Его тихий шторм

Глава 1.

Вечер опустился на город влажным, промозглым покрывалом. Капли дождя барабанили по лобовому стеклу, размывая очертания дороги. Чонгук выжимал педаль газа, нервно постукивая пальцами по рулю. Он ехал в кофейню, место, ставшее для него особенным, потому что именно там он встретил его. Губы тронула лёгкая улыбка от мысли, что снова увидит этого парня, так внезапно ворвавшегося в его жизнь. Каждый поворот, каждое дерево, освещённое редкими фонарями, были выучены им наизусть. Чонгук припарковался рядом, оставив свою машину стоять в одиночестве под проливным дождем. Зонт в руках защищал от дождя, но холод пробирался под куртку, царапая кожу на рёбрах. Чонгук шёл знакомой дорогой к кофейне, в которой бывал каждый день за последний месяц. И дело было вовсе не в хорошем кофе, да и Чонгука трудно назвать любителем, он кофе откровенно не переносил. Причиной стал владелец этой кофейни, один милый блондин, нежность которого покорила Чонгука с первой встречи. Знакомая неоновая вывеска, как и всегда, привлекла внимание: «Ты не можешь купить счастье, но ты можешь купить кофе». Оказавшись под козырьком кафе, Чонгук стряхнул с зонта капли и, закрыв его, повесил на специальную стойку. Через стеклянную дверь кофейни он увидел его. Чонгук толкнул дверь, и колокольчик приветственно зазвенел знакомым звуком. Хозяин кофейни поднял глаза и дружелюбно улыбнулся. — Добрый вечер, — произнёс он своим ангельским голосом и Чонгук не сдержал ответной улыбки. — Здравствуйте! — Чонгук слегка поклонился, что делал всегда, когда здоровался с ним. Уж очень он запал в душу искушённому любовными связями парню. — Вам как обычно? — улыбнулся бариста, уже доставая из холодильника слот бананового мороженого. — Да, — кивнул Чонгук и, поблагодарив, прошёл в конец на удивление пустого зала. Он наблюдал, как милые пальчики мягко, но быстро орудуют, изготавливая самый вкусный в мире банановый коктейль. Конечно, по скромному мнению Чонгука. Невольно вспоминается их первая встреча. День рождения любимого хёна был около месяца назад, и Чонгук, вооружившись небольшим десертом с надписью «До пенсии рукой подать» и хорошими часами известного бренда, о которых друг мечтал уже некоторое время, поехал в другой конец города. Друзья решили не тратить прекрасный августовский день, сидя в квартире, а решили насладиться ласковым солнцем на скамейке парка. План там же и отведать привезённый Чонгуком пенсионерский торт был утвержден. На вечер была запланирована культурная программа, которая включала в себя всего несколько пунктов: поехать в клуб и встретиться там с друзьями и наклюкаться до поросячьего визга, на что были уважительные причины. Во-первых, завтра суббота, а во-вторых, не каждый день исполняется двадцать восемь. Ещё в планах было потанцевать, но это зависело лишь от того, насколько быстро будет выполнен пункт про «наклюкаться». С Джин-хёном Чонгук познакомился ещё в детстве, и если бы у Чонгука был брат-близнец, то это точно был бы он. Несмотря на разницу в возрасте, Джин напоминал Чонгуку ровесника или даже смешного тонсэна. Любитель несмешных шуток и глуповатых танцев становился душой компании буквально сразу. На руку ему ещё играла привлекательная внешность и широкий разворот плеч. Парни решили охладиться напитками в ближайшем кафе и, наконец-то, попробовать маленький торт, заказанный Чонгуком специально для лучшего друга. Небольшая кофейня посреди парка пришлась им обоим по вкусу, и они направились к ней. Внутри пахло свежесваренным кофе и чем-то сладким, забивающим чувствительные к запахам рецепторы Чонгука. Он не любил кофе и никогда не понимал этот напиток, но, как ни странно, его привлекал запах. Терпкий, немного горьковатый