ПОП-ЗВЕЗДА

      Я могу вести себя как сумасшедший перед выступлением, но кайф после выступления того стоит. Брикс впервые видит меня таким. Я ценю, что он беспокоится за меня, но хочу показать ему, что со мной все в порядке. Особенно сейчас, когда выступление закончено.       Джейми протягивает мне все необходимое для выживания. Я пью воду, протираю руки, а затем съедаю пачку M&M's, и все это по пути обратно в гримерку.       Я бы больше всего на свете хотел уйти, но эта рекламная кампания с песней направлена на то, чтобы создать впечатление, что мы с Джеем настоящие друзья, поэтому нам нужно немного потусоваться после концерта и показаться на публике - с его мужем, конечно.       Эта песня может быть квир-гимном, но лейбл хочет убедиться, что основные СМИ изображают нас с Джеем как своего рода броманс между геем и его другом, а не как брошенных бывших любовников.       Все в Голливуде - иллюзия.       Всё.       Я падаю на диван и делаю еще один глоток воды. Кровь, бегущая по венам, полна бурлящей энергии, от которой потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя, но сидя я легко расслабляюсь и просто наслаждаюсь этим. Я позволяю кайфу захлестнуть меня.       Джейми маячит у двери.       - Иди, досмотри оставшуюся часть концерта, - говорю я.       Она тихонько вскрикивает.       - Спасибо, спасибо, спасибо.       - Стоит ли мне обижаться, что она больше любит моего бывшего, чем меня? – Шучу я... в основном.       Брикс улыбается мне.       - Мне больше нравится этот расслабленный Харли.              - Если ты останешься, когда я отправлюсь в свой следующий тур, тебе придется привыкать к другому Харли. Он появляется перед каждым концертом.       Брикс садится в кресло и кладет большую ногу на кофейный столик.       - Вопрос.       - Да, о мудрейший? Это будет еще один урок о ракурсах?       - Нет. Я просто хочу знать, когда в последний раз тебе было по-настоящему весело на сцене?       Я жестом указываю на дверь.       - Ты что, не видел меня там? Я был в ударе. Вот почему я это делаю.       - Это называется адреналин. Адреналин легко спутать с весельем. Как ты думаешь, почему все ребята из «Майк Браво» утверждают, что у них веселая работа? Из-за того, что в наших жилах течет так много адреналина, выживание становится захватывающим занятием. Но это все, чем мы занимаемся. Выживанием. И когда ты так об этом говоришь, это, ни хуя не весело.       Когда до меня доходят его слова, и я по-настоящему задумываюсь об этом, то замираю.       - Иногда я тебя ненавижу.       С тех пор как я ушел из «Одиннадцать», необходимость преуспевать возросла в десять раз. Чем больше на меня давят, тем выше отдача, когда я выступаю перед аудиторией, но какой ценой?       Стресс от всего этого превращает меня в хладнокровного мудака.       Нельзя отрицать, что последние два дня я вел себя как последний придурок. Необходимость выступать с Джеем усугубила это, но я должен быть в состоянии контролировать свое дерьмовое отношение. Особенно рядом с такими людьми, как Брикс и Джейми, входящими в мою команду. Они здесь, чтобы помочь мне.       Брикс торжествующе улыбается.       - Ненавидишь меня за то, что я указал тебе на то, что ты несчастлив?       - Да! Кто так делает? Позволь мне жить в моей забывчивой депрессии.       Брикс смеется.       - Извини, но в чем-то я прав.       - И в чем?       - То же самое я пытался сказать тебе о писательстве. Ты слишком сильно на себя давишь. Тебе нужно успокоиться и наслаждаться всем этим. - Он обводит рукой комнату. - Это все для тебя. Потому что ты потрясающий. Твои песни влияют на жизнь и вдохновляют людей. Твое творчество любят миллионы.       Я машу ему рукой, чтобы он продолжал, но, возможно, он путает это с тем, что я подзываю его к себе.        Он встает.       - Ты потрясающий, Поп-звезда. Ты знаешь это.       Его ноги останавливаются рядом с моими, так что он стоит прямо передо мной.       Его гигантский член, обтянутый черными брюками, прямо здесь. Прямо на уровне глаз. У меня были мечты о нем. По-настоящему возбуждающие, заставляющие дрочить, сны.       Он не должен подходить так близко ко мне, когда я так возбужден.       