Stray kids — Family (Стрей Кидс — Семья)

Прошло несколько месяцев жизни в новом общежитии, и мемберы отлично устроились. Киара росла довольно капризным ребенком, в чем Хан винил генетику Ли Ноу. Это обычно заканчивалось тем, что Ли Ноу закатывал картинную истерику, хотя в глубине души и сам не мог этого отрицать. Малышке было уже почти шесть месяцев, а это значило, что Чонин был совсем близок к тому, чтобы явить миру их с Чаном сына. Они уже узнали пол и отпраздновали это вечеринкой с лопанием шариков. Хэджуну исполнилось два года, из-за чего Феликс проплакал весь праздник, причитая, что его ребенок больше не младенец, а Хёнджину пришлось его утешать. Сейчас Феликс и Хёнджин были в Австралии, навещая семью Ликса. И — шокирующая новость — Сынмин и Чанбин наконец-то осознали, что влюблены друг в друга. К детям они пока готовы не были и наслаждались статусом «лучших дядей в мире». Они были далеко не самой типичной парой, что делало ситуацию еще забавнее. Чонин лежал на их с Чаном кровати, наблюдая, как живот ходит ходуном от пинков сына. Чан наблюдал за этим, а потом в шутку поймал ладонью выпирающую пятку: — Попался! В ответ малыш пнул еще сильнее и выставил локоть. — Он уже хочет сбежать из моей утробы, — рассмеялся Чонин. Чан тоже засмеялся: — Не так быстро, малый. Тебе нужно еще немного «дойти до готовности». Чонин приподнялся; ребенок внутри продолжал возиться. Перерыв в карьере был им действительно необходим — теперь у них было много времени для детей. — Думаю, нам пора обсудить имена. Хотя, с другой стороны, может, когда мы увидим его мордашку, имя придет само собой? Чан улыбнулся. Он не мог дождаться появления сына. Он приложил голову к животу и рассмеялся, когда получил «привет» прямо в щеку. — Интересно, на кого он будет больше похож? Надеюсь, у него будут твои лисьи глазки. Чонин кряхтя поморщился, когда сын задел его мочевой пузырь: — А я надеюсь, он перестанет это делать, иначе мама сейчас описается. Смеясь, Чан помог своему глубоко беременому парню дойти до ванной. Чонин ненавидел это чувство беспомощности, но Чан постоянно напоминал ему, что он буквально взращивает внутри новую человеческую жизнь, и это помогало Чонину смотреть на вещи позитивнее. — Я скучаю по Хэджуну, — сказал он, сидя на унитазе. Он уже не мог долго стоять из-за огромного веса живота. — Я тоже. В нем столько же солнечной энергии, сколько в Феликсе, правда? — Точно. Интересно, они решатся на второго? Хёнджин намекал мне на это перед отъездом. — Хэджуну уже два года. Пока родится второй, ему будет почти три. Но, думаю, они чувствуют вину за то, что первый ребенок родился в очень загруженный период, и они не смогли в полной мере насладиться родительством, как мы. Чонину было жаль их: — Лично я считаю, что им стоит попробовать. — Феликс непреклонен — он не хочет снова беременеть в ближайшее время. Ты же знаешь, у него всегда были сложности с восприятием своего тела, а беременность только усилила эти комплексы. — Но он же быстро сбросил вес после Хэджуна. — Сбросил, но я не хочу, чтобы у него начались проблемы, пока он не будет готов ментально. Я так сильно забочусь о вас всех, что мне было бы очень больно видеть его страдания. Чонин улыбнулся: — Видишь? Ты уже отличный аппа, потому что натренировался на нас. Чан рассмеялся и нежно поцеловал его. Тем временем в Австралии Феликс наслаждался жизнью. Этот отпуск был жизненно необходим молодым родителям. Сейчас они были на пляже, где Феликс провел детство, и он был счастлив, что его сын видит