С Системой извлечения Талантов в Хентай Мире DxD!

На ​следующий ​день. ​ ​По ​привычке ​Харуто ​направился ​в ​клуб ​исследований ​оккультизма. ​ ​Зайдя ​внутрь ​и ​не ​увидев ​Конеко, ​он ​вспомнил ​– ​боевые ​тренировки ​уже ​закончились. ​ ​Сегодня ​на ​дежурстве ​была ​Акено, ​а ​Риас ​уехала ​на ​задание, ​прихватив ​с ​собой ​беловолосую ​лоли. ​ ​— ​Хар‑чан, ​у ​тебя ​возникли ​проблемы ​с ​магией? ​— ​мягко ​спросила ​Акено. ​ ​Харуто ​покачал ​головой. ​— ​Нет… ​ ​«Да ​уж, ​проблемы… ​если ​я ​сам ​толком ​её ​выучить ​не ​могу, ​о ​каких ​трудностях ​может ​идти ​речь?» ​ ​Акено ​улыбнулась. ​— ​Вот ​как! ​И ​сколько ​заклинаний ​ты ​уже ​освоил? ​ ​Харуто ​посмотрел ​на ​неё ​непонимающе, ​затем ​сложил ​из ​большого ​и ​указательного ​пальцев ​кольцо. ​ ​— ​Десять? ​— ​с ​подозрением ​уточнила ​она. ​ ​Харуто ​молча ​глянул ​в ​ответ: ​(￣ー￣) ​ ​Акено ​удивлённо ​округлила ​глаза. ​— ​Ара‑ара, ​двадцать ​за ​одну ​ночь? ​ ​Харуто ​закрыл ​лицо ​рукой ​и, ​немного ​помедлив, ​решил ​сказать ​правду. ​ ​Выслушав ​объяснение, ​Акено ​прижала ​одну ​ладонь ​под ​грудь, ​другой ​коснулась ​подбородка ​и ​пробормотала ​задумчиво: ​ ​— ​Твоя ​чувствительность ​к ​магии ​поразительная, ​но ​почему ​тебе ​так ​тяжело ​осваивать ​заклинания? ​ ​Конечно, ​это ​«тяжело» ​относилось ​лишь ​к ​людям ​уровня ​самой ​Акено. ​У ​Харуто ​с ​магией ​всё ​было ​терпимо, ​но ​не ​более ​того. ​ ​— ​Не ​знаю, ​— ​честно ​ответил ​он. ​ ​«И ​не ​спрашивайте, ​я ​всё ​равно ​скажу, ​что ​не ​знаю». ​ ​Он ​ведь ​никогда ​и ​не ​утверждал, ​что ​гений ​магии ​– ​это ​все ​остальные ​додумали ​за ​него. ​ ​А ​скрывать ​нечего: ​не ​идёт ​– ​значит, ​не ​идёт. ​ ​Акено ​положила ​ладонь ​ему ​на ​лоб, ​ощупывая ​поток ​магии ​внутри ​тела. ​ ​— ​Рост ​твоей ​силы ​действительно ​впечатляет. ​Ещё ​немного ​– ​и ​ты ​сможешь ​попробовать ​средний ​уровень ​извлечения ​маны. ​ ​Даже ​у ​Акено ​такого ​не ​встречалось, ​и ​она ​выглядела ​слегка ​растерянной. ​ ​— ​С ​ростом ​энергии ​ты ​настоящий ​гений, ​но ​вот ​управление ​ею… ​просто ​беда, ​— ​пробормотала ​она. ​ ​На ​деле ​всё ​объяснялось ​просто: ​метод ​извлечения ​маны ​у ​Харуто ​отличался ​от ​обычных. ​ ​Если ​другим ​требовалась ​медитация, ​то ​Харуто ​достаточно ​было ​расслабиться ​– ​хоть ​во ​сне, ​хоть ​в ​прострации ​– ​и ​окружающая ​магия ​сама ​вливалась ​в ​него. ​ ​Практически ​полуавтоматический ​навык. ​ ​За ​один ​день ​он ​набирал ​столько ​магии, ​сколько ​другим ​требовалось ​три. ​ ​Разумеется, ​речь ​не ​шла ​о ​тех ​фанатиках, ​что ​сутками ​сидят ​в ​изоляции ​для ​тренировок. ​ ​Харуто ​не ​поглощал ​энергию ​быстрее ​других ​– ​его ​организм ​просто ​позволял ​накапливать ​условные ​три ​дня ​практики ​в ​день. ​ ​Акено ​поразмышляла ​ещё ​немного, ​но ​затем ​отмахнулась ​от ​лишних ​мыслей. ​ ​Мир ​велик ​и ​полон ​чудес. ​ ​Быть ​может, ​тело ​Харуто ​создано ​для ​впитывания ​магии, ​но ​далеко ​не ​идеально ​для ​её ​контроля. ​ ​— ​Харуто, ​ты ​не ​думал ​о ​том, ​чтобы ​переродиться ​в ​демона? ​— ​с ​лукавым ​блеском ​в ​глазах ​спросила ​Акено. ​ ​Отсутствие ​Риас ​давало ​ей ​удобный ​момент. ​ ​Если ​парень ​отреагирует ​отрицательно, ​всегда ​можно ​свалить ​всё ​на ​собственную ​инициативу. ​ ​— ​После ​перерождения ​контроль ​над ​магией ​заметно ​усилится. ​Демоны ​по ​природе ​куда ​лучше ​людей ​управляют ​ею, ​— ​мягко ​пояснила ​она. ​ ​Сердце ​Харуто ​дрогнуло, ​но ​затем ​он ​вспомнил ​кое‑что ​другое. ​ ​— ​Акено‑сэмпай, ​а ​почему ​я ​никогда ​не ​видел, ​чтобы ​Конеко ​пользовалась ​магией? ​ ​Взгляд ​Акено ​дрогнул, ​и ​она ​неуверенно ​ответила: ​ ​— ​Ара‑ара… ​Просто ​не ​каждый ​демон ​хорошо ​умеет ​её ​применять. ​ ​Это ​было ​не ​совсем ​ложью ​– ​перерождение ​действительно ​усиливало ​тело ​и ​магический ​контроль. ​ ​Но ​решающим ​оставался ​личный ​талант. ​ ​Конеко ​Тодзё ​– ​тому ​яркий ​пример, ​в ​магии ​она ​совершенно ​беспомощна. ​ ​Пара ​умений, ​что ​она ​освоила, ​лишь ​усиливают ​физические ​параметры. ​В ​итоге ​она ​остаётся ​чистым ​бойцом ​ближнего ​боя. ​ ​Харуто ​не ​стал ​ставить ​Акено ​в ​неловкое ​положение: ​всё‑таки ​она ​старшая, ​стоит ​сохранить ​ей ​пару ​крупиц ​достоинства. ​ ​Тем ​не ​менее ​кровь ​демонов ​и ​правда ​значила ​многое ​– ​чем ​раньше ​он ​её ​получит, ​тем ​лучше. ​ ​— ​Акено‑сэмпай, ​вы ​как‑то ​говорили, ​что ​даже ​низший ​демон ​может ​подняться ​до ​высокого ​ранга ​и ​обзавестись ​собственной ​свитой, ​— ​напомнил ​он. ​— ​Помимо ​служения ​другому ​хозяину ​или ​повышения ​через ​рейтинговые ​бои, ​есть ​ли ​ещё ​способы ​поднять ​ранг ​обычному ​демону? ​ ​— ​Есть, ​но ​они ​куда ​опаснее ​рейтинговых ​боёв ​и ​сопряжены ​с ​риском ​для ​жизни, ​— ​строго ​произнесла ​Акено. ​— ​Я ​крайне ​не ​советую ​тебе ​об ​этом ​думать. ​ ​После ​Великой ​войны ​между ​Тремя ​Фракциями ​численность ​демонов ​заметно ​сократилась, ​но ​это ​было ​относительно ​прошлого ​– ​в ​целом ​народ ​всё ​ещё ​был ​многочисленным. ​И ​невозможно ​сделать ​так, ​чтобы ​все ​демоны ​становились ​чьими‑то ​слугами ​и ​медленно ​поднимались ​по ​лестнице ​рангов. ​ ​Будь ​иначе, ​структура ​власти ​Подземного ​мира ​давно ​представляла ​бы ​собой ​пирамиду, ​основанную ​только ​на ​Злых ​фигурах. ​ ​Харуто ​пожал ​плечами. ​«Горькое ​лекарство ​трудно ​проглотить, ​но ​честный ​совет ​ещё ​труднее ​принять». ​ ​Он ​решил ​послушаться ​Акено ​и ​отказаться ​от ​нереальных ​идей. ​ ​— ​Сэмпай, ​можно ​последний ​вопрос? ​— ​озвучил ​он ​то, ​что ​крутилось ​у ​него ​в ​голове ​последнее ​время. ​ ​Последние ​дни ​он ​часто ​размышлял ​о ​слугах. ​Риас ​дала ​ему ​слишком ​многое, ​и ​совесть ​не ​позволяла ​оставаться ​безответным ​– ​пора ​отплатить ​ей ​тем ​же. ​ ​— ​Слуги… ​насколько ​силён ​контроль ​их ​короля ​над ​ними? ​ ​Акено ​выпрямилась; ​выражение ​лица ​стало ​серьёзным, ​как ​никогда. ​ ​— ​Что ​ты ​имеешь ​в ​виду? ​ ​— ​Ничего ​особенного. ​Мне ​просто ​нужен ​прямой ​ответ, ​— ​спокойно ​сказал ​он. ​ ​Встретившись ​с ​холодным ​взглядом ​Акено, ​Харуто ​выглядел ​не ​менее ​решительным. ​ ​Брови ​Акено ​сдвинулись. ​Сопоставив ​этот ​вопрос ​с ​прежними, ​она ​поняла, ​что ​имела ​в ​виду ​Риас ​тогда, ​в ​прошлый ​раз. ​ ​Амбиции ​Харуто ​и ​правда ​были ​огромными ​– ​даже, ​пожалуй, ​дерзкими. ​ ​Она ​тихо ​вздохнула, ​некоторое ​время ​молча ​изучая ​его. ​ ​— ​Раз ​уж ​спрашиваешь ​так ​прямо, ​скажу ​честно. ​Надеюсь, ​ты ​не ​заставишь ​меня ​пожалеть ​об ​откровенности, ​— ​произнесла ​она. ​ ​Наклонившись ​ближе, ​Акено ​прошептала ​Харуто ​на ​ухо ​о ​существующих ​связях ​между ​Королём ​и ​его ​слугами. ​ ​Злые ​фигуры ​не ​обладают ​принудительной ​властью, ​но ​создают ​тонкое ​влияние. ​ ​Между ​слугой ​и ​королём ​естественным ​образом ​возникает ​взаимное ​притяжение. ​ ​В ​обычных ​условиях ​слуги ​почти ​никогда ​не ​отказываются ​выполнять ​просьбы ​своего ​хозяина. ​ ​Поэтому ​немало ​таких ​пар ​со ​временем ​становятся ​возлюбленными. ​ ​Если ​же ​между ​королём ​и ​его ​слугой ​происходит ​разлад, ​у ​короля ​остаётся ​лишь ​один ​способ ​наказания ​– ​запретить ​участие ​в ​рейтинговых ​боях. ​ ​Иначе ​говоря, ​перекрыть ​дорогу ​к ​дальнейшему ​возвышению. ​ ​Иногда ​случалось ​и ​другое: ​если ​потенциал ​слуги ​оказывался ​чрезмерным ​и ​усиливался ​Злыми ​фигурами, ​его ​стремительный ​рост ​приводил ​к… ​особым ​амбициям. ​ ​Бывали ​и ​случаи, ​когда ​слуга ​убивал ​собственного ​мастера. ​ ​Таких ​предателей ​Подземный ​мир ​преследует ​без ​пощады: ​пойманных ​ждёт ​лишь ​одно ​– ​казнь, ​без ​исключений. ​ ​Если ​и ​есть ​какое‑то ​ограничение, ​то ​именно ​оно ​становится ​величайшей ​уздой ​для ​любого ​слуги. ​ ​Верность ​своему ​королю ​нужно ​хранить ​всегда. ​ ​Хотя ​этот ​закон ​навязан ​из‑вне ​– ​правило ​самого ​Подземного ​мира, ​а ​не ​последствия ​силы ​фигур. ​ ​Без ​этого ​правила ​процесс ​выбора ​слуг ​стал ​бы ​куда ​сложнее ​и ​опаснее. ​ ​Харуто ​не ​сомневался ​в ​её ​словах. ​ ​Всё ​звучало ​в ​точности ​с ​тем, ​что ​он ​смутно ​помнил. ​ ​Особенно ​когда ​Акено ​упомянула ​убийство ​короля ​– ​тогда ​Харуто ​наконец ​вспомнил ​историю, ​о ​которой ​Конеко ​всегда ​отказывалась ​говорить. ​ ​Её ​старшая ​сестра, ​нэкомата ​Курока, ​убила ​своего ​мастера ​после ​перерождения ​в ​слугу ​и ​бежала. ​ ​Из‑за ​этого ​случая ​демоны ​стали ​относиться ​к ​Конеко ​с ​предубеждением, ​считая, ​что ​она ​тоже ​однажды ​предаст ​хозяина. ​ ​Её ​собирались ​казнить, ​но ​Риас ​вмешалась ​и ​взяла ​девушку ​под ​своё ​крыло, ​сделав ​своей ​слугой.