Тот, кто выжил... дважды

31 октября 1981 года.

Годрикова Впадина, Англия.

Ночь опустилась на маленькую деревню внезапно, как удар ножа. Холодный октябрьский ветер гнал по пустынным улицам пожухлые листья, швырял их в стены домов и заборы. Луна то выглядывала из-за туч, то снова пряталась, словно не желала быть свидетельницей того, что должно было произойти. Тишина. Она висела в воздухе тяжёлым одеялом, давя на плечи, заставляя зверей прятаться по норам, а птиц — замолкать в ветвях. Только ветер выл, оплакивая кого-то, кого ещё не успели похоронить. В доме на окраине деревни горел свет. Лили Поттер сидела в кресле у камина, прижимая к груди трёхмесячного сына. Мальчик с удивительными зелёными глазами — такими же, как у неё — смотрел на танцующие языки пламени и улыбался беззубым ртом. Он не знал, что этой ночью решается его судьба. — Лили, — Джеймс вошёл в комнату бесшумно, как всегда. Его очки чуть съехали на нос, тёмные волосы торчали в разные стороны. — Тебе нужно поспать. Я покараулю. — Не могу, — она покачала головой. — Сердце не на месте. Что-то... что-то будет. — Ничего не будет, — Джеймс опустился на подлокотник кресла и обнял жену за плечи. — Мы в безопасности. Фиделиус — самое надёжное заклинание. — Питер — Хранитель, — Лили кусала губы. — Ты уверен в нём? — Он наш друг, — твёрдо сказал Джеймс. — Он скорее умрёт, чем предаст. Лили хотела ответить, но в этот момент Гарри всхлипнул во сне и прижался к ней плотнее. Она посмотрела на сына, и все сомнения исчезли. — Ты прав, — прошептала она. — Всё будет хорошо. Она не знала, что это были последние слова, которые она произнесла в своей жизни.

***

Час спустя тишину взорвал треск аппарации. Джеймс вскочил с дивана, выхватывая палочку. Лили прижала Гарри к груди и бросилась наверх, в детскую. — Лили, возьми Гарри и беги! — крикнул Джеймс. — Это он! Беги! — Я никуда без тебя! — Беги, я сказал! Лили бежала по лестнице, чувствуя, как сердце разрывается от страха. Снизу донеслись звуки битвы — вспышки заклятий, крики, грохот падающей мебели. — Держись, Джеймс, — прошептала она, вбегая в детскую. — Держись. Она прижала Гарри к груди, готовая аппарировать, но было поздно. Дверь детской разлетелась в щепки. На пороге стоял он. Высокий, бледный, с красными глазами и змеиным лицом. Волан-де-Морт улыбался — страшной, безгубой улыбкой. — Лили Поттер, — прошипел он. — Отойди в сторону. Ты мне не нужна. Я пришёл за мальчиком. — Нет, — она заслонила Гарри собой. — Пожалуйста, только не он. Убей меня, но пощади его. — Глупая женщина, — Волан-де-Морт покачал головой. — Ты думаешь, твоя жертва что-то изменит? — Пожалуйста, — в её глазах стояли слёзы. — Я отдам всё. Только не трогай моего сына. Волан-де-Морт поднял палочку. — Авада Кедавра. Зелёная вспышка осветила комнату. Лили упала, не издав ни звука. Гарри смотрел на мать широко раскрытыми глазами. Он не понимал, что произошло, но чувствовал — случилось что-то страшное. Он заплакал. — Тише, малыш, — Волан-де-Морт склонился над ним. — Сейчас всё закончится. Он направил палочку на мальчика. И в этот момент произошло то, чего никто не ожидал. Заклятие ударило в Гарри, отразилось от его крошечного тела и вонзилось в самого Волан-де-Морта. Тёмный Лорд закричал — его тело разлетелось на куски, душа разорвалась, и только бесплотный дух унёсся прочь, спасаясь бегством. Гарри упал в кроватку, оглушённый, истекающий кровью из раны на лбу. Вокруг него лежали мёртвые родители. А в дом вползала тишина. Та самая, что предшествовала буре.

