Кое-что о демонах

      Зиккурат Молоха поражал воображение тем, что был абсолютно невзрачен. То есть само словосочетание "зиккурат Молоха" рождает перед внутренним взором эдакий грандиозный праздничный торт со свечами, гирляндами, жертвоприношениями и жрицами-девственницами, танцующими вакханские самбы и румбы. Но перед Иваном предстало жалкое сооружение, похожее на общественный туалет на обочине всеми забытой дороги на краю Дикого поля. На полуобвалившейся крыше стояло еще одно сооружение, напоминавшее пляжную кабинку для переодевания. Богатырский конь протяжно то ли зевнул, то ли рыкнул и принялся объедать незрелые финики с косой пальмы, почти прислонившейся к туалету. Иван свесился из седла, ухватившись руками за подпруги и стал разглядывать полустершиеся картинки на голубом кафеле, коим был небрежно отделан зиккурат. Вот на картинках как раз плясали девственницы, но присутствие явно маскулинных фигур на рисунках и недвусмысленные позы заставляли подозревать, что девственницы уже вкусили физической любви. Иван вернулся в седло, потому что легкий ветер принес странное амбре — смесь запахов сушеной травы и тления. Человек заставил индрика обойти зиккурат. Прямо за ним начиналась сухая степь, утыканная тут и там островками пожелтевшей травы, в которой Иван опознал пампасную траву. Из островков торчали пики с нанизанными на них головами разной степени засушенности, ближайшую, еще не совсем сгнившую, важно зыркая блестящим глазом, клевал огромный ворон.       — Эй, уважаемый ворон, – крикнул Иван, – где мне искать яйцо динозавра?*       Ворон склонил голову и задумался, потом расправил одно крыло и каркнул:       – Там!       Посмотрел на Ивана и снова каркнул:       – Три!       – Ага, спасибо.       Индрик потрусил в сторону, указанную птицей, и вскоре вдалеке показались угольного цвета шатры. Иван насторожился, но оружия с собой у него все равно не было, кроме засапожного ножа, а индрик, благодаря размерам, мог устрашить кого угодно или убежать от кого угодно.       Шатры располагались на первый взгдяд хаотично, но чередование размеров и ориентации их по сторонам света навевало на мысль о том , что те, кто их ставил, знали какую-то вселенскую тайну**       Иван раскатал альпинистскую лесенку и бодро спустился с бока своего коня. Вход в ближайший шатёр был прикрыт трепыхавшимся на слабом ветру тяжелым покрывалом. Иван попытался поймать его край, но пальцы промахнулись. Несколько следующих попыток тоже провалились. Покрывало как будто ускользало в последний момент. Тогда Иван закрыл глаза и просто шагнул вперед. Внутри оказалось темно, но в воздухе висели едва заметные золотистые стрелочки. Задев одну из них, он услышал слабый звон, а стрелочка вспыхнула и послала световой импульс, который пробежал по сети стрелочек, зажигая места контактов их друг с другом. Потом импульс угас, но сетчатка Ивана несколько секунд горела золотым свечением. Иван шагнул назад и сразу же зажмурил глаза от яркого света. Темный шатер исчез, перед Иваном простиралась степь с клочками пампасной травы. Шатер оказался сзади него, при чем это был не тот шатер, в который он входил. В общем-то, он был готов к подобного рода происшествиям – жизнь в мире демонов его закалила, раньше он к тому же сталкивался с задачей Трех Дыр демоницы Лю Си Дзынь***. Немного побродив между шатрами, чтобы запомнить их формы и расположение относительно друг друга, Иван вошёл в один из них. Шатер был маленьким, но на внутреннем пространстве это почти никак не сказалось, оно оставалось бесконечным. Идти вперед не представлялось возможным, поэтому он снова вышел, сделав шаг назад.       На этот раз солнце светило в левый глаз.       – Ну что же, – сказал путник, повернувшись к ближайшему шатру, – наверно, стоит использовать принцип формы-образа**** Иван с разбегу влетел в третий шатер, сгруппировался и покатился кубарем в безвоздушном пространстве, освещенном золотистыми сполохами. * Разговоры с животными в мире демонов — обычное явление, многие из них понимают речь (в отличие от людей) могут произносить слова и даже целые фразы, и уж точно общаются при помощи примитивных жестов. ** в словаре оджибуэев неоднократно упоминаются Темные Века. С ними связаны легенды и мифы, не всегда содержащие крупицы надежной информации, достоверно известно, что изделия из тёмной материи до сих пор не утратили свой сакральный смысл и мощную демоническую энергию, также называемую Тёмной. Есть свидетельства, что в потустороннем мире были умельцы, умеющие использовать свойства Тёмной материи, например, Василий Тёмный. Так же общепринятой теорией объясняется наличие родничков у новорожденных – через него осуществляется связь через тёмную материю с Чёрными дырами, подтверждением этому служит и само название "темя". Гитчи Маниту указывает на то, что сокращения имён, происходящих от богини Артемиды (Тёма) или "Почитающий бога" Тимофей (также"Тёма), могут говорить об использовании Тёмной материи поколением богов, что и отличает их от титанов и прочих хтонических и более древних сущностей. *** История Лю Си Дзынь – очень драматичная история. В ранних изданиях словаря оджибуэев перечисляется около десяти трагедий, принадлежащих перу известных авторов от Утнапиштима и Софокла, до Островского и Ибсена, в которых так или иначе освещается Задача Трёх Дыр. Однако после Первого подвига Ивана Ушко, Гитчи Маниту существенно изменил статью. Тысячелетнее затворничество Лю Си Дзынь в теле непорочной девственницы было прервано и вечные страдания первого раза больше не принуждают несчастную демоницу творить зло. **** Этот медод широко используется для обучения боевым искусствам со времен Бодхидхармы. Иван является признанным знатоком стилей Суки рю, фтайкусувань, пуквандо, ракомтэ впопусинкай и французского бокса Суватэ.