Дом, который построил Графф

--- Утро. Квартира после погрома. Антон проснулся первым. Тело ломило, голова кружилась, а к горлу подкатывала противная тошнота. Он списал это на стресс последних дней — столько всего случилось, что организм просто не выдерживал. Рядом спал Арсений. Даже во сне его лицо было напряжено, брови сведены, губы сжаты. Антон осторожно провёл пальцем по его щеке, разглаживая морщинки. — Всё будет хорошо, — прошептал он. — Мы справимся. Рыжик, устроившийся в ногах, поднял голову и требовательно мяукнул. — Тихо, рыжий, — шикнул Антон. — Дай поспать. Но Рыжик не унимался. Он подполз к Антону, ткнулся носом в его живот и замурчал громче обычного. — Чего ты? — удивился Антон. — Есть хочешь? Сейчас покормлю. Он осторожно выбрался из кровати, стараясь не разбудить Арсения. Головокружение усилилось, пришлось схватиться за стену. — Странно, — пробормотал он. — Наверное, просто не выспался. Он покормил Рыжика, налил себе воды и сел на кухне, глядя в окно. За стеклом занимался рассвет — серый, питерский, но такой привычный. — Тоша? — в дверях появилась заспанная Олеся в пижаме с единорогами. — Ты чего не спишь? — Не спится, — признался Антон. — Голова кружится, тошнит немного. Олеся насторожилась. Она подошла ближе, вглядываясь в его лицо. — Тоша, а когда у тебя последний раз была течка? — Что? — Антон покраснел. — Олесь, какая течка? Ты о чём? — Я о том, что после того, что вы с Арсом вытворяли в последнее время... — она многозначительно подняла бровь. — Ты проверял свой цикл? Антон замер. Он действительно не проверял. Столько всего случилось, что он просто забыл. — Думаешь?.. — выдохнул он. — Я ничего не думаю, — Олеся покачала головой. — Но карты... карты вчера показывали что-то новое. Я не поняла тогда, а сейчас... — Олесь, не нагоняй страху, — перебил Антон. — Это просто стресс. Я поем, и всё пройдёт. — Ешь, — согласилась Олеся. — Но имей в виду: я чувствую что-то. Что-то важное. --- Через час квартира напоминала муравейник. Люди Сергея грузили вещи, Олеся носилась с сумками, Макс пытался поймать Рыжика, который возмущённо орал на весь дом. — Рыжик, не брыкайся! — увещевал его Макс. — Мы на базу едем, там безопасно. — Он не понимает, — хихикнула Олеся. — Для него база — это новая территория, которую надо завоевать. Арсений стоял в стороне, отдавая последние распоряжения. К нему подошёл Антон. — Арс, — тихо сказал он. — Можно тебя на минуту? — Да, малыш. Что такое? — Я... — Антон замялся. — Я не знаю, как сказать. Я, наверное, просто переволновался. Но меня тошнит с утра. И голова кружится. Арсений мгновенно напрягся. — Тошнит? Давно? — Только сегодня. И вчера вечером немного. Наверное, стресс. — Димку попрошу посмотреть тебя на базе, — твёрдо сказал Арсений. — Пусть проверит. — Арс, не надо, — застеснялся Антон. — Я же говорю, просто стресс. — Малыш, я не хочу рисковать, — Арсений обнял его, прижимая к себе. — С тобой всё будет хорошо. Я прослежу. Антон вздохнул и кивнул. Спорить было бесполезно. --- База встретила их привычным запахом металла, пота и кофе. Люди с уважением здоровались, провожали взглядами Антона и Олесю. — Тоха! — Костя подбежал первым. — С возвращением. Слышал, у вас там весело было. — Весело — не то слово, — хмыкнул Антон. — Рыжика не урони. Костя бережно принял переноску с котом. Рыжик, почувствовав смену обстановки, притих и только таращил глаза на новые стены. — Ему тут