Peluche

Чонгук узнал о них через Намджуна. — Твой бывший встречается с моим братом, — сообщил тот за утренним кофе. Чонгук поперхнулся. — Что? — Чимин и Юнги. Вместе. Уже месяца два. — Да ну? — Чонгук откинулся на спинку стула. — И как? — Нормально. Юнги счастлив. Чимин... капризничает, но, кажется, тоже. Тэхён, сидевший рядом, улыбнулся. — Пусть будут счастливы, — сказал он. — Всем нужна любовь. — Даже Чимину? — хмыкнул Чонгук. — Даже Чимину, — подтвердил Тэхён. — Особенно Чимину. В этот момент в бар «Сталь» Чимин требовал у Юнги новый айфон, потому что у подруги появился лимитированный розовый, а у него такого нет. — Будет, — обещал Юнги, целуя его в висок. — Завтра. — Почему не сегодня? — Потому что сегодня я хочу смотреть на тебя без телефона. Чимин подозрительно сощурился, но промолчал. Потом вздохнул и устроился поудобнее. — Ладно. Смотри. Юнги смотрел. И думал о том, что даже самый колючий кот может стать ручным, если найти к нему подход. И много-много подарков. --- Чимин сидел на барном стуле и капризно поджимал губы. — Ты совсем меня не слушаешь, — ныл он, глядя, как Юнги протирает бокалы. — Я уже третий раз говорю, что хочу поехать на море, а ты всё работаешь и работаешь. — У меня бизнес, — спокойно ответил Юнги. — У всех бизнес! — Чимин спрыгнул со стула и подошёл к стойке вплотную. — Чонгук вон на Юге всё бросил и с Тэхёном носится. А ты? — Я не Чонгук. — Вот именно! — Чимин ткнул его пальцем в грудь. — Ты скучный! Ты даже не ревнуешь меня ни к кому! Мне что, специально надо с кем-то флиртовать, чтобы ты обратил внимание? Юнги отставил бокал и медленно поднял на него глаза. Взгляд был всё таким же спокойным, но Чимин вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Флиртуй, — тихо сказал Юнги. — Посмотрим, что будет. — Ты мне угрожаешь? — Чимин вызывающе вздёрнул подбородок. — Я не боюсь! Я вообще никого не боюсь! — Знаю. — Юнги вышел из-за стойки, взял его за руку. — Пойдём. — Куда? — Домой. Чимин хотел возразить, но что-то в голосе Юнги заставило его промолчать. Он послушно пошёл следом, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. --- Квартира Юнги встретила их полумраком и тишиной. Чимин не успел оглядеться — его прижали к стене в прихожей. — Ты думаешь, я не замечаю? — голос Юнги звучал низко, почти угрожающе. — Думаешь, я слепой? Каждое твоё движение, каждый взгляд на других — я всё вижу. — Юнги... — Чимин попытался отстраниться, но руки на его талии сжались крепче. — Молчи, — приказал тот. — Ты так любишь капризничать? Любишь, чтобы всё было по-твоему? Хорошо. Сейчас будет по-моему. Поцелуй был грубым, требовательным, не оставляющим выбора. Чимин задохнулся от неожиданности, но через секунду ответил с той же жадностью. Руки Юнги уже стаскивали с него куртку, потом свитер, путаясь в рукавах, но не останавливаясь. — Юнги, подожди... — выдохнул Чимин между поцелуями. — Не жду. Его развернули лицом к стене, прижали грудью к холодной поверхности. Чимин ахнул, когда услышал, как расстёгивается ремень на его джинсах, как ткань скользит вниз. — Ты... ты с ума сошёл? — голос дрогнул. — Да, — прямо в ухо прошептал Юнги. — Схожу. Каждый день, когда вижу, как ты крутишься перед зеркалом, как строишь глазки официантам, как говоришь, что я скучный. Сегодня ты узнаешь, какой я на самом деле. Чимин хотел возразить, но вместо этого застонал, почувствовав укус на шее. Юнги не церемонился — зубы оставили