног лежала маленькая собачка из породы жемчужных болонок (выведены случайно на Жемчужных островах в процессе добычи жемчуга и магического шторма) — Вилли. Вилли поднял голову и потянул носом. Госпожа Лада запрещала кормить его шоколадом, но девочки всё равно время от времени угощали Вилли. Шоколад был его слабостью. — Рози, ты должна поужинать, — непреклонно сказала Дотси. — Пойдем, дорогая, стол уже накрыли. Розмари вздохнула, но всё-таки поднялась с постели, накинула шелковый халат с павлинами — подарок из Агатовой империи одного давнего воздыхателя, и направилась в личную столовую. Там Сэди вручила ей записку от капитана Моркоу («Пака мы ни нашли никаво, но поиски активна ведутца! Кпт.М.»), сморщила нос от орфографии и вздохнула. Рози не хуже других знала, что Анк-Морпорк — это огромная клоака, способная не только поглотить кого угодно, но и спрятать. Из спальни раздалось жалобное поскуливание. — Вилли, мальчик мой, не вздумай портить себе аппетит! — воскликнула Розмари, не вставая. — Скоро Брэкстон принесёт твои любимые телячьи отбивные. Но поскуливание продолжалось. Рози заподозрила неладное. Однажды она слышала подобные звуки — тогда Вилли свалился между лестницей и перилами и застрял, не в силах выбраться. Она быстро поднялась и вернулась в спальню. Дотси последовала за ней. Жуткая картина предстала перед их глазами. Вилли, лёжа на боку, подёргивался в судорогах, из пасти текла белая пена. Коробка с конфетами была разорвана, судя по всему, Вилли съел несколько штук. Пёсик проскулил в последний раз и затих. Розмари, чувствуя дурноту, упала на колени. Ваймс летел во дворец, расталкивая прохожих и никого вокруг не замечая. Он ворвался в Крысиный зал. Собравшихся было не много, но они и не думали усаживаться за стол. Рядом с лордом Ветинари стоял лорд Дауни, склонившись друг к другу, они о чём-то тихо говорили. Сидела только госпожа Лада. За её спиной по бокам, со скрытыми лицами под чёрными капорами, стояли тётушки милосердия, не выпуская из рук ридикюля и зонтика. — Сэр Сэмюэль, — обратился к нему Ветинари. — Что дал осмотр? Ваймс чуть отдышался и выпалил: — Вино, конфеты и цветы… Всё было отправлено. Сержант учуяла их сразу же, как приблизилась. Лорд Ветинари холодно посмотрел на главу Гильдии Убийц. — Я уже сказал вам, Ваша Светлость, — нервно проговорил лорд Дауни. — Заказ на госпожу Розмари Ладу есть, но контракт никто не заключал! Мне неизвестно ни об одном желающем, готового взяться за заказ. — Значит, вы плохо знаете, что происходит у вас в Гильдии! — не подумав, рявкнул Ваймс. Лорд Дауни смерил его высокомерным взглядом. — Мне не обязательно носиться по городу, как угорелая шавка, Ваймс, чтобы быть в курсе всего происходящего. — Сэр Сэмюэль! — так же высокомерно ответил ему командор. — Что? — Можешь обращаться ко мне просто, Дауни, — сэр Сэмюэль. Ветинари, до этого бесстрастно глядевший на лорда Дауни, теперь посмотрел на Ваймса. В его глазах мелькнул весёлый огонёк. Впрочим, этого никто не заметил. — Господа, — невозмутимо продолжил он. — Давайте по делу. — Мы проверим расход ядов на своём складе, но уверяю вас, что многие из них спокойно продаются в аптеках, — отвернувшись от Ваймса, сказал Дауни. — Убедитесь, что никто из ваших людей и подопечных не причастен к покушению на госпожу Розмари. Лорд Дауни кивнул и поспешил убраться. Его бесил Ваймс, бесило подозрение, обращённое в сторону Гильдии. И он вовсе не хотел быть эпицентром скандала, причиной которой являлся бы один из его подчинённых. Патриций обратился к госпоже Ладе. — Розмари, я готов предоставить вам охрану, если вы