Коты Шрёдингера

      — На, пей, — скомандовал кэп, впихивая кружку в дрожащие руки мальчика. — И не вздумай сказать кому-то, что я тебе это отдал. Меня съедят.       Уолт сделал глоток и шмыгнул носом горячего концентрата, который пах чем-то отдаленно похожим на какао — жуткий дефицит, приберегаемый для особых случаев.       В его комнатушке веяло спокойствием и безопасностью. На койке смятое покрывало, на нём Уолт, поджавший к груди колени.       — Простите меня... — жалобно попросил он. — Я не хотел. Итан сказал, что это просто развалюха... А я... я просто не хотел его бросать одного. Он бы меня не бросил, я это знаю.       Капитан тяжело вздохнул и присел рядом, отчего кровать жалобно скрипнула. Он снял перчатки, открывая мозолистые, шрамированные руки.       — Знаю я, что это идея Итана. У него в голове вместо мозгов иногда пустые гильзы гремят. Но ты же умнее, — насупился он. — У тебя чуйка на опасность лучше, чем у половины моего отряда. Почему не дождался нас? Полез зачем?       — Не хотел стучать, — пояснил мальчик. Его зубы всё ещё постукивали. — Да и самому интересно стало. Я даже подумал, что вы будете гордиться нами, если мы что-нибудь найдем. И мы же нашли! Мы активировали ту штуковину!       — Не смей! — сорвался кэп. — Не смей говорить мне, что подобные глупости во благо! Это было ребячество, а не здравый поступок. И раз ты поступаешь как ребенок, то и наказывать я тебя буду соответственно!       Без вступлений, не церемонясь, капитан забрал у пацана кружку и перекинул его через колени. Пока Уолт потерял бдительность, прижал одной рукой поближе. Штаны не стянул, решил полегче.       — Значит так, — кэп шумно хлопнул ладонью по пыльным штанам Уолта. — Не вздумай на меня за это обижаться! — Хлоп! — Потому что заслужил, — Хлоп!       Уолт пискнул от очередного шлепка. Рука у кэпа была очень тяжёлой. Та самая — со шрамом на запястье — теперь опускалась на его зад. Снова и снова, шлепок за шлепком. Когда Уолт соскальзывал, стараясь увернуться от ударов, кэп ловко ловил его и прижимал обратно.       Он не маленький! Он не заплачет! Но всё-таки было горячо, и жар этот выбивал адреналин, от чего Уолтер захныкал и заколотил ногами.       — Не надо, ай! Бо-ольно-о, — жаловался он, но капитан продолжал.       Уолтер вцепился в штанину кэпа и стал сползать теперь носом вниз. Зад уже горел нестерпимо, не верилось, что рука на такое способна. И что его капитан на такое способен!       Кэп закончил так же внезапно, как и начал: дёрнул Уолта (на сей раз вверх) и усадил рядом, крепко обнимая за плечи. Чашку с какао вернул, вручил так настойчиво, как суют леденец ребенку после прививки.       — Слушай сюда, герой, — прорычал он. — Я тобой и так горжусь. Ты высидел в этой чертовой консервной банке и не сошел с ума. Но больше — никогда. Понял? Если Итан решится снова что-то учудить, ты бежишь ко мне и орешь так, чтобы сирены заглохли. Это не стукачество, ясно? Это спасение его дурной головы.       Уолт несмело улыбнулся и прислонился к плечу кэпа. По-хорошему стоило обидеться, но вместо этого пацан растрогался. Слёзы, которые он контролировал ещё минуту назад теперь полились ручьём, впитываясь в водолазку капитана.       — Я испугался, что вы нас не найдете, — пожаловался мальчик. — Что мы так и останемся там. Когда расщелина закрылась и всё стало красным...       — Я бы всю базу по винтику разобрал, Уолт, — тихо, но абсолютно серьезно сказал кэп. — Ты мне за семью, понял? И я не знаю, что сделаю с этим миром, если с тобой что-то случится. Поэтому не злись, когда я тебе чего-то не разрешаю и оставляю с гражданскими. Мы обязательно отомстим за всех, и за родителей твоих, и за Кейси. Но прошу тебя, не ценой жизни.