в одних и сладкий карамельный или шоколадный в других. Многогранность запахов манила Чонгука, а вкус вызывал протест. Мягкий, уютный свет и стены, окрашенные в легкий кремовый оттенок, окутывали посетителей с самого порога. Над немногочисленными столиками, под потолком, мерцали гирлянды из маленьких лампочек. Они свисали гроздьями, создавая атмосферу волшебства. На стенах вместо дорогих картин висели маленькие весёлые картинки. Смешно нарисованные животные в смешных шляпах или очках, надписи, будто специально выведенные корявым почерком. «Мы делаем кофе, который взбодрит вас лучше, чем будильник соседа». «Наш капучино: где молоко и кофе встречаются, чтобы обсудить экзистенциальные вопросы». «Мы вас ждали. Или, по крайней мере, ждали хоть кого-то». «Мы принимаем оплату в виде хорошего настроения и искренних улыбок. Остальное — наличными». Чонгук улыбался, разглядывая нелепых животных и веселые, порой глуповатые надписи. За своим занятием, он и не заметил, как подошла их очередь. — Здравствуйте, чего желаете? — голос звонкий, как ручеёк, донёсся до ушей Чонгука, и парень перевёл взгляд на его источник. За прилавком стоял парень, которого Чонгук мог бы смело назвать нарисованным. Длинные светлые волосы были собраны в маленький хвостик на затылке, несколько прядей обрамляли лицо, милые глазки, маленький носик и пухлые малинового цвета губы заставили Чонгука гулко сглотнуть. Он, как дурак, уставился на ангела, сошедшего с небес, и всё остальное потеряло смысл. — Простите? — переспросил парень, а Чонгук лишь смотрел, как двигаются пухлые губы, и улетал всё дальше в своих фантазиях. — Мне айс латте с карамелью, — вмешался Джин, — а этому идиоту банановый коктейль. — Хорошо, — улыбнулся парень и глаза стали щёлочками. Чонгук издал какой-то глухой восторженный писк, привлекая внимание обоих парней. — Минут десять, — сказал блондин и принялся готовить заказ. — Придурок, — говорит Джин и толкает Чонгука в плечо, посмеиваясь над другом. — Он как нереальный, — говорит Чонгук, сидя за их столиком и всё время поглядывая на бариста. — Ты видел, какой он красивый? — Чонгук обращается к Джину. — Боже, он такой красивый! — Да, симпатичный, — кивает Джин, явно не разделяя бурного восторга своего друга. — Симпатичный — это ты, — рычит Чонгук, зло уставившись на друга, — а он охуенный. — Чего? — Джин складывает губы буквой «О» и широко раскрывает глаза. — Да я вообще-то всемирный красавчик, чтоб ты знал, — говорит он Чонгуку и метает взглядом молнии. — Ага, самоизбранный, — усмехается Гук. — Вот он — самый красивый парень на земле. — Ну так иди и познакомься, раз он такой красивый, — беззлобно подтрунивает Ким. — А вот и пойду, — говорит Чонгук. — Я сам заберу наш заказ. — Чонгук встаёт с места и идёт в сторону прилавка. Он чувствует, как с каждым шагом ощущает всё большую неуверенность в себе. И что это с ним?! Чонгук подходит к кассе и наблюдает, как парень ловко закидывает мороженое в стакан блендера и заливает его молоком. Маленькие пухлые пальчики, действующие с отточенной четкостью хирурга, умиляют Чонгука и он готов растечься лужицей перед этим ангелом. — С вас три тысячи вон, — сказал ангельский голосок и Чонгук решает: сейчас или никогда. — А у вас есть скидки для красивых парней? — Он смотрит на блондина и улыбается своей самой обаятельной улыбкой. Бариста приподнимает бровь и смотрит удивлённо на Чонгука. — Нет, — шоколадного цвета глаза смотрят с холодом. — А если бы и были, то вам бы она всё равно не досталась. — Чонгук пару раз моргает и от удивления роняет челюсть, кажется, вместе со своей самооценкой. — С вас три тысячи, — повторяет блондин. — Я просто… — Чонгук начинает говорить, но его перебивают. — Не задерживай