Пока смерть не разлучит нас

Вот что значит смерть. Это именно то, чего он ожидал несколько месяцев назад, когда умер от инфекции и кровопотери от рук Тобирамы. Здесь тихо и уютно, и его разум спокоен. Затянувшиеся человеческие тревоги, мучившие его еще в качестве призрака, кажутся здесь неактуальными и далекими, и он доволен. Даже когда эта мысль промелькнула у него в голове, её тут же сменила другая, которая говорила ему, что он недоволен и ему нужно встать и уйти. Изуна с огромным усилием открывает глаза, заставляя свой мозг сосредоточиться не на тихом умиротворении, а на жизни — или на ее призрачном подобии. «Где я?» — спрашивает он, несколько раз моргая, оглядывая окружающий его пустынный пейзаж. «Где-то посередине», — отвечает голос, и Изуна резко поворачивает голову к сидящему рядом с ним мужчине. «Ты ещё не совсем ушёл оттуда, но твоя душа отказалась уйти. Я кое-что об этом знаю». «Простите, а кто вы такой?» — спрашивает Изуна, не желая быть невежливым, но это не тот, кого он знает, и теперь, когда он проснулся, ему не терпится вернуться оттуда, где он находится. «Ваш клан, должно быть, знал меня как Индру», — мужчина пожимает плечами, а глаза Изуны расширяются от этого имени, словно он только что не упомянул ему имя основателя их клана. «Индра-сама», — приветствует Изуна, проявляя элементарные манеры и собираясь поклониться, но его останавливает чья-то рука. «Мы все мертвы, здесь в этом нет необходимости», — комментирует Индра. Это безумная мысль, и Изуна знает, что если Некоба или отец когда-нибудь узнают об этом, они оба стукнут его по голове за невоспитанность. «Я всё ещё в замешательстве, где я?» — спрашивает он. Дело не в том, что он пытается быть надоедливым или намеренно глупым, он просто не уверен, что понимает, что здесь происходит. «Ты находишься в промежуточном мире, — объясняет Индра. — Когда я умер и попал сюда, я сделал выбор не отправляться в чистые земли. Я остался и переродил свою душу, чтобы поддерживать кровную вражду. Твоя душа не дошла до этого места в первый раз, ты решил остаться там… призраком». Ой. Сейчас, когда он об этом думает, всё кажется слишком простым. Призраки и их незавершённые дела витают в воздухе и не уходят. «Когда мне было больно, это привело меня сюда». Изуна говорит, что это наполовину наблюдение, наполовину вопрос. «Действительно, — говорит Индра. — И теперь тебе предстоит сделать выбор. Их или за гранью. Неразумно задерживаться здесь. Те, кто останется, будут скучать по тебе больше, и… это вредно для души». Изуна кивает и грустно улыбается. Он не будет задерживаться, он не будет усложнять жизнь призракам, которые, как он знает, будут оплакивать его. «Ты будешь свободна», — говорит Индра после недолгой паузы. «Связи, которые соединяют тебя с ним, не выдержат, если ты решишь уйти из жизни». «Как думаешь, мне стоит?» — спрашивает Изуна. «Не мне решать», — Индра снова пожимает плечами, изящно и непринужденно. Изуна не знает, что делать, и понимает, что его предок ничем ему не поможет. Он мог бы быть свободен, мог бы отправиться в загробный мир и покончить с собой, быть свободным, так почему же он колеблется? Он думает о своих братьях, об отце, о Некобе и даже о двух младших Сенджу, которые не так уж плохи. И, как ни странно, Изуна думает о нём , о Тобираме. Со вздохом он принял решение. Изуна не просыпается на грязной земле, удерживаемый приспешниками Буцумы Сенджу, как он ожидал. Он не видит обеспокоенного личика Итамы, полного отчаяния и печали, — он внезапно оказывается посреди улицы, где Тобирама завернут в мокуто, а его брат явно пытается оттащить его прочь. Здесь тихо, если не считать лёгкой лекций Хаширамы о том, чтобы он вышел из дома, и чего-то о том, что он смешной. По улице бродят и другие призраки, в основном его семья и два брата Сенджу. Между ними возникло напряжение, и он почувствовал, как оно спадает в тот же миг, как взгляд Тобирамы остановился на нем, и его глаза расширились от шока и удивления. «Ты выглядишь так, будто увидел призрака», — говорит Изуна, и первым на него оборачивается Казуши, но Сатонари опережает его и крепко обнимает Изуну. Один за другим его обнимают, и из глаз льются слезы, смысл которых Изуна не уверен. Сколько времени заняло его путешествие из мира, пусть и относительно смертного? «Отец», — пробормотал он, склонив голову, когда