Жуки. Становление героем.

Наблюдательный центр. Мгновение после сигнала. ПИИИИИИИИИИИ Пронзительный сигнал разнёсся над наблюдательным центром, заставляя всех вздрогнуть. Красные лампы сменились зелёными, и на огромном экране высветились слова: «Практическая часть класса 1-А объявляется завершённой!» В комнате повисла тишина. Никто не верил. Никто не мог поверить. — Они... — голос Киришимы сорвался. — Победили? — Из-за дыма, накрывшего поле, ничего не видно, — Момо прищурилась, вглядываясь в экран. — Но, кажется, так оно и есть. — ОНИ ПОБЕДИЛИ!!!! — закричала Очако, и её голос разбил тишину, как молния разбивает небо. Большая часть присутствующих начала торжествовать. Мина обняла Джиро со всей силы, так что та захрипела. — Эй! — Кёка отбивалась. — Поставь меня! — Они победили! — Мина не слушала. — Ура! Оджиро стоял, скрестив руки, и смотрел на экран, где дым медленно рассеивался, открывая выжженную землю и одинокую фигуру, удаляющуюся к выходу. — Это было что-то... необычное? — спросил он, и в его голосе слышалось не столько удивление, сколько осознание. — Не зря же он с двойняшками нас тренирует, — Тодороки говорил спокойно, но в его глазах горел огонь. — Обычно говорят: «тренера не играют». Но Мидория ещё в первый месяц показал себя как наш лидер. Каминари смотрел на экран, и его лицо выражало смесь восхищения и отчаяния. — Честно, я думал, он будет послабее... — сказал он. — Как нам теперь с ним равняться? — Тебе и не нужно, — ответил Мезо. — Он тоже сюда учиться пришёл. Просто старайся стать как он. — Вах... — Кёка наконец вырвалась из рук Мины. — Для этого ему нужно иметь достаточный интеллект, а это, увы, невозможно. — Кёка!!! — возмутился Каминари. Но Джиро уже не слушала. Она смотрела на экран, и в её глазах горело что-то другое — профессиональный интерес. — Меня больше интересует его голос, — сказала она задумчиво. — Он довольно мелодичный... Она призадумалась. — Может, попросить его помочь и записать для меня кавер? Как раз ищу голос для своих песен. Ханта, который до этого молчал, наконец подал голос: — И где он только прятал такую гриву? — Скорее всего, он заплёл их каким-то особым образом, — ответил Ида, поправляя очки. — Я ещё на вступительных обратил внимание, что его причёска выглядит запоминающейся. Фумикаге стоял в стороне, и на его лице играла лёгкая, довольная улыбка. — Я же говорил, что они справятся? — сказал он, обращаясь к Артуру. — Я не думал, что он решит поднять ставки и защитить Бакуго, — ответил Артур, и в его голосе слышалось сомнение. — Это что-то новенькое... — А я счастлива, что он наконец-то принял себя таким, какой он есть! — Вика уже искала номер в телефонной книге. — Надо будет позвонить мисс Харпер, она будет вне себя от счастья! — Кто такая мисс Харпер? — спросил Токоями. — Лечащий психиатр, — ответил Артур, и его голос стал тише, почти шёпотом. — Она работает с ним с детства. Он скрестил руки, и в его глазах мелькнула тень сомнения. — Прогресс — это, конечно, хорошо. Но слишком большие изменения могут быть губительными... — Не знаю, — Токоями покачал головой. — Мне кажется, он идёт на поправку. Он вернул взгляд на экран, тщательно осматривая остывающие кратеры. Артур перевёл взгляд на Токоями. Долго смотрел, изучая его лицо, его позу, его интонации. Интересно почему... — подумал он, и в его глазах блеснула смесь сомнения и недоверия. — Может, ты — причина всего этого? Последние слова прозвучали шёпотом, который не добрался ни до чьих ушей. Механизм в голове Артура шумел как заводной. Он старался осознать, просчитать, понять — не приведёт ли это к ещё большим разрушениям? — Эх... — выдохнул он наконец. — Не знаю... Он перевёл взгляд на сестру. Вика уже вовсю болтала с мисс Харпер, её голос звенел от счастья. Её многолетние старания наконец начали приносить плоды. Потом Артур оглядел всех остальных. Некоторые искренне радовались — победа над самим Всемогущим, пусть и ограниченным в силе, многого стоила. Другие размышляли о лагере, прикидывая, насколько сложнее станут тренировки. Момо уже начинала нервно трястись. В глубине души она понимала, что её ждёт настоящий ад. . . . Медицинский пункт UA. Тот же вечер. Бакуго лежал на койке с непривычно спокойным выражением лица. Без привычной злости, без гримасы презрения — просто спящий парень. Мониторы пищали мерно, отсчитывая