Самое лучшее во мне — это ты

«The higher you climb, the harder you fall»

The aphorism

— Так вот как значит, Тара, — из тени соседней прихожей вышел красноволосый парень, — а я думал, что мы все равны и ты любишь нас всех одинаково.

***

Кольт был хорошим рейнджером, ровно как и его родители. Они были любящей и дружной семьей в Сокóрро. — Смотри, Кольти, берешь грабли и вот так вот удобряешь здесь землю, — однажды показывал ему папа на их семейном ранчо. — Вот так? — сын взял лопату и попробовал копнуть верхний слой почвы. — Не так. Смотри. Отец перехватил инструмент, легко вонзив его в землю. — Землю не бей. Разговаривай с ней. — С землей? — мальчик фыркнул. — Ага. Иначе она тебе не поддастся. Он попробовал снова — и на этот раз получилось. — Видишь? — Я ее убедил, — с гордостью произнес Кольт. — Не зазнавайся, ковбой, — улыбнулся старший Бронсон. Мать отломила кусок хлеба и протянула сыну. — Не спеши. Мальчик откусил — и сразу заговорил с полным ртом. — Я сегодня почти попал! — Сначала прожуй, стрелок, — ласково ответила она. — Так вот, представляешь, мам, я сегодня… — Знаю, знаю, мой маленький, папа уже мне все рассказал. — Да? А он мне обещал, что я сам расскажу! Ну держись, пап! — Кольт шутливо нахмурился, будто действительно зол с серьезными намерениями. Мама на последнюю реплику лишь тихонько рассмеялась. Ох уж эти проказники. Что с ними поделаешь… Были…до тех пор, пока не умерли… Пока им не пришел заказ на ограбление у окраины Эль-Пáсо. — Кольт, сынок, мы с папой ненадолго отлучимся. Не скучай без нас, — мать крепко обняла своего сына на прощание, словно знала, что это их последний раз. Он тоже сильно-сильно ее обнял, прислонившись своей щекой об ее. — Скоро вернемся, — широко улыбнулся отец. Кто мог знать, что они не выживут на той миссии. Если бы он знал, то пошел бы вместо родителей, кто знает, может, он бы и спас их жизни. — Это дом Бронсонов? Ребенок едва кивнул. Человек, вероятно, шериф, снял свою ковбойскую шляпу, посмотрел на него с грустными глазами. — Вы Кольт Бронсон? Я…тогда у меня для вас плохие новости, сэр. Ваши родители…они… — он потупил взор, глядя в пол и раздумывая, как бы преподнести весть помягче. Все-таки адресат — маленькое дитя. — Скажите, что с ними. Пожалуйста. — глаза мальчика наполнились слезами, — только не говорите, что они…погибли, — одинокая слеза скатилась по его щеке, — нет-нет-нет, скажите, что это не так. Мальчик подошел к мужчине и начал теребить край его формы и бить того кулаками, будто он мог что-то изменить таким образом. Словно это могло бы ему чем-то помочь. — Как бы я не хотел это говорить, увы, не могу, сэр. Этого требует кодекс чести, — он положил свою руку на плечо страдающего в знак немой поддержки. Лучше всяких слов. Рейнджер потом долго корил себя за то. За трусость, за слабость, за то, что не смог противостоять. Кому? Судьбе? Кольт сам не знал ответа. Кого смог бы победить маленький пятилетний ребенок? Разве что маленькую букашку, раздавив ее по пыльной дороге. Он решил бежать в Эль-Пасо, город смерти, каким он стал для него самого. Ведь это место, где оборвались жизни его обоих родителей, а значит, ничего хорошего ему там не видать, по крайней мере первое время, пока он там не обустроится. У него появилась цель в жизни — найти и отомстить обидчиков, а также отыскать тела отца с матерью, по возможности, и достойно захоронить их. Если Кольту, конечно, удастся найти хорошего гробовщика. — Мальчик, где твои родители? — правильно, первый вопрос незнакомой девушки в синем камзоле с белой накидкой. — Д-дома, — он почему-то не смог нормально выговорить даже самые простые слова. Так на людей влияет большая потеря? — Да не ври, мальчишка, по тебе сразу видно, когда говоришь правду, а когда нет. Красноволосый мальчишка не знал, куда деться. Тетя с одним глазом (второй у нее был закрыт белой широкополой шляпой) сразу его раскусила. Имело ли смысл дальше врать? Кажется, нет… — Они…и-и-их н-нет…у-уум-мме… — Умерли? — девушка, вероятно, гадалка, шикнула на стоящего рядом с ней компаньона, который щелкая семечками, спокойно озвучил страшную догадку, наверняка тоже промелькнувшую у нее в голове. — Джин, вот надо было тебе озвучивать мысли вслух? Сразу напугал бедного ребенка. — Сам виноват, что мелкий сопляк. — Я не мелкий сопляк. — Все, отстань от него, Джинни. Иди ко мне, мальчик, — она потянула руки к нему, — как тебя зовут? — К-кольт. — Будем знакомы, К-кольт, я Тара, — она протянула ему ладонь для рукопожатия, на что малыш недоверчиво покосился. Девушка была абсолютно расслаблена, это было заметно по ее свободным и раскованным движениям. Ну да, а что? Что бы ей сделал маленький мальчишка, который даже свое имя нормально выговорить от страха не может? — Меня зовут вовсе не К-кольт. Я Кольт, — возмущенно заявил новоявленный знакомый. — О, так ты умеешь говорить? — немного с уколом произнесла она, — ладно, извини, было слишком грубо.