пожелаете. Розмари поднялась. Её лицо выражало решительность. — Благодарю, Ваша Светлость. Но я уверена, что Дотси и Сэди справятся. Тётушки чинно кивнули. Все трое покинули зал. Ветинари и Ваймс остались одни. Ваймс подошёл к Хэвлоку и, протянув руку, сжал его пальцы. — Прости, но сегодня я не смогу… — проговорил он тихо. Его глаза покраснели от усталости, под ними виднелись тёмные круги. Ветинари взял его перевязанную ладонь, осмотрел, а затем поцеловал в висок. Вдохнул его запах — запах пота, табака и кофе и что-то ещё, только ваймсовское — и отпустил. Не оглядываясь, Ваймс вышел из дворца. Было очень сложно вот так взять и уйти. Но он должен был. И Ветинари это понимал. В Ярд Ваймс вернулся злым до чёртиков. Он с силой хлопнул многострадальную дверь своего кабинета. Никто не осмелился зайти или что-нибудь спросить. Он метался по комнате, ударил кулаком в стену. Посыпалась штукатурка. Рана на ладони вновь начала кровоточить. Ваймс сел. Затем снова резко встал, с шумом зашёл в кабинет Моркоу, стянул со стола свою новую схему и, хлопнув дверью, уселся обратно. Тот факт, что Мэгги была преемницей госпожи Лады, теперь вышел на передний план. Вот настоящая причина, по которой её убили. Значит, Солт и её сообщник затеяли это вместе. План сорвался, когда тело Мэгги было найдено. Но почему вообще удалось обнаружить тело? Пятерых пропавших девушек они не нашли и вряд ли найдут — с их телами, если их убили, поработали хорошо. Не подкопаешься. Возможно, подобное планировалось и с Мэгги. Но что-то пошло не так. Что? Мэгги что-то заподозрила? Она сказала об этом Лиз, может даже, угрожала ей? И Лиз поспешила её убрать? Они запаниковали — вот что произошло! Ваймс взял обгрызанное потрёпанное перо и провёл чернилами жирную линию между «Солт» и «Сообщник». Лиз метила на место главы Гильдии Белошвеек. Ваймс громко захохотал. Их план сорвался, они начали совершать поспешные действия и допустили уже одну ошибку! Значит, совершат и вторую, и третью. Потому что они уже провалились. Он закурил сигарету. С удивлением обнаружил, что лист со схемой, бумаги под ним, стол и его собственный рукав измазаны кровью. Медленно, спокойно докурив, почти не двигаясь с места, он потушил окурок и направился в дежурку. Достал бинты из аптечки. Выкинул старый. Ангва поморщилась. Затем встала и перевязала его ладонь как следует. — Спасибо, — буркнул Ваймс. — Не за что, сэр, — она оценивающе взглянула на него. — Вам бы поспать, сэр. — Потом, — отмахнулся командор. — Я знаю, вы устали. Мы почти сутки на ногах. Но сегодня ночью нам нужно будет патрулировать улицу Паточной шахты, Изоморфную, Чистоводную и Корсетный переулок. — Всё вокруг Гильдии Белошвеек? — спросил Моркоу. — Да. — Но зачем? — Потому что они торопятся, а значит сделают ещё одну попытку устранить главу Гильдии. — Сэр, вы что-то знаете? — спросила Ангва. — Не совсем, — покачал головой Ваймс. — Но я просто жоп… э, нутром чую, что так оно и будет. — Сэр, а что вы имеете в виду, когда говорите «они»? — уточнил Моркоу. — Ну они — Солт и её сообщник! — нетерпеливо ответил Ваймс. Все переглянулись. — У всех есть двадцать минут, чтобы перекусить и выпить кофе. — Командор протёр глаза. — Шнобби, сбегай в ту лавку, где продают кофе клатчианский. — А какой вам, сэр? «Рыжий пустынный специальный» или «кудрявый горный простой»? — уточнил Шнобби, известный кофейный эксперт. — Надеюсь, ты меня не убить хочешь? — Ваймс посмотрел на него мрачным взглядом. — «Кудрявый» неси. Я же вроде не валяюсь пьяный в канаве, чтоб меня «рыжим пустынным» поить. — Эт верно, сэр, — кивнул капрал, — в канавах