те же пейзажи. Хёнджин помогал Хэджуну строить замок из песка. Малыш был в восторге, разбрасывая песок повсюду и заливаясь смехом. Феликс сидел со своей мамой и сестрами, с любовью наблюдая за ними. — Он такой милашка. Я так рада, что вы согласились на перерыв, — сказала его мама, улыбаясь внуку. — Я тоже, мам. Честно. Надеюсь только, что Чонин еще не родит к нашему возвращению. Хочу познакомиться с сыном Чана и Инни без джетлага. — Кстати, о детях... вы с Хёнджином планируете еще? Феликс застонал: — Ма-а-ам... Мама и сестры рассмеялись: — Прости, милый, просто у вас с Хёнджином получаются очень очаровательные детки. — Ну, может быть, когда-нибудь. Сейчас мне нравится, что нас трое. И... я боюсь реакции Хэджуна на другого ребенка. С Киарой он ладит, и я знаю, что он примет сына Чана, но это другое — ведь всё наше внимание всегда возвращается к нему одному. — Феликс, дорогой, если бы все так думали, в семьях бы не рождалось больше одного ребенка. Хэджун будет чудесным братом. Ты думаешь, Рейчел не ревновала к тебе? Или ты к Оливии? А теперь посмотри на вас. Феликс вздохнул: — Я наконец-то снова чувствую себя собой в своем теле, хоть оно и не вернулось в прежнюю форму на сто процентов. Мама сочувственно улыбнулась: — Феликс, твое тело вырастило Хэджуна. Ты выглядишь идеально для меня и, уж точно, для Хёнджина. Быть айдолом трудно, но ты прекрасен. Пожалуйста, не позволяй этим мыслям мешать тебе иметь большую семью, о которой ты всегда мечтал. Сделай это, когда будешь готов. Мы всегда на расстоянии одного звонка. У Феликса на глазах выступили слезы. В этот момент Хэджун подбежал к нему и залез на колени: — Люблю тебя, мама! — пролепетал он, оставляя мокрый поцелуй на щеке. Хёнджин сел рядом и поцеловал Феликса в ту же щеку. Феликс почувствовал себя таким счастливым, что понял: еще один малыш больше не кажется проблемой. Киара занималась «упражнениями на животике» с Ханом, когда вошел Ли Ноу. — Кажется, Чонин скоро лопнет. Хан прыснул со смеху. Киара сначала испугалась, но потом тоже начала смеяться. — Она точно «папина дочка»! — хихикнул Хан. Ли Ноу улыбнулся и лег рядом с ними на ковер: — Привет, принцесса. У тебя всё лучше и лучше получается держать голову. Киара начала махать ножками при виде «мамы». Хан поцеловал её в пухлую щечку, отчего она взвизгнула от восторга. — Как там Инни? Есть признаки родов? — Пока нет, хотя срок уже подходит. Чан в режиме полной боевой готовности — не выпускает его из виду дольше чем на полчаса. Сейчас с ними Чанбин, а Сынмин сказал, что придет поиграть с Киарой. — Феликс и Хёнджин вроде как занимались сексом, чтобы ускорить роды. Может, им тоже стоит попробовать? — Да, и это самое смешное. Я предложил это, и Чан так засмущался, что мы с Инни просто до слез дохохотались. — Бедный Чан. Жаль, я не видел его лица. — Надо было записать! — они оба рассмеялись, глядя, как их дочка дрыгает ножками. Она уже была такой крепкой малышкой. Чанбин сидел на кровати с Чонином, когда вдруг почувствовал, как что-то мокрое коснулось его ноги. Он подскочил как ошпаренный. — Фу, Инни, ты что, описался?! — возмутился он, глядя на свои мокрые шорты. — Н-нет... кажется, у меня отошли воды... — в голосе Чонина слышался страх. Глаза Чанбина расширились от шока, но он постарался взять себя в руки, чтобы не пугать друга еще больше. — Всё хорошо, всё в порядке. Ты сейчас встретишься со своим малышом! — подбодрил он, но Чонин только застонал от боли: — Зови Чана! Чан вносил последние штрихи в детскую комнату, когда