удары сердца. — Его повреждения в основном касались спины и левых рёбер, — Исцеляющая Девочка сверялась с планшетом. — Однако органы пострадали не меньше. Удар был слишком сильным. Она подняла глаза на Изуку, который стоял у двери, прислонившись к стене. — Но могу заверить: уже завтра он будет ходить как ни в чём не бывало. Ты отлично поработал, юноша. Изуку стоял, скрестив руки на груди, и его взгляд выражал серьёзность. — Ну раз с ним всё будет в порядке, — сказал он, — тогда я пойду. Его волосы начали заплетаться в одну косу — жучки вплетались в неё, радостно жужжа. Он уже хотел уйти, но врач его остановила. — Стоять, — голос её был твёрдым. — Я ещё не осмотрела тебя. Если твоя причуда позволяет тебе ускоренно регенерировать, это не значит, что ты можешь позволить себе ходить израненным! — О чём вы? — Изуку удивился. — Меня даже почти не задело. Максимум — пыль в рот попала. — Да? — она подошла вплотную к студенту. — А это что? Она легонько ударила Изуку по спине. Он моментально скривился от боли. Крылья под его одеждой были сломаны. — Каким образом? — не поверил он. — Они же были в порядке! — Именно поэтому, — Исцеляющая Девочка посмотрела на него осуждающе, — перед тем как пациенты покинут палату, я осматриваю каждого! Она вздохнула. — Я тоже наблюдала за боем, если ты не забыл. Было трудно не заметить, как во время обрушения бетона, твою спину накрыло обломками. У тебя же нет надкрыльев, как у стрекоз, бабочек и подобных им существ. Так что я сразу подумала, что они пострадали! Она указала на свободную койку. — Давай, снимай кофту. . Мгновение спустя. Изуку уже сидел на койке и с виноватым видом ожидал заживления крыльев. Его руки были сложены на коленях, голова опущена — как у нашкодившего школьника. — Боже мой, — вздохнула Исцеляющая Девочка, осматривая его спину. — Ты, конечно, сильный, но моментами своей беспечностью напоминаешь Тошинори! Она покачала головой. — Смотря на тебя, я сразу забываю, что ты ещё ребёнок... Тебе бы стоило поосторожнее обходиться со своим телом! А то, глядишь, летать перестанешь! — Я понял вас, — тихо сказал Изуку. — Спасибо вам большое... — Ой, господи... — она махнула рукой. — Иди уже! Твои крылья заживут за двадцать минут. Пока не надевай верх — можешь сделать ещё хуже. Парень наконец вышел из палаты. Врач перевела взгляд на Бакуго, который всё ещё спал. — Когда же вы уже начнёте беречь себя, — прошептала она. — Все первокурсники одинаковы... Она вздохнула, потянулась и посмотрела на потолок. — Вроде зарплата не растёт, а количество работы из года в год прибавляется в геометрической прогрессии... . . . Выход из академии. Вечер. Наконец все начали покидать академию. Уже вечерело — солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-розовые тона. Экзамены закончились, и впереди всех ожидал месяц каникул. — Интересно, как будут проходить наши тренировки? — спросил Токоями. — Сильно не расслабляйся, — ответил Артур. — Мы были приглашены в качестве инструкторов как временный персонал академии. Так что усиленные тренировки будут продолжаться. Только каждому из вас придётся тратить время ещё и на тренировку своей причуды. — Не знаю как вы, — Изуку потянулся, — но я буду отдыхать. Я так устал от постоянного патруля и геройской деятельности, ещё и учёба на это всё накладывается... — Когда вы всё успеваете? — удивился Токоями. — У нас же ещё внеклассные тренировки, а на выходных мы часто проводим время вместе... — Он говорит о жуках, — перебила Вика. — Почти весь его рой сейчас находится на других континентах, преимущественно в Европе. Он, можно сказать, каждую секунду находится в двух местах одновременно. — Единый разум — это, конечно, хорошо, — Изуку вздохнул. — Но если не отдыхают все, то не отдыхает никто. Так что я, пожалуй, впаду в спячку на месяц... Он повернулся к друзьям. — Но не смейте халтурить. Когда я проснусь, я сразу же проверю навыки каждого в классе. — Проще говоря... — Артур перешёл на язвительный шёпот, наклоняясь к Токоями. — Готовься к ещё одному экзамену... Токоями усмехнулся. Вика отвернулась, чтобы не показывать улыбку. — Смейтесь, смейтесь, — Изуку пропустил шутку мимо ушей. — Мне же не жалко. Ребята продолжали медленно шагать в сторону выхода. Артур всячески подкалывал Изуку, а второй раздражался и пытался отшутиться. Каждого из них ожидала мягкая кроватка