Его тихий шторм

Глава 3.

Чонгук с детства любил наблюдать за работой отца. Он присутствовал на деловых встречах, любил проводить время и внимательно слушал на совещаниях, на которых ему разрешалось находиться. Чон с детства знал, чем хочет заниматься и кем ему предстоит однажды стать, а именно возглавить крупную корпорацию. И это требовало немало сил, хитрости и ума. Первую свою сделку Чонгук совершил, будучи студентом четвёртого курса Сеульского Национального университета. Гордость в глазах отца он никогда не забудет. С тех пор прошло несколько лет, и Чонгук заключил уже пару крупных контрактов, что позволило увеличить количество рабочих мест на несколько сотен человек. Это не так много и Чонгук точно знает, что это только начало. Он молод, умён, амбициозен и уверен в себе. Сделка, совершаемая сейчас, нужна ему для достижения личных целей, потому что помимо всех своих сильных качеств, он также имеет и слабости, а точнее, слабость по имени Пак Чимин. После вчерашнего вечера, Чонгук точно знает, что сделает всё, для того чтобы не упустить этого парня, ведь такое с ним впервые. Всю дорогу до Джина он не переставал улыбаться. Он то и дело прижимал руку к груди, где под рёбрами сходило с ума сердце. Взгляд Чимина тёплый, благодарный, робкий и смущённый не отпускал его и будто отпечатался на внутренней стороне век. Каждый раз, закрывая глаза, Чонгук улыбался, вспоминая Чимина и его сладкий запах, оставшийся в салоне машины. Если для того, чтобы этот парень остался рядом, ему нужно купить кафе, то он купит с десяток таких забегаловок ради одной искренней улыбки Чимина. — Итак, господин Сун, — обращается Чонгук к хозяину кафе, обводя его взглядом с ног до головы. Пухлый мужчина лет сорока пяти, может старше, едва дотягивающий ростом до плеча Чонгука, — стоимость кафе изначально была сто тысяч долларов, но сегодня вы подняли её до ста тридцати, можно узнать причину? — Чонгук разглядывает мужчину перед собой, оторвавшись от изучения документов. — Рыночная стоимость постоянно растёт, это не моя вина, — ехидно улыбается мужчина, сверкая золотыми коронками. — На тридцать тысяч долларов за день? — Чонгук приподнимает бровь, изучая чужое неприятное лицо. — Ну так ценообразование в Корее зависит от множества факторов. Чонгук усмехается и внимательно смотрит на своего собеседника. Очередной наглый мелкий жулик, считающий, что раз его кафе заинтересовало кого-то вроде генерального директора корпорации Чон, то он может пихнуть своё имущество значительно дороже. При других обстоятельствах Чонгук бы давно сбил цену и купил бы это кафе за бесценок, но рисковать он не хочет, поэтому подбирает слова, чтобы не спугнуть этого жадного мужичка. — Господин Сун, — улыбаясь, произносит Чонгук, — за последние пару дней никаких резких скачков в ценообразовании в Корее не наблюдалось, поэтому и повышение вашей цены, мне кажется, несколько неблагоразумным, — мужчина приподнимает бровь и усмехается. — Однако, вы же заинтересовались им,— говорит он в хамоватой манере. — Да, — кивает Чонгук, признавая, что действительно заинтересован, но не в кафе, а в одном бариста, что сильно привязан к тому месту. — Поэтому, как вы понимаете, ознакомился с ценовым диапазоном в том районе, и ваше кафе, — он делает паузу, опуская взгляд снова в документы, — несколько переоценено, вы же это понимаете? — Я, как собственник, имею право устанавливать ту цену, которая мне придётся по душе, разве нет? — в маленьких глазках закипала алчность. — Безусловно, но что если рассуждать логически? — говорит Чонгук и откидывается на кресле. — Мы с вами взрослые люди, оба бизнесмены, — он наблюдает, как расплывается в улыбке лицо напротив, просто от того, что его поставили на один уровень с таким человеком, как генеральный директор корпорации Чон. — Вы же прекрасно понимаете, что я не совершаю бездумных поступков, — «Ага, купить кафе, чтобы удержать понравившегося парня в Сеуле, очень