Разум или сердце?
Её растрёпанные волосы, резкие жесты, бесконечная болтовня и суетливость - Робин Бакли была штормом, вихрем, свободным порывом ветра, который кружил вокруг Нэнси сутками напролёт.
Контроль для Уилер был надёжным каблучком на её модных сапожках, способом справляться с хаосом мира. В розовой комнате Нэнси всегда лежало оружие, а в сумке - блокнот с ручкой, привычка журналистки. Ежедневное ведение дневника, выписывание всех мыслей сопровождало её всю сознательную жизнь. Иногда шатенке казалось, что она слишком много анализирует, критикует и сдерживает себя.
Так что, Уилер никогда не понимала, как можно быть такой неумолимо беспечной, несерьёзной, дикой, и в то же время чувственной, умилительно забавной и своенравной. Робин была слишком частой мыслью журналистки, слишком частым именем в дневнике. Бакли виделась ей во снах, в толпе незнакомцев, в чужом смехе, в случайных ассоциациях. Это пугало; это превращалось в задачу, в вечный вопрос. И хоть Уилер была отличным детективом, разбираться в собственных чувствах к подруге она не могла, или не хотела. Особенно когда Робин предательски долго держала её руки в своих, невесомо поправляла волосы, долго смотрела на губы, засыпала в ее объятиях, а потом - ничего с этим не делала, просто отшучивалась. Журналистка оправдывала себя: думать о чувствах это роскошь, чистый эгоизм. Она должна была сосредоточиться на поимке Векны.
Нэнси злилась на себя, на подругу, на ситуацию. Ей нужно было дать этому хаосу имя, понять источник этой внутренней неразберихи. Уилер постоянно повторяла себе: будь легче, будь проще, просто…
отпусти. Закат играл в кудрявых волосах Нэнси, когда она с силой хлопнула дверью машины и уверенно шагнула к дому Бакли. Каблуки ритмично стучали по асфальту, а в руках шатенка сжимала стопку новых записей и фотографий, привезённых из штаба. Уилер остановилась у двери, сердце сжалось, мысли закрутились в болезненный клубок вины. Почему, из всех людей, не задумываясь ни секунды, она позвонила Робин? Да, конечно, - Нэнси меньше всего хотела видеть грустные глаза Джонатана после их расставания и уж тем более терпеть навязчивую «заботу» Стива. Мысли скачками перебегали от «ты не должна» к «это единственный выход». Для поиска новой информации лучшего помощника просто не существовало. Нэнси глубоко вдохнула, отгоняя дрожь в руках, и постучала. Сердце колотилось так, будто пыталось выбраться наружу, а лёгкое предчувствие волнения и странного тепла подсказывало: это плохая идея.
