ШГШ: Новая жизнь

Захват школы террористами стал точкой невозврата, разделившей жизнь на «до» и «после». Пока спецназ за оцеплением сверял планы этажей, Димон и Дерзкий обменялись коротким взглядом, в котором было больше понимания, чем в любом учебнике по тактике. Они рванули через задний двор, игнорируя мегафоны ментов. Остальные остались по ту сторону красной ленты: Даня осел на землю, хватаясь за грудь от приступа болезни, Камран метался рядом, не зная, чем помочь, а девчонки в ужасе жались друг к другу, глядя на разбитые окна спортзала. Димон и Дерзкий действовали как единый механизм. Пока террористы ждали штурма с парадного входа, пацаны просочились через подвал, который знал каждый сантиметр их прогулов. Димон, проявив хладнокровие, от которого веяло могильным холодом, обезвредил часового у серверной, а Дерзкий своей массой просто вынес хлипкую дверь в заложническое крыло. Они вывели всех: и дрожащую Рашиду Жавдатовну, и Виктора Олеговича, который до последнего прикрывал собой детей. За этот подвиг им вручили медали за отвагу. Статус «авторитета города» сменился на звание «главного защитника». Димон почувствовал, что насилие ради власти ему больше не интересно — теперь он хотел защищать своих. Но цена победы оказалась высокой. На фоне бесконечного стресса и ПТСР у Димона и Полины произошел надлом. Они расстались, решив, что им нужно время, чтобы найти себя по отдельности. Прошел год. Девятый класс встретил их переменами, от которых кружилась голова. Всем стукнуло по 15. Дерзкий окончательно превратился в гиганта, став выше всех в школе. Димон теперь был всего на сантиметр ниже него, но в плечах заметно раздался. Дерзкий нашел свое счастье с Юлей со вписки — она стала его тихой гаванью, единственной, кто мог успокоить его звериный нрав. Но с президентством в школе пришлось попрощаться: после того как Дерзкий в мясо разнес лицо Платону, того с позором отчислили, а самого Дерзкого сняли с должности. Однажды утром на крыльце школы Дерзкий перехватил Даню. — Слышь, бро, ты как сегодня? Лицо как у мела, — пробасил Дерзкий, придерживая друга за плечо. Даня, несмотря на рак, продолжал бороться, но его шатало. Рядом с ним всегда была Алёна — новая одноклассница, ставшая его опорой. — Пойдет, Дерзкий. Главное, что ноги носят, — хрипло ответил Даня. — Ты лучше за Алёной присмотри, если я вырублюсь. Она... она на грани, я вижу. Даня был прав: под грузом страха потерять его, Алёна сломалась и подсела на наркоту, превратившись в бледную тень. В этот момент мимо них прошла Полина. За этот год она превратилась в ледяную королеву. Она стала врагом для всей компании, отдалилась и смотрела на бывших друзей с нескрываемым презрением. — О, защитники города в сборе, — ядовито бросила она, поправляя сумку. — Один при смерти, второй — вышибала без мозгов. Красивая картинка. — Заткнись, Полина, — огрызнулся Дерзкий. — Тебе лед в сердце вставили вместо мозгов? — Нет, Дерзкий, — она остановилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Я просто прозрела. Пока вы играете в героев, жизнь проходит мимо. И Димону передай — пусть не ждет, что я вернусь, когда он наиграется в праведника. Ксюша Степанюк за это лето изменилась до неузнаваемости. Она немного вытянулась и теперь была Димону по грудь. Но главное — она превратилась в настоящую бомбу. Пухлые губы стали еще объемнее, макияж — профессиональнее, а дорогая одежда идеально подчеркивала выросшую грудь и заметно округлившуюся попу. Она реально втюрилась в Димона и теперь подкатывала к нему не ради денег, а по-настоящему. Ксюша подловила Димона у раздевалки. — Дим, ты опять в этих мыслях? — она подошла вплотную, обдав его ароматом ванили и дорогих сигарет. — Посмотри на меня. Я же не та глупая девчонка, которой нужны были только подарки. — Ксюша, не сейчас, — устало выдохнул Димон. — А когда? — она дерзко вскинула голову, её грудь коснулась его пиджака. — Ты застрял в прошлом. Полина тебя ненавидит, она теперь твой враг. А я здесь. Я могу сделать так, что ты забудешь всё это дерьмо. Димон посмотрел на неё сверху вниз. Ксюша была чертовски красива, настоящая королева школы, но в его голове всё еще звучал смех Полины из того времени, когда они были счастливы. На квартире у Димона стало еще теснее. К ним переехал старший брат Дерзкого — 18-летний тип на черной ВАЗ-21099. Машина была наглухо тонирована, «посажена» и ревела на весь квартал. Брат был крут, но девчонки его игнорировали — у каждой были свои драмы. Лера всё чаще проводила время с Дерзким, они стали лучшими друзьями. Но однажды ночью, после очередной жесткой попойки, когда все уже разошлись по комнатам, Лера и Димон остались одни на кухне. — Ты же видишь, как Ксюша на тебя смотрит? — тихо спросила Лера, прислонившись к косяку. — Вижу. Но это всё не то, Лер. — А что «то»? — она подошла вплотную, её взгляд был туманным от алкоголя. — Полина, которая хочет тебя уничтожить? Или ты просто боишься быть счастливым? Лера прижала его к холодильнику. В её глазах была странная смесь жалости и желания. Не давая ему опомниться, она впилась в его губы долгим, пьяным поцелуем. Димон ответил, и в этот момент старый мир окончательно рухнул, оставив место только для новой, запутанной боли.