обдуманный поступок», — подкидывает внутренний голос. — Именно поэтому, буду с вами честен, я готов купить у вас это кафе, но за разумную цену. — Сто двадцать пять и ни долларом меньше, — мужчина складывает руки на груди и, вздёрнув подбородок, наблюдает за реакцией Чонгука. — Сто тысяч и документы будут оформлены сегодня же, — Чонгук видит, как круглое тело заёрзало на стуле. — Если бы вы предложили это вчера, то я бы с удовольствием продал бы вам его за сто тысяч, но увы, — он улыбнулся, — это было вчера. Сегодня я оцениваю своё владение в сто тридцать тысяч. Чонгук усмехнулся и сложил руки перед собой. Он точно знал, с чего цена так резко выросла. — Я могу вас понять, на самом деле, — широко улыбается парень, демонстрируя ряд белоснежных зубов. — Крупная корпорация интересуется вашим небольшим кафе, а значит, можно добавить к и без того завышенной стоимости ещё тридцать тысяч, но вот вы не учитываете одного момента, До Ён. Я могу построить рядом с вашим кафе точно такое же. — Чонгук слегка наклоняется. — Прямо рядом, тем самым сбив стоимость вашего кафе как минимум вдвое, как вам такая идея? — Чонгук сверкает глазами. — Это невозможно, — растерянно произносит мужчина, тут же растеряв всю уверенность. — Еще как возможно, — улыбается Чонгук. — Думаю, вы нарыли в интернете немало информации, касающейся моей фирмы, да? Именно поэтому ваш ценник так резко взлетел, я прав? Мужчина тяжело сглатывает. — Так вот, буду с вами откровенен, меня действительно заинтересовало ваше кафе, но не настолько, чтобы позволять делать из меня дурака. — Я не… я не, — заикается мужчина, которого Чонгук застал врасплох. — Конечно, нет, господин Сун, — улыбается Чонгук. — И вот поэтому я предлагаю вам очень щедрый вариант. Себестоимость вашего кафе максимум восемьдесят пять тысяч долларов, я даю вам сто, и сегодня же мы оформляем документы, если же нет, то разойдёмся на этом, и каждый будет искать более выгодный вариант. Чонгук смотрит на мужчину и внутри дрожит, что если тот откажется и Чимин уедет? Надо было согласиться на сто тридцать тысяч, но его внутренний педант не смог промолчать, потому что сто тридцать тысяч за небольшое кафе, ещё и в таком месте, это чистой воды грабёж. Но с другой стороны, если этот наглый толстяк сейчас откажется, то велика вероятность, что Чимин уедет. «Чёртов перфекционист», — ругается на Чонгука внутренний голос. — Сто десять тысяч, — мужчина выглядит растерянным и разозлённым. — Сто пять, — «Да что ж за дебил такой?!» — орёт внутренний голос. — По рукам, — отвечает мужчина сквозь зубы и Чонгук выдыхает. Если бы тот отказался, он бы предложил сто пятьдесят тысяч, лишь бы приобрести это кафе, и Чимин никуда не уехал. — Джи, — он переводит взгляд на притихшую помощницу, — проводи нашего гостя в юридический отдел, пусть подготовят документы и проведут все необходимые операции. — Конечно, господин Чон, — кивает девушка и взмахом руки предлагает мужчине следовать за ней. — Очень приятно иметь с вами дело, — улыбается Чонгук и встаёт со своего места, протягивая руку До Ёну. — Угу, — буркает тот, но пожимает протянутую руку и следует к выходу за девушкой. Чонгук кладёт руки в карманы чёрных классических брюк и поворачивается к окну. Один пункт по удержанию Чимина он выполнил. Юридический отдел уже получил инструкции по дальнейшему оформлению. После подписания всех необходимых документов Джи поедет к Чимину и заключит новый договор, по которому арендная плата будет значительно снижена. Чонгук улыбается, вспоминая вчерашний вечер, и сердце снова ускоряет ритм. Чимин с закинутыми на панель ногами смотрелся так правильно, будто они с Чонгуком действительно пара и просто проводят очередной вечер вместе. Этот парень вообще вызывает столько непонятных и противоречивых чувств, что Чонгук натурально пугается сам себя, но от этого становится только интереснее в душе и тяжелее в штанах. Он совершенно точно не был девственником или