Завоеватель. История Императора.

      За башней черепов обустроили площадку для тренировок: сложили мешки с песком в виде круга. Внутри тренировались бойцы. Сейчас там проходило небольшое соревнование: билась пара бойцов, проигравший покидал круг, а победитель встречал нового соперника. Сражались на палках, имитирующих копья, только вместо острия был плотный мешочек, набитый сухим красящим порошком. Если тренировочное копьё касалось врага, оно оставляло красный след, подтверждающий удар. Бойцы сражались в белых полотняных штанах и рубахах, чтобы краска была хорошо заметна.       Сейчас в середине круга был сам Шао Кан, и к нему выходил уже не первый солдат. Вот противник сделал выпад копьём, Первый Советник шагнул в сторону и увёл вражеское оружие в землю, ударив своим. Сделал довольно подлую подсечку, выбив из-под противника ногу, и тот полетел на спину. Шао Кан резко прочертил копьём на животе солдата красную полосу.       – Убит! Вспорото брюхо! – прокричал судья и махнул следующим бойцам. Через преграду из мешком прыгнули сразу двое. «Убитый» поскорее отполз. Пара бойцов напала одновременно. Один совершил высокий прыжок – Шао Кан увернулся и задел красным мешочком второго, пока тот разворачивался, перенаправляя удар.       – Есть касание! Убит! – сразу же среагировал судья. – Ранение в живот! Первый, прокатившись по земле после прыжка, вскочил и резко развернулся – как раз под летящее копьё: мешочек по касательной задел его по лицу, оставив красную пыль в воздухе. Солдат закашлялся.       – Убит! Пробита голова! Шао Кан, глядя на растерянное лицо с красной отметиной, рассмеялся. Он сделал шаг вперёд – пойти подобрать своё копьё, но будто споткнулся – его ткнули промеж лопаток. Обернувшись, он увидел сразу троих солдат, одновременно ударивших копьями. По спине расходилось красное пятно.       – Господин Шао Кан убит – три копья в спину! – объявил судья. Первый Советник поднял руки и отошёл к краю арены, перелез через мешки. Трое солдат уже сражались между собой. Шао Кан пошёл к колодцу, стягивая на ходу рубаху.       – Эй, денщик! – крикнул он. – Постирай сразу, потом не отойдёт. Расторопный денщик принял одежду, а взамен протянул свиток:       – Мой господин, здесь послание. Гонец мне неизвестен, и не сказал, от кого сообщение. Шао Кан зачерпнул из ведра деревянным ковшом. Он забрал свиток и, одновременно глотая воду, взял бумагу за край и встряхнул, разворачивая таким образом. Послание оказалось пустым. Шао Кан уселся на траву, поставил рядом ковш, чтобы потом не спеша допить колодезную свежую воду. Подумав, кто мог прислать ему свиток, Первый Советник выбрал заклинание и повёл рукой, мысленно читая магические слова. На бумаге проступили символы: «Он подозревает тебя в измене. У него нет доказательств».       – Рановато, – негромко проговорил Шао Кан, сминая послание в кулаке. – Вот же старый чёрт…       Послание вскоре полностью подтвердилось – от Императора перестали приходить какие-либо приказы, а отчёты о проделанной работе оставались без ответа. Первый Советник не стал затягивать и отправился в Храм Короля драконов. На золотом троне его никто не ждал, и пришлось довольно долго ходить из стороны в сторону, пока дракон не соизволил появиться.       – Что случилось, Шао Кан? – недовольно спросил Онага, усаживаясь на трон. – Не помню, чтобы посылал за тобой.       – Дело касается меня лично.       – Слушаю, – равнодушно произнёс дракон.       – Ты избегаешь меня, – прямо сказал Шао Кан. – Я не получаю приказов. Я не в курсе твоих планов. Много ли проку от такого советника?       – Тебе не нужны приказы, ты ведь сам лучше всех знаешь, как поступить. У меня нет к тебе никаких претензий. Ступай, занимайся своей работой дальше.       – Я много какой, Онага, но точно не дурак! – отрезал Шао Кан, сверля его взглядом.       – А ещё ты слишком много себе позволяешь, – Император повысил голос. – Последний, кто дерзнул обратиться ко мне просто по имени, был убит на месте, и это случилось задолго до твоего появления среди смертных.       – Прошу простить, – Первый Советник опустился на колено. – Я… – он замешкался, подбирая слово. – Переживаю. И потому забыл про этикет.       – Переживаешь? – с саркастичной улыбкой переспросил Онага. – Ты? Я сомневаюсь, что твои способности переживать не сгорели в горниле войн, которые ты прошёл. Ты не переживаешь, а злишься – я это прекрасно вижу. Твоей злобы не скрыть даже под глухой маской, если бы ты такую напялил. Подойди и скажи, что конкретно тебе нужно?       – Ответь мне, повелитель, – потребовал Шао Кан, поднявшись на ноги. – Кто метит на моё место?       – Поверь мне, Шао Кан, никто не осмелился бы. Ты всегда видишь одних врагов вокруг, но их нет.       – Тогда за что я в немилости?!       – Ха-ха-ха!.. – Онага помотал головой. – Ко мне приходит мой подданный и злобствует, что его недостаточно жалуют! Очень уж ты злой, Шао Кан, твоим обществом трудно наслаждаться.       – Это общие слова, – процедил Первый Советник. – Должна быть причина.       – Шао Кан – умный и сдержанный, но как же ему трудно, когда что-то идёт не по его замыслу, и нельзя просто достать молот и поубивать всех, кто стоит поперёк дороги, а? – Онага подался вперёд. – Приходится изображать верного слугу, но лицо так и перекашивает от злости. Бедняга Шао Кан! Хе-хе.. Ты всё-таки воин, и не больше. Привык решать вопросы силой, а не разводить интриги. Я всё про тебя знаю. Читаю тебя, как открытую книгу. Лучше сразу признайся, что у тебя там за заговор. Я ещё настроен помиловать. Шао Кан молчал, но едва заметно прищурился. Он решал, точно ли Онага что-то знает, или блефует в надежде, что Советник сам себя выдаст. «Если бы он действительно знал, Первый Жрец был бы уже мёртв», – подумал Шао Кан, и тут же отметил, что старика, обычно стоявшего по правую руку ящера, в зале нет.       – Ну, давай, давай… – иронично проговорил Онага. – Твой ход, мой верный советник, твой ход…       – Мой господин желает говорить загадками: это его воля и право. Да, я злой. Я всегда таким был, я не отрицаю этого. Будь я другим, мне не удалось бы тащить на себе все управленческие обязанности. Я не знаю, чем провинился перед тобой, Император, и ты не желаешь говорить, так хоть укажи, как мне исправить то, что я по своему недомыслию мог нарушить. Онага с недовольным видом поёрзал в кресле, и Шао Кан понял, что поймать его в этот раз не удалось.       – Я не думаю, что ты правда видишь во мне предателя, – продолжил он. – Иначе не стал бы игнорировать меня столь откровенно.       – Докажи мне свою верность, – потребовал Император.       – Я сделаю всё, что прикажешь, – с готовностью отозвался Шао Кан.       – Это трудное и опасное дело, Шао Кан. Но ведь ты любишь, когда перед тобой стоят на коленях, – подумав с минуту, заговорил дракон. – Поставь на колени целый мир, Шао Кан, и ближе тебя у меня не будет слуг. Вернись ни с чем – и перестанешь быть моим советником.       – Или погибни, – добавил Шао Кан.       – Или погибни, да, – дракон удовлетворённо кивнул. Первый Советник задумался. Такого поручения он ещё не выполнял. Мир шоканов и кентавров был порабощён им, но только наполовину – начал это дело сам Император. В завоевании нового мира не было никакой необходимости, и Шао Кан подозревал, что это западня лично для него.       – Мой бравый полководец уже не так рвётся в бой? – насмешливо уточнил Онага. – А, Шао Кан?       – Что за мир? – спросил Первый Советник.       – Ватернус.       – Я должен подготовиться.       – Не затягивай, – кивнул Император. – Через неделю жду от тебя план действий. Шао Кан поклонился и вышел.       На улице, неподалёку от изумрудных ворот, Первый Жрец собирал какие-то растения. Первый Советник заметил его и молча подошёл – старик ни за что не вышел бы из недр горы просто так.       – Есть, что сказать? – спросил Шао Кан.       – Разве что притчу, – сказал жрец, не глядя на него.       – Валяй, – Первый Советник опёрся о скалу локтем и подпёр щеку кулаком.       – Ужасный демон требует от женщины полюбить его, но та не может, так как слишком боится. Там, где есть страх, там нет любви! Демон допытывается, что ему сделать, чтоб она полюбила его?.. Шао Кан недоумённо поморщился, и отнял от щеки руку, как бы спрашивая, что за ерунду несёт Первый Жрец.       – Женщина просит достать ей одну из лун с неба, – продолжал старик. – Думаешь, когда демон вернётся с луной, женщина полюбит его? Нет! Она отправит его за новой луной! Шао Кан вспылил:       – Ты пытаешься мне скормить дешёвые россказни вместо доклада?       – Нет! – Первый Жрец возмущённо посмотрел на Первого Советника. – Всюду уши! Требуется иносказание!       – Иносказание не равно чушь! Можно было придумать что-то получше, чем приплетать любовь и женщин, тебя мои дела с женщинами не касаются.       – Я говорил про твои дела с Онагой, – огрызнулся Первый Жрец. – Не хотел наступать на больную мозоль.       – Есть что по делу?       – Пока нет.       – Тогда проваливай! – Шао Кан махнул рукой, прогоняя старика, а сам открыл портал и шагнул в него.       Он вышел сразу в своих личных покоях в резиденции и уселся в кресло. Молча и незаметно вокруг него собрались три служанки, ожидая приказаний. Это были красивые внешнемирки с длинными волосами и большими глазами. Они жили в резиденции, и в отсутствие хозяина были совершенно свободны от каких-либо обязанностей.       – Господин, что-нибудь принести? – спросила одна.       – Нет, – хмуро ответил Шао Кан, глядя перед собой. Девушки переглянулись – хозяин не в духе. Он никогда не позволял себе срываться на них, но это лишь подчёркивало то, что Первый Советник – не человек, и он не ведёт себя, как обычный мужчина с обычными человеческими слабостями.       – Вот вы три, – вдруг сказал Шао Кан. – Вы же не боитесь меня? Девушки разом отвели глаза. Одна подняла указательный палец и постаралась угадать верный ответ:       – Э-э… Нет?.. – пальчик согнулся, служанка неосознанно втянула голову в плечи.       – Ну, конечно, – отозвался хозяин, не глядя на неё. – Именно поэтому ни одна из вас даже приласкаться не подойдёт, если не приказать. Все три сразу же прильнули к нему, будто по команде, но неискренность была очевидна.       – Оставьте меня, – потребовал Шао Кан.       …Глубокой ночью Карвус пошёл на кухню, так как не мог заснуть. Он подумал, что небольшой кусок хлеба с мясом мог бы улучшить ситуацию. В кухне горел свет, слышался негромкий женский смех. За столом сидели три служанки и чаёвничали. Карвуса они раздражали. По его мнению, они жили здесь, что называется, на халяву, и только зря коптили воздух.       – Где он у вас? – с порога спросил он. – Ведь точно не спит!       – Ну и пусть, его право, – отозвалась одна из служанок.       – Поел хотя бы?       – А ты его бабушка?       – За ним надо следить, вы не понимаете! – Карвус сделал себе бутерброд и подставил кружку – девушки налили ему чая.       – Карвус, на него как-то влиять можешь только ты, – проговорила одна из служанок. – Он жуткий.       – Он пожирает души, – мрачно добавила вторая.       – Какая вам разница? Не ваши ведь, – отмахнулся Карвус. – Давайте честно – вы содержанки, вы его должны облизывать с ног до головы, это курица, которая несёт вам золотые яица. Можно ведь позаботиться о ней? Правда?       – Это не человек, не мужчина. Я умею делать счастливыми мужчин. А это – что-то другое, он ведёт себя не по-человечески, – высказалась третья.       – Он научится. Ему просто нужно время. Да, не человек. Побольше пообщается со смертными, и научится, просто он всегда занят другими делами. У него важное задание, он уже сколько не спит из-за этого, его надо заставить, – Карвус достал поднос и начал собирать ужин для господина. – Где он сейчас?       – В библиотеке, скорее всего, – сказала девушка. Карвус подогрел густой суп, сделал несколько бутербродов и заварил в кружке снотворных трав.       – Разберите ему постель, чтобы пришёл и лёг сразу, окна занавесьте, чтоб было темно и тихо, – проговорил он.       – Хозяин не придёт, – одна из служанок покачала головой. – Он уже не первый день до утра работает. Карвус недовольно поджал губы, забрал поднос и вышел.       Шао Кан действительно нашёлся в библиотеке. На этот раз он изучал не столько книги, сколько донесения разведчиков, и делал пометки на карте. Заметив Карвуса, он спросил:       – Есть новости?       – Нет, господин, – маг поставил поднос на пустой стол. – Есть просьба поесть и пойти спать.       – Я не голоден, – Шао Кан снова уткнулся в карту.       – Голоден, – не уступил Карвус. – Я запрещу всем способствовать твоей работе, пока ты не поешь и не выспишься.       – Это что, ультиматум? – Первый Советник глянул исподлобья.       – Да, – кивнул маг.       – Я казню тебя, – сказал Шао Кан.       – Казни, но ты неправ. Я забочусь о тебе, раз ты сам этого не делаешь. Сядь, поешь, потом казнишь, – Карвус уселся за стол, подвинул поднос в сторону хозяина и спрятал руки в широких рукавах.       Шао Кан выбрался из-за стола с грудой бумаг и картой и подошёл к Карвусу. Тот смотрел совершенно спокойно, не боясь обещанной казни. Первый Советник вздохнул. Сел за стол напротив Карвуса и зачерпнул ложкой суп.       – Спасибо, – сказал Шао Кан.       – Ешь – и спать, – кивнул ему Карвус.       …Первый Советник пришёл в Храм Короля драконов с докладом. Перед изумрудными воротами он поднял голову и увидел Императора на каменном балконе Дракон нечасто выходил на улицу просто так, без особых причин. Шао Кан понял – его ожидают, даже высматривают с дороги.       Онага смотрел, как Шао Кан подходит. На дневному свету было особенно заметно, как осунулось и похудело его лицо, а под глазами легли тени.       – Как ты плохо выглядишь, Шао Кан! – сказал ему Император. – Ты пришёл сказать, что захват Ватернуса откладывается до твоего выздоровления?       – Нет. Я пришёл с докладом, как и было приказано. Онага повёл рукой, дескать, говори.       – Перед вторжением я проведу учения. Ватернус – сплошные горы, и там гораздо холоднее, чем у нас. Привычной битвы на равнине не будет. Нужно готовить солдат к высоте и тяжёлым условиям.       – Разумно.       – В Ватернусе есть привилегированное меньшинство – это вампиры. Они паразитируют на населении. Если их уничтожить, местные смертные будут к нам лояльны, и не нужно будет воевать с большинством жителей. Они пойдут под моё начало добровольно.       – Такая вероятность есть, согласен.       – Здесь – подробно, – Шао Кан показал книжный том, куда занёс все свои планы.       – Почитаю на досуге, – сказал Онага, забирая его. – Не забывай спать и есть. Разве так должен выглядеть бог войны? Шао Кан ничего не ответил, поклонился и ушёл. Спустившись с каменного балкона, он открыл портал во двор своей резиденции. Там, переминаясь с ноги на ногу от тревоги, его ждал Первый Жрец.       – Всё пропало! – старик сразу же кинулся к нему, заламывая руки. – Открой скорее портал обратно в Храм! Куда-нибудь... В безлюдное место, можешь в свою келью, где ты болел, помнишь её? Онага хватится меня с минуты на минуту! Я отпросился под надуманным предлогом!       – Рассказывай толком, – потребовал Шао Кан, открывая портал за его спиной.       – Не так ты умён, как про тебя говорят, Шао Кан! Онага перехитрил тебя и послал на смерть! Ты не вернёшься из Ватернуса! Там нет бога-защитника, но есть дракон, и вампиры приносят ему жертвы. Онага об этом знает, он сам рассказал мне о драконе! Он и вполовину не так разумен, как наш, но он крупнее, неуязвим к магии, летает и выдыхает адское пламя! В горах ты обречён, Шао Кан! Ты погибнешь, Онага посмертно объявит тебя героем и назначит нового, менее опасного советника. А я никогда не получу вечной жизни, которую ты мне обещал!       – Это ценные сведения, старик, – признал Шао Кан, мрачнея. – Спасибо.       – Я о себе забочусь! – воскликнул Первый Жрец и оглянулся на портал, готовый уходить.       – Как и каждый из вас. Ступай.       – Всё кончено! – решился Жрец. – Я не участ…       – А вот это ты брось, смертный! – Шао Кан схватил старика повыше локтя и удержал от бегства в портал. – Ты дождёшься меня из Ватернуса. И когда я дам знать, тебе нужно сделать только одно: создать со своими подручными барьер, чтобы Онага не смог уйти. – он отпустил Жреца и добавил: – Убивать его буду я сам.       – Сначала вернись из Ватернуса, – буркнул Первый Жрец, потирая плечо.       …Карвус тащил подмышкой тяжёлую книгу. Он очень торопился, бежал по лестницам наверх, в покои господина. Шао Кан уже на следующий день выдвигался в Ватернус, и важно было успеть сообщить ему важные новости. Маг достиг покоев, бегом миновал гостиную и, не успев отдышаться, застучал кулаком в дверь спальни.       – Зайди, кто там, – донеслось оттуда, и Карвус вошёл, на ходу раскрывая книгу на нужном месте.       По спальне были разложены вещи. Служанки складывали одежду вдвоём, третья, приобняв хозяина за пояс, показывала ему рубашку, спрашивая, брать её или оставить.       – Господин Шао Кан, просьба! – Карвус показал ему раскрытую книгу.       – Проси, – Первый Советник кивнул на рубашку, и служанка отошла свернуть и уложить её.       – Позволь сопровождать тебя в Ватернус!       – Я хочу оставить тебя за себя здесь. Чтобы был порядок.       – Мой повелитель! – Карвус поднял книгу повыше. – Я прочёл про Ватернус всё, что было для тебя найдено. Дракон! Те мифы о драконе Ватернуса – вдруг это не сказки? Я уверен, что он существует!       – Так и есть, дракон – не миф.       – Тогда я тем более не могу здесь остаться! – Карвус захлопнул книгу.       – Что ты можешь против дракона, Карвус? – устало спросил Шао Кан.       – Не знаю, но я пригожусь! Это очень опасно. Я знаю, что я пригожусь тебе там! Пожалуйста, возьми меня с собой!       – Иди, – хозяин сделал нетерпеливый жест, больше не желая слушать навязчивого слугу. Карвусу пришлось уйти.       Ближе к ночи в комнату мага пришёл сам Шао Кан. Карвус, приученный в Храме к аскетизму, разгулялся на полную – комната ломилась от одежды, мебели, сухоцветов, красивых безделушек и сладостей. Всё это магу, в общем-то, было не нужно. Однако ему нравилось жить противоположно тому, как он жил в Храме.       – Слушай, Карвус, я могу тебя взять. Но у тебя будет задание, – проговорил хозяин, и Карвус подскочил, готовый на что угодно. – Идём. Шао Кан повёл подручного далеко вниз, в подвал. Там была устроена лаборатория, куда никто, кроме хозяина, доступа не имел. Карвус впервые побывал в ней. Внутри стояло несколько столов, шкафы с различными реагентами, снадобьями и ингредиентами, а также большая вытяжка, выведенная из-под земли на поверхность.       Первый Советник подвёл мага к столу и показал на чёрный, закрытый крышкой котелок из глазурованной глины.       – Я возьму тебя с собой как личного лекаря, и ты будешь беречь всякие банки-склянки, и в том числе этот яд. Никто, кроме нас с тобой, не знает, что это за зелье. Держи язык за зубами.       – Будет исполнено, – Карвус принял от хозяина защитные очки, перчатки и тканевую повязку на лицо.       – Не вдыхай яд. Не прикасайся к нему. На внешнемирцах я ещё не пробовал, но захваченного разведчиками вампира он убил за секунды. Если я умру в битве с драконом, намажешь ядом оружие солдат.       – Один вопрос, повелитель, – Карвус облачился в защитные средства и взял в руки небольшой черпачок и щипцы. – Почему не пойти в бой сразу же с солдатами, и намазать ядом их оружие?       – Потому что я должен убить дракона сам. С Онагой у меня не будет армии. Я должен быть готов к битве один на один.       – Не одобряю такой риск, но молчу. Что я должен сейчас сделать?       – Перелить яд в удобную банку и подготовить его к транспортировке. Задача – не умереть до прибытия в Ватернус и не отравить никого по дороге.       – Постараюсь, мой господин. Ну и штуку ты сварил – от неё смертью веет за версту.