след, потом язык прошёлся по коже, успокаивая. — Больно, — прошептал Чимин. — Терпи. Ты же хотел эмоций. Руки Юнги грубо сжали его ягодицы, раздвигая. Чимин всхлипнул, но не сопротивлялся — внутри разгоралось что-то новое, пугающее и возбуждающее одновременно. — Смазка есть? — спросил Юнги коротко. — В сумке... в кармане... Чимин услышал, как открывается флакон, и через мгновение почувствовал холод пальцев на чувствительной коже. Он вздрогнул, но Юнги уже входил в него — сначала один палец, потом второй, без особой нежности, но достаточно, чтобы подготовить. — Ещё... — выдохнул Чимин, сам не веря, что просит. — Много хочешь? — усмехнулся Юнги, добавляя третий палец. — Получишь. Когда пальцы убрали, Чимин почти заскулил от потери. Но ненадолго — вместо них пришло другое, горячее и твёрдое. Юнги вошёл резко, одним толчком, заставив Чимина вскрикнуть и вцепиться ногтями в стену. — Тише, — выдохнул Юнги, на мгновение замерев. — Тише. — Больно, чёрт возьми, — простонал Чимин, но в голосе слышалось не только страдание. — Пройдёт. Юнги начал двигаться. Медленно, глубоко, позволяя привыкнуть, но с каждым толчком наращивая темп. Чимин стонал, кусал губы, царапал стену, пытаясь найти опору. Внутри всё горело, плавилось, сходило с ума от этого ритма. — Юнги... Юнги, пожалуйста... — Что пожалуйста? — рыкнул тот, входя особенно глубоко. — Быстрее? Сильнее? Скажи. — Всё... — выдохнул Чимин. — Да... так... Юнги ускорился. Его руки держали Чимина за бёдра, не давая упасть, не давая вырваться. Каждый толчок отдавался в теле взрывом, лишая мыслей, оставляя только ощущения. — Ты мой — прорычал Юнги ему в ухо, переходя на «ты» в порыве страсти. — Мой капризный, эгоистичный, невыносимый. Никому тебя не отдам. — Да... — Чимин уже не соображал, что говорит. — Твой... только твой... Рука Юнги скользнула вниз, сжала его член, и Чимин закричал — от неожиданности, от удовольствия, от того, что всё происходящее было слишком, слишком, слишком... — Кончай, — приказал Юнги, усиливая движения. — Со мной. Чимин подчинился. Оргазм накрыл волной, выгибая спину, выбивая крик из груди. За ним, почти сразу, кончил Юнги, со стоном впиваясь зубами в его плечо. Несколько мгновений они стояли так, тяжело дыша, прижатые друг к другу. Потом Юнги медленно вышел, развернул Чимина к себе и прижал к груди. — Прости, — прошептал он, гладя по волосам. — Переборщил. Чимин поднял голову, посмотрел на него затуманенными глазами. На губах играла странная улыбка — смесь боли, удовольствия и облегчения. — Не извиняйся, — выдохнул он. — Это было... офигенно. — Правда? — Юнги удивлённо поднял бровь. — Ага. — Чимин прижался щекой к его груди. — Ты всегда такой спокойный, терпишь мои капризы... а тут... я думал, ты взорвёшься когда-нибудь. — Взорвался, — усмехнулся Юнги. — Мне понравилось, — признался Чимин. — Может, тебе стоит взрываться чаще? — Только если будешь доводить. — Договорились. Они стояли в прихожей, голые, потные, счастливые. Чимин вдруг хихикнул. — Что? — спросил Юнги. — Ничего. Просто думаю: а подарок за это будет? Юнги рассмеялся — впервые так открыто, так громко. — Будет, — пообещал он. — Самый лучший. — Люблю тебя, — неожиданно для себя сказал Чимин. Юнги замер. Потом осторожно коснулся пальцем его подбородка, заставляя поднять глаза. — Повтори. — Люблю, — прошептал Чимин, краснея. — Твоего северного дурака. — Я тоже, — Юнги поцеловал его в лоб. — Мою южную звезду.