Shadows of Red

      Вечерело. На город уже начали опускаться сумерки. Мужчина средних лет медленно брёл по оживлённой торговой улице, засунув руки в карманы.       Несколько пробегавших мимо детей испуганно посмотрели в его сторону и замедлили шаг, перейдя на другую сторону дороги.       Мужчина не удостоил их вниманием. Он уже давно привык к реакции окружающих на своё появление. Не сказать, что такая неприязнь была беспричинной, выглядел он как помотанный жизнью работяга: круги под глазами, бледная кожа, которой явно не хватало солнечного света, недружелюбное поросшее щетиной лицо и красные от недосыпа глаза. Всё вместе это создавало образ человека, от которого стоило держаться подальше.       Выделяться Аизава тоже не любил. Будь то работа или простые патрули (особенно патрули), ходил он всегда в одном и том же: неброской чёрной одежде и с обмотанной бинтами шеей – так сразу и не скажешь, что про-герой. Сотриголова потёр переносицу. Монотонный шум толпы действовал ему на нервы. И сдался же ему этот район... На завтра ещё академические отчёты заполнять, иначе Мик снова начнёт ныть, что он скидывает на него всю бумажную волокиту.       И, как на зло, в округе не происходило ничего необычного. Люди просто создавали вокруг себя стандартный для такого места гомон.       Аизава опустил голову ещё ниже. Чёрные взлохмаченные волосы наполовину перекрыли ему обзор. Так было даже лучше: меньше режущих глаз огней и больше концентрации.       Нападения злодеев на город случались ежедневно, а потому даже за учителями геройских академий были закреплены определённые районы, за которые они несли ответственность во время своих обходов. Никого уже не удивляли гиганты и разлетавшиеся на миллионы осколков здания. Слишком обыденная вещь для мира, в котором около 80% людей обладали суперспособностями. Однако за безопасностью всё же было принято следить. Геройствовать могли лишь те, у кого имелась лицензия. В противном случае это считалось за самосуд.       В воздухе появился едва различимый запах озона. Аизава насторожился. Ещё пару мгновений всё было тихо, а затем с боковой улицы впереди раздались крики. Над крышами домов взлетел и тут же рассыпался искрами столб оранжевого пламени. Мужчина резко вскинул голову и мгновенно устремился в том же направлении. На лице промелькнула короткая усмешка. Вот и сыскалась для него работа.       Когда ему удалось добраться до места происшествия, проход между домами оказался перекрыт стеной пламени. Чтобы подобраться ближе, Сотриголове пришлось расталкивать локтями собравшихся зевак.       — Мэй, Мэй! Помогите.. там злодеи.. а наша дочь, она осталась по ту сторону!! — молодая женщина, обезумев от ужаса, протягивала вперёд руки, пытаясь пробиться к огню.       Один из гражданских, предположительно муж пострадавшей, удерживал её за плечи.       — Там ещё одна девушка... без причуды, — тихо обратился он к герою. — Мы ничего не успели сделать, она сразу бросилась за нашей дочерью. Потом между домами появилась эта стена и...       — Понятно, – оборвал его Аизава. —Держитесь подальше от огня.       После получения информации об ещё одном пострадавшем, ему захотелось выругаться. Две жертвы. Ну конечно, ведь единственное, чего ему не хватало – решивших поиграть в героев гражданских.       Шота быстро надел защитные очки. Ситуация складывалась не в его пользу. Он мог стереть только те причуды, обладатели которых находились в поле его зрения. Как назло, пламя полностью перекрыло проход. Он не стал дожидаться прибытия других героев, приняв решение использовать пожарную лестницу для получения тактического преимущества с высоты. Счёт шёл на секунды.       Бинты позволили быстро подтянуться вверх и преодолеть сразу несколько лестничных площадок.

