Право на вдох

Сентябрь в университете постепенно терял свою золотую яркость, сменяясь холодными ветрами, которые заставляли студентов кутаться в объемные шарфы. Для Чимина этот месяц стал испытанием на прочность. Каждый раз, проходя мимо доски объявлений в главном холле, он натыкался взглядом на яркий плакат: «Ежегодный фестиваль. Рады приветствовать первокурсников. Прием заявок до конца недели». В тот первый день, когда он только увидел это объявление, аромат ледяного персика в коридоре стал почти горьким. Паника накрыла его мгновенно. Флешбэк Комната в их старой квартире казалась Чимину клеткой, из которой нет выхода. Хван стоял в дверном проеме, перекрывая путь к свободе. — Ты никуда не пойдешь, — его голос был тихим, вкрадчивым, отчего по спине бежали мурашки. — Но, Хван... это же просто выступление, — Чимин сжимал в руках сценическую рубашку, чувствуя, как немеют пальцы. — Это не «просто выступление», это повод для других альф раздевать тебя глазами. Ты хочешь этого? Хочешь, чтобы они видели каждый изгиб твоего тела, пока ты извиваешься на сцене? Хван сделал шаг вперед, и Чимин невольно отступил, пока не уперся в кровать. Резкий рывок — и омега оказался повален на матрас. Тяжелые ладони альфы мертвой хваткой вцепились в его запястья, вдавливая их в подушки. — Твоя сцена — здесь, со мной, — прошептал Хван прямо в губы, игнорируя слезы, застилающие глаза Чимина. — Больше ты танцевать не будешь. Я не позволю тебе позорить меня своей доступностью. На следующее утро Чимин не смог поднять руки, чтобы расчесаться — на бледной коже запястий расцветали уродливые сине-черные пятна, точь-в-точь повторяющие форму пальцев его «любящего» альфы. С тех пор он не выходил на сцену. — Чимин-а? Ты в порядке? — голос куратора, господина Ли, заставил его вздрогнуть. Чимин стоял в пустом репетиционном зале, глядя на свое отражение в зеркале. Огромная толстовка скрывала всё, кроме кончиков пальцев, которые мелко дрожали. — Да, господин Ли. Простите, — Чимин сглотнул вязкий ком в горле. — Я... я пришел сказать, что хочу подать заявку на фестиваль. Соло. Наставник удивленно поднял брови, но в его глазах промелькнула искра искренней радости. — Это смелое решение, Чимин. Выступление через месяц, подготовка будет тяжелой. Ты уверен, что готов вернуться? Чимин вспомнил взгляд Чонгука в столовой. Прямой, изучающий, но не оценивающий его как кусок мяса. Почему-то именно это воспоминание придало ему сил сделать вдох. — Я должен попробовать. Иначе я никогда не выйду из этой тени. После разговора с куратором Чимин чувствовал себя так, словно пробежал марафон. Ноги были ватными, а в груди поселился холодный комок тревоги. Ему нужно было увидеть Юнги. Только рядом с ним мир переставал казаться минным полем. В это же время в главном корпусе юридического факультета жизнь кипела своим чередом. Чонгук стоял у высокого окна в компании Тэхёна и одного из их одногруппников, лениво обсуждавших список литературы на семестр. Солнечные лучи пробивались сквозь пыльное стекло, подсвечивая серьезное лицо Чонгука, который пытался сосредоточиться на скучных фактах, пока Тэхён нетерпеливо постукивал пальцами по подоконнику. — Да брось ты, Гук-и! Эти кодексы никуда не убегут, а вот шанс увидеть легендарную ледяную улыбку Мин Юнги выпадает не каждый час, — Тэхён внезапно выпрямился, поправляя воротник своего стильного пиджака и бросая быстрый взгляд в сторону лестницы. По широкому коридору, направляясь к выходу, шел Юнги. Он выглядел как обычно — отстраненным и сосредоточенным, но сегодня рядом с ним шла омега с факультета дизайна. Она что-то быстро и воодушевленно шептала ему на ухо, то и дело касаясь его локтя. Юнги не отстранялся, но в его позе сквозило явное нетерпение, словно он считал секунды до момента, когда сможет остаться один. Тэхён прищурился. В его глазах вспыхнул азартный огонек, который не предвещал Юнги спокойного завершения дня. — Смотри и учись, брат, как нужно штурмовать неприступные крепости, — бросил Тэхён и, не дожидаясь ответа, шагнул прямо наперерез паре. Юнги пришлось резко затормозить, чтобы не врезаться в сияющего Тэхёна. Омега с факультета дизайна недовольно нахмурилась, но Тэхён её просто не заметил. Все его внимание было приковано к старшекурснику. — Хён! Какая встреча! — голос Тэхёна заполнил всё пространство вокруг, заставляя нескольких студентов обернуться. — Я как раз думал, не слишком ли много черного в твоем гардеробе сегодня? Это навевает мысли о трауре по моим несбывшимся надеждам на твой номер телефона. Юнги медленно поднял взгляд на Тэхёна. В его глазах читалась смесь усталости и искреннего недоумения от того, как этот первокурсник умудряется возникать из ниоткуда в самый неподходящий момент. — Ким, у тебя что, паралич инстинкта самосохранения? — голос Юнги был сухим, как старый пергамент. — Я занят. У меня дела, которые не включают в себя прослушивание твоего ежедневного бреда. — О, дела! — Тэхён сделал шаг ближе, нагло вторгаясь в личное