затворником, несмотря на высокую загруженность, он всегда находил время на развлечения и секс… особенно на секс. Чонгук всегда был на виду, помимо статуса и внешности он обладал харизмой и хорошим чувством юмора, а вкупе всё это делало его привлекательным в глазах большого количества людей. Никаких серьёзных отношений за четверть века так и не случилось, пару раз Чонгуку казалось, что он влюблён, но когда им начинали откровенно пользоваться, все чувства сходили на нет. Много кто был не против погреться в лучах внимания богатенького парнишки. Были те, кто не стеснялся говорить о материальном состоянии Чонгука как о собственном шансе на лучшую жизнь, и Чонгук ценил честность, но быть для кого-то кошельком быстро надоедало. Также были и те, кто маскировал алчность под любовь, но со временем прятать свою натуру не получалось, и так или иначе, Чонгук выходил из этих отношений. Наверное, именно это и пугает Чонгука. Что если Чимин окажется не таким, как сам Чонгук себе нафантазировал, и его тоже будет интересовать лишь его состояние, почему-то именно эта мысль пугала. Если раньше он предпочитал не задумываться и просто идти дальше, то в случае с Чимином ему бы хотелось, чтобы тот увидел именно его — Чон Чонгука, а не наследника семьи Чон. Почему-то именно этим парнем хочется быть любимым. Такое абсолютно иррациональное желание для того, кто вырос среди тех, кто только и ждёт возможности урвать себе кусочек. Будучи человеком прагматичным и очень занятым, Чонгук был абсолютно не против помогать своим любовникам финансово, правда, до того момента, пока те не начинали перегибать палку. Но с Чимином хочется иначе, хочется по любви, поэтому Чонгук и решил не рассказывать парню всю правду о себе. Он будет помогать, будет поддерживать, но со стороны, а потом решит, что делать дальше. — Господин генеральный директор , — из мыслей его вывела Джи, вернувшаяся в кабинет для получения дальнейших инструкций. — Можно? — Да, Джи, проходи, — Чонгук кивает и садится обратно в своё кресло. — Что по поводу квартиры, о которой я вчера просил? — На продажу в этом районе я ничего не нашла, но нашла на длительный съём несколько очень хороших вариантов. — Она достает планшет и несколько раз нажимает на экран. — Я скинула Вам, посмотрите пожалуйста. Телефон Чонгука пиликает сообщением, и тот разблокировав его, нажимает на ссылки. Он листает фотографии сдающихся квартир, обе неплохие, просторные и светлые студии. — Они обе в районе кафе, да? — спрашивает Чонгук, продолжая листать фото. — Да, — отвечает девушка, — первый вариант находится ближе, буквально в десяти минутах езды, а вторая чуть дальше, около двадцати минут. — А ничего ближе не нашлось? — спрашивает Чонгук, думая о том, что Чимину же ещё нужно будет как-то добираться. — Нашлось на самом деле, но сами квартиры не очень, — Джи морщит нос, — Вам не понравится. Чонгук кивает, Джи работает у него с самого начала, как он официально устроился на фирму отца. Она умная, шустрая и просто хороший человек, которому Чонгук может довериться. — Правильно, — улыбается он, — квартира должна быть такой, в которую захочется возвращаться. Ты сегодня поедешь в кафе для подписания договора аренды? — спрашивает он. — Да, — кивает Джи. — После обеда поеду. — Хорошо, — кивает Чонгук. — Сможешь заехать и посмотреть квартиры? Выбери на свой вкус, я тебе доверяю. — Конечно, господин Чон, — добродушно улыбается девушка. — У вас сегодня в три часа запланировано совещание, после встреча с господином Ханом. — Отлично, — кивает Чонгук. — Тогда можешь идти и передай Хэ Вону, чтобы скинул мне отчёт по прошедшему периоду. — Хорошо, — кивает Джи и встаёт со своего места, направляясь к выходу. — Чай, воду? — спрашивает она уже в дверях. — Нет, спасибо, ничего не надо, — благодарно кивает Чонгук и открывает ноутбук. План по удерживанию Чимина в Сеуле успешно осуществляется, теперь нужно заняться делами насущными и поработать.