***

Карлайл Каллен не знал, что привело его в эту забытую Богом деревню. Они с Эсми искали редкие лекарственные травы для местной знахарки — та сказала, что в этих краях растёт полынь, которой нет больше нигде в Европе. Уже стемнело, и они собирались возвращаться в гостиницу, когда ветер принёс запах. Запах смерти. — Карлайл, — Эсми прижалась к его плечу. — Что это? — Не знаю, — он нахмурился. — Но нам нужно проверить. Они двинулись на запах. Дом на окраине, с развороченной дверью и выбитыми окнами, стоял тёмной громадой на фоне ночного неба. — Нам не стоит туда идти, — прошептала Эсми. — Кто-то мог выжить, — ответил Карлайл. — Я врач. Я обязан. Он перешагнул порог. Внутри пахло смертью так сильно, что даже его вампирское обоняние, привыкшее ко многому, дрогнуло. В гостиной лежал мужчина — молодой, с разбитыми очками, мёртвый. — О боже, — выдохнула Эсми, зажимая рот. — Иди за мной, — Карлайл направился наверх, чувствуя, что там ещё есть жизнь. Слабая, почти угасающая, но жизнь. На втором этаже, в детской, лежала женщина. Мёртвая. Рядом с ней, в кроватке, истекая кровью, лежал младенец. Карлайл замер. Мальчик был ещё жив. Его сердце билось — слабо, неровно, но билось. На лбу зияла глубокая рана — кто-то пытался убить его страшным проклятием. Но магия не сработала до конца, оставив ребёнка умирать медленной смертью. — Карлайл, — Эсми подошла ближе и ахнула. — Это... это ребёнок! — Я вижу. — Мы должны отвезти его в больницу! — Поздно, — Карлайл покачал головой. — Он не доживёт. Рана слишком глубокая, потеря крови слишком велика. Даже если мы успеем, люди начнут задавать вопросы. А у нас нет ответов. — Но мы не можем просто оставить его! Карлайл смотрел на мальчика. Тот открыл глаза — зелёные, яркие, удивительные — и посмотрел прямо на него. В этом взгляде не было страха. Только вопрос: «Почему?» И Карлайл принял решение. — Эсми, — сказал он тихо. — Отвернись. — Что ты задумал? — Отвернись. Он расстегнул рубашку, обнажая ключицу. Одним движением разорвал кожу — она заживала почти мгновенно, но нескольких капель было достаточно. Он поднёс мальчика к ране. — Пей, малыш, — прошептал он. — Пей, если хочешь жить. Младенец не понимал, что происходит. Но инстинкт — тот самый древний инстинкт выживания — заставил его прильнуть к источнику тёплой жидкости. Карлайл почувствовал, как яд входит в крошечное тело. Как меняется кровь. Как останавливается сердце. А потом — начинает биться заново. Медленно. Ритмично. По-новому. — Карлайл... — Эсми смотрела на это со слезами на глазах. — Ты обратил его? — Я спас его, — поправил Карлайл. — А это единственный способ. Он завернул мальчика в одеяльце и прижал к груди. — Что теперь? — спросила Эсми. — Теперь у нас есть сын, — просто ответил Карлайл. — И мы назовём его Гарри. Эсми посмотрела на малыша, который уже мирно посапывал на руках мужа, и улыбнулась сквозь слёзы. — Гарри, — повторила она. — Красивое имя. — Да, — Карлайл кивнул. — А теперь нам нужно уходить. Быстро. Они вышли из дома, оставляя за спиной смерть и разрушение. Впереди была новая жизнь. Для них троих.

***

Утром первого ноября «Ежедневный пророк» вышла с сенсационным заголовком:

«ТАИНСТВЕННОЕ ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ВОЛАН-ДЕ-МОРТА. СЕМЬЯ ПОТТЕРОВ НАЙДЕНА МЁРТВОЙ. МАЛЬЧИК, КОТОРЫЙ ВЫЖИЛ, ПРОПАЛ БЕЗ ВЕСТИ».

Никто не знал, что маленький Гарри Поттер уже мчался через океан в объятиях новой семьи. Никто не знал, что он стал вампиром. Никто не знал, что через десять лет он получит письмо из школы магии, которое перевернёт его жизнь. Никто не знал, что он встретит свою любовь. Никто не знал, что впереди — долгий путь, полный битв, потерь и обретений. Но одно знали все: та ночь изменила всё. И для Гарри Поттера она стала только началом.

Конец пролога