В лес смотрит

      Без макияжа его лицо смахивало на вампира. Мэйбл была бы рада. Кстати о ней. У Диппера всё же нашлись силы написать сестре, что у него всё хорошо. В ответ она закидала его уймой вопросов и попросила приехать в гости. Диппер коротко ответил на всё и сказал, что придётся подождать: нужно писать диплом, много дел и всё такое.Посвящать сестру в реальное положение дел не хотелось.       Спустившись на первый этаж, он встретил Стэна и Форда. Те уже закончили завтракать, а порцию Диппера предусмотрительно накрыли, чтобы еда не остыла.       — Доброе утро, — подал голос Диппер.       — Доброе, малой.       — Доброе, Диппер. Мне придётся послезавтра уехать на конференцию в Портленд. Вернусь примерно через неделю.       — Так там же учится Мэйбл. Можно с тобой? Хочу повидаться с ней.       — Нет. Ты должен заниматься исследованиями. К концу недели у тебя должен быть готов хотя бы костяк работы. Институт будет ждать от тебя план и первую главу уже через несколько дней.       — Да…       То, что Форд будет отсутствовать, радовало. То, что не будет постоянного контроля и наказаний, тоже. Появится возможность спокойно работать. Но была и другая сторона. Подвал, в который завезли новых зверюшек, стал гораздо опаснее. И хотя руны Форда были сильны, мало ли что могло произойти.       — Привет, Золотце. Как поживаешь? Голодный, наверное. Я принёс баранью ногу, свежачок. Будешь?       Волк лежал на каменном полу, полностью игнорируя постеленную подстилку, и даже ухом не повёл при появлении Диппера.       — Если тебе что-то не нравится, ты можешь сказать. Я постараюсь всё исправить. Могу даже выпустить тебя на волю. Но перед этим попрошу помочь мне с исследованием.       Молчание продолжалось.       Возможно, Дипперу всё же почудился голос волка на аукционе. Он тогда почти не спал, так что наверняка просто померещилось. Когда парень просунул через проём баранью ногу, его слегка потряхивало от волнения. Маленькая дверца была предназначена для замены мисок. Если волк решит кинуться на него, то целиком голова через отверстие не пролезет, а вот пасть — вполне.       Но волк сохранял неподвижность. Лишь когда дверца оказалась почти закрыта, зверь рванул вперёд, выбивая мордой ещё не запертый люк и клацая зубами в считанных сантиметрах от руки перепуганного парня.       Поняв, что добычу всё равно не достать, волчара вернулся на своё место.       — Сука… Блин. Блин, блин, блин! — Отойдя от шока, Диппер запер дверцу и принялся ходить кругами, выдирая из и без того потрёпанной шевелюры клочки волос. Зря он на это согласился. Эта золотая тварь была безумно страшной. Может, стоит всё-таки добавить рун? Нет. Он не станет ломать зверя. Он не такой жестокий, как Форд.       — Чёрт! — на этот раз досталось клетке. А потом заболела нога. Удар о рунный металл мало какая конечность переживёт без последствий…       Эта игра в молчанку продолжалась и завтра, и послезавтра. За это время Диппер начал писать работу. Первые главы требовали в основном воды: описать идею исследования, историю её появления и залить страницы максимально очевидными рассуждениями по теме.       До самого волка дело должно было дойти лишь к пятой главе. К счастью, литературу о золотых волках он всё же нашёл. Но информации оказалось катастрофически мало. Размеры самцов и самок; повадки, схожие с волчьими; скорость передвижения, примерный рацион…       Во многих сведениях Диппер сомневался. Их следовало проверить самостоятельно. Вот только как?       Тем временем Форд перед отъездом отвесил ему оплеуху. Видимо, прочитанное не произвело на учёного должного впечатления. Но зато он наконец уехал. Правда, легче от этого не стало. Возможно, с ним было бы даже проще. Узнав, что волк не желает идти на контакт, Форд быстро придумал бы способ это исправить. Какой бы жестокий способ это ни был. В конце концов, для него цели науки всегда оправдывали любые жертвы.       