очередь, парень, — говорит пожилой мужчина. — Развели тут, ходят и скидки выпрашивают, стыдно должно быть, — продолжает он возмущаться. — Да нет, я наоборот хотел… — Чон смотрит на очередь, на блондина и опускает глаза на свои напитки. Он достает из кармана пятитысячную купюру и кладёт её на стол. — Спасибо, — тихо говорит Чонгук и последний раз, взглянув на этого ангела, разворачивается и уходит. — Сдачу заберите, — говорит парень, вслед Чонгуку, но тот не оборачивается. Парень чувствует, как щёки заливает краской, и он спешит скрыться с глаз, а лучше провалиться под землю. — Вставай, пошли, — говорит Чонгук, приближаясь к Джину. — Куда? Мы же не выпили? — удивляется парень. — Пошли, по дороге попьёшь, — Чонгук смотрит на блондина, обслуживающего следующего клиента и тяжело вздыхает, хотел подкатить, а в итоге опозорился. С того дня блондин, чьё имя Чонгук даже не знал, поселился в его голове, медленно сводя с ума. Он засыпал с мыслями о нём и просыпался с мыслями о нём же. Один раз Чонгук логично предположил, что это всё на фоне долгого недотраха, в конце концов, его последние отношения закончились более трех месяцев назад, а новые заводить он не спешил, разве что с ангелом. Уставшему от постоянных терзаний мозгу не пришло ничего лучше, чем потрахаться в клубе. Но, вбиваясь в чужое подтянутое тело, он представлял совсем другого человека. После, сидя на своей кухне, Чонгук принял тот факт, что феномен, о котором он читал в книгах и видел в фильмах, обрушился на него на двадцать шестом году жизни. Чонгук впервые влюбился, и притом с первого взгляда, в человека, чьего имени не знает. И там же, на кухне, он решил, что надо бы разузнать об этом парне больше. Уже на следующий день ему удалось собрать небольшое досье. Блондина зовут Пак Чимин, (Как же ему идёт это имя, такое же ласковое и нежное, как и он сам. Чёрт! Чонгук, соберись, блядь), ему двадцать семь, он живёт в Сеуле, приехал из Пусана десять лет назад. Кафе принадлежит ему. И если может показаться, что Чонгук сталкер, то это не так. Он просто вбил название кафе в инстаграм и не ошибся. Всё остальное сделали за него соцсети. С момента осознания своей влюблённости, как гордо прозвал это Чонгук, он каждый день приезжал за пару часов до закрытия кафе. Не имело значения буквально ничего. Ни то, что кафе находится в часе езды от его офиса, ни то, что до дома ехать потом еще полтора часа. Видеть Чимина, говорить с ним и просто смотреть — отдельный вид удовольствия для Чонгука. И вот сегодня он снова едет после работы, застряв в пробке дольше обычного, но всё равно успевает хоть так насладиться присутствием уже любимого человека. — Готово! — говорит Чимин и Чонгук направляется к прилавку. — С вас тысяча вон, — произносит Пак, не смотря на брюнета. Чонгук уже по обыкновению вытаскивает пятитысячную купюру и кладёт её на стол. Он обращает внимание на залёгшие круги под глазами и бледную кожу, что не свойственно этому парню. Его плечи поникшие, взгляд задумчивый и тоскливый. — У Вас меньше не будет? — спрашивает Чимин и открывает кассу, он тяжело вздыхает, понимая, что размена у него нет. — Сдачи не надо, — говорит Чонгук и уже хочет развернуться, как останавливается и внимательно смотрит на него. В голове мелькает мысль, может пора уже попробовать?! — Простите, это не моё дело, но … — он немного мнётся, — у вас что-то случилось? Блондин смотрит на него устало. — Вы правы, это не ваше дело, — отрезает Чимин и Чонгук поджимает губы. — Извините, — говорит он и кивает, разворачиваясь к выходу. — Простите, — слышит он в спину. — Я не хотел быть грубым, просто день выдался отвратительным. — Чонгук поворачивается и смотрит прямо в шоколадные глаза. — Расскажите, — не