Макиавеллизм

"История не из приятных. В ней есть насилие. И жестокость. Но "некрасивые" истории, тоже имеют определенную ценность, я полагаю. Всё, как вы прекрасно знаете (прожив в этом мире достаточно долго, чтобы и самим кое-что понимать), не всегда может оставаться белым и пушистым".  

(с) Кейт ДиКамилло.

 

Возвращение к истокам. 

  Маленький младенец быстро моргал мокрыми от холодных октябрьских ветров ресницами. Это была мрачная ночь, и он уже чувствовал себя измотанным до костей, став свидетелем смерти своих родителей. Он продолжал слышать отголоски победного хохота безумного волшебника, пока его родители падали замертво. Он поморщился от резкой боли на лбу, где, как он был уверен, еще саднила и, возможно, немного кровоточила свежая рана его будущего шрама. Он еще долго лежал на пороге дома Тисовой улицы, прислушиваясь к тихим звукам ветра и размышляя о каждом моменте, который привел его сюда. Была тихая ночь, но холодная, слишком морозная для его маленького тела, чтобы выдержать это дольше.    Гарри Поттер переложил свои маленькие ручки, ухватившись за письмо, которое оставил ему Альбус Дамблдор для тети Петуньи, объясняя ситуацию. Неуклюжими крошечными пальчиками он открыл его и прочитал содержимое. Он презрительно усмехнулся и смял письмо в руках. Поднял взгляд на темное небо и глубоко вздохнул. Он закрыл глаза и сосредоточил ту малую часть энергии, что у него осталась, на том, чтобы уйти глубоко в себя. Сцена сменилась, и он обнаружил себя в своем прежнем взрослом теле, стоящим в просторном белом пространстве.     «Смерть», — позвал он сущность.    Темная сущность материализовалась перед ним, клубы дыма обретали более плотную, телесную форму. Жуткое воплощение, и, несмотря на то, что Гарри сталкивался с ней несколько раз, она все равно заставляла его застывать на несколько мгновений.    «Гарри Поттер», — поприветствовало существо древним голосом. «Ты готов?»    Черноволосый мужчина кивнул, его взгляд был темным и тяжелым, полный скрытой печали и боли.     «В мои планы не входит повторное погружение в тот кошмар с Дурслями». Он сплюнул, яростно сжав кулаки. «Под наблюдением старой Арабеллы, полностью игнорируемый суетливым дураком более десяти лет и с отношением как к чертовому домашнему эльфу...Я пас".    Смерть тихонько хмыкнула, наблюдая за шипящим от ненависти молодым человеком, чьи изумрудные глаза излучали лишь ярость и боль.    Гарри начал ходить взад и вперед. "Я отказываюсь идти в любую волшебную семью прямо сейчас, если они получат опеку надо мной, они просто воспользуются моей славой в своих интересах. Если Дамблдор узнает, он вернет меня сюда или, что еще хуже, отправит к Уизли". Он раздраженно сплюнул, его магия закружилась вокруг него, негодуя о пережитой несправедливости.     Несмотря на то, что он вернулся назад во времени, раны и предательство все еще были свежими. После всего, что он сделал для волшебного мира, после всего, чем он пожертвовал. Он умер! И не раз! Но этого никогда не было достаточно, он никогда не будет достаточно хорош для так называемого "Света"... Ему следовало ожидать этого, они всегда так легко обращались против него по любому поводу... быстро навесили ярлыки и оскорбили, обвинили в том, чего он никогда не совершал, назвали лжецом, сумасшедшим, будущим Тёмным Лордом. Его воспитали как свинью на убой, жертва во имя Высшего Блага. Если бы только на этом все закончилось, но все было куда хуже, он был слишком наивен, веря тем, кто называл себя его "друзьями", слепо веря Альбусу Дамблдору.    Гарри покачал головой, он не хотел пускаться в воспоминания. Это всегда оставляло его кипящим от злости, измученным, раненым и скорбящим.     Волшебник повернулся к Смерти. Он царствовал в своем гневе, и в нем чувствовалась горькая покорность судьбе. Он знал, куда ему нужно идти. Он знал, с чего хочет начать свою историю.    «Я вернусь в Хогвартс, когда придет время, но пока я должен исчезнуть, Смерть». Он поднял усталый взгляд на Существо.     «Ты уже выбрал пункт назначения, не так ли?». Существо вопросило, и его голос был похож на зернистый песок.     Гарри слегка ухмыльнулся: «Да. Позволь вернуться, Смерть.    Туда, где всё началось».    Комната исчезла, и перед ступенями дома на Тисовой улице появилась темная фигура, похожая на тень. Она протянула длинную ледяную руку и коснулась ребенка, чей цвет глаз так сильно напоминал смертельное заклятие. Ветер взревел, и в мгновение ока они исчезли, не оставив и следа, словно их никогда здесь и не было.   

xxx 

  Смотрительница приюта почувствовала, как по спине пробежал холодок, в тот момент когда она проверяла замки на окнах в коридоре. Она почувствовала, как холодный сквозняк проникает в холл, и всмотрелась в темноту коридоров, ощущая, что за ней наблюдают. Она плотнее закуталась в шарф. В приюте всегда было холодно, и им никогда не хватало средств, поэтому она носила шарф даже в помещении, чтобы не замерзнуть. Она прошла по темным коридорам и направилась на первый этаж, с тревогой поглядывая на входную дверь.    Она почувствовала легкий толчок вперед, просящий открыть дверь детского дома. Она неуверенно шагнула и открыла дверь, её скрип зловеще разнёсся по пустому пространству. Она ахнула, глядя на сверток, что лежал на пороге, это был ребенок! Крошечный младенец, завернутый в мягкое хлопковое одеяло. Она бросилась вперед и подняла на руки маленького ребенка, осматривая его на предмет каких-либо травм. Она тяжело нахмурилась, увидев глубокий шрам у него на лбу, и побледнела при виде крови. Младенец тихо спал и не двигался. Она в отчаянии посмотрела на улицу, ищя ответы. Кто оставит раненого младенца на пороге, да еще и в такой мороз? Какой монстр способен на такое?!    «Ах, бедный малыш», — прошептала она тихо, прижимая к себе крошечного младенца и нежно гладя его кудри цвета вороного крыла. Она быстро закрыла дверь, забрав ребенка с собой, быстро прошла в лазарет и уложила его, осматривая рану. Она двигалась тихо, пока остальные младенцы продолжали спать. Она схватила аптечку и обработала его рану, хмурясь при виде шрама в форме молнии.     "Какой странный шрам...", - подумала она.   Малыш немного пошевелился, но продолжил спать. Смотрительница проверила его вещи, кроме одеяла у ребенка ничего больше не было. Она взгляделась в узоры на одеяле: "Гарри Дж. П."   У младенца было имя, Гарри.     Она укутала ребенка в теплые одеяла и подождала несколько мгновений, наблюдая, как он крепко спит. Она вздохнула и тихо вышла из комнаты. Завтра она позвонит властям и узнает, смогут ли они выяснить, что случилось с ребенком. Если они не смогут помочь, Гарри останется здесь навсегда...еще один сирота, пополнивший систему...   За стенами приюта зловеще завыл ветер. Луна убывала, и ее свет тускнел, окутывая окрестности гнетущей тьмой. Сильные порывы ветра сопровождали приближающиеся раскаты грома.   Приближалась сильная буря.