Странная любовь

Прошёл месяц. Месяц, как они перестали прятаться. Месяц, как Виктор просыпается не один. Месяц, как Серёжа позволяет себя трогать, целовать, любить. За это время всё наладилось. Странно, непривычно, но наладилось. Утром они завтракали вместе — Виктор жарил яичницу, Серёжа молча пил кофе и смотрел на него. Потом ехали в автошколу — каждый на своей машине, чтобы никто не догадался. Днём пересекались в коридорах, обменивались взглядами. Иногда Виктор вызывал Серёжу в кабинет "по рабочим вопросам" — закрывал дверь, прижимал к стене и целовал так, что Серёжа потом выходил красный и сбитый с толку. Вечерами Серёжа приходил к нему в кабинет. Садился на диван, ждал, пока Виктор закончит с бумагами. Иногда засыпал прямо там — уставший после смены. Виктор укрывал его пледом, садился рядом и просто смотрел. А иногда Виктор сам шёл на автодром. Садился в учебную машину рядом с Серёжей, и они ехали куда-нибудь за город — смотреть на закаты, молчать, держаться за руки. Всё было хорошо. Впервые в жизни — хорошо. --- А потом Серёжа замолчал. Сначала Виктор не заметил. Ну, подумаешь, не позвонил днём. Занят. Ну, подумаешь, на обед не пришёл. Ученики. Вечером Серёжа не появился. Виктор ждал час. Два. Три. Набрал — трубку не взял. Набрал снова — сбросил. Виктор сидел в кабинете, смотрел на дверь и не понимал. Что случилось? Что он сделал не так? Может, обидел чем-то? Может, вчера переборщил с нежностью? Он поехал к нему домой. Стучал — тишина. Свет горел, но дверь не открывали. — Серёж, — крикнул он в дверь. — Я знаю, что ты там. Открой. Тишина. — Пожалуйста. Тишина. Виктор простоял под дверью полчаса. Потом уехал. --- На следующий день. Сергей пришёл на работу. Делал своё дело — водил учеников, заправлял машины, молчал. На Виктора не смотрел. На звонки не отвечал. Виктор поймал его в коридоре. — Серёж, стой. Сергей остановился. Смотрел в стену. — Что случилось? Молчание. — Я тебя обидел? Сказал что-то? Молчание. — Посмотри на меня. Сергей медленно повернул голову. Посмотрел. Глаза — сталь. Пустые, холодные, как в первый день. — Всё нормально, — сказал он. Голос ровный, чужой. — Не ври. — Я не вру. — Тогда чего ты... — Мне работать надо. Он развернулся и ушёл. Виктор стоял в коридоре и смотрел вслед. Сердце падало куда-то в холодную пустоту. --- Вечер. Сергей снова не пришёл. Виктор сидел в кабинете, пил остывший кофе и смотрел на дверь. В голове крутилось: "Что я сделал не так? Что?" В двенадцать ночи он не выдержал. Снова поехал. Дверь открылась сразу — будто его ждали. Сергей стоял на пороге. Уставший, серый, с глазами, в которых ничего нет. — Заходи, — сказал он. Виктор зашёл. В квартире было темно, только кухонный свет горел. Сергей прошёл на кухню, сел за стол. Виктор за ним. — Рассказывай, — сказал Виктор. Сергей молчал. — Я не уйду, пока не расскажешь. — Уходи. — Нет. — Витя, уходи. Тебе лучше уйти. — Почему? — Потому что я... потому что со мной что-то не так. Виктор смотрел на него. — Что? Сергей сжал руки в кулаки. Смотрел в стол. — Я думал, что смогу. Думал, что если ты — то всё будет по-другому. А оно... оно не проходит. — Что? — Всё. Страх. Кошмары. То, что внутри. Я думал, месяц — и я стану нормальным. А я не становлюсь. Виктор молчал. — Ты заслуживаешь нормального, — сказал Сергей. — А я... я сломанный. Навсегда. И чем больше ты ко мне лезешь с этой своей нежностью, тем страшнее мне, что ты однажды поймёшь — и уйдёшь. — Я не уйду. — Уйдёшь. Все уходят. — Я не все. Сергей поднял глаза. В них — боль. И страх. — Откуда мне знать? — Оттуда, — Виктор встал, подошёл к нему, сел на корточки перед ним. — Я люблю тебя. Не "несмотря на". А "вместе с". Со всем. С твоими кошмарами, с твоим молчанием, с твоими страхами. Всё это — ты. А ты — это я. Сергей смотрел на него. Молчал. — Ты не сломанный, — сказал Виктор. — Ты раненый. Это разные вещи. Раненых лечат. А не выбрасывают. — А если не вылечится? — Значит, будем жить так. Вместе. С этим. — Тебе не надоест? — Нет. — Не устанешь? — Нет. — Не... — Серёж, — перебил Виктор. — Заткнись. Сергей замолчал. — Я никуда не уйду, — сказал Виктор. — Я тебя люблю. Точка. Всё. Хочешь молчать — молчи. Хочешь уходить — я за тобой пойду. Хочешь быть один — я буду рядом, но не мешать. Всё что угодно. Только не исчезай. Сергей смотрел на него. Долго. Потом медленно, очень медленно, протянул руку. Коснулся его лица. — Дурак, — шепнул он. — Знаю. — Старый дурак. — Твой. — Мой. Сергей притянул его к себе. Обнял. Крепко, до хруста. — Прости, — шепнул он. — За что? — За этот день. За молчание. За то, что испугался. — Не надо просить прощения. Просто будь. — Буду. — Обещаешь? — Обещаю. Они сидели обнявшись на кухне. За окном ночь. Внутри — тепло. — Вить. — М? — Можно я сегодня просто лягу рядом? Без разговоров? — Можно. — И ты меня обнимешь? — Обниму. — И если я проснусь — ты будешь рядом? — Буду. — Хорошо. Они пошли в спальню. Легли. Сергей прижался к нему, уткнулся носом в шею. Как тогда, в первый раз. Как кот, который нашёл своё место. — Тёплый, — шепнул он. — М. — Живой. — Живой. — Мой. — Твой. За окном ночь. В комнате тихо. Двое обнялись. Начало снова. ---