Шаг без страховки

Первый раз я возненавидела Драко Малфоя задолго до того, как увидела его. Мне было одиннадцать, и я сидела в купе «Хогвартс-экспресса», забитом под завязку шоколадными лягушками и моим братом. Тео, как обычно, уткнулся носом в книгу по темным искусствам, делая вид, что его не касается тот факт, что его младшая сестра впервые в жизни вылезла из фамильного поместья без присмотра пяти эльфов. — Дэнни, перестань дышать так громко, — буркнул он, не поднимая головы. — Ты отвлекаешь. — Я не дышу громко, — огрызнулась я, пихая его ногой под сиденьем. — Я дышу с возмущением. Потому что мы опаздываем из-за того, что ты не мог найти свои носки с «Молнией»! — Это семейная реликвия. — Это носки, Тео. Они воняют. Дверь купе с грохотом отъехала в сторону, едва не слетев с петель. На пороге стоял он. Светлые волосы, зализанные назад такой мощной порцией геля, что ими можно было резать хлеб. Острая мордашка, на которой было написано высокомерие чистой воды. Дорогая мантия, явно сшитая на заказ, и взгляд... взгляд человека, который только что купил эту планету и теперь решает, кого с нее выселить. — Нотт, — протянул он, полностью игнорируя меня. Его глаза остановились на брате. — Я ищу тебя. Забини и Гринграсс уже заняли соседнее купе. Идем. Тео лениво поднял взгляд от книги и кивнул. — Привет, Драко. Да, сейчас. — Твоя... эта... — Драко наконец соизволил посмотреть на меня. Он посмотрел так, будто я была пятном на его любимой мантии. — Она тоже идет? — Я не «оно» и не «эта», идиот, — выпалила я раньше, чем мозг успел дать команду «стоп». Тишина повисла в купе такая, что было слышно, как стучат колеса поезда. Брови Драко Малфоя поползли вверх. Тео медленно закрыл книгу, готовясь тушить пожар. — Что ты сказала? — переспросил блондин. В его голосе зазвенел лед. — То, что слышал, — я встала, уперев руки в бока. Мы были почти одного роста, и это позволяло мне смотреть прямо в его серые, холодные глаза. — Ты врываешься в чужое купе, не здороваешься, называешь меня «эта», а теперь еще и указываешь, куда мне идти. Твоя мамочка не учила тебя манерам, пока чистила твою мантию? — Моя мать — чистокровная леди из рода Блэк, — процедил он, сжимая кулаки. — И она не чистит мантии. Для этого есть эльфы. — О, прости, — я изобразила приторную улыбку. — Значит, эльфы забыли прогладить твой язык? Потому что он явно висит не в ту сторону. Тео за моей спиной издал звук, похожий на удушье. Кажется, он пытался не рассмеяться. Драко же побагровел так, что даже его белые волосы, кажется, порозовели на кончиках. — Ты... Да кто ты вообще такая? — рявкнул он. — Даниэлла Нотт, — я ткнула себя пальцем в грудь. — Сестра этого душнилы. И если ты будешь так со мной разговаривать, я гарантирую тебе семь лет ада, Малфой. — Драко, — вмешался Тео, вставая между нами. — Успокойтесь оба. Драко, это моя сестра. Дэнни, это Драко Малфой. Его отец очень дружен с нашим отцом. — Мне плевать, с чьим отцом он дружен, — фыркнула я, но отошла на шаг. — Мог бы и поздороваться для начала. Драко сверлил меня взглядом, полным такой лютой ненависти, на которую способны только одиннадцатилетние дети, у которых только что задели самолюбие. — Нотт, — процедил он сквозь зубы, обращаясь к брату. — Твоя сестра — невоспитанная дикарка. Забирай свои вещи и пошли. Надеюсь, нас распределят в разные гостиные, чтобы я никогда не видел эту... эту... — Дэнни, — подсказала я с ангельской улыбкой. — Меня зовут Дэнни или Даниэлла. Запомни это имя, Малфой. Тебе придется его слышать ближайшие семь лет. Он развернулся так резко, что чуть не врезался в дверной косяк, и вышел в коридор. Тео схватил сумку, бросил на меня извиняющийся взгляд и выскользнул следом. Я плюхнулась обратно на сиденье, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Надо же было так вляпаться. Поссориться с другом брата в первую же минуту знакомства. — Идиот, — прошептала я, глядя на проносящиеся за окном поля. — Самовлюбленный павлин.