и весёлые каникулы. Если злодеи не решат вмешаться... . . . Временная база Лиги Злодеев. Тот же вечер. Шигараки сидел на барном стуле, и в его руке блестела фотография. Он держал её под светом лампы, но изображение было размытым — голову разглядеть было невозможно. Зачем? Может, это была новая цель? Было непонятно. — Шигараки Томура, — голос Курагири прозвучал из темноты. — Ты заинтересовался этим парнем? Казалось, вопрос был не последним, что скажет Курагири. Но его прервал дверной колокольчик. Неизвестный парень вошёл в бар. Он принёс радостные вести. — Шигараки, Шигараки... — его голос был тихим, почти шёпотом. — Все только о тебе и говорят... Готовишь что-то грандиозное? Томура сжал в руке лист. Тот рассыпался в ржавую пыль. — Кто они? — спросил он. Парень лишь усмехнулся и исчез в проходе. Его место заняли другие люди... — Так это ты? — черноволосый парень с наполовину обгоревшим телом вошёл в бар. Его чёрные части плоти были грубо скреплены с живой металлическими скобами. — Я, конечно, видел тебя на фото, но в жизни ты ещё тот уродец. — Ого! — девушка с хаотичной причёской была готова наброситься на нового знакомого от счастья. — Помощничек! Ты у нас дружочек-пирожочек великого Штейна, что ли!? Она смотрела в глаза Шигараки. — Я тоже к вам хочу! В Лигу Злодеев! Томура оглядел их взглядом, полным отвращения. — Ещё одни мешки с мусором? — он поморщился. — Курагири, вышвырни-ка их. Выродок и грубиян нам ни к чему. — Так нельзя, — ответил Курагири. — Они проделали весь этот путь сюда. Давайте хотя бы их выслушаем. Тем более, их привёл тот коротышка. Они могут быть весьма полезны... — Меня не волнует, что с ними будет, — парень из прохода пожал плечами. — Но свои деньги я получу. Неважно как. Он вышел вперёд. — Позволь мне их хотя бы представить. Первая — миленькая старшеклассница. О многих её проступках умалчивается на телевидении, но она обвиняется во множестве убийств своих ровесников. — Я Тога! — девушка чуть не подпрыгивала. — Химико Тога! Я хочу присоединиться к вам, чтобы жить в мире, где я смогу убивать всех и каждого! Хочу добиться своего идеального будущего, как к тому стремился господин Штеееейн! Она сделала паузу. — И я хочу его убить, так что позвольте мне присоединиться, пожалуйста! — Я её не понимаю, — Шигараки покачал головой. — Она что, совсем поехала? — Она может поддерживать разговор, — ответил парень. — Уверен, её причуда будет вам весьма полезна... А этот парниша... За ним пока не числится преступлений, но он живёт в чёрной зоне. У него нет ни документов, ни прошлого. Уверен, скоро он станет первоклассным убийцей. — У этой организации вообще есть идеология? — спросил обожжённый парень. — Какой смысл идти за тем, у кого даже целей нет? Да и к тому же, неужели вы действительно примете эту психованную дуру? — Я не сказал, что приму хоть кого-либо из вас, — ответил Шигараки. — Ты даже не способен на то, что эта соплячка в яслях проворачивала. Так о чём разговор? — Для начала хотя бы имя назови, будущий босс, — усмехнулся обожжённый. — Я Даби. — Ты смеёшься надо мной? — Шигараки прищурился. — Настоящего назвать не хочешь? — Назову, когда придёт время, — ответил Даби. — Я скрываюсь от кое-кого влиятельного. Мне нельзя светиться ни при каких обстоятельствах. В любом случае, я исполню волю убийцы героев. — Как же вы много болтаете, — Шигараки вздохнул. — Штейн то, Штейн сё... Вы мне уже надоели. Я просто убью вас здесь и сейчас. Он уже выставил обе руки, чтобы коснуться их лиц. Девушка достала из кармана иглу, Даби выставил ладонь, готовясь ответить причудой на причуду. Но руки каждого повисли в воздухе в разных частях помещения. Порталы были вызваны моментально. — Не спешите вы так... — раздался голос парня. — Шигараки, — Курагири говорил спокойно, но в его голосе чувствовалась сталь. — Если ты хочешь, чтобы твоё желание осуществилось, мы должны увеличить число сторонников. Нравится тебе это или нет. Он сделал паузу. — Сенсей в любое время может найти тебе замену. Так что лучше сотрудничай с ними, пока те полезны. Курагири впервые припугнул буйного Томуру. Это было необычно, но юноша знал — он не шутит. — Заткнись, теневой ублюдок, — Шигараки освободил руки. — Куда это ты? — спросил парень. — Жить хочешь — заткнись, — бросил Томура и направился к выходу. Дверь закрылась с хлопком. Отсутствие