спрашивает, предлагает. Чимин ставит руку на прилавок и напрягается. — А я куплю вам кофе, — улыбается Чонгук. — И просто выслушаю. — Зачем вам это? — говорит Чимин, заглядывая в чёрные глаза. — Просто, — пожимает плечами Чонгук. «Я хочу тебя слушать», — мысленно признаётся. — Хорошо, — кивает Чимин, — но кофе мне покупать не надо. — Как скажете, — кивает Чонгук. — Я сейчас подойду. — Чимин улыбается в ответ и сердце Чонгука пропускает удар. Это не обычная дежурная улыбка, которой Чимин награждает всех и каждого, это что-то новое, искреннее. Чонгук проходит и садится за столик, Чимин присоединяется к нему через пару минут. — Можно на ты? — спрашивает Пак. — Конечно, — кивает Чонгук. — Я заметил, что ты часто здесь бываешь. Работаешь где-то рядом? — спрашивает Чимин. — Ага,— кивает Чонгук. Настолько рядом, что пока доеду, хочу убивать всех и каждого из-за этих вечных пробок, думает Чонгук. — Давай поговорим о тебе, — предлагает Чонгук.— Расскажешь, что случилось? — Если вкратце, то владелец кафе выставил это место на продажу, и к концу следующего месяца я должен освободить помещение. Я столько вложил сюда сил, — он оглядывает помещение. — Сам красил стены, выбирал украшения, интерьер. А теперь мне просто говорят бросить своё детище. — Он обхватывает руками горячую чашку и смотрит на пенку, образующую разные узоры. — Да уж, — качает головой Чонгук. — Ну, у тебя уже есть свои клиенты, они пойдут за тобой. — Нет, — мотает головой Чимин, — Я вернусь в Пусан, так будет лучше. — Почему? — громче необходимого спрашивает Чонгук. — Все накопления вложены сюда, — грустно вздыхает Чимин, — кафе не приносит ещё такого дохода, чтоб я мог откладывать или снимать жильё. А теперь и кофейни не будет. Так что, скоро мне и жить будет негде. В общем, победа по всем фронтам. — Чимин грустно улыбается. — Поэтому, вернуться домой — лучший выход. — А почему жить негде? — спрашивает Чонгук. — Без кафе я не смогу оплачивать аренду, — усмехается блондин. — А все накопления, как я и сказал, ушли на это кафе. В общем и целом, как-то так. — Он отпивает глоток из кружки и опускает глаза. — Извини, что вываливаю это всё на тебя, — Чимин поднимает на Чонгука тёплый взгляд. — Просто я не привык жаловаться, а с незнакомым человеком говорить легче. — Я всё понимаю, — кивает Чонгук. — Всё еще наладится. — Спасибо, — благодарно улыбается Чимин. — Мне немного полегчало, — признаётся он. — Когда держишь всё в себе, это давит. А высказался, и как будто стало легче. — Я рад, если так, — улыбается Чонгук. Они сидят в комфортной тишине, Чимин смотрит в чашку и думает о чём-то своём, пока его собеседник рассматривает мягкие черты лица. Он понимает, что пялится, и, если бы парень не был так сильно расстроен, он обязательно бы заметил. Но Чонгук просто не может иначе. Светлые волосы распущены и шелковистыми прядями обрамляют лицо. Чонгук любуется тёмными глазами, взгляд которых сейчас задумчивый и тоскливый. Маленький прямой носик, губы полные, чётко очерченные, по которым хочется провести пальцем, а после попробовать на вкус. Кожа Чимина светлая, без изъянов, а бордовый цвет рубашки подчёркивает её природный молочный оттенок. — Может, я могу чем-то помочь? — спрашивает Чонгук, выдёргивая Чимина из размышлений. — А? — приходит в себя парень. — Ты уже помогаешь, — тепло улыбается он. — Мама говорит, что когда несчастье есть с кем разделить, нести его становится легче. Сейчас я разделил его с тобой. И я благодарен. — Чонгук тает от этой улыбки и мысленно уже падает к его ногам. — Мой друг занимается субарендой, я подумаю, что можно сделать, — говорит спокойно Чонгук, хотя близость этого человека вызывает в нём щенячий восторг. — Не стоит, — вздыхает Чимин. — В