Дом, который построил Графф

--- Утро перед УЗИ. Антон проснулся раньше обычного. Солнце только начинало золотить каналы за окном, а он уже лежал с открытыми глазами, глядя в потолок и поглаживая округлившийся живот. Рядом спал Арсений — разметавшись по подушке, расслабленный, с едва заметной улыбкой на губах. Рыжик устроился у него в ногах и довольно посапывал. — Малыш, — позвал Антон тихо. — Ты спишь? — Ммм? — Арсений мгновенно открыл глаза — привычка хищника, всегда быть начеку. — Что случилось? Тебе плохо? — Нет, всё хорошо, — Антон улыбнулся. — Просто не спится. Волнуюсь. — Из-за УЗИ? — Ага. Арсений придвинулся ближе, обнял его, положил руку на живот. Малыш тут же толкнулся — уже привычное приветствие. — Здравствуй, маленький, — прошептал Арсений. — Сегодня мы узнаем про тебя побольше. — Или про неё, — поправил Антон. — Или про неё, — согласился Арсений. Они помолчали, слушая тишину и редкие звуки просыпающегося города. — Арс, — вдруг сказал Антон. — А кого ты хочешь? — В смысле? — Ну, альфу или омегу? Ты же наверняка думал об этом. Арсений задумался. По лицу его пробежала тень, потом появилась мягкая, почти мечтательная улыбка. — Знаешь, малыш... я думал. Много думал. — И? — Я хочу омегу, — тихо сказал Арсений. — Маленького, нежного, хрупкого... Чтобы я мог его носить на руках, защищать от всего мира, лелеять... Чтобы он знал, что папа всегда рядом, всегда заступится, всегда согреет. Антон удивился. — Правда? Я думал, альфы всегда хотят альф. Наследников, продолжателей рода... — Это для других, — покачал головой Арсений. — Для меня неважно. Но знаешь, почему я хочу омегу? Потому что они больше любят родителей-альф. Статистика, исследования... Омеги сильнее привязываются к отцам. Они больше времени проводят с ними, больше доверяют, больше нуждаются в защите. — То есть ты хочешь, чтобы ребёнок от тебя не отлипал? — усмехнулся Антон. — Хочу, — серьёзно ответил Арсений. — Хочу, чтобы он знал: папа всегда рядом. Чтобы я мог обнимать его, целовать в макушку, водить за руку в школу, читать сказки на ночь... Чтобы он не боялся ничего в этом мире, потому что у него есть я. Антон смотрел на него и чувствовал, как сердце наполняется любовью. — А если альфа? — спросил он. — Тогда буду любить не меньше, — пожал плечами Арсений. — Просто он будет быстрее учиться самостоятельности. Альфы другие. Они раньше отрываются от родителей. Но я всё равно буду рядом. Просто... чуть больше на расстоянии. — Ты удивительный, **Арсик**, — прошептал Антон, целуя его. — Это ты удивительный, — ответил Арсений. — А теперь вставай. Нам пора. --- Кабинет УЗИ. Дмитрий встретил их с улыбкой. Он уже подготовил всё оборудование, на мониторе горел приветственный экран. — Ну что, будущие родители, готовы? — спросил он. — Готовы, — выдохнул Антон, ложась на кушетку. — Волнуетесь? — Ужасно, — признался Антон. Арсений сел рядом, взял его за руку. Вторая рука привычно легла на плечо — поддержка. Дмитрий нанёс гель, приложил датчик к животу. На экране появилось знакомое уже изображение — маленький комочек, который за прошедшие недели заметно подрос. — Так, — начал Дмитрий, водя датчиком. — Сердце бьётся отлично, вот оно, видите? Ручки, ножки, головка... Всё в норме. Развивается хорошо. Антон выдохнул — первый страх прошёл. — А теперь, — Дмитрий сделал паузу, — я вижу кое-что интересное. — Что? — напрягся Арсений. — Помните, я говорил, что по анализам у Антона повышенный уровень ХГЧ? Это иногда бывает при многоплодной беременности. — Многоплодной? — переспросил Антон непонимающе. — То есть, — Дмитрий улыбнулся, — у вас не один малыш. Тишина. Такая глубокая, что было слышно, как гудит аппарат. — Как это — не один? — выдохнул Арсений. — А вот так, — Дмитрий развернул экран так, чтобы им было лучше видно. — Смотрите. Вот один малыш. А вот — второй. На экране действительно было два маленьких комочка. Два бьющихся сердца. Два набора ручек и ножек. Два. — Боже, — прошептал Антон. — Боже мой, **Арсик**, ты видишь? Арсений не отвечал. Он смотрел на экран, и по щекам его текли слёзы. — Двое, — выдохнул он. — У нас будет двое. — Да, — подтвердил Дмитрий. — И я даже могу сказать, кто именно. По анализам крови и по некоторым признакам... У вас будут мальчики. Один альфа, один