Первый день без Форда и третий день как волк валяется в клетке. К счастью тот не морит себя голодом и исправно всё съедает, даже кости зачем-то. Пьёт тоже много. Еще ночами грызет прутья, а иногда и не ночами. Как сейчас: волк сидел на задний лапах, передними упёрся в решетку и грыз железо.       — Может ты уже перестанешь? Прекрати, это бесполезно.       Скрип железа выводил Пайнса из себя, гнев тягуче поднимался вверх, готовясь совершить извержение.       — Прекрати это, псина ты тупая! — он схватил копьё и со всей силы долбанул древком по выглядывающему из-за решетки носу.       Волк отступил. А гнев Диппера нет. Если он не напишет эту сраную работу ему придется туго, возможно его посадят в клетку с этим волчарой и тот его съест. Лучше уж запугать волка или взяться за Фордовские методики: усыпить волка и конкретно его обшмонать, и записать все характеристики, а пока стоит ещё больше запугать наглую собаку.       — Не понял, куда попал? Думаешь, можешь ноги об меня вытирать?! Я тебе покажу кто я!       Надменность волчьего взгляда сменилась озадаченностью. Паренек перед ним был легкой закуской, никчемной едой. А сейчас тот распсиховался, стал истерить. Видимо что-то да подтекает. Это определенно лучше, чем если бы тот продолжал строить из себя агнца божьего и главного добряка планеты, который жалеет любую тварь.       — Успокоишься? — раздался бархатистый, слегка мурчащий мужской голос.       Волк говорит! Говорит всё-таки! Он был прав!       Диппер забыл о том, что только что нашёл электрошокер, и запрыгал от радости.       Вот только это не был реальный разговор, пасть зверя не двигалась. Общение происходило телепатически.       — Господи, спасибо!       — Не советую его благодарить при мне, можешь считать меня атеистом в этом плане.       — Ага, хорошо, Золотце! Так и напишу, волк — атеист. А можешь сказать какая у тебя сила сжимания пасти?       — … Может сам проверишь? — волк разинул пасть.       Волк такой любезный оказался? Почему с самого начала так нельзя было? Диппер без промедления приблизился ближе, чтобы рассмотреть огромную пасть. В зубах застряли кусочки завтрака, из пасти несло ужасным запахом мертвечины.       — Смотри, у меня есть такой прибор, возьми его в пасть и сожми, — он собирался просунуть этот прибор через дверцу для еды.       — Не получится, как видишь у меня когти сильно отросли, да и даже без них, не думаю, что мои лапы были созданы для этого.       — Да нет, просто подбери ртом, это же легко.       — Продемонстрируй.       — Хорошо?       Диппер положил на пол перед собой чёрную палку. Внешнее покрытие было прорезиненным, чтобы её было удобнее кусать. Сбоку находилась небольшая панель, измеряющая силу сжатия.       Встав на колени, парень наклонился ниже, но всё равно не доставал до устройства зубами. Пришлось опереться на локти. Теперь он позорно торчал посреди подземелья, выпятив зад кверху.       Впрочем, какая разница.       Сейчас он подцепит зубами эту палку, поднимется и со всей силы сожмёт челюсти, выдавив на табло жалкие пятнадцать килограммов. Так сказать, покажет мастер-класс, который волк любезно повторит.       Волк казалось внимательно следил за человеком или за чем-то другим.       — Жопа у тебя аппетитная.       Ах вот за чем он следил.       — Спасибо? Ладно, повторишь то за мной?       — Нет, из нас заднеприводный тут только ты.       Вот не хватит мата на этого волка, лучше просто застрелить. Или задуматься.       — Хм… Надо записать, что волков привлекают другие виды.       — Чё за хрень ты пишешь?       — У меня научная работа по тебе, комок шерсти ты недоделанный. Если не соберу в течении недели максимум информации стану едой монстра из соседнего помещения…       Форд же как раз приобрел несколько зверюшек. И если иссохший вампир был на вид не очень опасен, то черное дымчатое нечто уже пыталось уничтожить клетку и дотянутся до Диппера, чтобы определенно его сожрать.       — Твой дядюшка приобрел меня для своего племянничка для того, чтобы тот сдал зачёт в учебном заведении?       — Именно. Такова моя судьба… и твоя.       — А есть вероятность, что за оплошность тебя кинут ко мне, а не к тому дымку?       — Да…       — Отлично.       — Ну нет, ну пожалуйста, я же могу тебя освободить. Если убьёшь меня — не сможешь вырваться.       Семейство Пайнс всегда делало идеальные руны, волк в жизни их не сломает.       — Ты меня недооцениваешь, Сосенка.       — Сосенка? Ты как-то узнал мою фамилию? Да и даже если убьешь меня, выберешься из клетки, то дальше путь закрыт. На выходе полно рун, пока будешь уничтожать их — приедет оповещенный дядя и тебе так не поздоровится, что второго шанса спастись уже не будет!       — Ты глупый.       — О, спасибо, псина ты сутулая.       — Моё имя Билл Сайфер, можно просто Билл, если подтянешь свой зад ко мне поближе.       — Интересные имена волки дают друг другу или ты раньше был домашним, раз такое имя получил?       — Ты очень тупой, как бревно.       — Завались!       Разумный диалог не получился, псине было важней издеваться над пареньком, чем начать здравую беседу, да и измеритель силы он отказался подбирать с пола и даже с миски! Говорит: есть не буду, только с рук ему всё подавай и вообще, чтобы в следующий раз баранина была олениной и запечённой с апельсиновым соусом… и приправленной человеческой кровью.       — Хм, а если я сделаю тебе такой ужин, ты пойдешь на перемирие и поможешь мне с работой?       — Заметано крошка, а, и подай его на своем голом теле, вместо стола.       — … — в какие-то моменты лучше промолчать.       На обед волк получил снова баранину, не зря же Диппер тратил деньги на разделку целой туши, а вот для ужина пришлось поехать в город и искать оленину. К счастью охотников на обычную дичь в городе тоже хватало и олень нашелся быстро, для огромного размера волка пришлось доплатить за доставку целой туши до машины, а до подвала тащить на своём горбу, словно тягловая лошадь со сломанными ногами, ведь это испытание было невозможным.       — Сорян, малой, у самого спина уже не та, с этим рогатым я тебе не помогу, — Стэн отказался. Диппер не обиделся, а только продолжил тащить.       В подвале имелась крупная печь, обычно в ней сжигали трупы монстров, а точнее остатки от них, которые ничего не стоили на рынке.       Апельсины на месте, осталось как-то это всё разделать, напихать апельсинов во все отверстия и забыть о мясе на несколько часов, пока то запекается в печи. Ещё был какой-то ингредиент вроде? Да и пофиг, хватит и того что есть, а то Билл совсем оборзеет.       — Чуешь запах? Твой олень воняет ещё как, а мне ещё в этих помещениях жопу просиживать.       — Пока запах действительно дерьмовый, ты вообще умеешь готовить?       — А ты будто умеешь? Напомню, у тебя лапки и ты жил в лесу без электричества.       — Напомню, ты тупой.       — Спасибо, что стал попугаем! Лучше от тебя слышать это, а не сраные похабные шуточки. Так какую тебе прожарку? Чтобы мясо полностью запеклось потребуется день.       — Rare достаточно.       — Значит всё же сегодня поешь.       В ожидании Диппер вырисовывал в дневнике каждый изгиб мышц, шерстинки. Волк как на зло часто менял позу, так что рисунки заканчивались на полу-скетче и переходил к новой зарисовке. Больше всего хотелось нарисовать глаз, поближе рассмотреть его. Вспомнилось, что у Пасифики сейчас есть целая пара таких же глаз, не то что у него, в наличии лишь один ведь. Но всё же хотелось зарисовать именно его глаз, глаз своего собственного волка.       