любом случае, кафе больше не будет существовать, а с ещё одной мечтой прощаться в Сеуле будет тяжело. Так что, — он грустно улыбается, — всё равно, спасибо тебе. Пак переводит взгляд на часы и снова смотрит на Чонгука. — Мой рабочий день закончился, — с тоской в глазах и улыбкой на лице говорит Чимин и Чонгук хочет остановить время, чтоб навсегда остаться здесь. — Ещё раз, спасибо. — Тебя подвезти? — спрашивает Чонгук. — Не надо, спасибо, — улыбается Чимин, он забирает чашку с недопитым кофе и возвращается к барной стойке. Он меняет фильтр в кофейном аппарате и только сейчас вспоминает, что они даже не представились друг другу. Чимин поворачивается, но Чонгука в зале уже нет. Странно, он даже не услышал, когда этот парень вышел. Чонгук идёт к машине, прикрываясь курткой от проливного дождя. Выбежав на эмоциях на улицу, Чонгук забыл забрать зонт. Возвращаться сейчас нет смысла, одиноко стоящий чёрный Aston Martin DBX в паре метров, и Чонгук, разблокировав его, забирается в салон, где сразу включает обогрев. Слова Чимина об отъезде в Пусан ранят и пугают. Если парень уедет в Пусан, то Чонгуку точно ничего не светит. Не то чтобы сейчас он прям подкатил, но прогресс всё равно есть. — Ай, чёрт! — Чонгук сжимает руками руль, мягкая кожа скрипит под пальцами. Почему именно с этим парнем он такой робкий? У него двадцать пять лет не было проблем с коммуникацией и с подкатываниями яиц тоже не было проблем. А тут кто-то понравился так сильно, и Чонгук резко стал идиотом. То отвешивает неуклюжие шутки, то споткнётся на ровном месте, то начнёт заикаться, как будто это не он является президентом строительной фирмы. Черт бы её побрал! Чонгуку повезло родиться с золотой ложкой во рту, но это не значит, что он не прикладывал усилий. Он усердно учился в школе, не пренебрегая и спортом, благодаря которому тело его выглядит привлекательным для обоих полов. Он также усердно учился и в университете, на факультете бизнеса, но больше всего навыков он получил, посещая работу отца, на которой тот регулярно решал задачи разного уровня. От самостоятельного найма сотрудников до внесения стратегически важных изменений в проект застройки за час до важного собрания. Мыслить критически Чонгук умел, и был в этом чертовски хорош. Он набирает номер помощницы и через несколько гудков в трубке звучит мягкое: — Да, господин Чон. — Джи, извини, что поздно. — Чонгук называет район и улицу с примерным номером. — Приблизительно там продаётся кофейня. Завтра с утра организуй мне встречу с владельцем на ближайшее время. И ещё, мне нужна квартира-студия для длительного проживания. — Хорошо, — отвечает Джи. — В каком районе? Чонгук задумывается, хотелось бы, чтобы Чимин был рядом, но тогда ему будет сложно добираться до работы. Хотя в этом случае Чонгук сможет его подвозить и забирать. — Господин Чон, — зовёт Джи и Чонгук понимает, что молчит слишком долго. — В районе кафе, — выдыхает парень. Всё же комфорт Чимина важнее его желаний, а как подвозить его до дома, он придумает потом. — Хорошо, господин Чон. — Спасибо Джи. Доброй ночи! — Чонгук сбрасывает звонок и смотрит в тёмные окна кафе. Отпустить Чимина из Сеула будет колоссальной ошибкой, и Чонгук должен найти для него тысячу и одну причину остаться. Чон заводит машину и потихоньку выезжает со стоянки, направляясь в сторону дома. Он тихо матерится себе под нос, ругая пробки, но точно ни о чём не жалеет. Чимину не с кем разделить несчастье, тогда Чонгук станет для него опорой, а после, возможно, уже кем-то большим. Но сегодняшний вечер убедил Гука в реальности его чувств к этому незнакомому человеку. Он может поклясться, что никогда не испытывал ничего подобного, и это пугает и будоражит одновременно.