Начало и Падение Рассвета

Всё началось незаметно. Сначала просто стало больше плакатов. Лицо Зиро — улыбающееся, яркое, с желтыми глазами, горящими уверенностью — смотрело с каждого второго билборда. Потом появились футболки с эмблемой солнца. Потом — стикеры на машинах. Потом — храмы. И-Соул впервые заметил это, когда они проходили мимо старого рыночного квартала. Среди лотков с овощами и дешевой одеждой стоял самодельный алтарь. Чья-то бабушка зажгла свечи перед распечатанной на цветном принтере фотографией Зиро. — Смотри, — И-Соул тронул напарника за локоть. — Это ведь ты. Зиро обернулся и на мгновение замер. Его лицо ничего не выражало — ни гордости, ни смущения, ни тревоги. — А, это, — махнул он рукой. — Людям нужно во что-то верить. Пусть. — Зеро, это не просто вера. Они молятся на тебя. Как на... — Как на героя, — перебил Зиро и улыбнулся. — Я и есть герой, Чэн. Пошли, там, кажется, какая-то авария на трассе. Он ушел вперед, даже не оглянувшись на старушку, которая протягивала к его спине морщинистые руки, шепча молитву. И-Соул задержался на секунду. Он посмотрел на алтарь, на свечи, на икону... и внутри у него что-то неприятно кольнуло. Это неправильно. --- В следующие недели всё ускорилось. Появились новые герои. Кто-то получил силу от внезапного всплеска общественной веры в защитников, кто-то — по случайности. Они были разными: мужчины и женщины, взрослые и почти дети. Они смотрели на Зеро с благоговением. — Великий Зиро! — воскликнул один новичок, едва не упав на колени при встрече. — Это честь для меня! Зеро рассмеялся и хлопнул парня по плечу. — Брось эти церемонии. Мы просто делаем одно дело. Но новичок смотрел на него глазами, полными обожания. И-Соул стоял чуть поодаль и молчал. Он видел, как Зиро легко принимает это поклонение, не замечая его опасной природы. А поклонение разрасталось. СМИ подхватили тему. «Зиро — первый среди равных», «Солнце, которое никогда не зайдет», «Бог среди людей». Репортажи сменялись ток-шоу, где эксперты всерьез обсуждали, не является ли Зиро посланником высших сил. — Чушь какая, — фыркнул Зиро, выключив телевизор в их общей гостиной. — Посланник. Я просто вовремя проснулся с этими дурацкими очками на руке. — Они говорят это не со зла, — тихо заметил И-Соул. — Они правда в это верят. — Ну и пусть верят. Главное, чтобы преступность падала, а люди были счастливы. И-Соул промолчал. Он хотел сказать: «Люди, которые делают из тебя бога, перестают видеть в тебе человека. А человек может ошибаться. Может устать. Может упасть. И когда ты упадешь, они не простят тебе этого, потому что боги не падают». Но он не сказал. Потому что Зиро смотрел на него с той самой теплой улыбкой и спрашивал: — Ты чего такой хмурый? Пошли есть пельмени, мать налепила целый таз. И-Соул кивнул и пошел за ним. --- Культы стали появляться по всему городу. Уже не бабушки на рынке, а организованные группы людей в желтых одеждах. Они собирались на площадях, пели гимны, восхваляющие Солнце. Они носили амулеты с эмблемой Зиро. Они могли часами стояли в молчаливом поклонении, ожидая, когда он выйдет. — Это начинает пугать, — однажды сказал И-Соул, глядя в окно на толпу внизу. — Они не уходят уже третий день. — Перестань, — Зиро пил чай, сидя на подоконнике. — Они просто фанаты. У поп-звезд тоже толпы стоят. — Поп-звезды не спасают людей. Поп-звезды не решают, кому жить, а кому умереть. Ответственность... — Чэн. — Голос Зиро стал тише. — Ты слишком много переживаешь. Я справляюсь. Мы справляемся. Он встал и подошел к И-Соулу. Встал сзади, почти вплотную. И-Соул почувствовал тепло его тела через свою броню — он не снимал шлем уже несколько дней, слишком много патрулей. — Расслабься, — прошептал Зиро ему прямо в шлем. — У нас всё хорошо. И-Соул закрыл глаза. Сквозь пластик и металл он не чувствовал прикосновения, но знал, что рука Зеро зависла в сантиметре от его плеча. Не решается. Или ждет разрешения. — Зиро, — начал он. — Ты должен... — Я должен только одно, — перебил Зиро. — Быть героем. Для них. И для тебя. И-Соул промолчал. Он чувствовал, как его сердце — глупое, человеческое сердце — сжимается от этих слов. Для тебя. Зиро даже не понимает, что говорит. А Зиро отошел и снова сел на подоконник, подставив лицо заходящему солнцу. В его желтых глазах горел золотой свет. — Знаешь, что самое смешное? — спросил он. — Раньше я боялся, что если ошибусь, вера исчезнет. А теперь её так много, что я, наверное, могу хоть город разрушить — и они найдут оправдание. «Зиро знает лучше», «Это был план Зиро», «Зиро всё видит». Он рассмеялся, но смех прозвучал пусто. И-Соул обернулся и посмотрел на него. — Ты поэтому перестал бояться? Зиро задумался. — Наверное. А что, есть причина бояться? Да, — подумал И-Соул. — Ты должен бояться. Бояться тех, кто ставит тебя на пьедестал. Бояться момента, когда они поймут, что ты не бог. Бояться самого себя, когда ты однажды поверишь в то, что они говорят. — Нет, — сказал он вслух. — Нет причин. Зиро улыбнулся, довольно и расслабленно. — Вот и хорошо. А теперь собирайся, у нас патруль через час. И сними уже этот шлем, ты дома. И-Соул послушно стянул шлем. В комнате стало светлее — или это просто лицо Зиро всегда освещало всё вокруг? Они вышли на патруль. Внизу толпа в желтых одеждах зашлась в радостном крике, едва завидев Зеро. Он помахал им рукой — и они зарыдали от счастья. И-Соул шел следом и молчал. Если однажды ты упадешь, — думал он, глядя на широкую спину в черно-желтом костюме, — я поймаю тебя. Даже если мне придется разбиться самому. Он не знал тогда, что это обещание станет пророчеством. --- Конец третьей части.