рука Тадзимы легла ему на плечо, после чего он тоже обнял его. «Как долго?» — спрашивает он тихо, чтобы остальные не услышали. «Несколько недель», — говорит Тадзима, и Изуна слышит в словах отца отголоски того времени. Несколько недель они думали, что его больше нет, несколько недель, которые для него ничего не значили. Несколько недель они были вынуждены думать, что больше никогда не увидят его призрак, и Изуна прекрасно понимает иронию горя по призраку. «Хаширама достаточно долго вытаскивал его из дома, охваченный тревогой», — добавляет Тадзима и кивает в сторону Тобирамы. Изуна бросает на него взгляд и видит, как Хаширама сдаётся, вскидывая руки вверх и в отчаянии уходя прочь. Тобирама смотрит на него, и Изуна тоже видит в нём это: прошедшие недели неизвестности, пребывания взаперти и просто ожидания. Ещё более иронично осознавать, что человек, ответственный за его смерть, переживал горе после смерти своего второго брата. В голове Изуны крутится что-то странное, что он отказывается назвать. Он встречается взглядом с Тобирамой и слегка кивает в знак благодарности. Он видит, как его бывший враг испытывает облегчение, и тут Тобирама с облегчением смеется. Празднование переносится в дом, прежде чем Изуна успевает моргнуть и понять, что происходит, а празднования с привидениями – это что-то странное. Делать особо нечего, поскольку нет ни еды, ни напитков, остается только стоять и… разговаривать. Изуна ненавидит всеобщее внимание и вопросы, которые ему задают. Ему хочется спрятаться в угол и, возможно, впервые в жизни, чтобы его игнорировали, но это продолжается снова и снова. Он воздерживается от изложения своей версии событий до тех пор, пока не убедится, что может адекватно пересказать произошедшее, после чего вносит соответствующие корректировки. «Я в основном спал», — делится он, пожимая плечами. «Ощущения были такими же, как и в тот момент, когда мы впервые погибли». Младшие ребята испытывают смешанные чувства: разочарование и облегчение. Изуна замечает морщинки на лице Кавы, и это напоминает ему лицо Тобирамы, когда он занят работой. Это милая черта, которая их объединяет. В конце концов дети разбегаются, находя более важные дела и убегая из дома. После нескольких последних объятий и многозначительных взглядов Тадзима и Некобаа тоже уходят. Изуна же не совсем понимает, что делать с внезапной тишиной в доме. «Нам нужно навестить твоего брата?» Спустя несколько мгновений он спросил: «Он выглядел довольно обеспокоенным за тебя». «Завтра я схожу к нему», — отвечает Тобирама и качает головой. «Все очень за тебя волновались». «Будучи призраком, я, честно говоря, не ожидал, что пропаду, так что, наверное, это понятно», — говорит он и подходит к Тобираме, который сидит за столом. «Куда ты ушла?» — спрашивает он, и Изуна вздыхает. Теперь, когда детей нет дома, он не против рассказать о том, что произошло. «Я не уверен», — признается он. «Для меня это длилось всего несколько минут, гораздо меньше, чем здесь». Он всё объясняет, подробно рассказывает о том, где он находился и что чувствовал, а также о выборе, который ему предоставил Индра-сама. «Думаю, когда мы умираем, мы все туда отправляемся», — наконец объяснил он. «Мы делаем выбор: двигаться дальше или задержаться здесь. Думаю, в конце концов, нам всем придётся двигаться дальше». В тот момент ему это казалось правильным. Человеческие души не созданы для того, чтобы задерживаться и наблюдать, тосковать по живым. В конце концов, жизнь, которую они все здесь прожили, должна была закончиться, им нужно было двигаться дальше. «Думаю, времени было так мало, потому что ты застрял», — говорит ему Тобирама. «Полагаю, Хаширама неосознанно вывел тебя из этого состояния». Это означало, что Тобирама мог всё исправить с самого начала. Он мог уйти и привести Изуну в чувство, но он этого не сделал. Почему он этого не сделал? Вопрос тяжело лежит на языке Изуны, застряв за зубами, под контролем мозга, который не хочет слышать ответ. Он не знает, что с ним делать, поэтому проглатывает слова и просто кивает. «Ну что ж, — говорит он и снова вздыхает. — Мы знаем, что делать в следующий раз. Не волнуйся, Сенджу, от меня гораздо сложнее избавиться». Изуна озорно улыбается. «Я на это рассчитываю, Учиха», — говорит Тобирама, и, к удивлению Изуны, тоже улыбается. «О , — думает Изуна, — ему конец».