вы давно не валялись. Ангва отвернулась, её плечи подрагивали в беззвучном смехе. Через несколько секунд до Шноббса дошёл смысл сказанных им слов. — Э-э-э, я имел в виду, что вы, сэр, сейчас такой весь… трезвый! — закончил Шнобби с облегчением. — Что верно, то верно, — угрюмо сказал Ваймс и притулился на старом диване поудобнее, вспоминая прошлые деньки, когда он мог пить, не просыхая, неделями напролёт. Все разошлись по своим делам. Ангва и Моркоу отправились в «Едальню», где круглосуточно подавали клатчианский плов. Кто-то отправился на общую кухню. Когда капрал Шноббс вернулся, держа рукой в перчатке маленький жестяной стаканчик с дымящимся «кудрявым простым», Ваймс крепко спал. Скорпио сидел в тени на крыше дома, расположенном напротив Гильдии Белошвеек. Он отлично видел прибывшую бордовую карету, в ночи казавшейся чёрной. Из неё вышла госпожа Лада. Тётушки милосердия цепким взором оглядывали улицу вокруг. Затем, трое женщин скрылись в дверях. Отсюда он видел, как в окнах личных покоев главы Гильдии зажёгся свет. У Скорпио с собой был арбалет. Расстояние из его укрытия до комнат госпожи Лады было достаточно близким для выстрела. Но он не стал этого делать. В конце концов, должен быть стиль. Гильдия Убийц годами это втолковывает своим подопечным. Грязный мордобой, уличные драки, реки крови — всё это подвергалось жёсткому порицанию, а иногда приводило и к исключению из Гильдии. Даже выстрел из арбалета использовался только новичками на тренировках. Но за выполнение заказа таким методом восторгаться никто не станет. Да и сам Скорпио не любил арбалеты. Ему нравилось холодное оружие, яды и удушение. Яд не сработал. Для кинжала или удушения нужно быть близко. И именно этим он и собирался заняться. Дело было даже не в личных предпочтениях. А в личной мести. Рози Лада была участницей сговора во времена Славной революции, а потом эта оборванка из трущоб поднялась очень высоко, имеет политическое влияние и право находиться в городском совете только потому, что тогда ей повезло выбрать правильную сторону. В отличие от отца Скорпио. Дождавшись, когда редкие прохожие разойдутся по другим улицам, он вышел из своего убежища и шагнул вниз. Розмари Лада оказалась права — Дотси и Сэди действительно справились. Когда Дотси уронила голову на грудь, чтобы немного вздремнуть, Сэди, зажав под рукой зонтик, отправилась в спальню госпожи. И именно в этот момент краем глаза она уловила какое-то движение у окна. Тяжёлые бархатные портьеры колыхнулись. Сэди кинулась на спящую госпожу и закрыла её своим телом, одновременно замахиваясь зонтом вбок. Голова попугая отвалилась, и вместо неё блеснул тонкий клинок, взрезав острым лезвием чёрную ткань на рукаве Скорпио. Он отпрянул и во время — несколько тонких спиц, вылетевших из зонтика, просвистели мимо него и вонзились в створки стеллажа. Послышался звон стекла. Скорпио поднял руку, чтобы метнуть ещё один кинжал, но тут ему в бок врезалось что-то очень тяжёлое. Кинжал воткнулся в обивку изголовья кровати футом выше над головой госпожи Лады. Ридикюль Дотси снова надвигался на Скорпио. Он увернулся и выскользнул в окно. Сэди высунулась за ним и закричала мужским басом. — Лови мерзавца! Поднялся шум. В доме Гильдии зажигался свет, озаряя улицу и дома напротив, все топали, куда-то бежали. Из переулка показался капитан Моркоу, его обгоняла волчица с серебристой шерстью. Она вбежала в спальню Розмари, уткнувшись носом в толстый ковёр на полу и через несколько секунд выбежала обратно. Дотси, туго обмотав предплечье Сэди, вынула кинжал. Сэди поморщилась. — Каков подонок, — чуть