Тень и огонёк

Коннор сидел на террасе местного кафе, поглядывая на прохожих, и время от времени делал глоток чёрного кофе, который уже успел остыть. Он нервно проверял телефон на наличие уведомлений почти каждые две минуты и поправлял за козырёк тёмную кепку на голове. Наконец, пришло долгожданное сообщение.   "Выхожу из аэропорта. Увидимся вечером?" – написал Хадсон.  Коннор поджал губы. Он почти улыбнулся, но обида в душе не позволила ему этого сделать. Прошла уже пара дней после их ссоры, но Коннору всё ещё было обидно.  "Как закончишь, приезжай ко мне. [Адрес]" Он ответил сухо, как будто пытаясь продемонстрировать свои горькие чувства, но очень хотел, чтобы Хадсон написал в ответ что-то смешное, как делал это обычно.  "Ок" Коннор допил свой кофе и отправился по делам. 

***

2 дня назад Вечером Хадсон написал, что, наконец, свободен, чтобы поговорить. Коннор сразу же плюхнулся на кровать, ожидая звонка, и сразу переключился на видеосвязь, принимая вызов. Он был очень рад, что Лос-Анджелес и Ванкувер находятся в одном часовом поясе: они всегда могли поболтать в свободную минуту.  - Я ещё не ел, так что тебе придётся смотреть, как я жую, – сообщил Хадсон сразу, как только Коннор принял звонок.  - Ты очень милый даже с набитым ртом. – Коннор расплылся в улыбке.  - Давай не наговори лишнего. Моя мама дома, – сказал Хадсон, отправляя ложку в рот.  - Привет, мама! – закричал Коннор, и в ответ услышал радостный женский голос. Она появилась рядом с Хадсоном на несколько секунд, чтобы помахать Коннору рукой, а затем ушла.  - Она собирается на встречу. Что-то по работе, если я правильно понял. – Хадсон улыбнулся в сторону. Коннор кивнул.  - Что сегодня на ужин? – спросил он, улыбаясь.  - Твоё разбитое сердечко, – ответил Хадсон. – И немножко медово-чесночного соуса.  Коннор засмеялся.  - Меньше всего на свете я бы хотел, чтобы моё сердечко ели с медово-чесночным соусом, – заявил он. – Ты жестокий.  - Могу добавить ещё сырный.  - Я бы предпочёл кетчуп, – отозвался Коннор.  - Коннор, я - канадец. Мы не такие скучные, – с доброй усмешкой заметил Хадсон.  - Тогда добавь кленовый сироп.  - Пошёл в жопу.  Пока Хадсон доедал свой ужин, Коннор рассказывал ему, как они смогут провести время в Лос-Анжелесе, когда Хадсон прилетит туда.  - Я едва ли спал все эти дни. Даже поесть не успеваю иногда, – пожаловался Уильямс. – Я не думаю, что у меня будут силы где-то гулять.  - Теперь тебе придётся делать многое из того, что тебе не нравится, – с горькой ухмылкой сказал Коннор. Тот лишь вздохнул.  Коннор какое-то время молча наблюдал за тем, как Хадсон моет за собой посуду, и глубоко задумался. Их отношения стали сильно ближе, и Коннору было больно от того, как далеко они друг от друга находятся.  - Если мы можем делать это вместе, то так даже лучше, – ответил Хадсон. – Если ты рядом, я чувствую себя спокойней.  - Да, кстати, об этом... – Коннор неловко прикусил нижнюю губу. – Ты же получил сообщение от... сам знаешь от кого? Нам теперь лучше не появляться часто на публике вместе.  Лёгкая улыбка сползла с лица Хадсона, и он сел за стол.  - Что ты имеешь в виду? – спросил он.  - Слушай, это не такое уж и плохое решение. То есть... я думаю, это правильно. Я люблю тебя, но у нас теперь есть работа. Ты сам знаешь, как это может выглядеть со стороны, – ответил Коннор, стараясь звучать максимально уверенно.  - Ты действительно согласен с этим? – лицо Хадсона выражало невиданную раньше грусть и даже... тихую злость.  - Ты должен понять, Хад. – серьёзным тоном сказал Коннор. – Это никак не меняет моего отношения к тебе.  Хадсон нервно рассмеялся.  - После того, через что мы прошли вместе? – сказал он. – Я думал, мы... стали особенными друг для друга. Я знаю, мы можем быть вместе и... ну, знаешь, это никак не помешает. Какая разница кто и что говорит? - Только не говори мне, что ты хочешь всем рассказать, – взгляд Коннора стал обеспокоенным.  - Конечно, нет! – воскликнул Хадсон. – Если я всем расскажу, что трахаюсь с Коннором Сторри, меня обольют кислотой в тёмном переулке.  Коннор промолчал, потупив взгляд в сторону, а затем решил продолжить: - Я знаю, что это неприятно, но... - Я думал, мы уже всё обсудили ещё летом, – прервал Хадсон. – Я думал, мы говорим об одном и том же. А сейчас? Ты струсил? Или... разлюбил меня? - Хад, пожалуйста... – Коннор закрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Тогда я недооценил ситуацию. Ещё пару недель назад всё было по-другому. Жизнь была... другая. Понимаешь? Коннор смотрел на него с печалью. Он умолял Хадсона глазами не упрямиться, потому что верил - это решение могло сохранить их безопасность и дисциплину. А Коннор очень любил дисциплину. Вот только Хадсон её в какой-то степени ненавидел.  - Я не думал, что ты так поступишь со мной, – грустно сказал Уильямс. – Я пойду спать, – он отключился, оставив Коннора одного, в тишине его съёмной квартиры, с удивлённым выражением лица и совершенно разбитым сердцем.  После этого Коннор пытался уладить ситуацию первым. Он слал сообщения в этот же день, перед сном. Он слал их утром на следующий день, и только вечером накануне приезда Хадсона на своё "напиши, как прилетишь" получил короткое "ладно".  За это короткое время он возненавидел себя и весь мир. Но Хадсона он ненавидеть не мог, даже если бы захотел. Хадсон кинул телефон на кровать и ударил ногой стул, на котором сидел секунду назад. В его глазах стояли слёзы. Он был очень уставшим, обессиленным и ему казалось, что привычная реальность начинает рушиться. Теплота в сердце, которая появилась с приходом Коннора в его жизнь, делала этот мир светлее, но сейчас было ощущение, будто он пытается забрать её назад.  Хадсон очень много старался. Радуясь удаче, он мог жить так, как мечтал. Но он не думал о том, что из-за этого он может потерять человека, в которого сильно влюблён.  Коннор обещал ему безусловную поддержку. Он говорил, что в жизни главное - быть тем, кто ты есть. Но он сдался – так подумал Хадсон. Да, наверное, Коннору было виднее, как лучше. Но неужели он не понимает, как это больно? До встречи с Коннором Хадсон не знал, что может испытывать такие глубокие чувства. Быть рядом с ним значило забыть о грусти и переживаниях. Он мог говорить с Коннором по телефону, переписываться с ним, и это всегда было то, что он хотел получить, и то, что он хотел услышать.  Послышался звук уведомления. "Я не хотел обидеть тебя. Ты мне очень дорог" - сообщение от Коннора сделало только хуже. По щекам Хадсона потекли слёзы.   Он хотел ответить, но не стал. Вспомнил про бутылку вина, налил немного в кофейную кружку, выпил залпом. Затем принял душ, выпил ещё вина и отправился спать. Он не хотел думать ни о работе, ни о поездке, ни о Конноре Сторри, который разрушил все его ожидания.  Проснувшись утром, он обнаружил, что мама так и не вернулась домой, но открыв вкладку входящих сообщений увидел: "Останусь у подруги. Не скучай, и удачи на завтра! Не забудь свой паспорт!". Он улыбнулся, но его лицо вмиг стало серьёзным, потому что другое сообщение было от Коннора, отправленное в два часа ночи. И ещё одно в четыре утра. И ещё одно в пять двадцать пять.  "Ты имеешь право злиться. Но я знаю, что мы справимся" "Прошу, подумай об этом. Ты мой самый близкий человек. Я хочу, чтобы мы были вместе, и мы можем быть вместе. Однажды всё будет иначе" "Хадсон, я люблю тебя. Ты это знаешь. Просто поверь мне, доверься мне ещё раз. Я твой, и я всегда буду твоим". Хадсон даже не мог предположить, что его утро начнётся не с головной боли после выпитого накануне вина, а сообщений Коннора, доводящих его до слёз. Тем не менее, он быстро привёл себя в порядок и собрался с мыслями. Но на сообщения Коннора решил не отвечать.  Вечером Коннор снова прислал сообщение: "Напиши, как прилетишь". Ещё с утра Хадсон был зол и расстроен, но сейчас в его сердце осталась лишь тоска от безысходности и несправедливости.  "Ты, наверное, даже понятия не имеешь, насколько сильно я тебя люблю. За какие-то несколько месяцев ты стал всем моим миром. Я ждал каждой встречи с тобой, твоего каждого взгляда, каждого вздоха и прикосновения. Знаешь, как мне было страшно тогда, в первый раз? Я боялся, что ты так же, как и другие, просто скажешь, что всё было несерьёзно. И после этого... нам ведь было вместе хорошо. Теперь ты просто бросишь меня?..." – Хадсон стёр весь текст немедленно, даже не дописав его до конца. И отправил лишь короткое сообщение:  "Ладно" Пелена слёз снова застелила глаза, но он выдохнул и потряс руками. Чёрта с два он будет страдать из-за человека, который решил променять его любовь на свои интересы. Или, возможно, Коннор прав? Может быть, этот секрет и стоит хранить, если не ради себя, то хотя бы ради того, кого действительно сильно любишь? В конце концов, им никто не запрещал быть вместе, пока никто не видит. 