Я хочу, чтобы он снова был у меня во рту. В моей руке. Может, в моей заднице, но, учитывая, какой он большой, не уверен, что мне это понравится. И я все еще хочу этого.       Я поднимаю на него взгляд.       - Помню одно особенно веселое время, которое было недавно.       - Да? - спрашивает он.       - Знаешь, я могу использовать свой рот не только для пения...       Я обхватываю его ногу и притягиваю к себе.       Его руки опускаются на диван по бокам моей головы, и он нависает надо мной. От него пахнет пряным одеколоном и крутизной. Я прекрасно понимаю, что технически это не запах, но он идеально описывает Брикса.       - Я по личному опыту знаю, какой у тебя талантливый рот.       - Это было супер весело.       Я тянусь к его ремню, но он останавливает меня.       - Если мы сделаем это снова, пути назад не будет. На этот раз мы не можем забыть о логике и прочем дерьме.       - Мы не забудем.       - Опять этот тик. - Он проводит пальцем по ямочке на моей щеке. - Я серьезно, Харли. Я не хочу ходить взад-вперед, танцевать «горячо-холодно». Если я поцелую тебя еще раз, то не смогу оставаться сильным.       Это трудная сделка, но в пылу страсти я готов на нее пойти.       Я хватаю его за рубашку и притягиваю ближе, так что наши губы оказываются всего в нескольких дюймах друг от друга.       - Не будь сильным. Никаких сожалений.       Я точно не знаю, на что соглашаюсь. Просто секс? Много секса? Обычная интрижка с моим телохранителем? Не уверен, что это сработает. Но прямо сейчас я не собираюсь подвергать это сомнению.       Парням ни в коем случае нельзя позволять заключать соглашения, когда на кону стоит секс. Они, скорее всего, продадут свои души.       Брикс слегка приподнимает уголки губ.       - Будет совсем не так, как в прошлый раз.       - Оу?       Он мягко прижимается губами к моим губам, но по мне все равно ударяет с такой силой, что перехватывает дыхание.        Но прежде чем я успеваю подготовиться, Брикс вырывается.       Это было целомудренно. Слишком быстро. Я полагаю, он сомневается.       - Нет, не надо. Никаких сожалений. Обещаю.       Он целует меня в щеку.       - Не заходи слишком далеко.       Если я и думал, когда делал ему минет, что лицо Брикса, было незабываемым, то это ничто по сравнению с тем, как Брикс встал передо мной на колени.       Я ерзаю на диване, опускаясь все ниже и придвигая свою задницу ближе к краю.       Сильные руки Брикса скользят по моим бедрам, но он не делает попытки подняться выше.       Я разочарованно хмыкаю, что заставляет Брикса улыбнуться.       - О, хочешь, чтобы я что-нибудь сделал?       - Ты знаешь, чего я хочу, - ворчу я.       - Я военный. Мне нравятся приказы.       - Ладно. Ммм... - Отличное начало, Харли. - Расстегнешь мне штаны?       - Уверен? - Брикс усмехается. - Прозвучало скорее как вопрос, чем приказ.       Я прочищаю горло.       - Расстегни мои штаны.       Должно быть, это звучит лучше, потому что он немедленно это делает. Медленно.       Действительно. Блядь. Медленно.       - На самом деле у нас нет времени на такую медлительность. В сете осталось всего несколько песен.       Брикс поднимает на меня взгляд, его темные глаза сияют.       - Не думаю, что слышал приказ.       Я провожу пальцами по его коротким волосам.       - Поторопись и достань мой член.       - Мм, так лучше.       Мое лицо вспыхивает, и я не сомневаюсь, что краснею. Дело не в том, что я не уверен в себе в постели. Я знаю, что мне нравится. Но у меня было всего два парня. Один из них работал в индустрии, когда мне только исполнилось восемнадцать и «Одиннадцать» добились успеха. Мы оба знали, что это такое, и между нами не было никаких чувств. А потом появился Джей. Украденные, мимолетные моменты, когда мы скрывали нашу любовь.       Я не девственник, но у меня точно нет опыта в таком деле - указывать партнеру, что делать.       Мой член высвобождается, и Брикс выжидающе смотрит на меня. Слова «Отсоси мне» слетают с губ требовательно и уверенно. Мне кажется, я звучу как идиот, но Брикс облизывает губы и стонет. Думаю, ему, правда, нравится, когда им командуют.       Опустив голову, он начинает мягко, томно двигаться по мне. Я тяну его за волосы.       - Сильнее.       Он слегка надавливает и обводит языком мой твердый член.       - Вот так.       Руки Брикса неподвижно лежат на моих бедрах, но при этом они ерзают, как будто хотят что-то сделать, но им не разрешено.       - Воспользуйся руками. Прикоснись ко мне.       С прерывистым вздохом Брикс запускает одну руку мне под рубашку, а другую - в джинсы, чтобы обхватить яйца.       Я запрокидываю голову.       - Больше. - Брикс продолжает, не меняя темпа.       Дерьмо. Мне что, нужно быть более конкретным?       - Больше всего.       Это сенсорная перегрузка, когда он засасывает меня глубже и сжимает мошонку прямо на границе удовольствия и боли.       - Блядь, Брикс.       Он мычит со мной во рту.       Я не могу этого вынести. По спине у меня пробегает жар, а во рту пересыхает.       - Я... Я...       Его рот медленно продвигается вверх по моему стволу, одним резким движением засасывая его, пока не обхватывает только головку. Рука на животе опускается ниже и обхватывает член, сильно сжимая.       Он поднимает голову.       - Могу я гпроглотить? Я, например, в целях профилактики недавно сдавал анализы, а ты?       - Тоже. Ну, не в профилактике дело, потому что, знаешь, если СМИ узнают... но я сдавал анализы.       Брикс неодобрительно морщит лоб. Я начинаю хорошо это понимать.       Прежде чем мы успеваем продолжить этот суперсексуальный разговор о профилактике венерических заболеваний, он еще раз поглаживает мой член, и разговор прекращается. Он возвращается к своему занятию. Мне требуется две десятых секунды, чтобы забыть обо всем этом, потому что Брикс хорош как в том, как давать советы, так и в том, чтобы показать мне ракурс.       Прошло так много времени с тех пор, как кто-то прикасался ко мне ртом, что я удивлен, что еще не сорвался. Но я близок к этому. Очень близок.       Ноги дрожат, и я толкаюсь Бриксу в рот. Он стонет и просовывает руку себе между ног, обхватывая ладонью свою эрекцию, пытаясь подавить ее.       Головка моего члена упирается Бриксу в горло, и этого достаточно. Белый жар застилает мне глаза, у меня кружится голова.       - Ебааать. - Мой член пульсирует. Брикс глотает сперму, его горло сжимается вокруг моего члена.       Я задыхаюсь, он вылизывает меня дочиста, пока я больше не могу этого выносить и не приказываю ему остановиться. Я израсходовал все.       Брикс встает, и я тянусь к нему, но у меня руки как ватные, так что вместо этого, как бы лениво, тычу в него пальцем. Наверное, мне следовало бы попытаться убрать свой член, но... это усилие.       - На колени. Сядь, - выдыхаю я.       В следующую секунду он оседлал меня. Его большое тело практически раздавило меня, но мне все равно. Его губы оказались совсем рядом с моими губами, касаясь уголка.       - Я сказал, что мне нравится, когда приказывают, а не когда обращаются как с собакой.       Я игнорирую его слабый протест.       - Поцелуй меня.       - У меня вкус спермы во рту.       - Это моя сперма, так что мне все равно.       - О, как мило.       - Заткнись и поцелуй меня уже.       Брикс смеется.       - Брикс, - ною я.       Он крепко целует меня.       На вкус он как секс, и это заставляет меня желать большего. Я хочу снова взять его член в рот. На этот раз я хочу попробовать его всего на вкус.       Брикс обхватывает мой затылок, и его язык переплетается с моим.       Я уже собираюсь потянуться к его ремню, когда дверь в комнату распахивается. В тесном помещении раздается хорошо знакомый мне голос.       Глубоко знакомый. Думаю, концерт окончен.       - Харли, что за нах... - Джей, Сорен и Джейми застыли в шоке.       Брикс спрыгивает с меня, и только тогда я понимаю, что мой член все еще торчит из расстегнутых штанов.       - Черт, - шиплю я и быстро прячу его.       - О, мои глаза! - театрально вскрикивает Джейми. - Мои невинные, невинные глаза.       - Пфф, невинные, - говорю я.        Она разыгрывает представление.       - Я уже упоминала, как сильно люблю свою работу? Хотя, если бы ты подождал еще несколько секунд, я могла бы сделать снимок и продать его, например, за пенсионные деньги.       Брикс хмурится, но я тяну его за руку.       - Она шутит. - Я чувствую на себе пристальный взгляд Джея и быстро убираю руку с руки Брикса. Я встаю. - Ммм...       Джей поворачивается к своему мужу, стоящему рядом.       - Ладно, ты был прав. Эта песня не обо мне.       Сорен улыбается и обнимает Джея за плечи. Когда-то, давным-давно, мое сердце разбилось бы при виде такого, но сейчас я не чувствую... ничего. Я знал, что постепенно забываю о нем, но до этой самой секунды не был уверен, достиг я этого или нет.       - Я знаю, тебе трудно это принять, - говорит Сорен Джею. - Мир не вращается вокруг тебя.       Джей сильно толкает Сорена локтем, но Сорен смеется.       - Даже если эта песня была адресована не мне, лейбл разозлится, потому что подумает, что это не так. Это подольет масла в огонь слухов обо мне и Харли.       Черт возьми, он прав.       Я провожу рукой по волосам.       - Черт. Я как-то не подумал об этом. Это должно было быть шуткой между мной и... - Я смотрю на Брикса.       - Это не будет выглядеть так, - говорит Джей.       - Да, я знаю. Я все исправлю. Обещаю. Завтрашние заголовки не будут ничего говорить о нас с тобой.       - Лучше бы им этого не делать. Наконец-то, я выхожу из твоей тени, Харли.       Я даже не могу разозлиться, потому что в его словах есть резон. Я не продумал все до мелочей, когда мы были вместе, и знаю, что сдерживал его. Вместо того, чтобы его группа выступала сама по себе, я оставил его на разогреве у «Одиннадцать» по своим эгоистичным причинам.       Это было подло.       - Мне, правда, жаль. Я исправлю это прямо сейчас. Наверное, нам лучше не придавать это публичной огласке на вечеринке.       - Ни хрена, - усмехается Джей и бросает взгляд на Брикса. - Но, очевидно, у тебя здесь уже своя вечеринка. - Он пытается скрыть свою самоуверенность, которая мне так нравилась, но, как обычно, у него ничего не получается.        - Джей, это Брикс. Брикс, это Джей Джексон из «Радиоактив». Он, вроде как, важная персона, но ты об этом не догадываешься. - Я смотрю на Джея и собираюсь рассказать о том, как мы с Бриксом познакомились, еще одному человеку, потому что это обязательно делать со всеми, кого он встречает, но он меня перебивает.       - Вы, парни, поете «Тройное разочарование». Мне нравится эта песня.       - Ты что, издеваешься? - Визжу я.       Брикс подмигивает мне.       - Мудак.       Взгляд Джея мечется между нами.       - Брикс? В смысле, как построенный брикетный сортир? Подходит.       Конечно, мы думаем одинаково. Прежний я придал бы этому значение, но если погоня за Джеем чему-то меня и научила, так это тому, что они с Сореном такие сплоченные люди, какими кажутся на первый взгляд. Они буквально обозначены хэштегом Сладкая парочка.       И у меня... интрижка с сотрудником.       Блядь.       Джей улыбается мне.       - Несмотря на все неприятности, что это нам принесет, это было отличное шоу. Спасибо, что пришел.       - Всегда пожалуйста. - Я киваю ему. - И я все исправлю. Обещаю.       Уходя, Джей показывает мне поднятый вверх большой палец, без сомнения, одобряя мой выбор. Это неловко, но, эй, он старается. И мы договорились поддерживать друг друга, быть вежливыми и все такое прочее, даже если между нами не все в порядке. И, вероятно, никогда не будет.       Мы причиняли друг другу боль - возможно, я причинил ему больше, - но эта боль не проходит, как бы ты ни старался жить дальше. Я не понимаю тех людей, которые пытаются стать настоящими друзьями с бывшим. Дружелюбными, конечно, но друзьями? Может, я и забыл Джея в романтическом плане, но все равно это странно.       Как только Джей и его муж выходят за дверь, я сбрасываю маску уверенности в том, что смогу исправить эту очередную ошибку.       Брикс чувствует мое напряжение и приближается.       - Харли...       - Мне нужно позвонить Гидеону. - Я подхожу к стойке, где заряжается мой телефон.       Черт, у меня уже шесть пропущенных звонков от Гидеона.       Когда я перезваниваю, он отвечает после первого же гудка.       - Ты облажался.       Причем во многих смыслах.       - Знаю. Давай немного разберемся с ущербом.       - Сейчас я связываюсь с представителем лейбла.       Вот и прошел остаток моего вечера.       