понравится, — пообещал Костя. — У нас мыши есть. — Только не говорите ему про мышей, — засмеялась Олеся. — А то он охотиться начнёт, а мы потом лови. Их разместили в жилом блоке — несколько комнат для гостей и важных лиц. Антону досталась та самая, где они с Арсением провели свою первую течку. Он вошёл и замер. — Та самая? — тихо спросила Олеся, заглядывая через плечо. — Она, — кивнул Антон. — Сколько всего с тех пор изменилось. — Много, — согласилась Олеся. — Но главное не изменилось: вы любите друг друга. А остальное приложится. Антон улыбнулся и обнял её. — Спасибо, что ты есть. — Я всегда рядом, Тоша. Карты сказали. --- Вечер Арсений метался по базе, как тигр в клетке. Он проверил посты охраны, лично обыскал каждый угол, отдал сотню распоряжений. Люди шарахались от него, чувствуя исходящую ярость. — Арс, остынь, — Сергей поймал его в коридоре. — Ты всех распугаешь. — Я хочу, чтобы здесь было безопасно, — отрезал Арсений. — Чтобы ни одна мышь не проскочила. — Здесь безопасно, — заверил Сергей. — Мы всё проверили. Свои люди, своя территория. Егор сюда не сунется. — А если сунется? — Тогда мы его порвём, — спокойно сказал Сергей. — Ты же знаешь. Арсений кивнул, но напряжение не отпускало. Антон сидел в своей комнате, гладил Рыжика и пытался успокоиться. Тошнота прошла, но оставила после себя странное ощущение — будто внутри что-то изменилось. Что-то важное. — Рыжик, — прошептал он коту. — Ты чувствуешь? Рыжик поднял голову, посмотрел на него своими жёлтыми глазами и снова ткнулся носом в живот. Замурчал громче. — И я чувствую, — выдохнул Антон. — Только не понимаю, что. В комнату вошёл Дмитрий с медицинским чемоданчиком. — Антон, Арс сказал, тебя посмотреть надо. Что случилось? — Ничего страшного, — Антон махнул рукой. — Просто тошнит с утра, голова кружится. Наверное, стресс. Дмитрий прищурился. — Точно только стресс? А цикл ты отслеживаешь? Антон покраснел до корней волос. — Дим, ты серьёзно? — Абсолютно, — Дмитрий сел рядом. — После той ночи, что вы устроили на крыше... я же видел, в каком ты состоянии потом был. Организм омеги — штука тонкая. И если после такой течки... — Дим, хватит! — взмолился Антон. — Я не могу думать об этом сейчас. У нас тут война, псих-маньяк, камеры в доме, а ты про... — Про то, что в твоём животе может расти новая жизнь, — закончил Дмитрий. — И это, между прочим, тоже важно. Даже важнее. Антон замер. Рыжик довольно замурчал, будто подтверждая слова Дмитрия. — Ты думаешь?.. — выдохнул Антон. — Я ничего не думаю, — Дмитрий покачал головой. — Но давай договоримся: как только эта заварушка закончится, ты сдашь анализы. А пока — береги себя. Меньше нервов, больше отдыха. — Легко сказать, — усмехнулся Антон. — С такими-то нервами. — Я знаю, — Дмитрий похлопал его по плечу. — Но ты сильный. Вы оба сильные. Справитесь. Он вышел. Антон остался сидеть, глядя на Рыжика. — Рыжик, — прошептал он. — А вдруг?.. Рыжик только мурчал в ответ. --- Поздний вечер. Арсений ворвался в комнату, когда Антон уже задремал. Тот вздрогнул, подскочил. — Арс? Что случилось? — Я уезжаю, — отрывисто сказал Арсений, хватая куртку. — Куда? — Антон вскочил. — На ночь глядя? — В Комарово. Егора брать. — Один? — Антон побледнел. — Арс, ты с ума сошёл! Нельзя одному! — Я не один, я с ребятами, — Арсений не смотрел на него. — Серёжа уже собирает группу. — Зачем? — Антон подбежал к нему, схватил за руку. — Зачем сейчас? Ночь, неизвестность, ты