ПРОЛОГ
16 марта 2026 г., 07:13
***
Где-то над Атлантикой. Два года назад. Самолёт трясло. Эш сидела у иллюминатора и смотрела, как за стеклом мечутся клочья облаков. Внутри военно-транспортного борта пахло керосином, металлом и чужим потом. Вокруг сидели люди — человек двадцать в камуфляже, кто-то спал, кто-то читал, кто-то просто смотрел в пустоту. Она ни на кого не смотрела. Перед ней лежал контракт. Тонкая папка с гербом, которую она перечитала уже раз десять, хотя знала наизусть каждую строчку. «Добровольное согласие на временное прикомандирование к подразделению TF-141 сроком на два года… выполнение задач повышенной сложности… полное довольствие…» Два года. Она перевела взгляд на своё отражение в стекле. Серые глаза смотрели пусто. Короткие чёрные волосы торчали в разные стороны — она стригла их сама, машинкой, неделю назад. Черты лица, и без того грубоватые, сейчас казались вырезанными из камня. -Эй, новенькая. Она обернулась. Соседний ряд, через проход, сидел парень с нашивкой неизвестного ей подразделения. Лет двадцать пять, нагловатая улыбка, глаза бегают. -Чего? — спросила она. -Слышал, ты в Призраков едешь? — Он подался ближе. — Говорят, там служат только психопаты. Особенно один, в маске с черепом. Ходят слухи, что он вообще лица не имеет, поэтому и носит. Эш смотрела на него минуту. Потом перевела взгляд обратно в иллюминатор. -Мне плевать. -Да ладно, я просто спросил… -Ты спросил. Я ответила. Парень хмыкнул, покрутил пальцем у виска и отвернулся к своим. Эш снова уставилась в стекло. Она не знала, что ждёт её там. Не знала, кто такие эти «Призраки». Не знала, выживет ли. Ей было всё равно. Главное она знала точно: два года. Всего два года. А потом — свобода. Или смерть. И то, и другое устраивало одинаково. Она закрыла глаза и начала считать удары сердца. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Если считать, можно не думать. Если не думать, можно не чувствовать. Если не чувствовать, никто не сделает больно. Она научилась этому давно. Ещё до армии. Ещё до того, как отец ушёл и не вернулся. Ещё до первого трупа на руках. До плена. До всего. Самолёт качнуло, и где-то впереди загорелась табличка «Пристегните ремни». Эш открыла глаза. Посмотрела на свои руки. На шрамы на запястьях, которые не исчезнут никогда. -Два года, — прошептала она одними губами. — Просто пережить два года. Она ещё не знала, что пережить придётся намного больше. И что два года, которые она считала тюрьмой, станут единственным местом, которое она сможет назвать домом.
