Последняя из рода

Этой ночью, пока Крис спал беспокойным сном, Селена тихо поднялась. Она оставила на тумбочке оберег, который должен был защитить его сон, и вышла в ночь. Её путь лежал к заброшенному банку. Но она не шла туда мириться. В ней пробуждался Белоглазый демон. Она чувствовала, как по венам течет не кровь, а расплавленная тьма. Её кожа стала бледной, как лунный камень, а глаза полностью залило белым сиянием, стирая всё человеческое. Крис проснулся от резкого холода — оберег на тумбочке треснул, не выдержав мощи её уходящей энергии. Он мгновенно понял, что она ушла. Хватая винтовку и ключи, он выскочил из дома, надеясь успеть до того, как Селена совершит то, из чего нет возврата. Банковское хранилище встретило Селену могильным холодом и эхом её собственных шагов по кафелю. Девкалион уже ждал её в центре зала, окружённый своими Альфами. Он стоял неподвижно, оперевшись на трость, но когда Селена вошла, он слегка наклонил голову, «вдыхая» воздух. — Я чувствую твою ярость, Селена. Ты пришла ко мне в своей самой уродливой и прекрасной форме, — произнёс он, и его голос отразился от стальных стен. — Белоглазый демон. Ты действительно думаешь, что тьма, которую я сам в тебя заложил, сможет победить своего создателя? Селена не ответила. Её лицо было лишено эмоций, а белые глаза светились так ярко, что тени Альф на стенах начали дрожать. Она вскинула руку, и по хранилищу пронеслась волна черного пламени, мгновенно отбросив близнецов к стенам. — Ты убил мою мать, чтобы создать это! — её голос звучал как хор тысяч проклятых душ. — Теперь посмотри на то, что ты создал! Она бросилась на него. Битва была за пределами человеческого восприятия: Девкалион двигался с невероятной скоростью, его трость в движении превращалась в смертоносное копьё, а Селена атаковала всполохами чистой демонической энергии. Каждый её удар сотрясал здание, на стенах хранилища появлялись глубокие трещины. Но цена использования этой формы была ужасна. С каждым магическим выбросом Селена чувствовала, как её человеческое «я» — память о Стайлзе, о поцелуе с Крисом, о друзьях — выгорает, заменяясь бесконечной, холодной пустотой. Она начала забывать, зачем она здесь, оставалась только жажда разорвать стоящее перед ней существо. В этот момент тяжелая стальная дверь хранилища со стоном поддалась. Ворвавшийся Крис увидел страшную картину: Селена, окутанная черным маревом, прижимала Девкалиона к стене, её пальцы уже были у его горла, но её лицо было абсолютно чужим. — Селена, остановись! — закричал Крис, бросая винтовку и делая шаг к ней, несмотря на летящие осколки бетона. — Ты убьешь его, но ты не вернешься назад! Ты сгораешь! Селена медленно повернула к нему свою голову. Её белые глаза бездумно уставились на него. Крис увидел, что её кожа начинает трескаться, а из трещин исходит ослепительный свет. Она была на грани окончательного превращения в демона, после которого её душа была бы потеряна навсегда. Девкалион, даже прижатый к стене, хищно улыбнулся: — Видишь, охотник? Она уже не твоя. Она — моя истинная дочь. Крис проигнорировал его и подошел вплотную к Селене, рискуя быть испепеленным. Он просто накрыл её руку, сжимающую горло отца, своей ладонью. — Посмотри на меня, — прошептал он. — Вспомни Чикаго. Вспомни ту ночь в сарае. Ты сильнее этой тьмы, потому что ты способна любить. Пожалуйста, вернись ко мне. Секундное замешательство Селены, вызванное теплом руки Криса и вспышкой человеческой памяти, стало роковым. Девкалион, почувствовав, как демоническая мощь дочери колеблется, нанес сокрушительный удар. Он не просто оттолкнул её — он использовал свою силу Альфы, чтобы ударить по её сознанию, разрывая связь с демонической формой. Селена вскрикнула, её белое сияние мгновенно погасло, и она рухнула на колени, обессиленная. Крис бросился к ней, но Эйдан и Итан, уже пришедшие в себя, перехватили его. — Ты совершил ошибку, охотник, — пророкотал Девкалион, поправляя воротник пальто. — Ты сделал её уязвимой. По знаку Девкалиона близнецы вырубили Криса мощным ударом в затылок. Селена пыталась дотянуться до него, но её пальцы лишь бессильно царапали бетон. Она видела, как Кали — еще одна Альфа из стаи — приложила ладони к вискам Криса. Селена знала эту магию: они стирали его память, вырезая последние часы, чтобы он очнулся в своем гараже, не зная, где был и почему его сердце разрывается от необъяснимой тоски. — Унесите его, — приказал Девкалион. — А мою дочь ждет более глубокое погружение в семейные тайны. Близнецы грубо подхватили Селену под руки и потащили в самую глубь банковского хранилища, за вторую герметичную дверь, о существовании которой не знал даже Дерек. Когда тяжелые засовы лязгнули, Селена зажмурилась от резкого света ламп. В центре помещения за лазерными решетками она увидела две фигуры. Первая была ей знакома — это был Бойд, избитый и едва живой. Но вторая фигура заставила её сердце пропустить удар. У стены, скованная по рукам и ногам, сидела молодая девушка с темными волосами и диким, полным ярости взглядом. В её чертах Селена мгновенно узнала Дерека. — Кора? — прошептала Селена, не веря своим глазам. — Ты ведь погибла в пожаре... Дерек видел, как горел дом... — Моя стая умеет хранить сокровища, — усмехнулся Девкалион, входя следом. — Кора Хейл оказалась на редкость живучей. И теперь вы все — мои заложники. Ты будешь смотреть, как они умирают от голода и жажды, Селена, пока не признаешь, что твоя человечность — это лишь цепь, которую пора разорвать. Селена прижалась лбом к холодной решетке, глядя на Кору, которая почему-то была жива, и на Бойда, чьи силы были на исходе. Она поняла: Девкалион запер её в ловушке, где её магия была бесполезна против его воли, а единственный человек, который мог бы её спасти, теперь даже не помнил, что она в беде.