                                          

***

Утро встречает Чимина яркими лучами света в окно и нещадной головной болью от выпитого накануне вечером алкоголя. Он приоткрывает один глаз, мысленно проклиная Тэхёна за такие тонкие занавески, не удерживающие солнечный свет. — Доброе утро, — бодрый голос Тэхёна проходится по барабанным перепонкам и мозг Чимина придумывает всё больше проклятий для лучшего друга. — Вставай, а то проспишь. — Он плюхается на диван у ног Чимина и щиплет того за пятку. — Воды, — хрипит Чимин, сильнее зажмуривая глаза. — Глаза открой и увидишь, что стакан прямо перед тобой, — посмеивается Тэхён. — Вот никогда ты не умел пить, — говорит он, глядя на друга с жалостью и немного ехидством. — А ты не слишком ли бодрый? — просыпается Чимин, сделав глоток целительной жидкости, что омыла пустыню Сахара у него внутри. — Да нормальный я, — говорит довольный Тэхён. Чимин смотрит на него исподлобья. Тэхён успел принять душ, собраться на работу и даже нанести лёгкий макияж на глаза. — Всё понятно, — говорит он и поднимается на локтях. — Ты надеешься пересечься со своим айтишником, поэтому так принарядился? — Чимин щурит глаза, с подозрением и улыбкой глядя на друга. — Да нет же, — Тэхён заливается краской. — С чего вдруг? — Ты не наносишь макияж просто так, — твёрдо говорит Чимин и ойкает от нового щипка за пятку. — Он меня не интересует, — обиженно дует губы Тэхёна и складывает руки на груди. — Ага, — смеётся Чимин, — я всё запомнил со вчерашнего вечера. Чим, он не обращает на меня внимания, — Пак нарочно понижает голос, копируя низкий голос Тэхёна. — Ну, какой же он краси-и-вый, — Ким снова краснеет. — Я просто был пьян и не понимал, что несу! — возмущается он. — Да и вообще, кто бы говорил! Сам-то приперся в дорогущих найках сорок последнего размера и ничего не рассказываешь! Теперь очередь краснеть Чимина. Он опускает голову и поджимает губы, вспоминая вчерашний вечер, Чон Чонгука, и его большие тёмные глаза. — Да там нечего рассказывать, — говорит Чимин и заваливается обратно на подушку. На губах расцветает улыбка от воспоминаний о чужой, слегка странной заботы. — Ага, — кивает Тэхён и наваливается сверху, выбивая из Чимина тихий выдох, — поэтому ты краснее помидора и лыбишься, как будто денег в лотерею выиграл. — Да ну тебя, — говорит Чимин, улыбаясь. — Правда, ничего такого, просто завсегдатай моей кофейни. — А ты у всех завсегдатаев кроссовки отжимаешь? — интересуется саркастично Тэхён. — Да нет, — закатив глаза, говорит Чимин. — Просто он решил меня подвезти, а я промок сильно, вот он и дал мне свои кроссовки и новые носки. Тэхён удивленно смотрит на друга. — Вот так просто взял и отдал? — спрашивает он. — Ну да, — пожимает плечами Пак, — просто вежливость, не более. — Ага, — кивает Тэхён. — Я тоже вежливый, но налево и направо кроссовки не раздаю. — Чимин пихает его в бок, и Ким тихо стонет, скатываясь на пол. — За что? — хрипит он, потирая ушибленную часть тела. — Чтоб глупости не говорил, — отвечает Чимин и спускает ноги на пол, чувствуя головокружение и боль. — Хорошо, а он хоть симпатичный? — спрашивает Ким, облокотившись локтем на