Чужое небо
17 марта 2026 г., 09:47
Ост-Харбор не встречал гостей фанфарами. Он встречал их вонью гниющей рыбы, криками чаек и несмолкаемым гулом портовых кранов. Для Александра, чьи чувства теперь были обнажены до предела, город стал настоящим испытанием. Запахи сотен людей, специй, дегтя и сточных вод обрушились на него, заставляя виски пульсировать от напряжения.
Магнус шел рядом, низко надвинув капюшон. На нем был простой коричневый плащ, купленный у перекупщика на границе, но даже под грубой тканью он не мог скрыть своей грации. Через связь Александр чувствовал его оторопь - принц, выросший в стерильной тишине Цитадели, впервые видел настоящую толпу.
— Не поднимай глаз, — негромко бросил Александр, придерживая жеребца за поводья. — Здесь каждый второй — либо вор, либо ищейка на вольных хлебах.
Они остановились у постоялого двора «Хромая утка» на самой окраине. Здание выглядело так, будто держалось лишь на честном слове и нескольких слоях плесени. Внутри было не лучше: низкие потолки, закопченные стены и беты-матросы, переругивающиеся над кружками дешевого пойла.
— Одну комнату. Наверху, — Александр бросил на стойку медную монету.
Хозяин - толстяк с сальными волосами - прищурился, переводя взгляд с тяжелого меча Александра на хрупкую фигуру его спутника.
— Одну кровать на двоих? Или твой… «друг» предпочтет спать на полу?
Александр медленно наклонился вперед, и от него повеяло таким холодом, что трактирщик невольно отшатнулся.
— Одну. Комнату.
Когда за ними закрылась дверь каморки, Магнус наконец откинул капюшон. Комната была крошечной: узкое окно с видом на помойку и кровать, покрытая сомнительной чистоты одеялом.
— Значит, вот она – свобода? — Магнус горько усмехнулся, присаживаясь на край постели. Его руки всё еще мелко дрожали. — Запах пота и доски, пропитанные мочой?
Александр запер дверь на засов и подошел к окну, проверяя задвижку.
— Свобода – это не роскошь, Магнус. Это возможность выбирать, где тебе гнить. В золотой клетке или здесь.
Он обернулся и замер. Магнус стянул ворот плаща, обнажая шею. Метка на его бледной коже горела ярким багрянцем, выделяясь на фоне общей серости комнаты. Она пульсировала, связывая их, передавая Александру усталость и тихую панику принца.
— В этом городе… — Магнус коснулся укуса пальцами. — Я видел, как смотрят на других омег. На них надеты железные ошейники. Их ведут на цепях к кораблям. Александр, если они увидят это на моей шее… они решат, что ты мой хозяин. Что я - твоя собственность.
Александр подошел к нему и опустился на одно колено, оказавшись на уровне глаз Магнуса.
— Для этого мира ты мой раб. Для Империи ты - украденное имущество. Но для меня… – он взял руки принца в свои, чувствуя, как через связь в него вливается горечь Магнуса. — Для меня ты человек, за которого я готов сжечь этот город.
— Нам нужно спрятать её, — Магнус кивнул на метку. — И нам нужны деньги. Мои драгоценности слишком приметны, их нельзя просто продать здесь.
— Я найду работу, — отрезал Александр. — Завтра в порту собирают караван в глубь материка. Им нужны мечи, которые не задают вопросов. А тебе… тебе придется научиться быть незаметным. Стань бетой. Убери эту гордость из взгляда.
Магнус поднялся, расправляя плечи.
— Я научусь. Я выучил сотни гербов и родословных, Александр. Неужели я не выучу, как быть никем?
Они легли на одну узкую кровать, не снимая одежды. В эту первую ночь в чужой стране они не спали. Александр прислушивался к шагам в коридоре, сжимая рукоять меча, а Магнус слушал гудки кораблей в тумане.
Метка на шее принца медленно остывала, превращаясь из болезненной раны в тихий оберег. Но за стеной, в соседней комнате, один из постояльцев – невзрачный человек в сером – уже доставал пергамент, чтобы набросать описание рыцаря и его спутника. Ост-Харбор был слишком мал, чтобы долго хранить такие секреты.