омега. Антон замер. Потом повернулся к Арсению. — Ты слышишь? Альфа и омега. У нас будет и тот, и другой. — Я слышу, — Арсений прижался лбом к его лбу, не в силах сдерживать слёзы. — Малыш... малыш, я... у меня нет слов. — У меня тоже, — всхлипнул Антон. Они обнялись прямо на кушетке, не обращая внимания на гель на животе, на аппаратуру, на Дмитрия, который деликатно отвернулся, давая им эту минуту. — Я люблю тебя, — шептал Арсений. — Я так люблю тебя. Спасибо. За всё. — И я тебя, Арсик, — отвечал Антон. — За всё спасибо. Дмитрий тихо кашлянул. — Я распечатаю вам фотографии, — сказал он. — И дам направления на дальнейшие обследования. А вы пока... привыкайте к мысли, что вас теперь четверо. — Четверо, — эхом повторил Антон. — Плюс Рыжик. — Пятеро, — поправил Арсений, и они рассмеялись сквозь слёзы. --- База. Они ещё не успели вернуться, а новость уже облетела всю базу. Дмитрий, конечно, не удержался и поделился с Олесей, а Олеся... Олеся была Олесей. Когда машина подъехала к особняку, их встречала толпа. — Тоша! — закричала Олеся, бросаясь к нему. — Тоша, это правда?! Двое?! Мальчики?! Альфа и омега?! — Правда, — улыбнулся Антон, едва успев подхватить её в объятия. Олеся завизжала так, что, кажется, в соседних домах посыпалась штукатурка. — Я буду тётей двоих! — кричала она. — Я им такие карты раскину! Они у меня будут самыми счастливыми! Макс стоял рядом и довольно улыбался. — Поздравляю, Тоха, — сказал он, пожимая руку Антону. — Ты молодец. — Я тут не один старался, — засмеялся Антон, кивая на Арсения. Костя подошёл с огромным букетом цветов. — Тоха, это от всех наших, — сказал он. — С двойным пополнением! Мы теперь за всеми вами присматривать будем. За четырьмя. — За пятерыми, — поправил Антон. — Рыжика не забывайте. — Рыжик в почёте, — кивнул Костя. Сергей хлопнул Арсения по плечу. — Ну что, Графф, — сказал он. — Дождался. Теперь у тебя целая армия. — Армия, — улыбнулся Арсений. — Моя армия. Дмитрий стоял чуть поодаль, наблюдая за этой картиной. — Дим, иди сюда! — позвал Антон. — Это и твоя заслуга. — Моя? — удивился Дмитрий. — Ты же нас лечил. Ты же всё проверял. Без тебя бы ничего не было. Дмитрий смутился, но подошёл. — Ладно, — сказал он. — Принимаю благодарность. Но дальше сами. Я только подсказывать буду. Вечером устроили небольшой праздник. Олеся притащила торт, Костя — шампанское (для себя, Антону сок), Макс — музыку. Они сидели в гостиной нового особняка, смеялись, болтали, строили планы. — Им нужны имена! — объявила Олеся. — Красивые, особенные! — Мы подумаем, — пообещал Антон. — Альфу назови в честь Арса! — предложила Олеся. — Арсений-младший? — скривился Антон. — Слишком сложно. Его же звать как-то надо. — Арсик-младший, — улыбнулся Арсений. — А омегу? — продолжала Олеся. — Может, в честь Тоши? Антон-младший? — Тошка-маленький, — засмеялся Антон. — Бред. — Ладно, придумаете, — махнула рукой Олеся. — Главное, чтобы любили. — Будут любить, — твёрдо сказал Арсений. — Обязательно будут. --- Вечер. Когда гости разошлись, они остались вдвоём в новой спальне. Рыжик уже оккупировал кресло и довольно жмурился. Антон лежал на кровати, положив руки на живот. Арсений сидел рядом, гладил его по голове. — Устал? — спросил он. — Немного, — признался Антон. — Но это приятная усталость. — Ты не представляешь, как я счастлив, — вдруг сказал Арсений. — Когда Дим сказал про двоих, у меня сердце остановилось. — У меня тоже, — улыбнулся Антон. — Я думал, это шутка. — Не шутка. Реальность. Антон взял его руку и положил на живот. Малыши тут же отозвались — толчок, ещё один, будто переговаривались. — Слышишь? — прошептал Антон. — Они тоже рады. — Слышу, — Арсений наклонился и поцеловал живот. — Привет, маленькие. Я ваш папа. Жду не дождусь, когда вы появитесь. — Ещё пять месяцев, — напомнил Антон. — Долго. — Быстро пролетит. Вот увидишь. Они замолчали, слушая тишину. За окнами мерцали огни города, каналы отражали звёзды. В особняке было тепло и уютно. —Арсик, — позвал Антон. — Ммм? — Я тоже счастлив. Очень. Спасибо тебе. — За что? — За то, что ты есть. За то, что спас меня тогда. За то, что любишь. За то, что подарил мне эту жизнь. — Это ты мне подарил жизнь, — ответил Арсений. — До тебя я просто существовал. С тобой — живу. Они