сердито сказала она. — Метать ножи в женщин! Скорпио шёл по тоннелю. Он еле сдерживал свои эмоции. Оборотень висела у него на хвосте, но Скорпио знал много мест, откуда можно было уйти под землю. На всякий случай он вынырнул у скотобоен, чтобы сбить со следа, и снова спрыгнул вниз, стараясь идти только по ручьям. Вода быстро смывала его следы. Через полчаса, не выходя на поверхность, петляя и перелезая через полуразрушенные стены, Скорпио добрался до Лиз. — Мне помешали, — без объяснений сказал он. — Но я не отступлюсь. — О чём ты? — спросила Лиз. Она поднялась на ноги. Её руки были измазаны грязью, на щеке тоже виделся тёмный мазок. В месте, где она спала, валялись остатки еды и два свечных огарка. Третий почти догорел. — Не важно. Проклятый оборотень чуть было не догнал меня. Скорпио присел, облокотившись спиной к стене. Элизабет села рядом с ним и взяла его за руку. — Что ты сделал? — Я хотел убить эту старуху. Теперь они будут искать и меня тоже, — он выдернул свою руку. — Ты пытался убить госпожу Ладу? — ахнула Лиз. От неё не укрылось то, что Скорпио не хотел, чтобы она прикасалась к нему. — Мы так не договаривались! — Да что ты понимаешь! — едва не взорвался он. — Если бы ты не спуталась с этим жалким червяком, то сейчас мы были бы у цели. Лиз поднялась и взглянула на него сверху вниз. — Не думала, что ты такой… сентиментальный, — с презрением произнесла она. Через мгновение на её тонкой шее сомкнулись пальцы. Зрачки голубых глаз расширились от удивления, но уже через секунду она улыбалась — безрадостно и с отвращением. — Вы оба — жалкие, — просипела она, чувствуя как пальцы Скорпио сжимаются сильнее. Он поцеловал её. Лиз хотела отвернуться, но хватка не позволяла ей сделать это. Тогда она укусила его. Скорпио отпрянул, улыбнулся и отпустил её. — Игра ещё не окончена, — сказал он, уходя и исчезая в темноте тоннеля. — Жди здесь. Элизабет заметалась в панике. Этот идиот всё испортил! У неё ещё был шанс отвертеться, она могла бы что-нибудь придумать. Но после покушения на госпожу Ладу она пропала! Не надо было вообще ни на кого надеяться. Всё надо было делать самой! Да, вышло бы гораздо дольше, но зато никто не смог бы предать и подставить её. Лиз присела на сухую брусчатку, бывшей когда-то улицей старого Анк-Морпорка, и погасила свечу. Ей нужно подумать. Она закрыла глаза. Через минуту, придавив эмоции, Лиз погрузилась в размышления. А ещё через полчаса выбралась из тоннеля и, пока ещё не рассвело, прокралась в чью-то лавку на Скотном рынке. Элизабет отыскала клочок бумаги и огрызок карандаша, прихватила пару свечей, зачерствевшую корку хлеба и вернулась обратно в тоннель. Ваймс рвал и метал. За окном стояло раннее утро, непроглядный туман стелился по улицам. После того, как его разбудил сержант Детрит и сообщил о втором неудачном покушении на госпожу Ладу, Ваймс был вне себя от гнева. Но внутренний Стражник удовлетворенно молчал. Вот и вторая ошибка. Всё, как он рассчитывал. Но одновременно с этим появилось новое беспокойство — сообщник Лиз становится опасным. Ведёт себя, как загнанный в угол зверь. Но Ваймсу было хорошо известно, что именно в этот момент загнанный зверь и становится опаснее всего. Скорость, с которой было организовано второе покушение, подтверждала сразу несколько вещей. Они в панике, они совершают ошибки, и Элизабет Солт действительно хотела стать главой Гильдии Белошвеек. Но кто ей помогает? Очередной влюблённый дурак, вроде Руле? Ну нет! Этот совсем другой. Он безжалостный профессионал, знающий о смерти практически всё. Яды, кинжалы, удушения, беззвучная тень на крышах, знание