пространство Юнги и совершенно игнорируя возмущенный вздох омеги рядом. — И эти дела включают в себя прогулки с очаровательными омегами, пока я тут прозябаю на лекциях? Хён, ты разбиваешь мне сердце. Может, исправишь это чашкой кофе прямо сейчас? Юнги на мгновение замолчал, переводя взгляд на Чонгука, который стоял чуть поодаль, стараясь сделать максимально невозмутимый вид. Но Юнги видел — братья Чон сегодня явно решили испытать его терпение на прочность. — Мое сердце — это не кофейня, Ким. Там нет мест для посетителей, особенно для таких шумных, — Юнги обошел Тэхёна, даже не взглянув на него напоследок. — Иди учи кодексы. Пока я не попросил профессора устроить тебе личный экзамен вне очереди. Юнги уже собирался обойти Тэхена и навсегда скрыться в лабиринтах коридоров, как вдруг тишину юридического корпуса прорезал торопливый стук кроссовок по плитке. — Юнги-хён! Хён, ты не поверишь! — Чимин влетел в круг альф, запыхавшийся, с раскрасневшимися щеками и сияющими глазами. В этот момент он не был похож на ту тень, которая жалась к стенам. Он буквально светился изнутри, не замечая ни застывшего Тэхена, ни пристального, обжигающего взгляда Чонгука. Чимин вцепился в рукав черной куртки Юнги, едва ли не подпрыгивая на месте. — Я сделал это! Я только что от господина Ли, он принял мою заявку! Юнги, я буду участвовать на « фестевале »! Соло! Ты представляешь? Он сказал, что верит в меня! Юнги мгновенно изменился в лице. Весь его колючий сарказм испарился, уступив место мягкой, почти отеческой тревоге. Он быстро перехватил дрожащие пальцы Чимина в свои ладони, игнорируя присутствие братьев Чон. — Тише, Чимин-а, дыши, — негромко произнес Юнги, заглядывая омеге в глаза. — Ты уверен? Ты хорошо подумал? Это большая нагрузка, и… ты ведь знаешь, сколько там будет людей. Чимин на секунду замер, его восторженная улыбка стала чуть менее уверенной, но взгляд остался твердым. — Я знаю, хён. Но если я не сделаю этого сейчас, я никогда не смогу…  Чонгук замер, не в силах отвести взгляд. Он впервые видел такого Чимина — живого, искрящегося, лишенного своей ледяной брони. В этот миг омега казался ему воплощением самого чистого света, и сердце альфы пропустило удар, скованное странным, почти болезненным восхищением. Ему хотелось, чтобы этот момент длился вечно, чтобы Чимин никогда больше не вспоминал о страхе. Но тишину, наполненную восторгом Чимина, бесцеремонно нарушил Тэхён. — Ого! — воскликнул Тэхён, широко улыбаясь и подаваясь вперед. — Я и не знал, что такой хрупкий ангел умеет так громко и активно радоваться! Хён, почему ты прятал от нас это сокровище? Чимин-а, ты просто невероятный, когда не строишь из себя ледышку! Улыбка Чимина погасла мгновенно, словно кто-то выключил свет в комнате. Он замер, медленно переводя взгляд на Тэхёна, и в его глазах тут же вспыхнула знакомая колючая настороженность. Радость испарилась, оставив после себя лишь горький привкус осознания — он снова открылся перед чужими. — Тэхён, замолчи! — резко шикнул Юнги, делая шаг вперед и закрывая Чимина своим плечом. — Тэ, пожалуйста, помолчи, — одновременно с ним произнес Чонгук. Он видел, как Чимин начал медленно отступать, и в груди альфы кольнуло чувство вины за бестактность брата. Чонгук сделал полшага навстречу, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче и спокойнее. — Чимин... Я правда рад, что ты решился участвовать. Это... это очень смело. Я обязательно приду поддержать тебя. Чимин замер на полувздохе. Слова Чонгука, лишенные иронии и наполненные странной, почти осязаемой теплотой, на секунду сбили его с толку. Он посмотрел на Чонгука — широкоплечего, уверенного в себе альфу, который сейчас смотрел на него с таким искренним уважением, что это пугало сильнее, чем насмешки. «Придет поддержать? Будет смотреть на меня со сцены?» — мысли закружились вихрем, превращаясь в липкую тревогу. — Я... мне пора. Хосок-хён ждет меня в зале, нам нужно разобрать связку, — голос Чимина сорвался. Он бросил на Чонгука последний, почти затравленный взгляд, и сорвался с места, скрываясь за дверями корпуса. Юнги проводил его тяжелым взглядом, а затем медленно повернулся к Тэхёну. Он подошел вплотную, сокращая дистанцию до минимума. Тэхён замер, ожидая очередной вспышки гнева, но Юнги действовал иначе. Он поднял руку и начал медленно, почти заботливо, смахивать невидимые пылинки с плеча яркого пиджака Тэхёна. — Послушай меня внимательно, Ким, — голос Юнги был тихим и пугающе спокойным. — У тебя очень красивое лицо и… очень красивый ротик. Но иногда этим ротиком стоит просто молчать и думать, прежде чем выпускать из него слова. Не всё в этом мире — площадка для твоих шоу. Юнги в последний раз поправил воротник Тэхёна и, не дожидаясь ответа, развернулся и ушел вслед за Чимином. Тэхён так и остался стоять на месте, приоткрыв рот от растерянности, а Чонгук лишь тяжело вздохнул, понимая, что его попытка поддержки, хоть и была искренней, только добавила Чимину лишний повод для беспокойства.