Лето после

Звезды слепо освещали национальный парк Шошони. Холодный ветер раннего горного лета зябко забирался под просторную кожаную куртку, нес с собой сладкий запах пепла. Джош плотнее запахнул полы куртки, но тут же чуть не потерял равновесие – старая деревянная ступенька опасно прогнулась под его ногой. Расставив руки, он крепко сжал перила и перепрыгнул на ступеньку выше. Джош замер на несколько мгновений, успокаивая разбежавшееся сердце, расслабляя руки – казалось, вес тела увеличился вдвое за счет прямоугольного рюкзака с пожитками на плечах – и вновь продолжил восхождение на вышку, которая должна была стать его домом на ближайшие три месяца. Вскоре Джош оказался у своей двери, достал ключ из кармана куртки и воткнул в замочную скважину, которая лишь громко и противно скрипнула, но не подпустила к замку. Джош удивленно хмыкнул и навалился на ключ всем весом. Что-то опасно хрустнуло (парень зажмурился – если он сломает ключ, придется идти обратно, а это вновь означало бесконечный, тяжелый поход по холмистому лесу в обратный путь), Джош аккуратно провернул ключ, и замок открылся – дверь со скрипом впустила его на вышку. Проведя рукой по обе стороны от двери, Джош задел выключатель, и яркий свет залил квадратную комнатку, остекленную, как аквариум. Рабочий стол с дешевой лампой, узкая кровать с пледом в клеточку, уставленная посудой Г-образная кухня, башни коробок («Запасы», – понял Джош) и определитель огня посередине, словно главный герой странной истории лета 90 года. Джош удовлетворенно кивнул и только успел скинуть рюкзак на кресло у стола, когда раздался громкий, странно бодрый для поздней ночи голос: – Вышка Две тропы, привет! – Боже- – подпрыгнул Джош и развернулся на голос, увидел рацию на станции подзарядки. Держась за сердце, он вышел на связь. – Да, здравствуйте. – Ух ты, устал? – голос был юным, почти мальчишеским. В нем читалось сочувствие. Конечно, хриплый от пересохшего горла голос Джоша мог у кого угодно вызвать сочувствие. – Немного, – Джош тяжело опустился на кровать и запустил ладонь в черные кудри. Только прикрыв глаза, он понял, насколько устал – нечеловеческие усилия потребовались ему, чтобы снова поднять веки. – Понимаю, дерьмово у нас с транспортом. Джош усмехнулся. – Я Тайлер, – сказал парень из рации. – Джош. – Приятно. Что-то тебя в окне не видно, лег уже? Джош осмотрелся и возмущённо сказал в рацию: – Ты что, подглядываешь? Где ты вообще? – он поднялся. – Посмотри на север, вышка Торофер. Могу помахать. – И где здесь север?.. – пробормотал Джош, крутясь в центре комнаты. – Ты не выключил рацию. Ты не умеешь ориентироваться по компасу? – последовал короткий смешок Тайлера. Жар ударил Джошу в лицо. Он замер. – Э-э-э… Умею, – пробормотал Джош и облегченно выдохнул, заметив электрический свет на холме напротив. – Я вижу тебя! Захватив бинокль, Джош подошел к окну и настроил линзы – на фоне электрического света едва-едва виднелся тонкий силуэт, который часто махал рукой. В другой, согнутой, Тайлер держал рацию, понял Джош. – Это ты по сторонам света определил? – кольнул его Тайлер. – Ой, заткнись, нашел же. Тайлер заразительно рассмеялся. – Что же ты без меня делать будешь, когда пойдешь на инспекцию… – посетовал хозяин Торофера. Джош закатил глаза и плюхнулся обратно на кровать, скинув куртку на стол, оставшись в свитере, на который динамиком вниз положил рацию, и в темно-синих джинсах. Уже лежа он стянул высокие кеды. – Ты обиделся? – спросил Тайлер гораздо менее дерзко. Его слова отдались вибрацией в груди Джоша. Он нахмурился и удивленно протянул в микрофон: – Нет, почему ты так решил? – Не знаю… – голос Тайлера неловко стих, но через миг послышался снова. – Ты вообще зачем согласился на эту работу? Джош помедлил с ответом, пока ходил к выключателю. В темноте он разделся и лег на кровать. – Я… хотел… сбежать, наверное, – Джош сжал переносицу – горло остро заболело. – Это я понял. Все так говорят. От чего бежишь ты, третий житель Двух троп? «Как торжественно», – промелькнуло в голове у Джоша. – Третий? – Джош поспешил сменить тему. – Ну да. Долго жил Нед Гудвин, Генри прошлым летом, и теперь ты. – Прошлым летом тут всё сгорело… – будто себе сказал Джош. Глаза его медленно закрывались. – Ага. Поэтому я удивился, что кто-то ещё согласился стать рейнджером этим летом. – А ты? – Что «я»? Я сменил Делайлу. На самом деле, хочется покоя. Я книгу пишу. – Правда? И про что она? – голос, мысли Джоша замедлились. – О, она о закрытом городе и бунтарях…