колени друга. Чимин ничего не отвечает, только краснеет, вспоминая красивое лицо с большими глазами и чувственными губами. — Нормальный, — врёт он. На самом деле Чимин с самого начала заметил внешность Чонгука. Сложно было не заметить, когда симпатичный парень каждый день заходит в кафе, заказывает одно и то же и при этом всегда оставляет хорошие чаевые. Но вчера Чонгук своей заботой и вниманием заставил Чимина посмотреть на него иначе. — Дашь? — спрашивает Тэхён. — Блядь, Тэ, — Чимин закатывает глаза и встаёт с дивана. — Узнаю извращенца Тэ-Тэ, — бубнит он. — Почему сразу извращенец? — возмущается парень, вставая с пола и направляясь за другом. — Я просто переживаю. — Не стоит, — говорит Чимин, открывая кран в ванной. Прохладная вода приятно охлаждает кожу, вызывая мурашки. — Стоит, — парирует Тэхён. — Сколько прошло с тех пор, как ты расстался с этим дебилом? Чимин неприятно морщится, вспоминая того, про кого говорит Тэхён. — Не говори о нём, и так меня тошнит. — Пора оставить это в прошлом и идти дальше, — не обращает внимания Тэхён. Чимин ничего не отвечает и кивает, выталкивая друга из его же ванной. — Эй, — возмущается Тэхён. — Душ приму и приду, — говорит Чимин, закрывая дверь перед носом друга. — Тц, чего я там не видел?! — цокает Тэхён, но всё же уходит, оставляя Чимина наедине со своими мыслями. Тот, чьё имя нельзя называть, мелькает в сознании. Грёбаный Мин Хун, чтоб он провалился. Мало того, что он бросил Чимина после того, как они решили жить вместе, подставив того со съёмом жилья, так ещё и причиной выставил странности Пака, хотя на самом деле просто трахался с другими за спиной своего парня. После него Чимину пришлось нелегко. Они встречались полтора года, и Пак успел не на шутку привязаться к этому изменнику. Планировал с ним жизнь, отказался от своей маленькой, но уютной студии, чтобы жить с ним в более просторной двухкомнатной квартире, потратив при этом приличную сумму денег. А этот бездельник, постоянно ищущий себя, оказывается, изменял Чимину, пока тот впахивал в кафе, чтобы их прокормить. — Придурок! — негромко говорит Чимин, вставая под горячие струи воды. Слова, сказанные Мин Хуном, при расставании, надолго засели в голове Чимина, остро проникая в сердце и заставляя его кровоточить. — Ты вообще ненормальный, кто ещё захочет с тобой быть?! — эти слова до сих пор звучат в голове Чимина, чужим голосом, хотя прошло уже семь месяцев с их расставания. Он прикрывает глаза и зажмуривается, понимая, что его потребности действительно далеки от нормальных. Он понятия не имеет, что именно повлияло на возникновение таких желаний. Возможно, строгий контролирующий отец, не дающий ни ему, ни маме дышать без его разрешения, наказывая практически за всё, а возможно, отсутствие доверия в семье, но может быть и такое, что он родился таким. По мнению многих, таких как Мин Хун — неправильным. Чимину сложно было открываться людям, и он мало кому говорил о своих истинных желаниях, но Мин Хуну захотелось довериться, и тот вроде был не против, а после изменил и назвал Чимина извращенцем. Расставание с ним обрушилось на Чимина могильной плитой, потому что, он