Смена Героя

Утро перед уходом было холодным и кристально чистым. Саконджи Урокодаки стоял перед своими учениками, его красная маска Тэнгу в утреннем тумане казалась ликом древнего духа. В руках он держал две деревянные маски лис. — Это маски защиты, — голос старика был глухим. — Я наложил на них заклинание, чтобы они оберегали вас от несчастий. Маска Сабито была с узнаваемым шрамом на правой щеке — точь-в-точь как у него самого. Маска Гию была необычайно белой, с тонкими, почти ледяными голубыми полосами у глаз. Гию молча принял подарок. Он провел пальцами по гладкому дереву. —Защита? — подумал он. — Дерево не остановит когти демона. Только сталь и моя ярость сделают этот. Но он послушно закрепил маску сбоку на голове. В его глазах не было страха, только холодная решимость дойти до конца. Путь до места Финального Отбора занял несколько дней. Когда они достигли подножия горы Фудзикасане, небо уже окрасилось в сумерки. Ландшафт поражал воображение: вся гора была окутана густыми, каскадными гроздьями фиолетовой глицинии. Цветы светились в темноте мягким, призрачным светом, а их сладкий, приторный аромат буквально пропитывал воздух. Это была прекрасная тюрьма — демоны ненавидели этот запах, и он удерживал их внутри, на вершине, где не росла глициния. На входе, у каменных ворот, их встретили две странные девочки с белыми и черными волосами. Их голоса звучали в унисон, механически и жутко: — Добро пожаловать. Здесь, на горе Фудзикасане, заперты демоны, пойманные охотниками. Ваша задача — выжить здесь семь дней. Это и есть единственное правило Финального Отбора. Встреча со Змеем Среди двух десятков претендентов, дрожащих от страха, Гию заметил странного парня. Он был примерно на год старше Томиоки, невысокий, с ног до головы замотанный в бинты, скрывающие нижнюю часть лица. Из-под челки сверкали разные глаза — один золотой, другой бирюзовый. На его шее, как живое украшение, покоилась маленькая белая змея. Сабито, по своей привычке, подошел к нему первым. — Эй! Нечасто встретишь кого-то с питомцем на экзамене, так еще и твоя внешность поражает. Я Сабито, это Гию. Парень со змеей смерил их тяжелым, неприязненным взглядом. Змея на его шее зашипела. — Обанай Игуро, — коротко бросил он. Его голос звучал резко, как удар хлыста. — Держитесь подальше. В этом лесу слабые просто путаются под ногами. Особенно такие, как он, — Обанай кивнул на Гию, чье лицо оставалось абсолютно бесстрастным. — Слабость — это вопрос перспективы, — холодно ответил Гию, не глядя на Обаная. — Главное, чтобы твоя змея не начала искать еду среди нас, когда ты проголодаешься. Обанай прищурился, но промолчал. Атмосфера накалилась, но в этот момент девочки-проводницы дали сигнал. Отбор начался. Как только они пересекли границу глициний, лес изменился. Свет исчез. Деревья казались скрюченными пальцами мертвецов. Гию шел впереди, его чувства были обострены до предела. Его Кодо — внутренний ритм — теперь работал как эхолот. Он «слышал» пульсацию леса. *Хруст.* Из кустов, как черная молния, выпрыгнул демон. Он был уродлив: длинные, неестественно тонкие конечности и огромные глаза, светящиеся желчью. — Свежее мясо! Мальчишки! — прохрипел он, бросаясь на Сабито. — Дыхание Воды: Четвертый стиль! — выкрикнул Сабито, обнажая меч. — Прилив! Его удар был мощным, но демон оказался невероятно гибким. Он извернулся в воздухе, готовясь вцепиться когтями в плечо Сабито. Но в ту же секунду из тени вылетело нечто тонкое и гибкое. — Дыхание Змеи: Первый стиль! — Обанай возник словно из ниоткуда. Его клинок имел странную, извилистую форму. Удар прошел по невероятной траектории, отсекая демону обе руки. Демон взвыл. Он попытался отступить, но путь ему преградил Гию. Томиока не кричал. Он даже не дышал тяжело. Его сердце билось в ритме ледяного спокойствия, подогреваемого скрытой ненавистью. — Я вижу твое Кодо, тварь. Ты боишься. Ты хочешь жить? Моя сестра тоже хотела. — Дыхание Воды: Второй стиль... — прошептал Гию. — Водяное кольцо! Он совершил вертикальный прыжок. Его меч описал идеальный круг, наполненный инерцией и гневом. Голова демона слетела с плеч еще до того, как тот успел осознать, что произошло. Тело демона начало рассыпаться пеплом, не долетев до земли.