Горячая туша оленя разместилась на стальном листе, который лежал на низкой тележке с колесиками. Заранее замешанным соусом он полил все участки, слегка массируя мясо, втирая сок поглубже. Отдельно прихватил соль и перец, раз волк любит человеческий способ приготовления, значит и это может ему прийтись по вкусу. Оставалось надеяться, что волк не заболеет и не помрет от такого. Всё же домашним животным это опасно принимать в пищу.       — Соль, перец — да, юзанные апельсины из жопы вынь, они уже отдали свой вкус.       — Хорошо-хорошо, мой господин, — как же достал этот волк.       — Продолжай меня так называть и разрешу себя погладить. Ты не представляешь какой у меня мягкий мех… — снова томно зарычал, гад.       — Да-да, не представляю на сколько от тебя несет мокрой псиной. Чёрт, мясо не влезает в дверцу, сейчас принесу топор и порубив дам тебе.       — Просто зайди ко мне и дай мясо, жрать я тебя не собираюсь.       — Правда?       — Правда.       — Так я тебе и поверил, кто из нас ещё тупой, просто жди.       Топором Диппер орудовать толком не умел, так что лупил им на рандом, с чудом отделяя конечности от тела. И наконец пропихнул их в дверь и миска переполнилась мясом.       — Ты кое-что забыл.       — Подставить тебе задницу? Нет уж, это было не утверждено.       — Только и думаешь, чтобы под животное подставиться? Будто мне нужна твоя тощая задница. Мы договаривались о крови, сделку надо выполнить.       — Да подавись ты этой кровью, — топор был не лучшим способом пустить себе кровь, резать он не мог, а давить рукой в лезвие было не приятно и уж больно сильно надо было забить на инстинкт самосохранения.       — Просто сунь сюда руку, прямо над мясом, я сделаю всё быстро.       — Мы договаривались на кровь, а не на целую руку, да и что стоит сделка с тобой, мы же её договором не подкрепляли.       — Без проблем, — Лапа волка загорелась синим пламенем.       — Что за чертовщина, в книгах не написано о таких навыках.       — Вот поэтому ты и глупый, раз каждой книжке на слово веришь.       — Этот огонь, сделка, это же демоническая магия! Она запрещена.       — Думаешь жителям леса не всё равно на ваши глупые правила, да и ты сам хорош. Услышал же меня на аукционе, значит в демонической магии ты не полный ноль.       — Ну… Я пытался. Мне конечно запретили, но это единственный вид магии который действительно работает, даже без нахождения в лесу.       — Ты прав, эта магия накопительная. Остальные людишки пользуются обычной магической энергией, которой в лесу полно, а вот чтобы сотворить настоящую магию, нужно познать демонические учения.       — Да ты кладезь знаний или в лесу все такие прошаренные?       — Ты отвлекся, время заключить сделку.       — Ладно, тогда проговорим условия. Я, Мэйсон Пайнс, клянусь готовить тебе еду, которую без проблем смогу достать. Буду готовить в меру возможностей. А ты поможешь с научной работой, — Диппер знал, что надо проговаривать всё, мало ли что в голове у этого блохастого.       — Я обещаю, что не убью тебя, — коротко и понятно, без лишних заморочек.       — Слишком просто, сделай обещание более подробными, твою трактовку не понять. Не хочу чтобы ты меня пытал, вырывал ребра и прочее…       — Обещаю, что не причиню тебе ничего плохого и не оборву твою жалкую жизнь.       Рука прикоснулась к охваченной огнем лапе, которую волк любезно поднял. На секунду их тела полностью стали объяты огнем, но он исчез так же быстро, как и появился. Значит всё сработало?       — Ладно? Я ожидал чего-то большего, если говорить честно. Вот, кусай руку, только аккуратно, — рука просунулась через железные прутья и оказалась перед пастью зверя.       