злой, уставший... — Затем, что он может уйти! — рявкнул Арсений, вырывая руку. — Затем, что он знает, где мы теперь! Затем, что он видел тебя! Слышишь? Он видел тебя голым, видел, как я люблю тебя, видел всё! И я не могу ждать ни минуты! — Арс, пожалуйста, — Антон пытался успокоить его, но голос дрожал. — Не надо сейчас. Давай завтра, с планом, с людьми... — Завтра будет поздно! — А если он ждёт тебя? — выкрикнул Антон. — Если это ловушка? Если он хочет, чтобы ты пришёл один, без защиты? — Пусть хочет, — Арсений усмехнулся. — Я ему покажу. — Арс! — Антон загородил дверь. — Я не пущу! — Антон, отойди, — голос Арсения стал ледяным. — Нет! — Отойди, я сказал! — Нет! Я не дам тебе убиться из-за меня! Если с тобой что-то случится, я... я не переживу! Арсений замер. Секунду они смотрели друг на друга, тяжело дыша. — Ты не понимаешь, — тихо сказал Арсений. — Я не могу сидеть здесь, зная, что он где-то рядом. Что он дышит одним воздухом с тобой. — А я не могу сидеть здесь, зная, что ты лезешь в пасть к зверю, — ответил Антон. — Ты — моя жизнь. Если тебя не станет, мне ничего не нужно. — Малыш... — Нет, послушай, — Антон взял его лицо в ладони. — Я люблю тебя. Больше всего на свете. И я не хочу тебя потерять. Пожалуйста, не делай глупостей. Давай вместе. С планом. С умом. Арсений закрыл глаза. В груди боролись ярость и любовь, желание убивать и желание защищать. — Ты даже не представляешь, как я боюсь за тебя, — прошептал он. — Представляю, — ответил Антон. — Потому что я боюсь за тебя так же. Он потянулся и поцеловал Арсения. Медленно, нежно, вкладывая всю свою любовь. — Останься, — прошептал он в перерыве между поцелуями. — Пожалуйста. Хотя бы на сегодня. — А если он... — Никаких "если", — перебил Антон. — Завтра мы всё придумаем. Вместе. А сегодня... сегодня я хочу, чтобы ты был со мной. Арсений вздохнул и сдался. Обнял Антона, прижал к себе, уткнулся носом в макушку. — Ты меня угробишь своей добротой, — прошептал он. — Зато живым, — улыбнулся Антон. Они стояли так долго, пока напряжение не отпустило. Рыжик, наблюдавший за этой сценой с кровати, одобрительно мурлыкнул и отвернулся. — Пойдём спать, — сказал Антон. — Ты уставший, я уставший. Завтра новый день. Завтра мы что-нибудь придумаем. — Ладно, — сдался Арсений. — Но если что... — Если что, я первый полезу его бить, — пообещал Антон. — У меня Рыжик в союзниках. Рыжик согласно мяукнул. Арсений фыркнул и улыбнулся. --- Ночь. Они лежали в обнимку в той самой кровати, где когда-то всё началось. Антон прижимался к Арсению, слушая биение его сердца. — Арс, — прошептал он. — Ммм? — Я хочу тебе кое-что сказать. Но не сейчас. Когда всё закончится. — Что? — Арсений приподнялся на локте. — Скажи сейчас. — Нет, — Антон покачал головой. — Сначала пусть всё успокоится. А потом... потом я скажу. Это важное. — Ты меня пугаешь, — нахмурился Арсений. — Не бойся, — улыбнулся Антон. — Это хорошее. Очень хорошее. Он прижался щекой к груди Арсения и закрыл глаза. Рука сама собой опустилась на живот, туда, где, возможно, уже зарождалась новая жизнь. — Я люблю тебя, — прошептал он. — И я тебя, малыш. Больше жизни. Рыжик, устроившийся у них в ногах, довольно заурчал. В комнате было тихо и тепло. За стенами базы шумел ночной город, где-то в Комарово бесновался одержимый маньяк. Но здесь, в этой комнате, было их маленькое убежище. И их маленькая тайна. Которая скоро станет явью.