***

Направляясь к Коннору, Хадсон чувствовал себя даже ещё хуже, чем раньше. Казалось, он совсем лишился сна, и теперь не только из-за работы, но ещё и из-за ссоры с Коннором. Когда такси завернуло на нужную улицу, Хадсон увидел его, уже ждущего у тротуара, одетого по-домашнему, и без намёка на улыбку на лице.  Хадсон вышел из машины, достал свой чемодан из багажника и повернулся к Коннору. Такси уехало, а тот неловко улыбнулся.  - Спасибо, что приехал.  - Спасибо, что встретил.  Они отправились наверх, к квартире Коннора. Хадсон не знал, чего ожидать, и на самом деле слишком сильно устал, чтобы фантазировать на тему того, как Коннор живёт один в Лос-Анджелесе. Он лишь знал, что это небольшая бюджетная по местным меркам квартира и ожидал увидеть гетто, но на деле Коннор жил в чистом приятном районе города, что не могло не радовать.  - Ты голодный? У меня тут салат и курица. Я надеялся, что мы поужинаем вместе, – сообщил Коннор.  Хадсон поставил свой багаж в угол прихожей и скинул кроссовки.  - Было бы отлично, – сказал он, выдавив из себя полуулыбку. После этих слов Коннор засуетился на кухне, предложив Хадсону присесть на барный стул, пока он разогревает еду. – Дизайн твоей квартиры впечатляет. Выглядит как люкс 2010 года, но в этом что-то есть, – прокомментировал Хадсон, пока Коннор рылся в холодильнике.  - Я, конечно, не в восторге, но это был самый удобный вариант из всех. Я практичный человек, – ответил тот.  - Верно, – иронично подметил Хадсон, вспомнив причину своей обиды.  Они сели ужинать, и Коннор, всё это время раздумывающий, как правильно начать разговор, наконец, решился: - На счёт нашего последнего разговора... Я...  Хадсон не дал ему закончить: - Слушай, я подумал над твоими словами. Возможно, ты прав, – задумчиво сказал Хадсон, жуя курятину. – У нас просто нет другого выбора.  Коннор улыбнулся, протянул руку, лежащую на столе, к запястью Хадсона, и схватился за него.   - Спасибо, – с искренностью в голосе сказал он.  - Я тоже люблю тебя, – ответил Хадсон, припоминая сообщения Коннора, которые он отправлял два дня назад. Тот засветился от счастья. – И я... твой. - Я очень тебя люблю, – на глазах Коннора выступили слёзы, и Хадсон положил вилку на стол, чтобы взять его за руку.  - Коннор... – сказал он, смотря в его светлые глаза, из которых уже текли две одинокие слезы. – Прекрати плакать... над курицей. Прошу тебя, она и так пересолена.  Оба разразились смехом, и Коннор вытер лицо тыльной стороной ладони. Он посмотрел на улыбающегося Хадсона, и так они просидели ещё несколько секунд в тишине, перед тем как закончить с едой и отправиться в душ.  - Вау, телек напротив кровати. Неплохо, - сказал Хадсон, окидывая взглядом спальню Коннора, когда они зашли в комнату. Коннор сразу свалился на кровать, и тогда Хадсон увидел, что одна из стен была декорирована большим зеркалом, в котором отражался весь интерьер и окна. – Зачем тебе зеркало почти на всю стену? Я, конечно, знал, что ты любишь на себя посмотреть, но чтоб настолько...  - Не будь жопой, – со смешком отозвался Коннор. – Я же говорю, это не моя квартира. Здесь уже был такой ремонт. Что мне надо было сделать? Выкинуть его в окно? Хадсон ухмыльнулся и сел на кровать, оставаясь лицом к зеркалу, и рассматривая в нём своё отражение, а также всё, что было в комнате.  - Хочешь посмотреть что-нибудь? – спросил Коннор, щелкая пультом от телевизора. Его голос звучал так буднично, что у Хадсона что-то ёкнуло внутри.  - Нет, я... – он повернул голову в сторону Коннора. – На самом деле, я хотел сказать тебе, что мне всё ещё не сильно нравится эта идея.  