Тень убийцы

Золотистые лучи солнца мягко рассеивались по комнате узорами тюля. Будильник прозвенел ровно в семь часов. Неприятная трель заполнила всё пространство, не оставляя возможности поспать чуть-чуть подольше. Рома медленно приоткрыл глаза, и яркое солнце на мгновение ослепило его. «Блять, как же всё заебало, опять этот бессмысленный кабинет, эта работа…» — подумал Краснов, направляясь к балкону, вытаскивая сигарету из пачки. Двор был умиротворённым, лишь усталый дворник нарушал тишину шарканьем метлы. Вдалеке Роман слышал отголоски проезжающих мимо машин, голоса редких людей. Внутри было пусто. То, что раньше приносило смысл, теперь постепенно меркло, любимая работа стала рутинной. «Для чего всё это?» — часто задавал себе вопрос Краснов, но времени подумать над этим просто не было. Работа убивала его, но следом и воскрешала, позволяя быть нужным. Рома потушил сигарету, параллельно думая о том, что ещё надо успеть приготовить кофе, принять душ и, естественно, одеться. Утренняя суматоха отражалась в каждом уголочке дороги до работы. Кто-то опаздывал, подбегая к уже тронувшемуся троллейбусу, а кто-то шёл не спеша, словно созерцая каждый момент утра. Краснов не любил торопиться, поэтому расслабленно держал путь, зная, что точно будет вовремя. Лёгкий ветерок мягко обдувал его лицо и уносил с собой капельку утренних мыслей. Показывая, что даже самый холодный зимний ветер может стать теплее, нужно лишь время. Добравшись до своей рабочей территории, Краснов снова открыл заключение экспертизы, личное дело жертвы. В дверь негромко постучали. — Войдите. На пороге стоял Иван Кириллович, переминаясь с ноги на ногу. — Привет Ром, ну что там по делу? — неуверенно спросил судмедэксперт. — Здравствуйте, пока толком ничего нет, думаю проверить пару мест, где часто была девушка. — Знаешь, меня это убийство почему-то не отпускает, прямо как раньше… ну, когда ты ещё молодой и зелёный, и всё принимаешь близко к сердцу. — Мммм, — задумчиво ответил Краснов, параллельно записывая что-то в ежедневник. — А вы что думаете, в какую сторону стоит копать? — Я бы начал со знакомых и друзей. Убийца явно мужчина, либо очень высокая и сильная женщина, которая смогла задушить голыми руками, — чуть улыбнувшись произнес Иван Кириллович. Рома не помнил, с чего началась их дружба, но это был первый человек, который в него поверил, а не смотрел косо, в отличие от остальных. Они часто обсуждали преступления, и Иван Кириллович давал дельные советы, исходя из личного опыта. Краснов всегда знал, что тот сможет дать совет в любой ситуации, причём не настаивая, а предлагая вариант. Так было, когда он зашёл в тупик в своём первом деле, так было, когда он лишился самого важного человека в своей жизни… Уверенный стук в дверь вырвал Романа из раздумий, который не заметил, как остался в кабинете один. — Войдите. — Здравствуйте, я к вам по распределению. Направлен на практику, — уверенно заявил парень. Краснов поднял взгляд: перед ним стоял молодой человек на пару лет младше его самого, высокий брюнет с чуть растрепанными волосами и тёмными карими глазами, в которых можно утонуть. — Мне не сообщали… — Окончательно решили сегодня утром. — Ну … хорошо. Меня зовут Роман Борисович Краснов, — произнес Рома, протягивая руку. — Я знаю, меня — Сергей Кузнецов. Рома невольно ещё раз пригляделся к фигуре практиканта: чёрная водолазка, прекрасно сидевшая на нём, подчёркивала виднеющиеся мышцы, а брюки, идеально отглаженные, мягко струились вплоть до подошвы ботинок, скрывая ноги. — Расскажи о себе, — поинтересовался Краснов, присаживаясь в кресло. — Я на втором курсе, играю в шахматы… мне всё о себе перечислять? — с вызовом ответил Серёжа. — Ну, не хочешь, и не надо, — театрально закатив глаза ответил Рома, слегка рассмеявшись. — Теперь к делу, пробегись по документам глазами и скажи, что думаешь. Кузнецов впивался глазами в каждую страницу папки, пытаясь уловить суть. — Я бы начал с универа, может библиотеки, пообщался бы ещё раз со всеми лично. — Ммм… Пошли, — проговорил Краснов, стремительно поднявшись со стула. Они покинули кабинет, направляясь по тёмным коридорам-лабиринтам к выходу. Солнце стояло высоко ослепляя противным белым светом, который не радовал глаз, а наоборот слепил. «Покурить бы…» Они несколько часов провели в здании университета, опрашивая знакомых убитой. Причём, Серёжа общался со студентами и преподавателями, а Рома всё записывал, наблюдая за практикантом. Незаметно для себя Краснов всё чаще останавливал свой взгляд на будущем коллеге, внимательно вслушиваясь в то, что он говорит. «Неплохо, неплохо,» — мысленно повторял следователь. — А хорошо мы сегодня поработали, не правда ли? — с воодушевлением произнёс Сергей. — Да, только вот нового ничего не узнали, — монотонно ответил Краснов, делая вид, что читает важные записи в ежедневнике. Когда они проходили мимо аудиторий, их взгляд нечаянно зацепился за работающих студентов. В одной мастерской лепили голову Давида, в другой занимались рисунком: натюрмортами, набросками. «Интересно, где они берут вдохновение на всё это? В чём они ищут смысл для этого?» — подумал Рома. На столе красовалась хрустальная пепельница, на дне которой покоились останки сигарет, которые никто уже никогда не докурит. Краснов держал в правой руке неспешно тлеющий фильтр, приятно обжигающий кожу своим теплом, а левой перелистывая записи. «Ничего нового… Бесполезно прожитый день» Внутри него кровоточила огромная рана, которая в то же время была такой пустой. Как будто что-то вырезали как аппендикс и забыли зашить. Рома медленно затягивался, заставляя голову погрузиться в туман. Куда-то далеко, где нет проблем, нет этой пустоты. «Вот бы куда нибудь улететь… Далеко-далеко, лишь бы не тут» Он обхватил голову руками, держа медленно тлеющую сигарету. Ей было всё равно, она продолжала гореть несмотря ни на что. Взгляд тяжелел, а веки медленно закрывались. «Завтра разгребу всё это. Костьми лягу, но пойму в чём тут дело…»