в дверях появился запыхавшийся Чанбин. — Что случилось? — У Инни отошли воды, ему больно! Чан не раздумывая бросился в спальню. Увидев страдающее лицо Чонина, он тут же обнял его: — Всё будет хорошо, родной. Сейчас соберем сумку и поедем в больницу. Чан помог Чонину переодеться, а Чанбин в это время поглаживал Инни по спине. Было очень больно, но Чонин помнил, как через это прошли Феликс и Ли Ноу, и знал, что справится. В больнице Чан разговаривал по телефону с Феликсом: — Да, держусь. Ненавижу видеть, как ему больно. Как Хёнджин справлялся, когда ты был в таком состоянии? Феликсу было обидно, что он не может быть рядом и поддержать Чонина лично. — Я знаю, Чан. Но главное, что ты рядом. Обязательно крепко обними его от меня, Джинни и Хэджуна. — Обязательно. Жду не дождусь, когда вы все познакомитесь с ним. Чонин дышал через схватки, пока Сынмин его успокаивал. Чанбин сходил за кофе и вернулся как раз в тот момент, когда Чан присоединился к ним, держа Инни за руку. — Это слишком больно, Чанни... Как Феликс и Ли Ноу это выдержали? Чан убрал прилипшую прядь волос с потного лба Чонина: — Потому что они сильные, как и ты. Ты справишься, малыш. Ты проделал невероятную работу, вынашивая его все эти девять месяцев, и ты сможешь дать ему жизнь. Чонин слабо улыбнулся. Вернулся Чанбин с кофе, Сынмин взял стакан и поцеловал его в губы. Чонин не удержался от подколки: — Скоро и вы так будете. Чанбин вытаращил глаза, а Сынмин чуть не подавился кофе: — Мы только начали встречаться! Чан пожал плечами: — Мы с Инни тоже долго не ждали, и посмотри на нас — сейчас встретим нашего сына. — Ну, мы не такие, как вы. Мы с Чанни пока просто наслаждаемся сексом. Чан закатил глаза. По крайней мере, это отвлекло Чонина — он вовсю старался не рассмеяться. Прошли часы. Феликс и Хёнджин уже летели домой (хотя им предстоял жуткий джетлаг и борьба с капризным двухлеткой). Ли Ноу и Хан заходили с Киарой, но не смогли остаться надолго, так как малышка начала вредничать. Чанбин и Сынмин пробыли дольше всех. Чан начал волноваться, так как прогресса почти не было. — Думаю, пора обсудить кесарево сечение, — сказала акушерка. — Малыш начинает испытывать стресс, а мы хотим, чтобы для Чонина всё прошло безопасно. Чонин запаниковал, но Чан тут же оказался рядом: — Эй, тише. Это лучшее решение для тебя и нашего сына. Мы уже совсем скоро его увидим. Чонина подготовили к операции. Чан быстро переоделся в стерильное, чтобы быть рядом. Когда его вкатили в операционную, всё казалось сюрреалистичным. Вот оно. Они становятся отцами. Чан крепко держал его за руку. — Ты можешь почувствовать небольшое давление, но больно быть не должно. Сразу говори, если что, хорошо? Ощущения были странными — осознавать, что твои органы сдвигают, чтобы достать ребенка, — но предвкушение перекрывало всё. Спустя вечность акушерка подняла маленького, покрытого первородной смазкой ребенка. Чан просто замер. Это был его сын. Он стал отцом. Они с Чонином теперь — родители. Малыш закричал, коснувшись холодного воздуха палаты после теплой утробы. Для них этот крик был лучшей музыкой. Оба плакали. Акушерка вложила ребенка в руки Чана, и тот мгновенно влюбился. — Эй, малыш... Хочешь поздороваться с мамой? — Чан наклонился, чтобы Чонин мог рассмотреть сына. — Привет, мой сладкий... Ты такой красивый. Прямо как твой аппа. Чан улыбнулся и поцеловал Чонина в лоб: — Скорее, как мама. Теперь они были полноценной семьей. Семья Stray Kids стала еще больше, и жизнь была прекрасна. Всё только начиналось.