нормального воспитания сказалось на нём очень сильно. Именно поэтому, несмотря на свой статус и бурлящую ярость, он вёл себя как маленький ребёнок. — Не хочу жаловаться на нашего клиента, — вздохнул парень, — но он всё ещё слишком молод... — А я-то думала, что мы сейчас классно подерёмся, — разочарованно протянула Тога. — Только нервы вытрепал, — буркнул Даби. — Ответ получите сегодня вечером, — сказал Курагири. — Как только мы найдём вам применение, мы сразу же ответим. А пока прошу вас подождать. . . . Вокзал. Вечер. — Ладно, ребята, — Фумикаге уже заходил в свой поезд. — Увидимся после выходных! Друзья кричали слова удачи и махали на прощание. Кто-то желал удачи, кто-то — хорошего отдыха. — Ну что же, — Изуку повернулся к друзьям, — давайте домой? — Давайте, — кивнул Артур. — Уже вечереет. Нам надо собрать вещи и готовиться к отправлению. — Ага... — короткое слово Вики перерастало в зевок. Она слишком переутомилась сегодня. Эмоциональная перегрузка, огромный вес на руках и ногах... Ей нужен был отдых. — Тогда летим обратно, — Изуку расправил крылья. — Вас ждёт увлекательное приключение. — Вас? — Артур ошарашенно посмотрел на него. — Ну нееет... Ты же не правду говорил, когда про спячку шутил? — Арт, — Изуку покачал головой, — я не железный. Я тоже могу устать от постоянной нагрузки. — Да я понимаю... — Артур вздохнул. — Просто... когда тебя нет рядом, так непривычно становится. — Артур, мы уже говорили об этом, — голос Изуку стал мягче. — Вы — отдельные от меня личности. Тем более, вы справлялись без меня раньше. Это просто будет ещё один простой месяц. — Я соглашусь с Артом, — сказала Вика. — Пока тебя рядом нет, становится тревожно. Словно если пойдёт что-то не так, то мы полностью облажаемся. — Давайте не снова, — Изуку устало вздохнул. — Я и так устал от постоянного давления и попыток вести себя дружелюбно. Один Фуми уже убавил мой дневной запас сил вдвое, потому что такая активность очень выматывает. Он посмотрел на друзей. — Да, мне всё это в радость, я открыт для новых идей. Но помимо обучения нашего товарища, на мои плечи ложится слишком многое. Дайте мне, пожалуйста, просто один месяц отдохнуть... Пожалуйста. Его голос стал тише. — Я хочу получить свой ежегодный отдых. Иначе я буду слишком уставшим весь следующий год. А это может вылиться вам в намного большие проблемы, чем если меня один или два раза не будет рядом. — Зузу... — Вика покачала головой. — Ты бесишь. Как всегда прав... Она была бессильна. Не могла придумать ни единой причины, по которой Мидории стоило оставаться в сознании. — Я не собираюсь больше тратить на этот разговор время, — Изуку вздохнул. — Одно и то же, из года в год. Мы уже не дети малые, хотя паспортный возраст и говорит обратное. Он посмотрел на друзей, и в его глазах была усталость, но не та, что от отсутствия сна — та, что от постоянной ответственности. — Ребят, я вами очень дорожу. Но, пожалуйста, давайте будем уже взрослеть. С этими словами троица наконец вышла из здания вокзала. Изуку снял кофту, расправил крылья. Они уже зажили и выглядели как новые. Жилки здоро‌во поблёскивали в свете заходящего солнца. — Не задерживаемся, — сказал он. — У нас мало времени. Он взмахнул крыльями и совершил прыжок, моментально взмыв в небо. — Может, не так уж и сильно он изменился? — спросил Артур. — Кто знает, — Вика разочарованно выдохнула, расправила сахарные крылья и полетела следом. — Надо будет позвонить мисс Харпер... — пробормотал Артур. Он запрыгнул на платформу из рук и взмыл следом за остальными. . . . Новый дом. Ночь. Комната Изуку. Изуку пытался уснуть, но не мог. Его что-то беспокоило... И вправду — места стало намного меньше, ведь кровать теперь стояла у стены, ближе к окну. «Стоит ли оно того?» — он поглядывал в сторону железного шкафа. «Нет... — решил он. — Пока точно не время...» С этими словами он развернулся к стене. Жаложуки обнимали хозяина — они словно хотели согреть его. Это было странно, но помогло. Через пару минут Изуку уже уснул. . . . Гостиная. Балкон. Артур обеспокоенно вздохнул, набирая по памяти номер лечащего психиатра. «Пожалуйста, будьте на связи...» На часах было 2 ночи. Почти не было шанса, что она ответит. Но это было необходимо. Мисс Харпер ответила с третьего гудка. — Приветствую вас! — её голос звучал бодро, кажется, сегодня её ночная смена в