Дело о девушке из тумана

Дом на Бейкер-стрит в этот вечер казался необычайно тихим, словно само старое здание с потемневшими стенами, скрипучими ступенями и окнами, в которые лениво стекал лондонский дождь, вдруг решило сделать паузу и прислушаться к собственному дыханию, потому что тот человек, который обычно наполнял эти комнаты резкими замечаниями, быстрыми шагами и странными экспериментами, сегодня уехал. Дверь открылась, впуская внутрь холодный воздух улицы и высокий силуэт юноши, который вошёл уверенно и спокойно, как человек, привыкший замечать каждую мелочь вокруг себя, даже если на первый взгляд в этом не было никакой необходимости. Майкл Холмс повесил пальто на крючок, стряхнул с рукавов капли дождя и на несколько секунд остановился в прихожей, внимательно оглядывая дом, словно перед ним была не собственная гостиная, а сцена загадочного происшествия, где каждая мелкая деталь могла рассказать историю. Он медленно поднялся по лестнице, провёл пальцами по перилам, на которых лежал тонкий слой пыли, и почти автоматически отметил про себя, что отец уехал довольно рано утром и не возвращался в течение всего дня, потому что в противном случае на дереве остались бы свежие следы. Когда Майкл вошёл в гостиную, его взгляд сразу нашёл записку, лежавшую на столе среди книг, газет и беспорядочных заметок. Он поднял её, пробежал глазами по знакомому почерку и тихо усмехнулся. «Уехал на выходные. Не сжигай дом. — Отец.» Юноша некоторое время держал записку в руках, после чего опустил её обратно на стол и медленно оглядел комнату, которая внезапно стала казаться гораздо просторнее и свободнее, чем обычно. Теперь весь дом принадлежал только ему. И на целые выходные. Майкл прошёлся по комнате медленным шагом, внимательно разглядывая предметы вокруг себя, словно оценивая возможности, которые открывались перед ним, потому что свобода, как он прекрасно знал, всегда была гораздо интереснее, если использовать её с умом. Он остановился у окна, за которым густой лондонский туман уже начинал растворять огни фонарей, и задумчиво склонил голову. — Скука, — произнёс он наконец спокойным голосом, в котором прозвучала лёгкая насмешка. — А скучать, если подумать, удивительно скучное занятие. Он отвернулся от окна и направился к стулу, на котором лежал старый футляр со скрипкой. Через несколько секунд комната наполнилась музыкой. Мелодия, которую играл Майкл, была быстрой, немного резкой и слегка дерзкой, как будто сам инструмент не совсем был уверен, хочет ли он следовать строгим правилам классики или предпочитает отправиться в совершенно неожиданное музыкальное путешествие. Пальцы юноши двигались легко и уверенно, словно он играл не потому, что выучил ноты, а потому, что музыка просто существовала у него в голове и требовала выхода. Если бы кто-то увидел его в этот момент, сходство с его отцом стало бы почти очевидным. Та же сосредоточенность. Та же привычка полностью погружаться в мысль. Та же искра любопытства. Однако спустя несколько минут Майкл внезапно остановился. Он медленно опустил смычок и слегка нахмурился. Что-то изменилось. Это было едва заметное чувство, почти инстинкт, но именно такие вещи чаще всего оказывались правдой. Юноша подошёл к окну и внимательно посмотрел наружу. Сначала он увидел только дождь и туман. Затем его взгляд поднялся чуть выше. И тогда он заметил девушку, которая, держась одной рукой за водосточную трубу и балансируя на узком каменном карнизе, выглядела так, словно подобные визиты через окно были для неё совершенно обычным способом входить в чужие дома. Каштановые волосы растрепались от ветра, тёмное пальто цеплялось за камень, а выражение её лица было настолько спокойным, что казалось, будто она просто ждёт автобуса, а не висит на втором этаже дома на Бейкер-стрит. Майкл открыл окно и некоторое время молча рассматривал неожиданную гостью. — Простите, — произнёс он наконец вежливым, почти светским тоном, — но вы, вероятно, понимаете, что для большинства людей подобный способ появляться в гостях считается несколько необычным. Девушка перевела на него взгляд, и в её глазах появилась лёгкая, почти насмешливая искра. — Разумеется понимаю, — спокойно ответила она. — Тогда мне особенно любопытно узнать, что именно вы там делаете. Она слегка улыбнулась, словно вопрос был слишком очевидным. — Я жду, когда ты наконец откроешь окно. Майкл несколько секунд смотрел на неё, после чего молча распахнул окно шире. Девушка ловко перебралась внутрь комнаты, словно давно привыкла к подобным манёврам, стряхнула с пальто капли дождя и огляделась вокруг с таким видом, будто проверяла, соответствует ли знаменитая квартира на Бейкер-стрит её ожиданиям. Затем она снова посмотрела на Майкла. — Ты сын Шерлока Холмса, — сказала она. — Верно. — Отлично, — произнесла девушка, слегка скрестив руки. — Значит, у меня есть дело. Майкл внимательно изучал её несколько секунд, словно мысленно складывал кусочки сложной головоломки. — Позволь предположить, — произнёс он спокойно. — Кто-то пытается тебя убить. Девушка на мгновение замолчала, после чего чуть прищурилась. — Да. На лице Майкла появилась едва заметная улыбка, в которой читалось больше интереса, чем удивления. — Замечательно, — сказал он. — Похоже, мои выходные всё-таки будут не такими скучными.