того, как замести следы. Кто так действует? Конечно же, Гильдия Убийц. Ваймс позвал Детрита. Детрит взял «Миротворец». Моркоу увязался сам, потому что боялся, что командор будет слишком прямолинейным. Ангва пошла за ними, потому что она помнила запах и хотела проверить. Миновав Медный мост таким составом, они свернули вправо и совсем скоро оказались у ворот Гильдии Убийц. Ваймс кивнул Детриту. Детрит постучал. Приоткрылось узкое окошко, Моркоу вежливо попросил впустить их. Привратник отказался. Потом он увидел перед собой улыбающееся лицо Ангвы и решил, что ему не платят настолько хорошо, чтобы потом по ночам бояться выходить в туалет. Ворота отворились. Во двор высыпало не меньше двадцати подопечных Гильдии. Молодые юноши — с некоторых ещё даже прыщи не сошли, все в чёрном — нервно одёргивали длинные рукава с припрятанными отравленными дротиками и поправляли пояса за спиной с коллекцией ножей и кинжалов. Ваймс закурил. Детрит положил «Миротворец» на плечо. Моркоу вежливо попросил о встрече с лордом Дауни. Ангва, плавно и грациозно, как умеют только стройные, сногсшибательно красивые девушки, бесстрашно двинулась к убийцам. Она обаятельно улыбалась и обнюхивала каждого. Затем отрицательно покачала головой. Вышел лорд Дауни. — Какого дьявола, Ваймс?! Ваймс устало вздохнул. Он не стал напоминать ему о своём новом титуле. Он пропустил мимо ушей фамильярное «Ваймс». Он даже не обратил внимания на презрительный тон. Он лишь коротко сказал: — Есть серьёзный разговор. Лорд Дауни оценил обстановку и положение вещей в целом. Он кивнул и позвал командора за собой. Они зашли в кабинет главы Гильдии. — Ну? — без церемоний спросил Дауни. — Он из ваших. Человек, который совершил эти покушения. Дауни попытался испепелить Ваймса взглядом. — И ты пришёл к такому выводу, потому что.? — Да брось, Дауни, — ухмыльнулся командор, он ожидал чего-то подобного. — Удушение Вайтхэндс, яды в первом покушении, проникновение и кинжалы — во втором. Передвигается и прячется на крышах. — Всё это какая-то чушь! — Просто дай моему сержанту быстро обнюхать твоих подопечных и мы исчезнем, — с угрожающей ноткой в голосе продолжил Ваймс. — А дальше ты сам проведёшь внутреннее расследование. Лорд Дауни молчал, обдумывая предложение. Он уже и сам начал подозревать кого-то из своих, видя какими методами совершаются нападения. — Но если я дам вам официальное разрешение, то пойдут слухи… — Только если ты сам будешь трезвонить об этом на всю округу, — сказал Ваймс, подходя к двери. — Ваймс! — окликнул его лорд Дауни. — Только быстро! — прошипел он. — И если что-то… Если что-то обнаружите, сразу сообщите мне. Ты должен понимать — политика Гильдии. — Совершено преступление, Дауни, — мрачно сказал Ваймс, вскидывая арбалет на плечо. — Я сообщу тебе, если мы что-то найдём. Но ты должен понимать — закон един для всех. Даже для тех, кто думает, что он не про них писан. Ангва медленно шла по длинным тёмным коридорам. Полы были устланы коврами, стены окрашены в чёрный. Редкие настенные фонари освещали пространство мягкими кругами. Чёрные двери шли одна за другой. Она останавливалась, принюхиваясь к каждой, и шла дальше. Иногда из комнат выглядывали их обитатели. Некоторые, завидев каменное лицо командора, тут же скрывались обратно. Другие выходили и, словно встревоженные вороны, перелетали к соседям. На третьем этаже Ангва остановилась. Она почувствовала не только его запах, но и другие — скота, навоза, что-то сладкое и терпкое, и цветочное. Ангва молча указала на дверь. Ваймс вышиб её ногой. Он уже перешагнул порог, как вдруг Ангва