***

К рассвету первого дня они нашли небольшую пещеру, скрытую корнями старого дуба. Все трое были в крови, но целы. Игуро сел в самом дальнем углу, кормя свою змею кусочком чего-то, что он прихватил с собой. — Неплохо сработали, — Сабито вытирал лезвие меча. — Но это только первый день. Демоны будут становиться голоднее и хитрее. Гию сидел у входа, прислонившись к камню. Его взгляд был устремлен в темноту леса. — Мы слишком медленные, когда движемся группой, — внезапно сказал он. — Мы подстраиваемся друг под друга. Сабито, твой ритм слишком яркий, ты привлекаешь внимание. Обанай, ты действуешь из тени, но тебе нужно пространство. А мне... Он сжал рукоять меча так, что побелели костяшки. — Мне нужно проверить, чего стоит моя ненависть без вашей поддержки. Если я не смогу выжить один, я не достоин мстить за семью. Обанай фыркнул из темноты: — Наконец-то дельная мысль от угрюмого. Групповая работа — это для слабаков, которые боятся темноты. Сабито долго смотрел на Гию. Он видел ту бурю, что бушевала за маской спокойствия своего друга. — Хорошо, — серьезно кивнул Сабито. — Мы разделимся. Но обещай мне одну вещь, Гию. Через шесть дней, когда взойдет солнце, я хочу увидеть твою кислую мину у ворот с глициниями. Живым. — Обещаю, — коротко ответил Гию. Когда солнце полностью взошло, освещая верхушки деревьев, трое будущих охотников разошлись в разные стороны. Гию Томиока шагнул в самую гущу леса, туда, где крики демонов были громче всего. Его личное испытание началось.

***

Третий день на горе Фудзикасане. Воздух здесь был пропитан не только ароматом глицинии, но и трупным смрадом. Гию Томиока двигался бесшумно, его белая маска лисы поблескивала в лунном свете, словно череп лесного духа. Он не спал уже сорок восемь часов. Его Кодо — внутренний ритм — вибрировало от перенапряжения. Ненависть, которую он так тщательно взращивал, начала играть с ним злую шутку: она подгоняла его, заставляла искать демонов там, где их не было, и жаждать развязки слишком сильно. Из тени старого вяза выкатился демон. Это было существо с непропорционально длинными когтями, которые лязгали друг о друга, как ножи. — Еще один... маленький... вкусный... — прошипел он, пуская слюну. Гию не стал ждать. Его разум затуманила вспышка воспоминаний: лицо сестры в ту роковую ночь. —Быстрее. Нужно закончить это быстрее. Убить их всех. Вместо того чтобы плавно войти в стойку, как учил Урокодаки, Гию рванул вперед. Его пульс взлетел до критической отметки, сбивая дыхание. — Дыхание Воды: Третий стиль! — выкрикнул он, замахиваясь для «Танца быстротечного потока». Но его движения были слишком резкими. Вместо текучести воды в его ударе была жесткость льда. Он не заметил, как демон, припав к земле, выставил вперед костяной нарост на локте. *Хруст.* Меч Гию скользнул по наросту, инерция потащила его вперед, открывая левый бок. Демон, довольно оскалившись, полоснул когтями. Гию успел в последний момент извернуться, но когти распороли его хаори и оставили три длинные, хоть и неглубокие борозды на ребрах. Боль обожгла тело, возвращая ясность ума. Гию отпрыгнул, тяжело дыша. Кровь начала пропитывать ткань. —Я поторопился, — осознание ударило холоднее любого клинка. — Мое Кодо... оно превратилось в хаос. Я стал тем самым предсказуемым зверем, о котором предупреждал Сабито. Демон снова прыгнул, уверенный в своей победе. Но теперь Гию закрыл глаза на мгновение, заставляя сердце биться медленнее.Вдох. Выдох. Когда когти были в паре сантиметров от его лица, он просто сместился в сторону — мягко, как вода, обтекающая камень. — Вторая форма: Водяное кольцо. Чистый, ровный разрез. Голова демона отделилась от тела с мягким свистом. Гию стоял над рассыпающимся пеплом, прижимая руку к раненому боку. Его трясло. Не от страха, а от осознания собственной слабости. Ненависть сделала его быстрым, но она же сделала его слепым.

