Падение Империи

      Зал Совета находился в самом сердце дворца — бывший тронный зал Империи, перестроенный и лишённый былого величия. Золотые драконы на стенах были сбиты, имперские штандарты сожжены, а на месте императорского трона теперь стоял длинный дубовый стол, за которым заседали новые правители.       Отец Клауда сидел во главе стола. Справа от него — седой лорд Эдгар, старейший член Совета, помнивший ещё первые дни восстания. Слева — леди Мирабель, женщина с острым лицом и ещё более острым языком, отвечавшая за финансы. Дальше — лорд Вернон, военный командир, грузный мужчина с вечно недовольным выражением лица. И ещё с десяток дворян, каждый со своими интересами и амбициями.       — Итак, — начал отец Клауда, обводя взглядом присутствующих. — Первый вопрос. Доклад с северных границ.       — К чёрту границы! — рявкнул лорд Вернон, стукнув кулаком по столу. — У нас тут проблема под носом, а вы про границы!       — Лорд Вернон, — голос отца Клауда остался ровным, но в нём послышался холодок, — извольте соблюдать порядок.       — Порядок? — Вернон вскочил, упёршись руками в стол. — Я вчера был на тренировочной площадке! Я видел, что этот… этот…— он запнулся, подбирая слово, — этот выкормыш сделал с моим рыцарем! Грегор до сих пор в постели лежит, дышит через раз!       — Грегор сам вызвался, — спокойно заметил отец Клауда.       — Он вызвался на спарринг с человеком! — взорвался Вернон. — А это… это… — он снова не нашёл слов.       — Демон, — подсказала леди Мирабель, не поднимая глаз от документов. — Существо, заточённое предками Голдвиндов и освобождённое их отпрыском. Мы все в курсе, лорд Вернон. Не надо мычать.       Вернон побагровел.       — Ты… да как ты смеешь…       — Господа, — отец Клауда повысил голос ровно настолько, чтобы его услышали. — Лорд Вернон прав в одном: ситуация требует обсуждения. Леди Голдвинд в последнее время…вышла из тени.       — Вышла из тени? — фыркнул лорд Эдгар. — Она выходит в сад! В библиотеку ходит! По дворцу шастает, как к себе домой! А вы говорите «вышла из тени.»!       — У неё есть разрешение Совета, — напомнил отец Клауда.       — Разрешение? — Эдгар стукнул тростью об пол. — Мы разрешили ей дышать воздухом, а не разгуливать повсюду! Мои люди видели её в восточном крыле на прошлой неделе! Это где, простите? Рядом с нашими покоями!       — И что она там делала? — поинтересовалась леди Мирабель.       — Стояла! Смотрела! Улыбалась этой своей… — Эдгар передёрнул плечами. — А этот её… страж… за спиной, как тень! Моя жена теперь спать не может, всё чудится, что они ночью в спальню войдут!       По залу прокатился нестройный гул голосов. Кто-то возмущался, кто-то перешёптывался, кто-то откровенно трусил.       — Тишина, — отец Клауда поднял руку. — Лорд Эдгар, вы преувеличиваете. Леди Голдвинд не покидает отведённой ей территории без сопровождения. Восточное крыло — часть садового комплекса, и она имела право там находиться.       — Право? — Эдгар прищурился. — С каких это пор у пленницы есть права?       — С тех пор, как мы заключили сделку, — жёстко ответил отец Клауда. — Или вы забыли, что случилось, когда мы пытались нарушить условия?       В зале повисла тишина. Все помнили. Пять лет назад, в первый год заточения, кто-то из стражи решил, что пленницу можно… того. Не спрашивая разрешения. Наутро нашли только обглоданные кости и надпись кровью на стене: «Ещё раз — и следующий будете вы».       С тех пор условия соблюдали свято.       — Мы не можем её убить, — подвёл итог лорд Вернон, усаживаясь обратно. — Мы не можем её запереть — она уже заперта, но выходит. Мы не можем даже приблизиться к ней без риска для жизни. Так что предлагаете? Просто смотреть, как она разгуливает по нашему дворцу и улыбается?       — Она не разгуливает, — возразил отец Клауда. — Она посещает библиотеку. Сад. Иногда — внутренний двор. Всё в пределах согласованной территории.       — Согласованной кем? — встрял молодой лорд Стефан, до этого молчавший. — Мы с вами, глава Райотхарт, ничего не согласовывали. Это вы лично дали ей разрешение?       Все взгляды устремились на отца Клауда. Тот остался невозмутим.       — Я выполняю решения Совета. Совет постановил, что пленница должна иметь доступ к свежему воздуху и книгам. Где именно она будет гулять — детали, не требующие общего голосования.       — Детали? — Лорд Вернон снова вскочил. — Детали решают всё! Если завтра она захочет прогуляться по нашим спальням, вы тоже скажете «детали»?       — Не истерите, Вернон, — устало произнесла леди Мирабель. — Вопрос не в том, где она гуляет, а в том, зачем. И с кем.       Она многозначительно посмотрела на отца Клауда.       — До меня дошли слухи, что ваш сын, глава Райотхарт, довольно часто… пересекается с леди Голдвинд. В библиотеке. И не только.       По залу пробежал новый гул. На этот раз заинтересованный.       — Мой сын, — спокойно ответил отец Клауда, — выполняет свои обязанности. Он наследник. Ему полезно знать историю. А в библиотеке лучшие книги по истории — те, что остались от Империи.       — И леди Голдвинд помогает ему в этом? — усмехнулся лорд Стефан.       — Леди Голдвинд тоже читает книги. Совпадения бывают.       — Совпадения? — фыркнул лорд Эдгар. — Три раза за неделю? Это не совпадения, это…       Он не договорил. Дверь в зал Совета приоткрылась, и секретарь просунул голову.       — Господа, прошу прощения… там… леди Голдвинд.       В зале воцарилась мёртвая тишина.       — Что значит «леди Голдвинд»? — медленно переспросил лорд Вернон.       — Она… она в приёмной. Говорит, что у неё дело к Совету. И… — секретарь сглотнул, — её страж с ней.       Кто-то из лордов побледнел. Кто-то схватился за сердце. Лорд Эдгар вцепился в трость так, что костяшки побелели.       — Как она… как она сюда прошла? — прошипел он.       — Стража… стража её пропустила, — секретарь выглядел так, будто сам не верил в то, что говорит. — Говорят, у неё разрешение. От… от главы Совета.       Все взгляды снова устремились на отца Клауда.       Тот медленно поднялся.       — Я не давал ей разрешения, — сказал он ровно. — Но, видимо, кто-то ошибся. Или… — он сделал паузу, — она решила, что разрешение ей больше не нужно.       — Вы хотите сказать, — голос леди Мирабель дрогнул впервые за всё заседание, — что она просто… пришла? Сама?       — Похоже на то.       — И что нам делать? — лорд Вернон оглянулся на дверь, словно ожидая, что оттуда сейчас ворвётся демон. — Вызвать стражу? Спрятаться?       — Мы — Совет правящих, — холодно произнёс отец Клауда. — Мы не прячемся от пятнадцатилетней девочки. — Он повернулся к секретарю. — Впустите.       — Вы с ума сошли? — взвизгнул лорд Эдгар.       — Сидеть, — рявкнул отец Клауда так, что старик мгновенно заткнулся. — Мы посмотрим, что ей нужно.       Дверь открылась.       Алтея вошла в зал Совета, как входят в собственную гостиную. Лёгкая, спокойная, с той самой полуулыбкой на губах. На ней было простое тёмно-зелёное платье, волосы убраны в аккуратную причёску — ни дать ни взять, юная аристократка, пришедшая на светский приём.       Демон возвышался за её спиной.       — Доброе утро, господа. Империя приветствует вас.       По залу словно сквозняк пробежал. Лорд Вернон открыл рот, но не издал ни звука. Леди Мирабель смотрела на неё, как на привидение. Лорд Эдгар, кажется, перестал дышать. Отец Клауда остался сидеть. Только пальцы, сжимающие подлокотник кресла, побелели.       — Леди Голдвинд, — произнёс он ледяным тоном. — Чем обязаны?       Алтея посмотрела на него прямо. В её золотых глазах плясали смешинки.       — Мы решили, что пора познакомиться с теми, кто… временно… распоряжается в нашем дворце. — Она обвела взглядом застывших лордов. — А заодно обсудить кое-какие вопросы. Например, почему лорд Эдгар считает, что восточное крыло — запретная для нас территория? Или почему лорд Вернон так громко возмущается поведением нашего стража, хотя сам же просил показательного спарринга?       В зале повисла тишина — такая, что её можно было резать ножом.       Алтея улыбнулась ещё шире.       — Но это потом. Сначала — просто познакомиться. Империя любит знать в лицо тех, с кем… имеет дело.       Она сделала шаг вперёд. Ферн шагнул следом.       Никто не шелохнулся.