вскинулась, учуяв запах порошка №1, но не успела. Прогремел взрыв. Ветинари, работающий в Продолговатом кабинете, вскинул глаза. Поднявшись, он подошёл к окну и осмотрел город, расстилающийся перед ним. — Пошлите за командором, — приказал он Стукпостуку. — Немедленно. Секретарь растворился за дверью. Ветинари не мог объяснить себе внезапно возникшее беспокойство, которое разом охватило его. Но почему-то до боли хотелось увидеть Ваймса. Убедиться, что он более-менее в порядке. Взяв себя в руки, патриций снова вернулся за стол. Скорпио бежал по подземным тоннелям. Шумно, шлёпая по воде и грязи. Впрочем, всё равно никто не знает, где он, нет смысла красться. Разум его полнился гневом, разливающимся, словно яд. А чувство приближающегося поражения обжигало, мучило, но одновременно с этим придавало злобной решимости. Он всё равно убьёт Ваймса! Чего бы это ему ни стоило. Скорпио едва успел покинуть здание Гильдии Убийц, завидев входящих стражников. Он знал, что теперь этот тупой, но дотошный коп доберётся до него, и оставил ему сюрприз. Возможно, прямо сейчас Ваймс уже угодил в его ловушку. Ведь командор всегда сначала делает и только потом думает. Наверняка будет идти, как обычно, напролом. Ну что ж, будет ему урок. Если он выживет, конечно. Скорпио не мог точно сказать, насколько повредит оставленный им подарок. Но надеялся, что это даст ему время на планирование следующего убийства. Он вбежал в тоннель, который вёл к убежищу Лиз. Нужно будет предупредить и выслать её за пределы Анк-Морпорка. А там, после того, как Скорпио расправится с командором, они найдут, где спрятаться. Мир огромен и велик. Получить власть, если постараться, можно в любом месте. Одинокая свеча теплилась возле крепко спящей прямо на полу Элизабет. Скорпио хотел разбудить девушку, но тут его взгляд упал на обломок карандаша. Он внимательно осмотрел всё вокруг и увидел сложенный грязный лист под корсетом у её груди. Скорпио медленно вытянул бумажку и развернул. «Командор Ваймс, я знаю, что вы меня ищете. Я хочу сдаться. Тюрьма лучше, чем смерть от рук Гильдии. Приходите в старый подземный тоннель под Расхлябанными воротами. Прошу вас, поторопитесь, боюсь, что Гильдия найдёт меня раньше, чем вы». Он взглянул на спящую Элизабет и понял, что будущего у него больше нет. Она предала его. Предала всё, о чём они мечтали. Элизабет Солт умерла быстро. Тридцать мучительных секунд она смотрела ему в глаза, пока всё не прекратилось. Скорпио разжал пальцы. Тело Лиз безжизненно, словно тряпичная кукла, повалилось в грязь. И ничего, кроме отвращения, презрения и звенящей пустоты, оно не вызывало у него. Сейчас она была такой же, как Мэгги. Просто мусором в канаве. Он отвернулся. Если у него нет будущего, то и у Ваймса с Ветинари тоже не будет. Скорпио поднял клочок бумаги с признанием Лиз, взял карандаш и дописал: «P.S. Я знаю, где ты спишь. Я знаю, с кем ты спишь. Приходи, если не хочешь, чтобы об этом узнал весь город. Приходи, пока она жива. Поторопись, время истекает». Ваймс открыл глаза. Смерть сидел на складном стульчике и читал книгу. Его коса была прислонена к стене. Вокруг было темно и тихо. — Ты ещё кто такой? — грубо спросил Ваймс. Голова у него раскалывалась, будто по ней очень долго колотили дубиной. — НЕ ОБРАЩАЙ НА МЕНЯ ВНИМАНИЯ, КОМАНДОР, — послышался потусторонний, пробирающий до мурашек голос из-под чёрного капюшона. — Я ВСЕГО ЛИШЬ ОПРЕДЕЛЯЮ ВЕРОЯТНОСТЬ. Ваймс уставился на него, пытаясь разглядеть лицо, но кроме двух ярко-голубых светящихся огоньков ничего не увидел. Смерть встал, захлопнув книгу. Он взял косу. Ваймс посмотрел на его