психиатрической больнице подходила к концу. В Италии сейчас было позднее утро, граничащее с днём. — Национальная психиатрическая больница города Рим Policlinoco Umberto I, главврач Харпер Мэтью слушает. Чем я могу вам помочь? Уже по заученной схеме протараторила девушка. — Док, — тихо сказал Артур. — Это я, Артур. — А, Артур, мальчик мой, — её голос потеплел. — Прости, не признала твой номер. Довольно необычно — ты звонишь, да ещё и в такое время. У вас же сейчас ночь, верно? Она забеспокоилась. — Что-то случилось с Изуку? — Нет, нет, — поспешил успокоить её Артур. — Всё в порядке. Просто я немного обеспокоен состоянием Зузу. Он слишком быстро изменился. Мы тут находимся всего третий месяц, а прогресс пошёл слишком неожиданно. Он помялся. — Вот и возникла у меня одна мысль... Не приведёт ли это к ещё большим проблемам в будущем? — О-о-ох, боже, — Мисс Харпер устало рассмеялась. — Ха-ха-ха! Артур, ты меня уже напугать успел. Она взяла себя в руки. — Прости, прости. Кхм... В общем, давай с самого начала. Её голос стал профессиональным. — Скажи, были ли какие-то большие нововведения, которые могли вызвать этот толчок? Может, это действительно опасно, а твои опасения не беспочвенны. — Честно, не знаю, — ответил Артур. — На ум приходит две вещи. Он перечислял, загибая пальцы. — Первая — смена обстановки. Вы же знаете, что он снова вернулся на свою родину, на место, где всё и началось. Так уж вышло, что в последнее время он очень часто встречается со своим обидчиком. А ведь именно из-за него эта история вообще закрутилась. Он сделал паузу. — И второе — у него появился ещё один друг. Он очень сильно влияет на Зузу, а тот, в свою очередь, отдаёт все силы, чтобы быть хорошим и нравиться всем. Ещё и новый класс... Столько всего навалилось. Я не понимаю, что могло вызвать подобное. Врач внимательно слушала. Не перебивала, никак не комментировала. Просто слушала и позволяла парню выговориться. Когда он наконец закончил, она начала свой анализ. — Давай тогда посмотрим. — Её голос был спокойным, уверенным. — Я сейчас буду задавать вопросы. Отвечай, пожалуйста, максимально честно, хорошо? — Конечно. — Скажи, когда вы жили в Лацио и учились в школе, у него были друзья кроме вас двоих? Общался ли он с кем-то так же близко, как с вами? — Нет... — А он проводил с кем-нибудь так же много времени, как с вами? Мы вынесем за скобки родителей, жуков и геройскую деятельность. — Нет... — А у вас были такие близкие контакты или хотя бы друзья помимо Изуку? — Да, были. — Артур кивнул, хотя собеседница не могла этого видеть. — Мы были центром внимания во всей школе. У нас было много друзей, и к нам относились как к какому-то советнику. Каждый обращался к нам за помощью, если у них были проблемы с другими людьми, если возникали конфликты между учениками или даже между учениками и преподавателями. — Вот смотри, — Мисс Харпер говорила медленно, словно объясняла что-то очень важное. — Для вас с Викторией этот процесс социализации довольно прост и даже привычен. У вас не вызывало никаких трудностей заговорить с кем-то или завести разговор. А Изуку на протяжении долгого десятилетия вёл асоциальный образ жизни. Ему очень трудно завести новые связи, он чувствует себя не совсем комфортно. Она сделала паузу. — Скажи, как он ведёт себя в классе? Есть ли там кто-то, кто помимо того одного парня мог бы назваться ему другом? — Наверное, нет, — ответил Артур. — Он почти ни с кем не общается так же открыто. А, совсем забыл — так вышло, что вместе с тем парнем в том классе учится ещё и его обидчик. Может, это как-то влияет на положение дел? — Это не совсем та ситуация, — покачала головой Мисс Харпер. — Я работаю с Мидорией очень длительное время и с уверенностью могу сказать, что он, скорее всего, просто дистанцировался от этого обидчика или очень агрессивно к нему относится. Но никаких знаков внимания не проявляет. Она задумалась. — Скорее тут катализатором стал именно друг. Ведь после долгого времени однообразия, почти одиночества, у него наконец появился новый, необычный объект, движения которого он не может предугадать. Он пытается подружиться с ним, удержать его — словно не хочет потерять. Это вполне нормально, ведь у него почти не было детства. А в то время, когда он был ребёнком, у него перед глазами пробегали только четыре, а, нет, семь одинаковых