***

В ветеринарной клинике Дитона пахло травами, кровью и озоном. На операционном столе лежал Крис Арджент — Селена была права, Кали стерла его память, но она сделала это грубо, оставив в его сознании «ментальные шрамы». Дитон осторожно прикладывал к его вискам компрессы с экстрактом омелы. — Он ничего не помнит осознанно, — тихо произнес Дитон, оборачиваясь к стае. — Но его подсознание зафиксировало всё: холод банковского хранилища и запах старой крови Хейлов. Стайлз, бледный и взвинченный до предела, метался по клинике. — Моя сестра у этого маньяка! Вы понимаете? Девкалион не просто Альфа, он её отец! Он её не погладит по головке, он превратит её в такую же машину для убийств, как он сам! — Успокойся, Стайлз, — Дерек стоял у стены, его глаза светились яростным синим светом. — Мы вытащим их. Айзек, что ты видел, пока не отключился? Айзек, чьи раны медленно затягивались, прикрыл глаза. — Там была вторая дверь. Глубже в хранилище. Я слышал сердцебиение... не одно. Бойд был там, и кто-то еще. Девушка. Она пахла как ты, Дерек. Дерек замер, его дыхание перехватило. — Кора... — прошептал он, глядя на Питера. Питер Хейл, вальяжно прислонившийся к шкафу, хищно улыбнулся. — Какая ирония. Наша маленькая племянница жива и служит приманкой. Джерард был любителем, а вот Девкалион — гроссмейстер. Он запер Селену с ними, чтобы сломать её морально. Она не сможет смотреть, как они умирают. План спасения: Отвлечение (Скотт и Айзек): Дитон предложил использовать Скотта как приманку. Он должен подойти к банку открыто, привлекая внимание близнецов. Его задача — спровоцировать их на преследование. Проникновение (Дерек и Питер): Пока Альфы отвлечены на Скотта, Дерек и Питер, используя знание старых коммуникаций города, проникнут в хранилище через вентиляционные шахты, которые ведут прямо в сейф. Взлом (Стайлз и Эрика): Стайлзу предстояло отключить систему безопасности и лазерные решетки. Эрика должна была защищать его, пока он копается в щитке. Козырь (Дитон и Крис): Дитон передал Крису, который начал приходить в себя, специальные стрелы с ультразвуковыми наконечниками. — «Они не убьют Альф, Крис, но они создадут частоту, которую стая Девкалиона не выносит. Это даст вам фору в десять секунд». — Десять секунд — это всё, что нам нужно, чтобы Селена выжгла эту дверь изнутри, — подытожил Дерек, надевая куртку. — Есть одна проблема, — подал голос Стайлз, останавливаясь у двери. — Селена была в форме Белоглазого демона. Если она не вернула контроль, она может напасть на нас первой. — Я верну её, — твердо сказал Крис, вставая с кушетки и заряжая арбалет. — Даже если мне придется напомнить ей, кто она, под прицелом. Стая вышла в ночь, направляясь к заброшенному банку. Это была самая опасная миссия в их жизни: спасти ведьму от собственного отца и брата от потери души.