действительно любил этого человека, планировал с ним будущее, а тут такое предательство. После этого Пак понял — его никто не примет таким, какой он есть, а меняться для кого-то смысла тоже не видит. Пока решение уйти с головой в работу казалось единственно верным, и у него неплохо получалось. Приходил с работы он вымотанным до такой степени, что сразу падал на кровать и вырубался, а после рано утром снова на работу, чтобы одаривать улыбкой всех своих клиентов и готовить вкусный кофе в собственной кофейне, о которой он всегда мечтал. Сейчас у него заберут и это. Чимин понуро опускает голову, подставляя ее под струи воды. Расставание с Мин Хуном было сложным, потерять своё кафе кажется совсем губительным. Он столько сил вложил в него, столько денег. Он искренне любит то, чем занимается. Ещё в детстве он мечтал о собственной кондитерской, а в будущем, возможно, ресторане, и открытие кофейни стало для него огромным стартом в достижении цели. Но чёртов До Хён решил продать кафе именно тогда, когда дела пошли в гору, ещё и за такую баснословную сумму, сто тысяч долларов. Чимин рассмотрел все варианты, даже самые нереальные, но ни одного, в котором он мог бы купить это кафе, просто не нашлось. Он выходит из ванной с ещё более тяжёлой головой. Тэхён на кухне готовит кофе. — Русалочка, я думал, ты там уснул, — улыбается Ким и ставит перед Чимином чашку с ароматным напитком. — Извини, — Чимин с вымученной улыбкой садится за стол. — Утёнок, ты чего? — спрашивает Ким, касаясь чужого плеча. — Из-за этого козла? Прости, что напомнил, — говорит Тэхён, чувствуя себя до жути виноватым. — Ты ни при чем, — поверх руки друга, где выступали тонкие линии вен, аккуратно легла рука Чимина. Его пальцы мягко переплелись с длинными изящными пальцами Тэхёна, согревая теплом и даря невидимую, но ощутимую поддержку. Чимин знает, что Ким всегда рядом. — Я думаю о том, что будет с кафе. — Чим, — Тэхён обнял Пака за плечи и прижался подбородком к макушке. — Прости, что не могу помочь, — грустно выдохнул он. — Не говори глупостей, Тэ, — отмахнулся Чимин, шлёпнув Тэхёна по руке. — Просто мне не повезло, как и всегда. — Не отчаивайся, утёнок. Может, тот, кто выкупит, захочет оставить кафе в таком же виде, и ты и дальше сможешь его арендовать. Мы же не знаем наверняка. — Для этого нужно чудо, — усмехается грустно Чимин. — Я уверен, — говорит Тэхён, улыбаясь,— чудо обязательно случится! — Хорошо, я тебе верю. — Чимин улыбается, решив последовать совету Тэхёна и просто верить в чудо. Они болтают на кухне, едят вкусный завтрак, приготовленный Кимом, и Чимин всё же рассказывает о Чонгуке, заставляя Тэхёна приоткрыть рот в неверии, что незнакомый человек может так мило проявлять заботу. — Завидую, — вздыхает Тэхён. — А Юнги даже взгляда на меня не поднимает, не то, что подвезти. Вот, а ты ещё не веришь в чудеса! Чимин тихо посмеивается, понимая, что друг отчасти прав. Чонгук поступил очень благородно и мило, но он точно не выглядит как тот, кому придутся по душе пристрастия Чимина, а он без этого не сможет. Пытался, но не смог. А надеяться на чудо и в этом вопросе кажется глупым. Таких чудес точно не бывает…