фигур. Она помолчала. — Проведём параллель. Скажи, вот если ребёнок будет часто играть с любимыми игрушками, игнорировать другие, а потом у него появится новая, совершенно необычная игрушка... Как он себя поведёт? — Будет постоянно проводить с ней время, — ответил Артур. — И совмещать каждую игру со старыми игрушками вместе с ней. — Мисс Харпер кивнула. — По сути, Изуку — очень рано сформировавшийся человек. Он потерял очень много ступеней, важных для становления настоящим взрослым, и сразу перешёл к взрослению. Ну так уж сложились обстоятельства, тут ничего нельзя было изменить. Она вздохнула. — Но теперь он пытается всё же получить этот ценный опыт. Поэтому не стоит бояться таких сильных перемен — они пойдут ему только на пользу. Однако переживать стоит очень сильно и держать ухо востро по отношению к другу. — Думаете, он может ему навредить? — спросил Артур. — Нет, нет, нет, — Мисс Харпер покачала головой. — Ни в коем случае. Если Изуку выбрал его, значит, он похож на него. А значит, плохим точно быть не может. Иначе жуки бы его и близко не подпустили к нему. — Это да, — согласился Артур. — Но тогда о чём вы? — Я видела последние новости, связанные с UA... — голос Мисс Харпер стал серьёзным. — Ваша академия уже два раза участвовала в происшествиях с крупной злодейской группировкой. — Да, было... — Артур нахмурился. — Но как это связано? — Я вот к чему... — она сделала паузу. — Ваш друг, наверняка... Нет, даже не так — сто процентов даю на то, что он слабее и менее опытен, чем вы. Какую связь я пытаюсь создать? Подумай... Она помолчала. — Что произойдёт, если эта самая новая игрушка сломается или потеряется? Как поведёт себя ребёнок? — Он будет истерить, — тихо сказал Артур. — А в нашем случае — начнёт ломать все остальные игрушки в поисках той, что была у него раньше. — Мисс Харпер вздохнула. — Это может звучать как бред, но это так. Если у ребёнка отобрать новую игрушку, которая успела ему полюбиться, он начнёт крушить всё вокруг. А до ребёнка с истерикой, как мы знаем, достучаться невозможно. Она помолчала. — Может, Изуку и не будет истерить и всё разрушать, но даже я не могу спрогнозировать то, как он себя поведёт. Поэтому, Артур, смени свой настрой. Начни относиться к этому более лояльно. Лучше начни беспокоиться не об Изуку — ведь он сам может о себе позаботиться. Побеспокойся лучше о том самом друге и о его безопасности. — Я понял вас, мисс Харпер, — тихо сказал Артур. — Благодарю вас за то, что развеяли все мои сомнения. — Нет проблем, мальчик мой, — её голос потеплел. — Звони, как будут проблемы. Я постараюсь ответить. Она зевнула. — Прости, Арт, я вешаю трубку. Моя смена подходит к концу, я иду домой спать. Спокойной ночи, юнец. — Спокойной ночи, док. Артур выключил телефон и обратил свой взор на ночной город. Огни Токио мерцали внизу, тысячи окон, тысячи жизней, которые они поклялись защищать. — Я тогда тоже спать пойду, — пробормотал он. — Надо переварить эту мысль... Он стоял на балконе, глядя на город, и в его голове крутились слова Мисс Харпер. «Побеспокойся лучше о том самом друге и о его безопасности». — Береги себя, Токоями, — тихо сказал Артур. — Похоже, ты теперь приоритет номер один... Он развернулся и ушёл в дом, оставляя ночной город один на один со звёздами. . . . Комната двойняшек. Ночь. Вика уже давно лежала в кровати, листая книгу. Она лишь изредка поправляла лампу — свет падал на страницы мягким золотистым отблеском, но глаза девушки скользили по строкам, не вчитываясь. Она старалась отвлечься от навязчивых мыслей. Не впадать в истерику от хороших новостей. Периодически она зарывалась носом в книгу, стараясь отогнать эти счастливые мысли, но они возвращались снова и снова. Картинка из наблюдательного центра — золотой вихрь, распущенные волосы, маска, разбитая вдребезги — вся картина стояла перед глазами. — Боже мой, — прошептала она. — Да хватит уже вспоминать это... Она захлопнула книгу, отложила её на край кровати, но через секунду снова взяла в руки. — Да нет же... Я счастлива... — её голос дрогнул. — Я правда счастлива! Внутри всё кипело. Эмоции, которые она сдерживала годами, рвались наружу. Она швырнула книгу в стену. Та полетела, страницы захлопали на ветру, но в последний момент её перехватил один из сахарных ангелов. Он бережно подхватил томик, проверил, не помялись ли