***

Пока в стае Дерека строили планы, в стенах банковского хранилища происходило нечто странное. Девкалион поручил Кали присматривать за Селеной. Сначала между ними стояла ледяная стена: Кали была безжалостной убийцей, а Селена — пленницей. Но часы, проведенные в тесном пространстве хранилища, начали менять их отношения. Кали, несмотря на свою дикость, увидела в Селене не просто «силу для коллекции», а родственную душу — женщину, которую обстоятельства и мужчины превратили в оружие. Они начали разговаривать. Кали рассказывала о своей стае и о том, как трудно быть Альфой среди монстров, а Селена — о тяжести вечности. Между ними возникла странная, почти сестринская привязанность, основанная на взаимном уважении и силе. — Знаешь, — прошептала Кали однажды вечером, сидя у решетки Селены, — Девкалион думает, что сломал тебя. Но я вижу, что ты просто копишь искры. Но идиллия закончилась внезапно. В хранилище вошла темнокожая женщина с холодным, расчетливым взглядом — Марин Моррелл, сестра Дитона и советница Девкалиона. Она не была оборотнем, но от неё исходила аура древней магии. — Хватит сантиментов, Кали, — отрезала Моррелл. — Девкалиону нужно, чтобы её сознание было податливо для ритуала. Моррелл подошла к Селене. В её руке был шприц с мутной, переливающейся жидкостью — смесью омелы и магического экстракта. Прежде чем Селена успела среагировать, Моррелл вонзила иглу ей в шею. Мир вокруг Селены мгновенно начал расплываться. Ноги стали ватными, а фиолетовое свечение в глазах начало гаснуть, сменяясь тяжелой серой дымкой. Она начала оседать на пол, чувствуя, как сознание уходит во тьму. В последние секунды, когда веки Селены стали неподъемными, Кали резко наклонилась к самому её уху. Её голос звучал приглушенно, но отчетливо: — Не засыпай до конца, ведьма. Помни, где выход. Когда они придут — жги всё. Моррелл грубо оттолкнула Кали, и это было последнее, что видела Селена перед тем, как окончательно отключиться.

***

Штурм начался ровно в два часа ночи. Скотт и Айзек устроили шумный отвлекающий маневр у центрального входа, выманивая Эйдана и Итана на парковку. Тем временем Крис, Стайлз и Дерек, используя чертежи здания, пробрались через технический тоннель. Крис шел первым. Его сердце колотилось: он не помнил последних часов, но в груди жгло от странного чувства потери. Когда Стайлз взломал электронный замок второй двери хранилища, тяжелая сталь со стоном отошла в сторону. Крис ворвался внутрь, держа арбалет наготове, и замер. В центре зала, на холодном полу, лежала Селена. Она была неестественно бледной, а её дыхание едва уловимым. Рядом стояла Марин Моррелл, спокойно убирая пустой шприц в медицинский кейс. — Отойди от неё! — выкрикнул Крис, направляя стрелу прямо в сердце советницы. Моррелл даже не вздрогнула. — Ты опоздал, Арджент. Её разум сейчас в лабиринте, из которого нет выхода. Она не узнает ни тебя, ни брата. В этот момент Дерек, вбежавший следом, застыл как вкопанный. Его взгляд упал на решетку в углу, где, вцепившись в прутья, стояла Кора. — Кора?.. — голос Альфы сорвался. — Ты жива? Кора лишь кивнула, её глаза горели яростью. Она указала на Селену: — Помогите ей! Она пыталась нас защитить, пока эта женщина не вколола ей яд! Стайлз бросился к сестре, падая на колени. — Селена! Эй, проснись! Это я, Стайлз! — он тряс её за плечи, но веки девушки даже не дрогнули. Крис подошел к ним, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. Он вспомнил слова Кали, которые Селена слышала сквозь сон, хотя сам там не присутствовал — их общая связь работала вопреки логике. Он наклонился и прижал свою ладонь к её холодной щеке. — Селена, я знаю, ты слышишь. Ты обещала мне не убегать. Жги всё, слышишь? Жги этот туман! Внезапно воздух в хранилище раскалился. Тело Селены выгнулось дугой, а из её пор начал исходить ослепительный фиолетовый свет. Яд Моррелл начал испаряться, превращаясь в едкий пар. Моррелл отступила назад, её лицо впервые выразило страх. — Это невозможно... Доза была смертельной для её сознания. Селена резко открыла глаза. В них не было зрачков — только бушующее пламя, смесь ведьмовской силы и ярости феникса. Она схватила Криса за руку, и он почувствовал, как через него проходит мощнейший разряд энергии, который окончательно восстановил все его стертые воспоминания. — Я помню всё, — прохрипела она, поднимаясь на ноги. Её взгляд остановился на Моррелл. — Передай моему отцу: его лабиринт сгорел. Селена вскинула руки, и лазерные решетки, удерживающие Бойда и Кору, взорвались миллионами искр.