костлявые белые кисти рук и озадаченно моргнул. — НЕТ, НЕ СЕГОДНЯ. ВСЕГО ДОБРОГО, КОМАНДОР, — сказал Смерть и стал растворяться. Ваймс снова моргнул. И тут мир наполнился звуками, запахами и болью. Капитан тряс его за плечо, шевеля губами. Но Ваймс ничего не слышал — нестерпимый звон заливал его уши. В воздухе воняло фейерверками. Тело словно провернули через мясорубку. — Сэр? Сэр! Вы в порядке?! Ваймс попытался встать, но мир закружился цветными кругами, словно детская карусель. Капитан оттащил его подальше от места взрыва и усадил спиной к стене. Затем он кинулся обратно к развороченному дверному проёму и поднял Ангву на руки. Ваймс очнулся, лёжа на полу. В ушах по-прежнему звенело. Голова раскалывалась. Он попытался пошевелиться. Руки, ноги вроде в порядке, только вот, кажется, на спине снова сломаны рёбра. Вокруг была суета. Он слышал топот ног, но скорее, чувствовал через вибрацию пола. Голоса отзывались приглушённым звуком. В глазах мутилось. Над ним склонилось встревоженное лицо Моркоу. — Не двигайтесь, сэр, — сказал он. — Сейчас мы перенесём вас на кровать. — Ангва… — Она жива, сэр, всё в порядке. Её тоже хорошенько приложило к стене, — голос Моркоу мучительно дрогнул. — Взрыв отбил у неё весь нюх. Из-за этого она злится больше всего. Ваймс повернул голову. Узнал холл Псевдополис-Ярда. Моркоу позвал младших констеблей Молотобоя и Крепкозуба. Они подбежали с деревянными носилками. — Нет, не надо, — запротестовал Ваймс. — Я останусь здесь. — Но, сэр… — Сколько я пробыл в отключке? — Не больше трёх часов, сэр. Мы только недавно вернулись из Гильдии. Сэр, вы уверены, что не хотите… — Я останусь здесь, капитан, — хрипло, но настойчиво сказал Ваймс. — Я в порядке. Воды только принеси. Шнобби тут же убежал на кухню. Моркоу и гномы отошли. Ваймс посмотрел в другую сторону и увидел возле главных дверей секретаря патриция. Значит, Ветинари уже знает. Ваймс прикрыл глаза. Как же ему сейчас хотелось оказаться не здесь, лежащем на затоптанном полу среди суеты и шума, а в тихой, уютной спальне Хэвлока, прижимать к себе крепко, вдыхать с его шеи запах… — Держите, сэр, — голос Шнобби раздался почти над ухом. Ваймс со вздохом открыл глаза — после мыслей о Ветинари увидеть лицо Шнобби было сущим наказанием. Ваймс собрался с силами и, скривившись от боли, сел. Выпил весь стакан воды, подождал пока головокружение перестанет таскать его по всей дежурке и медленно поднялся на ноги. Краем глаза он увидел, как Стукпостук исчезает в дверях. — Сэр, давайте я вам помогу, — сержант Детрит решительно взял командора под локоть. — Спасибо, Детрит, — Ваймс оперся на него, чувствуя слабость и тошноту. — Давай в мой кабинет. Сержант отвёл его и со всей осторожностью усадил в кресло. — Щас принесу вам кофе, поди полегчает чуток, — добродушно сказал Детрит. Ваймс кивнул. Но решил больше так не делать, так как вся обстановка немедленно принялась отплясывать и кружиться. Он прикрыл глаза. Ему казалось, что он падает снова и снова, как будто его зациклило в одной и той же секунде времени. Ваймс медленно прилёг на стол. Спина нещадно горела, в голове бил тяжёлый колокол. Когда он открыл глаза в следующий раз, в кабинете уже горели свечи. Окно было открытым, а за ним — вечер. Сколько он проспал? И спал ли? Ваймс осторожно поднял голову. Заметив кружку с кофе, он взял её дрожащими пальцами и, делая большие глотки, выпил весь. Хотя бы в горле перестало першить. Он порылся по карманам. Достал сигарету и прикурил, игнорируя тошноту. Потянувшись к пепельнице, Ваймс увидел грязный клочок бумаги, не похожий на остальные. Он раскрыл его.