Коннор закатил глаза, а затем подвинулся к Хадсону и сел за его спиной, приобняв за талию. Он опустил подбородок на плечо Уильямса и тихо сказал: - Ты знаешь, что мне она тоже не нравится, – он поцеловал его в щёку. Ладонь Хадсона легла на руку Коннора. – Но мне не страшно. И я хочу, чтобы тебе не было страшно.  - Мне не страшно. – Хадсон поглаживал руку Коннора. – Мне просто одиноко без тебя.  - Значит, нам нужно правильно пользоваться временем, когда оно у нас есть, – ответил Коннор. Он медленно приблизился к шее Хадсона и тот прикрыл глаза, чувствуя мягкий поцелуй Коннора на своей чувствительной коже. – Хадсон? - Ммм? – Хадсон немного наклонил голову в сторону, поддаваясь губам Коннора, который целовал его медленно и ласково.  - Ты же не обижаешься на меня больше? – полушёпотом спросил он.  - Хм... – Хадсон открыл глаза и посмотрел на Коннора через отражение. – Почти.  - Почти? – спокойно переспросил Коннор, на что Хадсон кивнул головой. – Жаль, – он медленно переместил одну руку на бедро Хадсона, а второй скользнул под футболку.  Уже через мгновенье ладонь Коннора лежала на его паху, аккуратно поглаживая член через ткань штанов. Хадсон выдохнул, снова закрывая глаза и отклонив голову назад. Он тихо и медленно дышал. Коннор мог видеть, как подрагивают его ресницы, и чувствовал, как твердеют его соски и член под настойчивыми прикосновениями. Он ловко расстегнул молнию и начал стаскивать штаны с бёдер Хадсона, и тот скинул их с себя вместе с бельём, помогая Коннору, а затем снял футболку. Оказавшись полностью обнажённым, он снова посмотрел в зеркало, чтобы увидеть улыбчивое лицо Коннора, который так же стянул с себя майку, и потянулся к прикроватному столику. Через мгновенье он уже снова склонялся над Хадсоном сзади, держа в руках лубрикант.  - Только я один полностью раздетый. Так нечестно, – сказал Хадсон. – Давай снимай. - Ну уж нет. Моё шоу ты получишь только после своего, – пообещал Коннор, – Сначала мне нужно заняться тобой, – на его губах была игривая, очаровательная улыбка, а глаза блестели от воодушевления. Он притянул Хадсона к себе ближе, обхватив его плечи, и прижавшись грудью к его спине. Было видно, как Коннор выдавливает немного смазки на пальцы. Уже через секунду его рука обхватила полностью вставший член Хадсона, и тот тихо простонал, отводя взгляд от своего отражения.  - Нет-нет, – остановил его Коннор. – Я хочу, чтобы ты видел себя.    Хадсон кинул на него жалостливый взгляд. Это было слишком даже для него. Видеть, как Коннор напористо скользит влажными пальцами по крепкому стволу, разглядывать каждый сантиметр собственного тела было невыносимо горячо и в то же время немного неловко.  - Я чувствую, как твой член упирается мне в копчик, – сообщил Хадсон с хитрой ухмылкой и согнул ноги в коленях, опуская ступни на край кровати.  - Не волнуйся, скоро он будет внутри тебя, – ответил Коннор, вгоняя Хадсона в краску так, что он сначала даже не нашёл, что ответить. Кроме того, Коннор немного ускорил движения рукой, и мысли начали окончательно путаться в голове. - Не думал, что ты настолько извращенец, – отметил Хадсон. Чем больше он наблюдал за рукой Коннора через зеркало, тем больше его тело наполнялось тягучим возбуждением.  Коннор обхватил его грудь другой рукой, чтобы заставить опустить спину ещё ниже. Он скользнул пальцами к тугому колечку мышц, и осторожно проник вовнутрь одним пальцем. Хадсон снова издал тихий стон, продолжая наблюдать за Коннором, губы которого были слегка приоткрыты. Он неторопливо раскрывал его, приблизившись к уху: - Может тебе даже повезло, что мы не живём вместе, – сказал он. Увидев, как Хадсон вопросительно сдвинул брови, он продолжил: – Я бы трахал тебя каждый день до потери сознания.  - Ты слишком много болтаешь, - с улыбкой отозвался Хадсон. – И вообще, – он повернул голову к лицу Коннора и после короткой паузы выдохнул в его губы, - Может, мне только этого и надо.  Коннор также улыбнулся и потянулся к его губам, целуя их жадно и влажно, настойчиво врываясь языком в его рот. Когда он, наконец, начал растягивать Хадсона тремя пальцами, тот не сдержался. Чувствуя, как пальцы Коннора мягко надавливают на простату, он простонал прямо в его губы, а затем откинул голову на его плечо. Каждый раз Коннор добирался до чувствительной точки, и от этого и без того согнутые ноги начинало немного сводить.  - Чёрт, Коннор... – бёдра Хадсона были напряжены и немного подрагивали.  - Да? Мне продолжить? - Коннор не мог отвести глаз от своих пальцев, плавно входящих внутрь Хадсона и от его прекрасного выражения лица.  - Я хочу тебя. – Хадсон перехватил его руку, останавливая её. Он снова взглянул в отражение: пальцы Коннора всё ещё были в нём, и даже не смотря на то, что он остановился, Хадсон чувствовал, что теряет контроль над собой.  - А я очень хочу трахнуть тебя, – отозвался Коннор, оставляя поцелуй сначала на его шее, а затем на плече.   Он переместил ладони на рёбра Хадсона и ненавязчиво подтолкнул его, вынуждая встать на колени, а затем обхватил его грудную клетку, чтобы прижать его спиной к своей груди. Целуя его шею и плечи, он смотрел в зеркало и отмечал про себя, как особенно потрясающе выглядит Хадсон, когда он сильно возбуждён и в его глазах читается искреннее и ненасытное желание. Он кусал свои губы в нетерпении и смотрел на них обоих, пока Коннор спускал с себя шорты и бельё свободной рукой.  Он медленно вошёл в Хадсона с громким выдохом, на что тот, не сдерживаясь, издал хриплый стон. С каждым новым толчком его голос становился громче.  Коннор мягко обхватил его подбородок пальцами и повернул лицо к зеркалу.  - Тебе нравится? – горячий шёпот Коннора туманил разум. – Посмотри, – его взгляд был пристальным и жгучим, – Твоё лицо бесподобно, когда мой член входит в тебя.   Хадсон, почти не моргая, смотрел, как руки Коннора держат его, а его собственное тело содрогается от сладостных ощущений внутри и нетерпения кончить. - Мне нравится, – ответил он. – Только не останавливайся, – его голос дрогнул, когда твёрдый и влажный член Коннора снова напористо проникнул в него.  - Я не остановлюсь, пока ты не кончишь, – пообещал Коннор.   Его движения стали жёстче, а руки крепко обхватили бёдра Хадсона. Не в состоянии справиться с напором, тот наклонился над простынями, упираясь в кровать руками и прогибаясь в спине. Казалось, что всё тело будто пронзило током, и он почти перешёл на крик.  - Сейчас... – Хадсон кинул взгляд на отражение. Коннор вбивался в него яростно, с отчаянной силой. Его широкие плечи и грудь немного блестели от пота под светом, а взгляд был направлен на спину Хадсона, и, конечно, его округлые ягодицы. Не сбавляя темпа, он произнёс: - Отсюда вид просто восхитительный, – он перевёл глаза на Хадсона и их взгляды встретились. Это заставило щёки Хадсона пылать больше прежнего. Он резко опустил голову и крепко сжал простыни. Звуки, раздающиеся, когда член Коннор быстро и глубоко врывался внутрь него, были настолько возбуждающими, что Хадсон в моменте почувствовал, как предоргазменная дрожь пробивает всё его тело.  - Коннор, пожалуйста... – он поднял глаза, – Чёрт, как же хорошо...  - Я хочу, чтобы ты кончил первым, – сказал Коннор, сохраняя ритм. Его сдавленный голос обволакивал сознание Хадсона: чувствуя, как горячая волна накрывает его, он опустился грудью к кровати, опираясь на локти, и снова склонил голову вниз. Зажмурившись и вскрикнув, он вцепился в постельное бельё.  - Я кончаю, – голос Хадсона дрожал, и он, наконец, достиг разрядки, даже не прикоснувшись к собственному члену. Коннор, наблюдая, как Хадсон изливается под ним прямо на простыни, прикусил нижнюю губу и увеличил темп, приближаясь к оргазму. Когда Хадсон прижался грудью к постели, всё ещё стискивая бельё пальцами и жалобно всхлипывая, Коннор на секунду прикрыл глаза, наслаждаясь его голосом и собственными ощущениями.  - Блять, Хад, – он напряжённо смотрел, как его член проскальзывает внутрь упругого кольца мышц, – Какой же ты горячий... Ох, Хадсон, да... – произнося его имя, он почти прорычал – его голос был низким и громким по сравнению с приглушенным постаныванием Хадсона. Коннор кончил, извергнувшись на его прогнувшуюся поясницу, придерживая бедро одной рукой.  - Чёрт... – прошептал Хадсон. Пока Коннор, тяжёлое дыша, приходил в себя, он спрятал лицо в простынях и опустил бёдра на постель. Всё его тело ослабло, а бёдра и ноги ещё едва заметно содрогались от пережитого напряжения и экстаза.  - Это было... вау. – констатировал Коннор и ухмыльнулся. Он на несколько секунд переключил внимание на то, чтобы взять салфетку с прикроватного столика и протереть спину Хадсона, который всё ещё лежал лицом в матрас. Затем Коннор опустился к нему и поцеловал в спину, около лопатки. - Ммм, – устало протянул Хадсон, поворачивая голову к Коннору. – Мы грёбанные извращенцы, Коннор, – сказал он без капли сожаления. - Это ужасно.  - Это прекрасно, – парировал тот. – Я поставлю здесь ещё одно зеркало, если ты пообещаешь мне повторить это снова, – он лёг рядом, подперев голову рукой.  - Никогда в жизни, – отозвался Хадсон, и уголки его губ предательски дрогнули - он едва ли сдерживался, чтобы не засмеяться. Коннор бережно коснулся его чёрных растрёпанных волос и начал неторопливо перебирать их пальцами.  - Я видел твоё лицо всё это время, – напомнил он. Хадсон поджал губы с полуулыбкой и запыхтел, отчего Коннор тихо засмеялся.  - Ладно, признаю, – в конце концов, согласился он, опуская ладонь на шею Коннора, – Это очень заводит... смотреть на нас обоих... - Хадсон приблизился к его лицу, и, прежде чем он успел поцеловать его, Коннор ответил: - Я всегда смотрю только на тебя.    Их поцелуй был коротким, но нежным и медленным. Коннор перехватил ладонь Хадсона, придерживающую его лицо, и их пальцы сплелись.  - Теперь я прощён? – поинтересовался Сторри. Хадсон глубоко вдохнул, резко выпустил воздух из лёгких и загадочно посмотрел на Коннора. Тот поднёс его руку к своему лицу и прижался к ней губами. – Скажи, что да, – он посмотрел на него умоляющим взглядом.  - Ты хочешь, чтобы я простил тебя, только потому, что ты заставил меня кончить без рук? – уточнил Хадсон.  - Я обещаю, это не в последний раз. – Коннор сверкнул глазами.  Хадсон довольно улыбнулся. Он ещё немного полюбовался лицом Коннора и поднялся с постели. - Я пошёл в душ, – сообщил он.  - Ты не ответишь мне? – спросил Коннор.  - Ладно, ты прощён. – Хадсон усмехнулся, увидев, как он расплывается в радостной улыбке. – Но я всё ещё могу передумать, – он направился к двери, позволяя Коннору насладиться видом его обнажённой спины и ягодиц. На бёдрах всё ещё можно было разглядеть красноватые следы от пальцев, и Коннор, улыбаясь, коротко прикусил нижнюю губу, вспоминая, как рьяно сжимал их несколько минут назад. - Главное, что ты сейчас со мной, – шёпотом сказал он сам себе, падая на спину, когда дверь в ванную комнату закрылась.