Укус был не самый осторожный, Диппер всё чувствовал слишком сильно. Вначале мокрую пасть; зубы, надавливающую на кожу; потом был треск кожных тканей, зубы впились глубоко и продолжали углубляться. Диппер пытался рвануть руку на себя, но лишь усиливал боль, когда стало не в моготу он просто забился телом о клетку, пытаясь вырваться. Бил зверя по морде свободной рукой, пытался дотянутся до глаза… Хватка продолжалась. Струи крови стекали прямо на ещё не остывшее мясо с характерным шипением. Ещё чуть чуть и его хватит болевой шок… Наконец-то волк отпустил.       — Тварь, — хныча бормотал Диппер, отползая к противоположной стене и бегло ища взглядом любую ткань, которой можно перекрыть этот поток.       — Сам виноват, одна кожа да кости, чтобы качественно полить мясо, пришлось поступить так.       Утерев слезы Диппер поплелся к двери, кажется ещё немного и он потеряет слишком много крови и умёт прямо тут.       — Да не настолько ты слаб. Эй, хватит устраивать припадки на полу, ползи ко мне.       Выбор был сложный, можно было попытаться добраться до выхода и наверху позвонить в скорую или попросить дядю помочь, хотя он вряд ли всё ещё дома. Или пойти к тому, кто его до такого состояния и довел.       Дипперу часто хотелось умереть.       Форд, преподаватели, семья — все от него чего-то требовали, ждали, что он станет кем-то великим. Хотел этого он сам? Нет, ни разу, то есть он конечно хотел стать ученым, открывать новое, делится знаниями, но он это хотел делать свободно, в меру своих сил и желаний, не пытаясь превзойти кого-то и доказать что-либо.       Когда-то интересующее его занятие превратились в пытку.       Кажется он провалился в сон на пару минут, судя по скопившейся луже крови на холодном камне. Времени доползти до верха уже точно не осталось и он стал двигаться к клетке. Что собирается делать с ним волк уже было не важно, выбора в принципе не осталось, а умирать он уже не хотел, так что оставалось полагаться на помощь животного.       Почему-то организм чувствовал, что разделяющая их решетка помешает лечению, так что из последних сил он стал отпирать основную дверь, к счастью эта клетка имела своего рода предбанник, вначале открываешь одну дверь, закрываешь её, затем открываешь ещё одну дверь и уже попадаешь в клетку. И Диппер кое-как проделал все эти действия, ведь если волк каким-то образом сбежит, даже вылечив его, то всё равно придёт Форд и устроит парню настоящие похороны.       Волк на фоне что-то говорил, вздыхал с упрямости мальчишки сделать все защитные действия и наконец они оказались на одной территории. Золотой мог это делать всё из-за сделки казалось бы, ведь его укус повлиял на потерю крови и парень вот вот бы откинулся, но ох уж эти формальности, которые сам мальчишка хорошо продиктовал, а на слова волка практически забил и будто не думал, что условие не убивать очень расплывчато, да и причинение вреда такое же. Сайфер всегда оставляет себе такие окошки, чтобы сделка была выгодна ему полностью, не смотря на все желания второй стороны.       Но огонь внутри всё равно неприятно жёг. Странно. Волк был уверен, что смерть здесь посчитается только, если имеется чёткое желание убить, а не случайный кусь. Возможно, то, что мальчишка занимался демонической магией как-то сказалось, обидно конечно, но не так важно, ведь пока что мальчик будет оставаться жив, не смотря на сделку, ведь такого желание Билла.       Перед полным отключением сознания Диппер почувствовал как его подхватывают холодные руки. Он четко чувствовал прикосновение пальцев, как с него снимают одежду, разрывая её на лоскуты… Затем он чувствовал, как руку перевязывают теми же лоскутами, чтобы остановить кровь. А потом он всё же не выдержал, погружаясь в тьму, в пространство, где нет боли и достающих мыслей. Только покой.