***

Парень сидел на деревянном полу, обхватив голову руками. Видимо, так увлекся воспоминаниями, что не заметил ничего. Например, того, как рядом оказалась его подруга Шелли. Она не подкрадывалась, стараясь остаться незамеченной, вовсе нет. Скорее наоборот, громко кашляла и стучала носком сапога об пол, словно пытаясь сломать холодные стены между ними. — Кольт? — тихо произнесла Шелли, заправив выбившуюся прядь волос за ухо, а затем продолжила в своем обычном тоне, — так и знала, что ты будешь тут. — Ох, Шелли? Ты что-ли…а да, я тут. Она присела рядом, оперевшись на какой-то косяк. — А почему не на празднике? Ты не рад, что ограбление прошло успешно? — Почему? Рад конечно, но просто…нужно время побыть одному. — Понимаю. Ему отчаянно хотелось возразить, сказать ей, что все не так и она его вообще не понимает, но вовремя сдержался. Провоцировать девушку явно не стоило всех хлопот. — Шелл, прошу, оставь меня одного, — он опустил голову. Ей не хотелось оставлять друга в таком состоянии, как и просто уходить, раз она только пришла. Она оказалась на распутье, где выбор нужно делать быстро, иначе закроются обе возможности. — Нет, я не уйду. — Что? — рейнджер поднял голову. Конечно, не в первой, что подруга не подчиняется командам, просто…настроение не очень. — Я так просто не уйду, пока тебе плохо, — продолжила она, скрестив руки. Кольт сдался, глубоко вздохнув. Понимал, что Шелли по-любому добьется своего. Зная ее настойчивость, благодаря которой многие товарищи проигрывали ей в пари. А с каким жаром она выигрывала даже самые сложные споры! Вот она-то точно была той, чьему упорству можно было позавидовать, что он в принципе и делал. Как и обстоятельства с Эдгаром, его давним заклятым соперником. Или же эта вражда больше шла со стороны красноволосого, ведь последний просто не замечал того в пыли своей лошади. — Расскажи мне. — Что здесь рассказывать? Про наше с Эдгаром соперничество, о котором, кажется, вспоминаю только я один? — Ааа так ты про это? Ну да, припоминаю, но не совсем понимаю, отчего вы так конкурируете? Вроде бы лошади есть у обоих, деньги, пистолеты, слава, за что еще можно драться? — Для тебя тоже так важно материальное? — В каком смысле? — не поняла вопроса девушка. — Да, у нас обоих есть деньги, лошади, пистолеты и слава. Но… — он замялся, — мы оба любимы у публики, но стоит мне недолго отойти, как уже все внимание на себя перетягивает Эдгар, а я опять остаюсь в его тени. Девушка призадумалась, ее нахмуренные брови на загорелом лице приподнялись, казалось, что стоит какому-нибудь постороннему бандиту зайти сюда и она мгновенно поднимется на защиту друга. Расстреляет всех, кто попадется ей на пути. — Может, дело не в том, что ты в его тени…а в том, что ты сам туда отходишь. Потому что когда ты рядом… тебя невозможно не заметить. Да и вообще, пусть другие и смотрят на Эда, но я сейчас смотрю на тебя, Кольт. И мне не кажется, что ты в чьей-то тени, — на ее щеках появился легкий румянец, который поспешила скрыть, встав. «I wanna cry and I wanna love» — Эх, Шелли, если бы все думали как ты, было бы проще жить. Он встал следом за ней, и чуть улыбнувшись тронул ее плечо. — Ты хороший друг… правда, — Кольт обнял ее. Если бы он смотрел ей в глаза, или хотя бы в лицо, а не стоял с закрытыми глазами, то заметил бы, что та покраснела как свежий помидор в салате. Однако он этого не сделал и не узнал силу чувств, адресованных ему. «And I wanna cry, I wanna learn to love» — Я кое-что вспомнил, мне пора. Он сказал это так, будто речь шла о чем-то обычном. Она кивнула. Слишком быстро. Было слишком наивно полагать, что он останется. Чересчур даже для такой как Шелли. — Ясно. Пауза. Он уже развернулся. Девушка будто хотела что-то сказать, но одернула руку. Кажется, это движение не осталось без внимания, однако нет. Оно все-таки осталось. — Ты вернешься? — Шотган сама не знала, почему решила задать ему этот вопрос. Кольт ответил не сразу. Будто хотел обернуться, но не повернулся к ней. — Посмотрим. И ушел. А она осталась стоять, сжимая пальцы так, что побледнели костяшки. Она упустила возможность. Снова. Он так и не узнает о ее чувствах к нему… Шелли усмехнулась, подождала, пока шаги стихнут. — Ты никогда не узнаешь, но я все-таки признаюсь. Глупо, да? Тишина. — Я люблю тебя. Сказала это почти шепотом, словно парень все еще мог услышать. Ответа на ее откровение не было. Конечно, не было. Она же была одна… Будто в насмешку над ней погода тоже решила испортиться. И если бы Шотган была на улице, то промокла бы за пару минут до нитки. А она лишь снова печально улыбнулась со словами: — Кольт, ты забыл свою шляпу, — держа в руках эту самую шляпу, о которой говорила.