страницы, и вернул на книжную полку. Вика развалилась на кровати, раскинув руки в стороны, как в бескрайнем поле. Потолок казался таким далёким, таким пустым. Лампа погасла. По щекам девушки снова потекли слёзы — не грусти, не боли, а облегчения. Того самого, которое бывает, когда носишь тяжёлый груз годами и наконец можешь его опустить. — Наконец-то... — прошептала она, и её голос был тихим, почти неслышным. — Он наконец-то начал делать прогресс... Она нервно посмеивалась, прижимая руки к груди. Наконец-то её заваленные планировкой вечера и бессонные ночи исчезнут. Наконец-то она может хотя бы чуть-чуть расслабиться. Её вечные схемы и маршруты, расписанные посекундно, и планы, которые заставляли Изуку активничать до потери последней капли сил — всё это могло исчезнуть. Глаза девушки слипались. Слёзы высыхали, образуя на щеках сахарные, трескающиеся дорожки — они поблёскивали в лунном свете, как тончайшие глянцевые нити. В комнату тихо вошёл Артур. Он не хотел разбудить сестру — она и так очень сильно уставала в последнее время. Вместо этого он лишь открыл окно на распашку, впуская тёплый летний воздух, и лёг спать. Под рокот цикад засыпать было вдвойне легче. Тёплый летний ночной воздух уже убаюкивал близнецов, а звёзды за окном перемигивались, как старые знакомые. . . . Дом Токоями. Комната Фумикаге. Ночь. Фумикаге лежал в кровати, листая ленту с новостями. Свет от экрана падал на его лицо, выхватывая из темноты птичьи черты. — Может, уже спать? — голос Тёмной Тени был томным, сонным. — Завтра новый день. Успеешь ещё посидеть в телефоне... Даже ей уже надоел такой ночной образ жизни. Почему она обычно молчала? Просто тень обычно играла вместе с жучками либо сражалась — у неё не оставалось времени на комментирование, кроме таких интимных моментов. — Да, ты прав, — Токоями отложил телефон. Но сон не лез в глаза. В его взгляде стоял золотой вихрь с экранов наблюдательного центра. Песня, бабочки, копьё из света — всё это прокручивалось снова и снова. Под окнами стрекотали сверчки. Комната Фумикаге была увешена различными постерами — преимущественно тёмных и пурпурных тонов. Она была обставлена так, чтобы свет отражался от стен по минимуму: тёмная мебель, чёрный ковёр, плотные шторы, не пропускающие свет без позволения. — Тень... — позвал он. — Что? — отозвалась тень, слегка колыхнувшись на подушке. — Давай завтра начнём собираться... Как думаешь, чем мы будем заниматься в лагере? — Мы в смысле МЫ? — уточнила Тёмная Тень. — Или мы в смысле класс? — Первое. — Трудиться без продыху... — протянула тень. — Те монстры снова будут нас мучить... Да ещё и с удвоенной силой. Радует только одно: Изуку будет в спячке, так что можно выдохнуть. — Не сказал бы, — Токоями покачал головой. — Нас ждёт ещё один экзамен в конце этого месяца... Глаза Фумикаге уже начинали закрываться. Тень не ответила, и Токоями заснул окончательно. — Ну наконец-то заснул... — Тёмная Тень расположилась на соседней подушке поудобнее, укутываясь в неё, как в одеяло. — Спи... Скоро большой день... Нам нужно набираться сил... Она замолчала, и в комнате остался только звук мерного дыхания и стрекот сверчков за окном. . . . Новый дом. Утро субботы. Виктория проснулась с первым пением птиц. Солнце только начинало подниматься, окрашивая небо в розово-золотые тона. Лучи пробивались сквозь щели в шторах, ложась на пол золотистыми полосами. — Какое же хорошее утро! — прошептала она, потягиваясь. Артур ещё досыпал в кровати — его дыхание было ровным, глубоким. Кажется, вчера для него был непростой день. Девушка пересела с кровати на подвижное облачко из сахарной ваты и отправилась в ванную. Но что-то казалось необычным. Дверь на кухню была приоткрыта, а из самой кухни доносился аромат горячей пищи — свежей выпечки, яичницы, чего-то сладкого. — А? — Вика приподняла бровь. — Сегодня же моя очередь... Она почесала затылок. Облачко сменило маршрут и направилось в сторону кухни. Открыв дверь полностью, перед ней предстала картина: стол накрыт от края до края. Тарелки с едой, чашки, салфетки — всё было расставлено идеально, с той педантичностью, которую она узнавала где угодно. Еда стыла под открытым окном — тёплый ветерок колыхал занавески. На столешнице перед раковиной красовалась записка. — М? — девушка взяла её в руки. — Записка? Она немного приободрилась от запаха