Аффинаж золота

Миша исчез. После окончания фестиваля Илье его не было нигде видно. Адрес его гостиницы всё это время был в кармане, и Илья столько раз доставал и разворачивал эту бумажку, что сгибы еле держались, а сам адрес был заучен наизусть. Илья вызвал такси, решил прибыть на место, как можно раньше, даже если ему полночи придётся ждать Мишу. Номер тоже уже заучен. У дверей довольно скромной, но не бедной гостиницы раздались гудки. Руки Ильи не дрожали, только слегка вздрагивали. Это же не свидание, а просто встреча двух увлечённых людей. Музыкой. Увлечённых музыкой. Илья и сам не знал, чего хотел от этой встречи, но точно чего-то запоминающегося. Миша ответил, сказал, что приедет минут через десять. Илья ждал. Миша пришёл через семь минут и он явно торопился. А сердце Ильи застучало так, будто он пробежал марафон. - Куда пойдём? - спросил Илья. - Ко мне в номер, - невозмутимо ответил Миша. Илья снова в ступоре. Он думал, что Миша написал адрес гостиницы в спешке, чтобы уже на месте решить, в какой бар, храм или табор они пойдут. - Я думал, что мы сходим в бар, - признался Илья. - Как друзья. - Я не пью, - отрезал Миша. - Да и ты, вроде, пообщаться хотел, а не выпить вместе. Или что-то не устраивает? - Да так, - смутился Илья. - Просто вечер, гостиница... - Фонарь, аптека. Или что ты имеешь ввиду? - Миша, видимо, правда не сразу понял, как со стороны выглядит его предложение. - Илья, ну не-ет, - протянул он, потерев пальцами переносицу. - Я правда ничего против не имею, но я не из ваших. - Я тоже. У нас же тут не с-свидание... - Даже не думай, золотце. - Миша открыл дверь и пригласил Илью войти. - Ну ты идёшь или как? Илья встревоженно озирался по сторонам и поймал взгляд администратора у стойки регистрации. Миша схватил своего гостя за плечо и потащил к лифту. - Не хочу, чтбы нас видели вместе. - сказал он. - Я-то никому не нужен, но если узнают тебя... - А я кому нужен? - Да боюсь, как бы не подумали лишнего. - А что они могут подумать? - Ну решат, что мы просто друзья, а не любовники. Будет обидно. Миша как-то вот умел разрядить обстановку, несмотря на то, каким агрессивным казался на первый взгляд. Илья снова не смог сдержать ухмылку. Номер был уютным. Везде сплошной белый, чисто. Миша уже суетился с вещами. Включил электрический чайник, бросил на стол напротив кровати пару пакетиков чая и растворимого кофе. - Чай будем пить? - спросил Илья, чтобы прервать тишину. - Нет, - резко возразил Миша. - Раздевайся. Чайник я просто так поставил. Декорация. Илья не придумал, что ответить, и молча перебирал пальцы. - Шучу, - бросил Миша. - Сначала в душ. Илья натянул неловкую улыбку. - Ну ты шуток не поинимаешь? - Шутка то была или нет, Миша всё равно прошёлся хищным взглядом по растерянной физионимии Ильи. - Ты ел что-нибудь? Илья помотал головой. - Я закажу поесть, - сообщил Миша. - Не надо, - возразил Илья, смутившись. - Сиди! Стой то есть. Серьёзно, сядь куда-нибудь, а то как сиротка стоишь на пороге. - Миша проводил взглядом Илью, севшего на кровать. - Я пригласил - я и кормлю. Потом отработаешь. Илья не ел с утра, кажется, а на часах уже десять вечера, так что он ее мог отказаться. Так к чайным пакетикам присоединились роллы и круассаны. Теперь Илье было бы крайне сложно сказать, что сегодняшний вечер - это не свидание. - Я слушал твои песни, пока ехал сюда, - признался Миша. - Попадались и старые. Мне кажется или они были, ну, чуть живее? - Не знаю. Но мне нравится делать то, что я делаю сейчас, - отвечал Илья. - Мне вот кажется, что ваш последний альбом шикарен по звуку, но по смыслу пока ничего не переплюнуло "летаю/расту". - Можно уже на "ты", пожалуйста? Я чувствую себя так, будто школьника совращаю. - Вы... Не я не могу так сразу, простите. - Повторяй за мной, - велел Миша. - Прости. - П-прости. - Ещё раз. - Прости. - Теперь то, что сказал до этого. - Я не могу так сразу, п-прости... - Ну вот! Так о чём ты? - Вы... ты как будто не хочешь обсуждать этот альбом. - Мы не часто играем песни оттуда, но это не значит, что я стыжусь его. - "Неродившийся" правда великолепен. Миша усмехнулся. - Я знаю, - сказал он. - Но тебе же тоже есть, чего стыдиться? Я слышал про твою книжку. - Забудь, пожалуйста, и никогда не вспоминай. - Да ладно, я бы почитал. Не только я про неродившихся писал, оказывается. - Он был не один? Неродившийся? - А ты про Льва не знаешь... - Знаю. Мише становилось всё интереснее говорить с Ильёй. Ему невероятно льстило, что его кто-то почитает, кто-то думающий и известный при этом. И нравилось этого кого-то смущать. Ужасно нравилось. - Сколько тебе было? - спросил Миша. - Около восемнадцати. Я был молодым и глупым. - А сейчас нет? - И сейчас. - Хоть в чём-то мы согласны. - Да, наверное... Ты говорил про мои текста, примеси, золото - вот это всё. Может, ты сможешь что-то посоветовать? Миша ненавидел рассказывать про поэзию, потому что про это нельзя рассказать, этому нельзя научить. Это можно только почувствовать. - Илья, ты мягкий, - начал он. - Ты хватаешь всего понемногу, но выдаёшь короткие и заумные, но не глубокие текста. Ты золото, Илья. И тебе нужно это понять. Понять, кто ты такой без примесей, а потом уже выбрать то, с чем ты станешь жёстче, но не потеряешь блеска и ценности. - Красиво. - Я понял, кто я. Я так думал. А теперь у меня в груди колит от мысли, что кто-то получил славу, прилагая меньше усилий, стоя меньше. - А кто ты? - Океан, - с самодовольной улыбкой ответил Миша. Илья замер. Перед ним действительно был океан, то спокойный, то буйный. Неукротимый, огромный океан, в котором Илья уже, кажется, тонул. Он и слова не мог из себя выдавить после этого осознания. - Ты домой скоро? - поинтересовался Миша. - Как выгонишь - так и домой. - А если я не хочу тебя выгонять? - Миша был максимально серьёзен. - Тебя кто-то ждёт? Девушка есть? - Нет. А тебя ждут? - Меня ждёт дочка. Уже завтра я должен её увидеть. Илья вспомнил о том, насколько Миша старше. - Скучаешь? - спросил он. - Каждый день, когда не вижу её. - А я хотел предложить остаться у меня ещё на денёк, - с досадой признался Илья. - Раз уж мы больше не увидимся, как ты хотел. - Оставайся на ночь, - выпалил Миша. - Если мало будет, то я подумаю над тем, чтобы задержаться. - Тогда тебе надо будет сильно испортить о себе впечатление, чтобы мне не было мало. - Поверь, тебе лучше не знать обо мне ничего лишнего. Миша резко помрачнел и опустил взгляд. - Что-то не так? - забеспокоился Илья. - Скучаю по Саше. Это его песня, она так нызывалась. Ну чуть по-другому: "Лучше мне не знать о тебе ничего лишнего". Саша ушёл из Аффинажа зимой. Я всё ещё не смог смириться. - Сожалею... - Не нужно. Я желаю ему только удачи. Расстались на хорошей ноте, как говорится. - Я всё равно сожалею. - Всё равно не нужно. Миша взял из шкафа вещи и напрвился в ванную. - У тебя есть шанс свалить отсюда, пока я в душе, - объявил он. - А если не уйду? - с азартом спросил Илья. - На полу поспишь, не знаю. Миша закрыл дверь. Уходить Илья точно не собирался. Поверить в происходящее было трудно. Илью потихоньку клонило в сон, чему он сопротивлялся, но это и наталкивало на мысль, что всё не по-настоящему. Он не знал, что будет, когда Миша выйдет, но после некоторых мыслей щёки краснели от смущения и стыда. Из всех неправдоподобных исходов секс был самым неправдоподобным. Илья почти вывел Мишу на уязвимость, а это казалось куда большей близостью. Миша вышел. Больше никакой дурацкой укладки. Мокрые волосы заметно потемнели, лёд в глазах немного подтаял. - Ты ещё здесь? - бросил он Илье, смотревшему на него с восхищением. - Ты тоже сходи да ложись. - Спать я могу и домой пойти, - возразил Илья. - Со мной? Можешь, но мне лень. У них тут халатик есть, если не хочешь грязную одежду после душа надевать. Но можешь и без него. Илья послушался. Он не мог не послушаться. Из душа вышел в халате, чем кажется, разочаровал Мишу. Тот, по крайней мере, изобразил разочарование. Илья сел на кровать рядом с Мишей, опустил взгляд. У него была только одна просьба. - Включи ту песню. Сашину. Миша слегка растерялся, но послушался. Первые же ноты впились в сердца обоих стрелой. В мишино - из-за воспоминаний, а Ильи - из-за сидящего рядом Миши. - Французский? - поинтересовался Илья. - Я её не слышал. - Зря, - с горькой усмешкой ответил Миша. - Она прекрасна. Миша мягчает, оттаивает всё больше, это было видно, чувствовалось. Он положил руку на плечо Ильи, прижав его к себе, но быстро отпустил. Илья забрался на кровать с ногами и сел, сгорбившись. Просто слушал и смотрел в одну точку. Начать целоваться сейчас было бы так пошло, нужно было просто слушать. Миша медленно приближался, и оказался у Ильи за спиной. Миша обнял Илью, положив голову ему на плечо. Ещё спустя мгновение просунул руки под халат, просто касался груди Ильи - ничего большего. Большего и не нужно. Илья знал, что должен молчать, но был буквально в шаге от того, чтобы Миша полностью открылся. Поэтому еле выдавил из себя: - Я думал, мы будем говорить. - Он говорил шёпотом. Он был спокоен. - Не сейчас. - Голос Миши дрожал, а Илья слышал, как Миша дышит всё тяжелее. Ещё чуть-чуть. - Почему? - через силу произнёс Илья. - Лучше тебе не знать обо мне ничего лишнего. Илья услышал, как Миша тихо заплакал у него на плече. Большей близости он и представить себе не мог. Илья не должен был говорить больше ничего. Просто дышать и слушать, сжимая мишины горячие руки.