***

Как и говорил Грей, Эдгар купался в лучах славы и чувствовал себя легендой, пока мог. После бурной вечеринки он поднялся к себе наверх. Благо, их банде удалось обустроиться в старом двухэтажном доме, откуда съехали прежние состоятельные владельцы из-за сильного пожара на складе. Хотя поговаривают, что старый хозяин погиб от чахотки, которую подхватил в своих длительных путешествиях, а его единственные наследники отказались жить в полуразрушенном доме, переехав в центр Эль-Пасо. Потом Тара с Джином нашли этот просторный особняк с ранчо на окраине города и уже здесь основали свою банду. Из-за сильного ливня пришлось сидеть дома, что категорически не нравилось Эду, который чувствовал себя как загнанная птица в клетке. Однако оказаться в роли мокрой курицы ему не хотелось сильнее, так что выбор был очевиден. Он плюхнулся на деревянную кровать, о чем спустя пару секунд пожалел, ибо спина ныла от жесткого приземления. Пока он радовался победе и обдумывал события прошедшего дня, он вспомнил про камень. Вечерний дождь смывал пыль с дорог, делая воздух чище. Парень сделал глубокий вдох. Обсидиан даже в темной комнате без оконного света отражал что-то, хотя он знал — такое невозможно. С этим камнем определенно было что-то не так. Иначе с чего бы вдруг Эдгар взял вместо проверенного не одним десятком лет золота какое-то серебро, да еще и с каким-то странным булыжником в придачу. Между ними была какая-то незримая связь, парнишка был уверен. И как он уже выяснил, камень может светиться в темноте…