угощений, поэтому уже без единого намёка на сон в глазах начала читать. «Ребята, доброе утро! Я приготовил еды вам до вечера, остальное в холодильнике. Я уже улетел в лагерь — мне нужно обговорить кое-что с инструкторами. Мы с вами уже не встретимся, ведь когда вы приедете, я уже буду отсыпать свой месяц. Дальше шла подробная инструкция, что следует и не следует говорить во время поездки... Хорошей вам дороги, желаю удачи! Надеюсь, вы справитесь. Подпись: И.» — А? — Вика перечитала записку. — А!? Она судорожно перечитывала её снова и снова. До неё всё никак не могло дойти — тут написана правда или нет? «Я уже улетел в лагерь». Она выдохнула и постаралась успокоиться. — Так, стоп... — она прижала записку к груди. — Всё в порядке. Просто он улетел раньше нужного. Ничего страшного... Наверное... Она посмотрела на инструкцию. — Но эти инструкции... — прошептала она. — Наша догадка подтвердилась? На кухню вошёл Артур. — Ни... чего себе... — он сначала хотел сказать что-то другое, но сдержался. Его глаза расширились при виде накрытого стола. — Это ты всё приготовила? — Если бы... — обречённо выдохнула Вика, протягивая брату записку. — Посмотри лучше на это. Он надел очки, которые всегда носил в кармане, и начал медленно, вчитываясь в каждое слово, просматривать записку. — Понятно... — сказал он наконец. — Немного неожиданно, но ничего необычного. Как всегда — делает всё сам. Даже план действий составил. — Чем займёмся? — спросила Вика. — Позавтракаем, соберём вещи. А дальше что? — Я хотел пойти в зал с Эйджиро, — ответил Артур. — Но планы немного поменялись. Давай пойдём прогуляемся? Нам нужно развеяться. — Согласна. — Вика посмотрела в окно. — Ещё и погода необычайно хороша. Ни облачка на небе. — Солнце шпарит как не в себя, — Артур задумался. — Можно одеться полегче, как думаешь? Шорты с футболкой или лёгкие штаны с кофтой? — Не знаю. — Вика уже направлялась в ванную. — Давай сначала поедим, а потом подумаем. . . . Ванная комната. Несколько минут спустя. Артур сразу сел за стол, а Вика сначала пошла в ванную. Она заботилась о своей гигиене больше любого человека на земле — оно и понятно, ведь уже через полдня простой гулянки её тело покрывалось сахарной крошкой. Ей также приходилось чистить зубы раз восемь в день — девушка слишком часто употребляла сладости, но что поделать, того требовала от неё причуда. (Это не описка. Позже я расскажу подробнее о причудах троицы) — Бля-я-я-я... — Вика простонала с максимальным раздражением. — Ну только не это! — Что там? — Артур даже на кухне услышал стоны сестры. — Да зубная паста закончилась... — А я говорил — перепроверить запасы. Парень встал и направился в сторону девушки. Артур подвинул сестру и потянулся к дверце под раковиной. Открыв её, он достал новую коробку с зубной пастой. — Я заранее купил пару коробок, — сказал он, протягивая руку с предметом. — Как знал, что ты об этом забудешь. — Спасибо, — сухо ответила Вика и словно вырвала из рук брата желаемую вещь. — Да, да, конечно, — Артур покачал головой. — Злись сколько хочешь, но твоя лень станет причиной потери твоих зубов. — Не надо мне читать нотации с утра пораньше! — огрызнулась Вика. — Я поняла! Я виновата! Теперь оставь меня уже и дай мне умыться! — Как скажешь. Парень вернулся за стол и продолжил трапезу. У него под рукой лежала книга, которую он пока не решался читать — чтобы не запачкать и не пролить на неё чай. . Спустя двадцать минут. Вика наконец вышла из ванной. Она успела максимально быстро ополоснуться и помыть голову. Волосы ещё были влажными, но уже начинали завиваться в мелкие розовые колечки. — Если утро не начинается с душа, — удовлетворённо протянула она, — то утро не началось. — Успокоилась? — максимально мягко, с улыбкой на лице, спросил Артур. — Ага... — Вика села за стол. — Прости, что на тебя накричала. — Да я привык уже. — Артур усмехнулся. — Думаешь, почему мы с тобой не контактируем, пока из душа не выйдешь? — Ха-ха, очень смешно. — Вика отправила в рот кусочек омлета. — Но ты прав. Это как если отнять у тебя очки или разбудить Зузу раньше времени. — Садись уже, — Артур кивнул на свободный стул. — Еда остынет. Твоемы пытливому уму нужна пища. . Коридор. Через полтора часа. — Всё взяла? — спросил Артур, проверяя свой рюкзак. — Да, сумка собрана. — Вика похлопала по своей сумке через плечо. — