Шёпот запретной любви

Тэмин оглядывается по сторонам. Он прижимает к себе сумку, чувствуя липкие взгляды, что будто бы неотрывно следят за ним. В королевстве Эллазион, где магия была вне закона, а страх овевал души простых людей, вечера становились особенно тяжелыми для тех, кто обладал даром. Ночь заставляет сердце Тэмина биться быстрее, он понимает, что каждую секунду рискует быть пойманным. Глухие слухи о казнях и пытках, о тех, кто когда-либо использовал магические силы, сжимают его сознание в тиски страха. Дар видения мучает так некстати, и мертвые души, желающие внимания, тянуться к нему, словно растения к солнцу. Тэмин внимательно смотрит по сторонам, стараясь не привлекать внимания. Темные улочки его города изгибаются, как змеи, каждая тень обостряет ощущение опасности. Лунный свет робко пробивается сквозь облака, косаясь мокрых булыжников, делая их блестящими, но одновременно пугающими. Тэмин невольно охватывает плечи руками, словно это может защитить его от невидимых глаз, следивших за каждым шагом. Тэмин думает о своем сыне — маленьком Юнги, который даже не понимает до конца, как опасен мир вокруг них. С каждым днем Тэмин ощущает, как страх становится частью его жизни, какова бы ни была его любовь к сыну , он не мог защитить его от безжалостных законов королевства. И надеяться, что Юнги не унаследует дар было бы глупо. С каждым днем малыш видит больше чудес, может больше, понимает глубже. Но Тэмин боится потерять своего ребенка, поэтому держит его поодаль. Когда Тэмин оборачивается, чтобы убедиться, что за ним никто не следит, его сердце замирает: кажется, в тени стоит фигура. В голове звучат шепоты — это может быть стражник, часовой, искатель магов, кто угодно. Он сжимает кулаки, пересиливая волнение, стараясь двигаться дальше. Если он дойдет до дома, если они смогут просто провести ночь в безопасности, то завтра он попробует уйти подальше от этого проклятого места. Он надеется на крошечное чудо, о котором никто не должен знать. Сердце его стучит в унисон со страхом, но сила любви к сыну придает ему смелости двигаться вперед, даже когда мир вокруг кажется полным тьмы. Но у Тэмина есть надежда — пока он не забыл о ней, они будут живы. Тэмин захлопывает дверь их маленького домика и плотно закрывает на несколько замков. Парализующий страх сковывает тело, и Тэмин на всякий случай подпирает дверь еще стулом. — Папочка? — Юнги топает босыми ножками по деревянному полу и сжимает единственную игрушку в руке. Тэмин закусывает губу, смотря на потрепанную куклу и штанишки не по размеру и корит себя за то, что не может дать сыну достойную жизнь, — Я сварил тебе картошку, а ты не пришел. — Солнышко мое, — Тэмин разувается и подходит к восьмилетнему сыну. Тэмин опускается на колени перед малышом и обнимает его, — Прости. Я обязательно ее съем, та-ак голоден. Но папочке нужно работать, ты же знаешь. — Кому ты помогал? — спрашивает любопытный малыш и прижимается к папе, вдыхая его аромат. Тэмин пахнет теплом и заботой, и малыш успокаивается. — Лечил одного очень хорошего мальчика, — Тэмин поднимает сына на руки и несет в кровать, ведь тому давно пора спать. Он укладывает Юнги в кровать, смотрит в его светлые глазки, что время от времени выдают его натуру, меняясь, и улыбается. Тэмин выглядывает в окно и снова видит ту жуткую фигуру, которая навеивает страх. Тэмин снимает с шеи кулон-талисман и надевает на сына, — Юнги, ты же помнишь, где лежит сумка с нужными вещами? — Малыш кивает, зевая. Тэмин с трудом сдерживает слезы и вновь оборачивается к окну, — И помнишь хижинку, где мы живем летом? Помнишь, как туда дойти? — Юнги снова кивает и ладонью сжимает кулон, что раньше папа носил, не снимая, — Я тебя очень люблю, сынок. Больше всех на свете. Если ты проснешься завтра, а меня не будет, то бери сумку и беги туда, ладно? Пообещай... — И я тебя люблю, папа. Обещаю. Но зачем мне туда идти без тебя? — спрашивает малыш, едва держа глаза открытыми. Тэмин не отвечает. Тэмин ждет, пока Юнги засыпает, а после проверяет нужную сумку, кладет туда все деньги, что есть в доме, вещи на первое время, все готовые лекарства и свой дневник. Дневник, который Тэмин заполнял все восемь лет, чтобы Юнги знал, как правильно себя вести с собственными способностями. Тэмин садится на пол и медленно скручивает свечи, прокалывает палец и капает свою кровь. Омега медленно читает заклинание, передавая Юнги все свои способности, ставит над ним защиту, на которую способен. Юнги снятся странные вещи, а на утро он просыпается один. Кровь папы осталась на деревянном полу. А его кровь на кровати. ~ ~ ~ Юнги просыпается в холодном поту от сна. Он судорожно сжимает кулон ладонью, и чувствует, как пару соленых слез капают по щекам. Юнги редко снятся сны – особенность колдунов. Но когда снится прошлое – значит скоро произойдет что-то важное. Юнги чувствует, как глаза начинают пульсировать, и понимает, что метка лезет наружу. Омега сегодня никуда не собирается, поэтому накладывать новые чары не спешит. Юнги спрыгивает с кровати и идет к воде. Он касается посветлевшего шрама в области груди и натягивает рубаху. Омега умывается, когда слышит сильный стук в дверь. Животина издает напуганные звуки, а Юнги, что сегодня не был готов принимать гостей, сжимает рукоять ножа и идет к двери. В дверь стучат еще раз, и омега вскидывает бровь, прислушиваясь. — Я один, прислуга осталась в отдалении,— тихо говорит знакомый голос за дверью, — Юнги, открывай. Юнги отворяет дверь и учтиво кланяется. Знакомый омега еще раз осматривается и заходит в ветхое жилище, пугаясь шума от зверья. Он проходит и снимает плащ с головы, пальчиками убирает прядки волос от лица. Гость усаживается на стульчик, едва ли не на самый краешек неудобного предмета. Юнги неловко мнется, подходит к омеге, не зная, что ему предложить. — Мой принц, Вам опасно приходить ко мне так часто, и к тому же одному, — Юнги чешет затылок и осматривает господина. — Но ты мне нужен, Юнги, — принц наклоняет голову вбок и выставляет ладонь, — Ты мне можешь погадать? — Принц Сокджин, что Вы хотите узнать? — Юнги садится рядом и зажигает красные свечи, уже зная вопрос. — Посмотри, будет ли тот, кто сердцу мил, моим мужем? — Сокджин легко краснеет, не называя его имени. Но разве утаишь свои мысли от ясновидящего? Юнги берет его теплую ладонь в свои холодные руки, и Сокджин слегка вздрагивает, не привыкший к холоду чужой кожи. Джин поднимает взгляд на колдуна и пугается его магических глаз. Они притягивают и манят, и у Сокджина путаются мысли. Юнги смотрит на него и под нос читает заклинания, заставляя свои глаза измениться до человеческих. Сокджин словно отмирает и, облизнув пухлые губы, ждет, что ему скажешь Юнги. Юнги осматривает ладонь принца, читает по ней его судьбу, улыбается своим же мыслям, потом грустнеет, и снова улыбается. У колдуна происходит это непроизвольно, но Сокджин пугается. — Прибудет Ваш будущий супруг с деловым визитом к королю, а там уж от него зависит, примет ли он предложение о Вашем браке. — Скажи еще: что он обо мне думает? — просит Сокджин, переживая о своем любимом. Юнги снова глядит в ладонь омеги, но на самом деле вглядывается в душу. Юнги отстраняется и переливает воду в миску. Омега крутит свечи в ладонях, собирает их в плотную скрутку и поджигает. Сокджин смотрит, как завороженный, а Юнги капает воском в воду, тихо повторяя себе под нос имя: — Ким Намджун. Ким Намджун. Сокджин вздрагивает от полюбившегося имени, что в слух называть боится. Король соседних земель, желанный альфа всплывает в памяти. Сокджин вспоминает его голос, манеры, мужественный вид. Сокджин мечтает ощупать его мышцы ладонями, прыгнуть ему в объятия и ощутить поцелуи на своем теле. Омега даже не понимает, откуда взялась эта тянущая привязанность, симпатия. В каждом движении принца ощущается волнение, словно в воздухе витает нежный аромат весенних цветов. С первого взгляда, когда Сокджин увидела короля Намджуна, его сердце пропиталось волшебством. Его уверенные шаги, сильный взгляд и мягкая улыбка пробудили в омеге чувства, о которых он не смел мечтать. Ведь удел принца – выйти за любого удобного кандидата для династии. Сердце принца забивается быстрее, когда он вспоминает о Намджуне. В его глазах Сокджин видит нечто большее — нежность, силу, и даже немного грусти. Но вместе с этим счастьем приходит и тяжесть. Принц чувствует, как страх заполняет его грудь. Тэхен, брат, король, всегда был защищающим и заботливым, но что, если он не примет сокджиновы чувства? Что, если его решение будет непреклонным, и омега навсегда останется лишь мечтой о любви, закрытой в замке своего сердца? Каждая мысль о том, что его желания могут быть отвергнуты, заставляет Сокджина вздрагивать. Он мечтает о дне, когда сможет встать рядом с милым королём, когда их руки соединятся, и они смогут взглянуть друг на друга, не зная преград. Но пока в нем борются надежда и страх, он продолжает оставаться в тени, словно райская птица, ожидающая, когда же её освободят из клетки. Принц знает, что должен действовать, но как открыться брату и попросить его благословения на то, что может измениться навсегда? Его надежда, как тонкий свет в мрачном коридоре, ведёт Джина вперед, даже когда на сердце тяжело от сомнений. — Ему нравятся ваши письма, принц, — внезапно говорит колдун, задувая свечу. Сокджин, что о их переписке никому не говорил, сжимается, чувствуя, как к щекам приливает краска, — Ненаглядный мой, — произносит Юнги, а у Сокджина намджунов голос в ушах, — Он Вами очарован. Но не признает. Однако, при своем визите он проявит к Вам нечто... приятное. И Вы все поймете. — Спасибо! — Сокджин улыбается, слыша столь приятные слова. Он поднимается и достает из кармана плаща мешочек с золотыми, оставляет его на столе, но Юнги отодвигает ближе к господину, — Не отказывайся. Если бы хорошо жил – дом выглядел бы иначе. Я пойду. Юнги провожает завсегдатого гостя этого дома и прикрывает за ним дверь. Да уж, день начался не по плану. Юнги копается в собственных воспоминаниях, пытаясь посчитать, как давно к нему ходит принц. Эта опасно для них обоих: для него, как мага, что могут выманить из дома, и для принца, что не имеет права выходить на границу государств ради запретной магической помощи. Юнги кормит животину и рассматривает свое жилище. Да, надо бы немного исправить обстановку. Но Юнги за тринадцать лет жизни в этом скромном домишке уже слишком привык. Омега тащит стул к полке, поднимается на него и стаскивает самую важную книжку из всех. Дневник папы, что Юнги изучил со всех сторон, желая понять то, с чем он остался. Обложка дневника потрепанная и старая, страницы пожелтели. Но для Юнги этот предмет, наравне с кулоном, имеет особую важность. Омега листает страницы и цепляется глазами за надпись «гадание на себя». Юнги закусывает губу, и захлопывает дневник, оставляя его в покое. Хотелось бы заглянуть в будущее, понять, что он живет не зря. Но вдруг там не будет ничего хорошего. И как Юнги жить дальше, зная о никчемности собственной судьбы? Омега завтракает пресной картошкой, оставшейся с ужина и думает о том, как давно не ел мясо. С охотой у Юнги не ладилось: жалко было живых зверюшек убивать. Омега поглядывает на мешочек золотых, но машет головой. Нельзя так бездумно тратить деньги, не так у него их и много. Юнги выглядывает в окно, проверяя погоду. Омега сам себе кивает, надевает теплую шкуру, хватает сумку с лекарствами на продажу и пресной булочкой на обед и выходит из дома. Юнги медленным шагом подходит к деревянному столбу, что служит указаниям направления. Колдун стоит на пересечении трех государств Эллазиона, Джалиси и Титура. В двух из них колдунов не любят, но все равно жители к Юнги за помощью бегает. Омега опасается, но идти в единственное нейтральное не хочет, что-то внутри так тянет в сторону Эллазиона. А Юнги привык прислушиваться к своим ощущениям. Юнги ступает в сторону ближайшей деревушки. Местные жители его уже знают, охотно покупают баночки и травы, иногда просят посмотреть кого. А иногда и что похуже. Птицы щебечут, лесные жители шуршат в кустах, а дорожка превращается в узенькую тропинку. Юнги замечает куст с яркими ягодами и улыбается, ускоряет шаг, желая отведать что-то сладкое. Но омегу сносит с ног, и он падает на колени. Руками Юнги цепляется за землю, а в глазах стоит образ альфы, что падает со своего коня. ~ ~ ~ Тэхён, облаченный в богатую охотничью одежду, сшитую из бархата и украшенную золотыми вышивками, с полным воодушевления смотрит на просторы леса, простирающегося перед ним. Очарование весеннего дня терзают легкие облака, подобные нежной пелене, окутывающей землю. Ветер, как шепот невидимых духов, пробегает сквозь кроны деревьев, приносит с собой ароматы хвои и свежей земли. Свита короля плотным кольцом окружает его, однако Тэхён не слышит их разговоров, не видит Чонгука, что пытается его догнать, не осознает атмосферу, ведь внутри стойкое желание поймать добычу первым. А впереди мелькает силуэт оленя, грациозно пересекающего поляну. Тэхёново сердце наполняется азартом — он упреждает своих спутников и, достав стрелу из колчана, накладывает ее на арбалет, целится и мчится на своем скакуне. Лошадиные копыта стучат по земле, создавая ритм, звучащий как оркестр охоты, а король ощущает, как кровь бурлит в его жилах, а ветер играет с его волосами. Тэхён отрывается от своей свиты, погружая себя в бесконечную зеленую бездну леса. Впереди, среди деревьев, мельчает оленя тень, и с каждым шагом он приближается к своей цели. Приближается, охваченный одной лишь мысли о победе. Но острие этой жажды разрывает тишину леса — звук арбалета, нежданный и резкий. Внезапно Тэхён ощущает резкую боль в плече — как будто всевозможные звезды взорвались внутри него. Взглянув вниз, он видит, как стрела, жадно впившись в его плоть, продолжает свой путь, пронзающая кожу наружу. В сердце его проносится ужас — движение становится неуправляемым, лошадь, пока что верная, неожиданно начинает подкашиваться, и равновесие теряется. В момент, как он, словно медленно падающий лист, сваливается с коня, время кажется застывшим. Голова стукается о землю, и мир вокруг него начинает тускнеть. Тэхён не слышит своих приближенных, не чувствует тепло солнца, пронизывающей его тело. Все вокруг медленно уходит в темноту, и лишь сердце продолжает биться — тихо и слабо, принимая последний аккорд этой охоты. Юнги, наевшись ягод, собирает их в маленький платочек, чтобы отнести домой. Грех не воспользоваться такой удачей. Глаза начинают сильнее пульсировать, напоминая о своей сущности, но омега отмахивается, не желает пока их скрывать и тратить на это крупицы своей энергии. Слишком громкий свист стрелы, рассекающий воздух, бьет по ушам. Юнги слышит гулкое падение и ступает вперед. Альфа из видения лежит на боку, а его скакун устремляется вдаль. Юнги бросает ягоды, и бежит к мужчине, которого проткнули стрелой. Альфа без сознания, и омега его медленно осматривает, касается шелковых волос, убирая со лба. Его лицо искажено гримасой боли, и омега, поддаваясь импульсу, начинает что-то шептать.