***

      По лбу медленно стекла тонкая струйка пота. Маленькие ручонки сжали её футболку. Аканэ, казалось, физически ощущала, как чужое сердце бьётся на уровне её груди. Девушка прикрыла голову ребёнка руками и вжалась в стену. Вокруг них ревело пламя. Искры и обломки деревянных построек разлетались в хаотичном беспорядке, заставляя её вздрагивать каждый раз, когда они пролетали в опасной близости от её лица. Тело сковал страх. Удушающий запах чёрного дыма уже пробрался в лёгкие, раздирая их изнутри. Казалось, горели даже ладони, отзывавшиеся покалыванием всякий раз, когда она пыталась ими пошевелить.       С появлением двух поджигателей в переулке начался хаос: давка, крики и горящие языки пламени. Про ребенка все и думать забыли. Бросаясь на помощь, она ни на что не рассчитывала, только увести девочку из-под удара. Но у злодеев оказались другие планы.       — Ну зачем так бояться, идите сюда, я не причиню вам вреда-ахахах! — один из мужчин, поблёскивая глазами, медленно приближался к своим жертвам.       Второй мужчина находился неподалеку, продолжая выпускать из своих рук языки пламени для поддержания барьера.       — Братец, ну же, посмотри на их глаза. Твой смех их пугает.       Введённый в вены «триггер» сделал своё дело: способности обычных пиротехников стали настолько разрушительными, что они умудрялись держать под контролем целый переулок.       Слизистую глаз защипало. Акане попыталась проморгаться, но тщетно. В мире, где восемьдесят процентов людей обладали сверхспособностями, она осталась двадцатью, которым они не достались. Причуда не пробудилась ни в четыре года, ни в шесть, ни даже в десять лет.       Первый мужчина выглядел почти разочарованным.       — Не нужно так бояться, — он почти по-отцовски положил ладонь на её щеку. — Страх может сделать ваше мясо жёстче.       Сердце глухо пропустило удар. Осознание, в чьи руки они попали, послало по телу волну липкого ужаса. Девочка на её груди судорожно всхлипнула.       Акане дёрнулась в сторону, но рука мужчины очень быстро вернула её в исходное положение.       — Всё в этом мире принадлежит первобытному пламени. Вы станете первыми, кто пройдёт обряд очищения, ликуйте же!— злодей выделял каждое слово, рассказывая ей о своих больных фантазиях с такой фанатичностью, что её скрутило от отвращения.       «Больной ублюдок... Совсем с катушек слетел», — промелькнула в голове мысль. Девушка сжала зубы и бросила на злодея полный ненависти взгляд. Ещё немного, и их попросту поджарят. На секунду всё исчезло, кроме учащённого стука в груди. Лёгкое покалывание в ладонях превратилось в навязчивое жжение.       Янтарные глаза едва различимо вспыхнули. Этого хватило, чтобы злодей нахмурился и вгляделся в её лицо. Пламя его брата освещало переулок жёлто-оранжевыми отблесками. Уж не его ли блики привидились ему в её зрачках?       Лоб их жертвы блестел от испарины, а ладони до самых запястий покрылись красными пятнами и мелко дрожали, словно её тело не справлялось с нарастающей болью.       — Эй, не смотри так на меня, — мужчина активировал причуду, поднося огонь почти к самому её лицу. — Пора с этим заканчивать.       Злость, не идущая ни в какое сравнение с тем, что она испытывала прежде, прошлась по венам до самых рук. Напряжение внутри достигло своего пика, однако так и не успело вырваться наружу. Резкий удар отбросил её голову назад, впечатав затылок в каменную стену.       Перед глазами всё поплыло. Он использовал физическую силу, а не причуду? Из разбитой губы засочилась кровь. Аканэ сглотнула и медленно приоткрыла один глаз. Мужчина не обращал на неё внимания, полностью сосредоточившись на своих руках, из которых пропали все намёки на пламя.       — Эй, Ичиро, что там?       Второй злодей обеспокоенно двинулся в их сторону, но тут же замер. Пламя исчезло и с его пальцев тоже.       — Причуда.. она..       Сверху сорвалось несколько балок. Злодеи синхронно подняли головы. Прямо над их головами на карнизе дома сидел тёмный силуэт. Чёрные как смоль волосы развевались на ветру под действием причуды. Из-под очков незнакомца горели два красных глаза. Не успели братья понять, что происходит, как к ним уже метнулись длинные бинты.       — Ичиро, это герой! Чёрт, добивай девчонку и сматываемся!       — Герой? Ха! Не трусь братец. У него нет шансов против нас двоих!       — Я бы на это не рассчитывал.       Аизава соскочил с карниза, сбивая одного из злодеев с ног. Рывок, уворот от резкого удара в голову. Бинты крепко стянули одного преступника, однако второму злодею всё же удалось оказаться за пределами действия причуды Сотриголовы. Секунда промедления оказалась решающей: бандит оказался рядом с девушкой, которая всё ещё защищала ребенка.       — Отпусти братца, герой, иначе гореть им обеим, — мужчина приподнял девушку над землёй и сжал её горло.       Мэй, увидев, что её спасительницу сейчас убьют, попыталась повиснуть на руке злодея и укусить его руку, но тот отпихнул её в сторону носком обуви. Тело ребёнка влетело в догоравшую деревянную постройку.       — Не мешайся малявка, взрослые ведут переговоры.       Девочка сжалась в комок и больше не пыталась подняться. Балки над её головой опасно накренились. Ещё немного, и она окажется погребена заживо.       «Чёрт!» — Аизава едва успел развернуть пленника так, чтобы тот оказался в поле зрения вместе с сообщником.       Но пускай он и вернул контроль сразу над двумя причудами, этого оказалось недостаточно. Не обращая внимания на исчезнувшие силы, злодей, державший в заложниках девушку, сдавил её горло с такой силой, что она захрипела, тщетно пытаясь отдалить его пальцы от своей шеи.       Голова гудела. Прибывший им на помощь герой замер. И девушка прекрасно понимала причину. Любое неосторожное движение сейчас могло повлечь за собой необратимые последствия. Ни один человек не мог контролировать всё и сразу, ровно как и успеть спасти всех.       Воздух перестал поступать в лёгкие. Зрачки девушки резко расширились.       — Я же сказал, отпусти моего брат-... — злодей даже не успел договорить.       Веки Аизавы дрогнули. Всего на долю секунды дым выел слезу, заставив рефлекторно сжать глаза. Этого хватило, чтобы ослабевшие пальцы заложницы вдруг резко напряглись. В следующее мгновение их ослепила яркая вспышка. Из рук девушки вырвались языки пламени. Не оранжевого или белого – ярко-алого, как артериальная кровь. Огонь охватил чужие руки, заставив злодея истошно взвыть.       Аизава резко распахнул глаза и вновь активировал своё стирание. Хриплый звук, издаваемый мужчиной, почти сразу же оборвался, как и поток пламени, исходивший из ладоней девушки. Та пошатнулась и, ничем не удерживаемая, ничком рухнула на землю, потеряв сознание. Сотриголова, не выпуская бинты из руки, быстро извлек уцелевшего ребёнка из-под истлевшей постройки и занял позицию перед ещё одной жертвой. Однако его защита больше не понадобилась.       Первая тёплая капля упала на камень, за ней ещё одна. Аизава сжал челюсти и отвёл взгляд. Открывшееся ему зрелище было до омерзения отталкивающим. Злодей не шевелился, просто замер в состоянии аффекта. Обрубки его конечностей, застывшие в том же положении, в котором он удерживал их секундами ранее, мелко подрагивали. Края кожи на сгибе собрались в складки, съёжились и почернели. Сквозь грязную оборванную ткань одежды сочилась кровь. Она стекала вниз, вдоль обрубков, но достигнув их конца, с шипением испарялась на раскалённых останках костей.       Вскоре тело злодея рухнуло на землю рядом с девушкой.       — Шуичи..! — Ичиро наконец-то обрёл голос.       — Тихо.       Бинты Шоты обвились вокруг его головы, пресекая дальнейшие разговоры, но мужчина больше не предпринимал попыток подать голос. В его глазах, направленных на тело брата, стояли слёзы.       Аизава выдохнул и быстро набрал номер. Всех четверых нужно было срочно госпитализировать.       Лишь когда подоспевшие герои во главе с Цукаучи Наомасой – доверенным лицом Всемогущего в полиции, и бригада медиков взяли ситуацию под контроль, избавившись от остатков пожара, Аизава позволил себе деактивировать причуду. В иссушенные глаза словно насыпали песка. Мужчина достал из кармана капли. На то чтобы вернуть себе нормальное зрение, ушёл целый флакон.       Врачи аккуратно загружали бессознательную девушку и маленькую Мэй в машину. Чуть раньше ещё одна скорая увезла двух злодеев в специализированное медицинское учреждение. Аизава проводил взглядом пострадавших. На его усталом лице угадывалась задумчивость.       — Хм. Беспричудная, значит, — он нахмурился.       Не стоило делать выводы, пока он не получит официальное подтверждение. Однако же подростком девушка не выглядела. Значит, оставалось всего два варианта: намеренное утаивание своих способностей или очень позднее пробуждение причуды. Его глаза оставались закрытыми всего несколько секунд. Но даже этого времени её пламени хватило, чтобы полностью уничтожить руки нападавшего. Не возьми он её под контроль, от пирозлодея осталась бы горстка пепла, да и только.       Шота запрокинул голову. Обожжённые стены оставили на себе следы недавней трагедии. Ни одного спокойного дня в его смену.       — Наомаса. Не подскажешь, куда их повезли?