***

Сабито и Макомо двигались парой. Они работали идеально: Сабито принимал на себя основной удар, сокрушая защиту врага, а Макомо, словно призрачная лань, наносила решающие удары в уязвимые места. После очередной стычки они остановились у ручья, чтобы перевести дух. Сабито сидел на камне, нервно постукивая пальцами по рукояти меча. Его взгляд постоянно возвращался в ту сторону, куда ушел Гию. — Ты снова это делаешь, Сабито, — негромко сказала Макомо, отжимая край своего кимоно. — Что делаю? — буркнул тот. — Хмуришься так, будто пытаешься взглядом прожечь дыру в лесу. Ты думаешь о Гию. Сабито вздохнул, и его плечи поникли. — Он слишком взвинчен, Макомо. Его Кодо... когда мы расходились, оно звучало как натянутая струна, которая вот-вот лопнет. Он не охотится на демонов, он пытается покончить с собой об них, лишь бы забрать с собой побольше тварей. Этот идиот не понимает, что если он погибнет, его месть не будет стоить и ломаного гроша. Макомо тихо рассмеялась, и этот звук показался Сабито неуместным в этом проклятом лесу. — Ты такой заботливый, Сабито-кун. Иногда мне кажется, что ты любишь его больше, чем саму идею стать истребителем. Сабито вспыхнул, его щеки под цвет волос стали еще краснее. — Чего?! Не неси чуши! Я просто не хочу, чтобы Урокодаки-сенсей расстроился, если этот угрюмый парень не вернется. И... кто еще будет слушать мои лекции о правильном питании, если не он? Макомо подошла к нему и легонько щелкнула по лбу. — Вы с ним как два крыла одной птицы. Один — солнце , другой — луна. Но ты прав, он сейчас в опасности. Однако Гию сильнее, чем кажется. Его ненависть — это броня, но за этой броней скрывается сердце, которое ты сам научил биться. Он совершит ошибку, да. Но именно ошибка научит его тому, чему не смогли научить мы. Сабито посмотрел на свои руки. — Надеюсь, эта ошибка не будет стоить ему жизни. Если он не придет к воротам, я лично отправлюсь в ад, чтобы вытащить его оттуда и еще раз отчитать. Макомо улыбнулась, глядя на луну. — Вот видишь? Настоящая мужская дружба. А теперь пойдем. Я чувствую запах чего-то очень старого и очень злого впереди. Нам нужно быть начеку. Тем временем... Гию Томиока сидел в корнях дерева, перевязывая рану куском ткани от своего запасного хаори. Он смотрел на свою маску лисы, лежащую рядом.  — Ритм... — прошептал он. — Нужно найти свой ритм. Не сестры. Не демона. Свой. Он еще не знал, что в глубине горы уже пробудилось нечто огромное, покрытое множеством рук, — существо, которое ждало именно учеников Урокодаки уже много лет. И это существо уже чувствовало запах их «защитных» масок.