***

       - Нам обязательно нужно придумать что-то вроде печально известной формулировки осознанное расставание, чтобы все говорили о нас, - говорит Ева.       Она проходит через нашу гостиную и садится рядом со мной на диван, все еще в шелковой ночной рубашке, которую всегда надевает перед сном.       Я делаю глубокий вдох.       - Если я еще недостаточно поблагодарил тебя за это, я продолжу говорить. Спасибо тебе.       После вчерашнего концерта, на котором мы перешли в исправь это режим, моя команда пришла к выводу, что мне нужно написать песню об Эве – «Прощай».       Мы отправились прямиком в аэропорт и вернулись домой, как только нам разрешили вылететь. Мы прилетели час назад на рассвете.       - Мы всегда так планировали. - Эва берет меня за руку. - Мы просто... движемся вперед. Если мы сможем изобразить это так, будто мы оба сейчас слишком заняты и расстаемся неохотно, песня обретет больше смысла. И, возможно, мы могли бы остаться друзьями без лишних домыслов.       - Я знаю, это не то, что мы изначально собирались делать. - Предполагалось, что мы все спланируем должным образом, но теперь, в последнюю минуту, мы делаем это вполсилы, чтобы скрыть факт, что я тупица.       - Это все равно сработает без особых последствий для нас обоих, - говорит Эва.       - Люди подумают, что ты разбила мне сердце, и я влюблен в тебя по уши.       - Люди всегда так думали. Ты идеальный парень, помнишь?       Да. Идеальный.       Я медленно перевожу взгляд на Брикса, который сидит в кресле в другом конце комнаты. Он притворяется, что не слушает, но я знаю, что это не так.       Очевидно, у нас не было времени переварить то, что произошло прошлой ночью.       Снова. После того, как мы сказали, что этого не произойдет.       Люблю попадать впросак.       Мы сказали, что в этот раз все будет по-другому. Никаких сожалений.       Я совсем не жалею об этом, и если бы зависело от меня, я бы прямо сейчас подошел к нему и попросил обнять меня, потому что знаю, с ним мне станет легче.       Но я не знаю, хочет ли он этого. Может, то, что он сказал вчера вечером, было сказано сгоряча, а сегодня он снова беспокоится о своей работе.       Мне нужно будет поговорить с ним об этом, но следующие несколько дней будут безумно насыщенными. Папарацци будут постоянно следить и за Эвой, и за мной. И на следующей неделе я должен начать запись в студии.       - Хорошо, так что же мы можем использовать, чтобы это было похоже на осознанное расставание без полного плагиата? - Спрашивает Эва.       - Целенаправленно... разрывать отношения. - Я пожимаю плечами. - Я не знаю. Разве мы не можем просто сказать, что сейчас мы оба движемся дальше и сосредотачиваемся на своей карьере?       Гидеон и Джейми входят в дом с готовым завтраком.       - Насколько там все плохо? - спрашиваю я.       - На улицах полно папарацци, - говорит Джейми.       Вчера вечером представитель лейбла опубликовал официальное заявление о том, что мы с Эвой расстались. Нам просто нужно решить, что сказать нашим поклонникам напрямую.       Эва что-то набирает на своем телефоне, и я предполагаю, что она пишет черновик, но затем она говорит:       - Осознанное расслоение.       - Нет, - одновременно говорим мы с Гидеоном.       - Лучше говорить простым языком, - говорит Гидеон. - Кроме того, если вы будете изображать Криса Мартина и Гвинет Пэлтроу, люди подумают, что вы слишком стараетесь.       - Но это привлечет внимание, - говорит Эва.       - Подожди, пока не попытаешься выйти отсюда. - Гидеон указывает на улицу. - Внимания и так более чем достаточно.       Мы составляем краткое заявление, в котором расплывчато говорится, что мы всегда будем любить друг друга и останемся друзьями. В нашем случае это правда. Я действительно по-своему люблю ее, и мы хорошие друзья, но, как и при всех расставаниях в Голливуде, люди увидят то, что хотят увидеть.       Наш разрыв вот-вот станет достоянием общественности, и мы ничего не будем предпринимать по-настоящему.       Взгляд на нашу жизнь под микроскопом только что стал более пристальным. Я снова перевожу взгляд на Брикса.       Я хочу быть взрослым человеком и сказать ему, что он свободен от ответственности, что знаю, что мой образ жизни слишком сложен, но я слишком слаб. Особенно когда дело касается любви... ну, потенциальной любви. Два минета не равно любовь. Похоть, прелюбодеяние и желание большего количества оргазмов, конечно. Но не любовь.       Даже если он единственный, кто понимает, что идеальный парень, каким меня все видят, далек от истины.       Правда в том, что я марионетка лейбла, и всегда им был.       При таких темпах я всегда им буду, потому что не знаю, как вырваться на свободу и сохранить все, ради чего работал.