***

Первое сентября в Хогвартсе встретило нас запахом сырого камня и магии. Я сидела за столом Слизерина, вжав голову в плечи, и ждала своей участи. Тео уже отправился к нашему столу, поймав на лету выкрик «Слизерин!». Блейз Забини, красивый мальчик с итальянской внешностью, был распределен следом. Дафна Гринграсс — высокая, холодная блондинка с идеальной осанкой — тоже. А потом настала очередь Малфоя. Он прошел к табурету с таким видом, будто идет получать Нобелевскую премию, а не школьную шляпу на голову. Шляпа даже не успела коснуться его висков. — Слизерин! — гаркнула она. Драко ухмыльнулся, спускаясь к нашему столу. Тео похлопал его по плечу, Блейз кивнул. Драко сел напротив меня, и его ухмылка стала еще шире, когда он понял, что придется сидеть с той самой «дикаркой». — Смотри-ка, — протянул он, наливая себе тыквенный сок. — А здесь, оказывается, пускают всех. Даже тех, у кого языки без костей. — Ага, — я натянуто улыбнулась, беря пирожок. — И тех, у кого мозги без извилин. Привет, Малфой. Рада, что ты нашел дорогу к столу. Не заблудился по пути? Блейз хмыкнул в кулак. Дафна закатила глаза, но на ее губах мелькнула тень улыбки. — Забавно, — Драко отпил сок, не сводя с меня взгляда. — Драко, оставь ее, — лениво протянул Тео, накладывая себе картошку. — Она тебя переговорит. Она меня с пяти лет тренирует. — Жалкое зрелище, — фыркнул Драко. — Позволяеть сестре командовать. — Я не командую, — встряла я. — Я просто всегда права. А это, знаешь ли, раздражает. — Уверена, что раздражает, — он откинулся на спинку скамьи, рассматривая меня как подопытную крысу. — Нотт, а почему ты не носишь фамильную прическу? У вас же у всех такие... кудряшки. — А почему ты не носишь фамильный нос? У вас же у всех такие... длинные? — парировала я, кивая на его аристократическую физиономию. Дафна поперхнулась соком. Блейз уже откровенно ржал, уткнувшись лицом в салфетку. — Ты... — Драко вскочил, но сесть обратно ему пришлось очень быстро, потому что к нашему столу направлялся профессор Снейп. — Мистер Малфой, — масляный голос Снейпа разрезал воздух. — Проблемы? — Никаких, профессор, — выдавил Драко, стреляя в меня глазами-молниями. — Мисс Нотт, — Снейп перевел взгляд на меня. — Ваш отец много писал мне о вашем... своеобразном характере. Постарайтесь, чтобы он не выходил за рамки приличий в моей гостиной. — Да, сэр, — я скромно опустила ресницы. Как только Снейп ушел, Драко наклонился ко мне через стол. — Это война, Нотт. — Я принимаю твой вызов, Малфой, — прошептала я в ответ. — Но предупреждаю: я играю грязно. — Девочки не умеют играть грязно, — усмехнулся он. — Хочешь проверить? Он хотел.

***

Это была война на уничтожение. На зельях он «случайно» опрокидывал мой котел. Я «случайно» подставляла ему подножку в коридоре. Он называл меня «Нотти-грязнулей» , очень обидно для девочки, которая следит за собой. Я называла его «Малфой-недофой» ,что было абсолютно нелогично, но жутко бесило его. На втором курсе он испортил мое любовное письмо от Колина Криви маглорожденного, что добавляло пикантности. Я в отместку заколдовала его галстук так, что тот весь день показывал окружающим средний палец. — Ты совсем больная? — шипел он, пытаясь отодрать от груди кусок шелка, который извивался и материл всех на чем свет стоит. — Я же говорила: я играю грязно, — я прошествовала мимо, виляя бедрами. Мне было тринадцать, и я чувствовала себя королевой мира. Но однажды, на третьем курсе, что-то пошло не так. Был холодный февраль. Мы с Тео должны были встретиться в Выручай-комнате, чтобы тайком тренировать заклинания , родители поощряли раннее развитие темных искусств. Но Тео заболел и не пришел. Я сидела одна, укутавшись в плед, и смотрела, как магия комнаты создает вокруг меня уют. — Какого черта ты здесь делаешь? Я подпрыгнула. В дверях стоял Драко. Не один. Рядом с ним был Блейз, и оба выглядели так, будто их только что вытащили из драки. — Я вообще-то первая пришла, — огрызнулась я, вставая. — А вы что здесь забыли? — Мы договорились с Тео потренироваться, — Блейз потер плечо, морщась. — Но его нет. — Он заболел, — буркнула я. — Так что валите. Это моя комната. — Это комната Хогвартса, — Драко шагнул внутрь, и тут я заметила, что у него разбита губа, а под глазом наливается синяк. — Ого. Кто это тебя так? — вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать. Драко дернулся, будто я ударила его снова. — Никто. — Малфой, у тебя морда разбита в хлам, — я подошла ближе, разглядывая ссадину. — Это Крэбб с Гойлом решили дать сдачи за то, что ты их рабами считаешь? — Это не твое дело, Нотт, — рявкнул он, но отворачиваться не стал. Я вздохнула. В голове боролись два желания: послать его куда подальше и... достать из кармана платок, который мама всегда заставляла носить с собой. Победило второе. — На, — я сунула ему в руку кусок ткани. — Вытри кровь. А то пойдешь по школе, как вампир-неудачник. Он посмотрел на платок, потом на меня. В его серых глазах впервые не было ненависти. Там было что-то другое. Удивление? Растерянность? — Зачем? — спросил он тихо. — Чтобы ты не пугал первокурсников, — фыркнула я, отворачиваясь. — И вообще... если уж драться, так надо уметь бить в ответ. А не подставлять морду. — Ты меня сейчас учишь драться? — в его голосе послышалась усмешка. — Я учу тебя не быть идиотом. Но это, видимо, бесполезно. Он промолчал. А когда я уходила, он окликнул меня: — Нотт! Я обернулась. — Спасибо, — сказал он. Просто «спасибо», без издёвки, без сарказма. Я кивнула и вышла в коридор, чувствуя, как щеки заливает странный румянец. «Это ничего не значит, — сказала я себе. — Это просто платок. Просто слова». Но сердце стучало быстрее обычного, и в голове крутилась только одна мысль: «А глаза у него действительно красивые. Очень красивые». С этого дня война продолжилась. Но теперь в ней появились новые правила. И одно из них гласило: иногда, когда он доводил меня до белого каления, а я его, мы замолкали и просто смотрели друг на друга. Секунду. Две. А потом отводили взгляды, пряча смущение за новой порцией оскорблений.