Stray kids — Family (Стрей Кидс — Семья)

На следующее утро Ли Ноу проснулся с чувством, будто его переехал грузовик. Но как бы он ни жаловался на последние девять месяцев и всё остальное, маленькая Киара, лежащая в своей больничной люльке, напоминала ему, что всё это того стоило. Хан в это время обнимал её и осыпал поцелуями. Малышке не было и суток, но она уже была невероятно похожа на Хана. Он улыбнулся, заметив, что Ли Ноу проснулся. — Смотри, Киара, мама проснулся. — Нам правда стоит называть меня «мамой»? А как же ты, когда будешь рожать? Хан на мгновение замялся. Пока Ли Ноу был на четвертом месяце, Хан решил провериться и выяснил, что у него нет всех необходимых органов для вынашивания. Было немного больно осознавать, что он никогда не испытает этого сам, но он был бесконечно благодарен своему парню. — Да, насчет этого... Оказывается, у меня нет матки. Я сдавал анализы, когда ты был на четвертом месяце, просто из любопытства, и да... я никогда не смогу выносить ребенка. Ли Ноу стало не по себе: — Хани, мне так жаль. Хан улыбнулся: — Поверь, малыш, я в порядке. Пока у нас могут быть свои дети, меня это не беспокоит. И посмотри, какую чудесную девочку мы создали вместе. Ли Ноу улыбнулся в ответ: — Она и правда красавица. Уже так похожа на тебя — именно этого я и хотел, когда мы узнали пол. Малышка начала тихо хныкать, и Хан сразу понял, в чем дело: — Кто-то сделал «сюрприз» для аппы? Они оба хихикнули. — Я могу поменять, — предложил Ли Ноу. — Но-по, иди в душ, я сам. Ты проделал самую тяжелую работу, чтобы она была здесь. Ли Ноу попытался встать, и в ту же секунду пожалел об этом. Восстановление после родов было порой хуже самой беременности, но он продолжал напоминать себе, что результат того стоит. Посмотрев в зеркало в ванной, он поморщился: он всё еще выглядел беременным и чувствовал себя просто ужасно. Волосы были сальными от пота после потуг, от него несло за версту, и он никогда еще не чувствовал себя таким непривлекательным. Он не понимал, как Хан умудряется считать его красивым в таком виде. Выйдя из душа, он почувствовал себя намного лучше. Хан уже сменил подгузник Киаре, покормил её сцеженным молоком и переодел в наряд для выписки, который помогал выбирать Чонин. Она выглядела очаровательно, и Хан был буквально одержим ею. Вскоре она уснула, Хан аккуратно устроил её в автокресле, укрыл одеяльцем, купленным на прошлой неделе, и пристегнул. — Полегчало после душа? — спросил Хан, собирая вещи. Ли Ноу кивнул: — Гораздо. Всё еще болит, и мне страшно каждый раз, когда я иду в туалет, но она стоит каждой крупицы этой боли. Они оба посмотрели на Киару: она спала, издавая тихие звуки, от которых их сердца таяли. — Готов ехать? — Готов как никогда. Дома их ждали остальные парни, жаждущие увидеть маленькую Киару. Хэджун вовсю бегал и играл с Сынмином. Когда Минсоны вошли в гостиную, все бросились их приветствовать. — Ну и каково это — быть дома с ней? — спросил Чан, разглядывая кроху в кресле. — Это кажется нереальным. Типа, мы теперь родители. У нас есть дочь. Парни улыбались. Хэджун подошел к автокреслу, но Хёнджин быстро подхватил его на руки, прежде чем тот успел что-то сделать. Малыш недовольно захныкал. — Ангел, с новой лялей нужно быть осторожным, помнишь, о чем мы с мамой говорили? Хэджун успокоился. Хан взял дочь на руки; она немного капризничала из-за того, что её потревожили, но быстро затихла в руках папы. Хёнджин посадил Хэджуна рядом с ними, и тот рассмеялся. Все наблюдали за общением детей — это было слишком трогательно. Хэджун осторожно провел крошечным пальчиком по щеке Киары: — Аппа, ляля! Хёнджин улыбнулся и кивнул: — Молодец, мой ангел. Это малышка Киара. Феликс светился от гордости: его сын был таким умным, а ведь ему еще не исполнилось и двух лет. Чанбин снимал всё это на видео — момент был слишком милым, чтобы его пропустить. Внезапно Киара начала хныкать, и Ли Ноу понял, что она снова проголодалась. Феликс помог, подав ему подушку для кормления. Маленький Хэджун заволновался и прижался к отцу. — Всё хорошо, ангел, она просто хочет кушать. Ли Ноу немного смутился, задирая футболку, но остальные не осуждали его — если Феликс мог это делать, то и он сможет. Киара присосалась почти мгновенно, и Ли Ноу подумал, что никогда не привыкнет к этому чувству. — Странные ощущения, да? — с ухмылкой спросил Феликс. — Ужасно странные. Но в то же время это как-то... успокаивает. Трудно объяснить. — Да, я понимаю. Остальным этого не понять. Хан с восхищением смотрел на своего парня. Для Stay Ли Ноу был крутым и суровым парнем, но сейчас, кормя их дочь, он выглядел самым мягким человеком в мире. Хан понимал, что фанаты, скорее всего, никогда этого не увидят, и ему это даже нравилось — это были их личные, драгоценные моменты. Когда Киара поела, Хан привычно помог ей отрыгнуть воздух. Он понемногу входил во вкус отцовства, хотя занимался этим всего несколько часов. Он знал, что их ждет веселое время — они видели, как это было у Феликса и Хёнджина, и это было непросто. Киару передавали из рук в руки, и каждый наслаждался присутствием новорожденного в общежитии. У Хёнджина разыгралась нешуточная «детская лихорадка» — он очень хотел снова увидеть Феликса беременным, но понимал, что это пока просто мысли. Впрочем, это не мешало им «тренироваться» без обязательств. Ли Ноу уснул прямо на диване, и Хан укрыл его пледом — он знал, как вымотался его любимый, и хотел, чтобы тот поспал, пока есть возможность. Затем Хан переложил Киару в колыбельку и поцеловал её в лоб. — Добро пожаловать в это безумие под названием «жизнь», малышка. Прошло несколько недель, и наступило время переезда в новое, просторное общежитие. Чан упаковал все вещи и даже помог Минсонам, так как Киаре было всего пару недель от роду. Мама Ли Ноу вызвалась посидеть с внучкой, пока парни занимались переездом. Все семьи были в восторге от малышки; она уже принесла в их жизни столько радости. Ли Ноу оглядел пустое старое общежитие и вздохнул. Здесь было столько воспоминаний, он будет скучать по этому месту. К тому же он уже ужасно скучал по Киаре — пусть она и не давала им спать по ночам, она была светом его жизни. Он любил её так сильно, что порой это пугало. — Ты в порядке, милый? — спросил Хан, заметив его грустный взгляд. — Не хочу уезжать. Это место так долго было нашим домом, что больно прощаться. Черт бы побрал эти гормоны, которые всё еще бушуют во мне. Хан крепко обнял его: — Это грустно, да. Но это новое начало. Тот дом станет домом для нашей дочери. Ты полюбишь его, я уверен. Феликс нес на руках Хэджуна, который вовсю хохотал, глядя, как папа корчит ему рожицы за спиной. Их смех эхом разносился по пустым коридорам. Мама Хёнджина согласилась помогать им с ребенком, если понадобится. — Аппа тебя смешит? Он дурашливый? Хэджун рассмеялся еще громче, и Феликс широко улыбнулся. Это был новый этап для них всех. И это было только начало.