поцеловались — долго, нежно, счастливо. Рыжик, наблюдавший за ними с кресла, фыркнул и отвернулся. Люди, вечно они эти нежности... --- На следующее утро Арсений уехал на базу по делам. Антон остался в особняке с Олесей — они планировали выбирать ткани для детской. Олеся, как всегда, болтала без умолку, показывала образцы, обсуждала, какой цвет лучше для альфы, а какой для омеги. — Альфе нужен голубой, — рассуждала она. — А омеге розовый. Или персиковый. Или... — Олесь, — перебил Антон. — Давай не будем делить по цветам. Пусть будет всё вместе. — Ну, как скажешь, душечка. В дверь позвонили. — Я открою, — сказала Олеся и упорхнула. Антон остался в гостиной, перебирая образцы. Через минуту Олеся вернулась. Лицо у неё было странное — растерянное и одновременно настороженное. — Тоша, — сказала она тихо. — Там к тебе пришли. — Кто? — Не знаю. Какой-то омега. Красивый. Спрашивает Арсения. Антон нахмурился. — Арса нет. Скажи, чтобы позже пришёл. — Я сказала. Он говорит, что подождёт. Что ему нужно с тобой поговорить. — Со мной? Антон поднялся, чувствуя, как внутри зашевелилось нехорошее предчувствие. Малыши толкнулись — будто тоже почуяли неладное. — Ладно, — сказал он. — Пусть заходит. Олеся вышла и через минуту вернулась с незнакомцем. Это был омега. Высокий, стройный, с идеальной укладкой, дорогой одеждой и надменным выражением лица. Красивый — да, но красотой холодной, искусственной, как у куклы. — Здравствуй, — сказал он, оглядывая Антона с ног до головы. Взгляд задержался на животе, и в глазах мелькнуло что-то похожее на зависть. — Ты, наверное, Антон? — Да, — ответил Антон, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — А вы? — Я Даниэль, — омега улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. — Мы с Арсением... знакомы. Давно. Очень близко знакомы. Олеся рядом напряглась. — Арса нет, — повторила она. — Приходите позже. — Я подожду, — Даниэль сел в кресло, закинул ногу на ногу. — Мы с Антоном пока поболтаем. Познакомимся поближе. Всё-таки мы теперь... почти родственники. — Что вы имеете в виду? — спросил Антон, чувствуя, как холодеют руки. — Ну как же, — Даниэль прищурился. — Мы с Арсением раньше встречались. Он был моим альфой. Пока не бросил меня ради... — он обвёл Антона взглядом, — ради тебя. В гостиной повисла тишина. Антон почувствовал, как малыши забеспокоились внутри — толчки стали сильнее, тревожнее. — Тоша, — Олеся шагнула к нему. — Может, тебе присесть? — Я в порядке, — выдохнул Антон. — Даниэль, я не знаю, что у вас было с Арсом в прошлом. Но сейчас он со мной. У нас семья. У нас дети. — Вижу, — Даниэль скользнул взглядом по его животу. — Как интересно... Двойня, говорят? Альфа и омега? Прямо как в сказке. — Откуда вы знаете? — насторожилась Олеся. — Слухи разносятся быстро, — усмехнулся Даниэль. — Особенно такие сочные. Он встал, подошёл ближе. Антон невольно отступил, прикрывая живот рукой. — Не бойся, — усмехнулся Даниэль. — Я не кусаюсь. Просто хотел посмотреть на ту, на того, из-за кого меня бросили. Ты даже не представляешь, сколько мы были вместе. Сколько я для него сделал. А он... променял на какого-то мальчишку из провинции. — Уходите, — твёрдо сказала Олеся, вставая между ними. — Сейчас же. — О, у нас тут защитница, — Даниэль засмеялся. — Ладно, я пойду. Но мы ещё увидимся, Антон. Обязательно увидимся. Он направился к выходу, но у двери обернулся. — Передай Арсению, что я вернулся. И что я не собираюсь просто так сдаваться. Он мой. Был моим и будет. Дверь закрылась. В гостиной повисла мёртвая тишина. Олеся бросилась к Антону. — Тоша! Тоша, ты как? Садись! Дыши! Антон сел на диван, чувствуя, как дрожат руки. Малыши толкались, требуя внимания, успокоения. — Я в порядке, — прошептал он. — Просто... кто это был? — Какая-то бывшая дрянь, — выдохнула Олеся. — Не бери в голову. Арс тебя любит, это же видно. — Я знаю, — Антон кивнул. — Знаю. Но почему он не рассказывал? — Может, не считал важным? — Или считал, что я не пойму? Олеся обняла его. — Тоша, не накручивай себя. Ты беременный, тебе нельзя волноваться. Сейчас Арс вернётся, и вы поговорите. — Да, — выдохнул Антон. — Поговорим. За окном светило солнце, но в душе у Антона поселилась тень. Тень из прошлого, которая грозила омрачить их счастье. ---