Помни меня, если даже забудешь

Там, где ночь становится выбором «Иногда судьба не ломает людей сразу. Она сначала даёт им всё — взгляд, дыхание, совпадение душ, а потом тихо спрашивает: а теперь попробуй жить без этого». ⸻ В пожарной части было душно от невысказанного. В воздухе завис тонкий, едва уловимый аромат крепкого кофе, смешанный с запахом чего-то горького — возможно, цитрусовой цедры, возможно — разочарования. — Тэ, ты пойдёшь на мальчишник Гука? — голос Хосока прозвучал слишком легко, почти невинно, и он, как всегда, хлопнул ресницами так, будто не понимал, какую мину только что бросил в комнату. Этот звук — легкий хлопок ресниц — показался Тэхёну в этой тишине оглушительным. Честное слово, иногда он был таким дураком, что хотелось одновременно и врезать, и обнять. Почувствовать тепло его ладони на плече, но вместо этого Тэхён лишь плотнее сжал челюсти. Тэхён уже собирался отмахнуться, но… Он почувствовал. Шесть взглядов. Они давили, обжигали, требовали ответа. И один — особенно. Чёрный. Наглый. Опасный. Глубокий, как бездна, из которой нет возврата. В нем читалась не просто просьба или вызов — в нем было требование, смешанное с обреченностью. И внутри него — щёлкнуло. Плавно, почти бесшумно, как затвор дорогого пистолета. Проснулась та самая холодная, красивая, опасная стерва, которая никогда не проигрывает. Та, что умеет улыбаться, когда внутри все горит синим пламенем. — Конечно, — мягко сказал он, чуть наклонив голову, и в этом жесте было столько же покорности, сколько в лезвии бритвы. — Я же на свадьбу не смогу прийти. И мысленно усмехнулся, чувствуя, как на губах проступает вкус горечи. Ещё не хватало провожать своего мужчину в счастливую жизнь… к другой. Видеть, как он надевает кольцо на палец, который никогда не гладил его кожу с таким трепетом. — Ну конечно не будешь, — хмыкнул Юнги, его голос был сухим, как осенний лист. Тэхён улыбнулся шире, почти счастливо, чувствуя, как эта ложь согревает его изнутри: — А это мой свадебный подарок. Я подал на перевод в Пусан. Больше не буду мозолить вам глаза. Меня заменят легко. Я ведь… легко заменимый. И эта фраза — как точный, выверенный удар в самое сердце. Без промаха. 1:1. Он даже не смотрел на Чонгука. Он знал, что этот взгляд убьет его на месте. Но тот почувствовал. Почувствовал, как воздух вокруг него стал ледяным. И вдруг… что-то внутри него болезненно сжалось. Резко, спазмом, перехватывая дыхание. Не облегчение. Не свобода. Тревога. Паническая, глухая, заливающая сознание липким страхом. Почему так больно? Словно его живьем лишают части тела, части души. Почему вместо долгожданной лёгкости хочется схватить его за руку и закричать, срывая голос: не смей уходить Но зачем? Чтобы смотреть, как он женится на другой? Чтобы каждый день видеть напоминание о своей ошибке? Чонгук сам загнал себя в эту ловушку. Своими руками выстроил стены, которые теперь рушились на него. Пошёл против Тэхёна. Хотел доказать что-то, кому-то, себе… Сделал шаги назло. И оказался… внутри мясорубки, которую запустил сам. Чувствуя, как его кости хрустят под давлением собственной гордости. Он не любил Ли Сору. Никогда. В ней не было того безумия, той глубины, того запаха опасности и нежности, который исходил от Тэхёна. Но теперь — это уже не имело значения. Кольцо куплено, дата назначена, жизнь расписана. Потому что боль, которую он хотел причинить, вернулась к нему… в десятикратном размере. Острым, невыносимым жалом. ⸻ Ну что ж… — подумал Тэхён, глядя на свое отражение в зеркале. Зеркало показывало чужого человека, красивого и хищного. Уходить нужно красиво. Чтобы этот образ выжегся в памяти Чонгука навсегда. И он действительно сделал это. Кожаные алые штаны обтягивали его, как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб, каждое движение бедер. Они пахли новой кожей и чем-то мускусным. Полупрозрачная чёрная блуза открывала линию груди — ровно настолько, чтобы воображение дорисовывало больше, чем видели глаза. Легкий шелк касался кожи, словно ласка. Косуха небрежно лежала на плечах, придавая образу дерзости. Тонкие браслеты звенели при каждом движении, словно тихий, предупреждающий звон. Одна серьга ловила свет, вспыхивая, как упавшая звезда. Волосы зачёсаны назад, открывая лоб и делая лицо резче, старше. Глаза — подведены чёрным каялом, делая взгляд глубоким, как ночное небо. Он выглядел… как грех, который не прощают. Который хочется совершить снова и снова, даже зная цену. Ради таких не просто влюбляются. Ради таких — рушат жизни. Отрекаются от престолов. Начинают войны. Пьют яд. ⸻ Рёв мотоцикла разрезал вечер, когда он подъехал к клубу. Этот звук был похож на крик раненого зверя. Это был один из самых известных клубов Сеула — место, где собиралась элита, где деньги пахли дорогим алкоголем и сигаретным дымом, а воздух — желанием. В воздухе витал густой коктейль из запахов дорогих духов, пота и чего-то наркотического, дурманящего. Неон разливался по фасаду, словно жидкий свет, обещая забвение и порочные удовольствия. Внутри — глубокие оттенки бордо и чёрного, золото в деталях, мягкие диваны, в которых утопаешь, как в чужих обещаниях. Барная стойка светилась изнутри, отражаясь в бокалах с разноцветными жидкостями. Музыка била в грудную клетку, будто второе сердце, заставляя вибрировать каждую клетку тела. Басы отдавались в животе, вызывая странное, тягучее чувство. Свет прожекторов резал пространство, оставляя лица наполовину в тени, скрывая правду и обнажая желания. Это было место, где люди забывали, кем они являются… и вспоминали, кем хотят быть. Место, где можно было продать душу за один танец. ⸻ И там был он. Чонгук. Узкие чёрные джинсы, обтягивающие сильные бедра. Шёлковая рубашка, расстёгнутая на три пуговицы. Открытая кожа. Ключицы, словно выточенные из мрамора. Тонкая линия шеи, по которой так хотелось провести кончиками пальцев. Он пах деревом и сандалом, запах, который Тэхён узнал бы из тысячи. Он выглядел так же опасно. Так же невозможно. Как хищник, затаившийся в ожидании. Они встретились взглядами. И в этот момент… всё вокруг исчезло. Музыка стихла, свет погас, люди растворились в тени. Существовали только они двое. Два хищника. Взгляд Чонгука был голодным, пожирающим. Тэхён ответил ему вызовом, спокойным и смертельным. Оба знают. Это ловушка. Оба помнят. Сладость и боль прошлых встреч. Оба понимают, чем это заканчивается. Руинами и пеплом. И всё равно… не могут остановиться. Словно два поезда, летящие навстречу друг другу на полной скорости. ⸻ «Есть решения, которые человек принимает не потому, что хочет — а потому, что иначе он не выдержит самого себя».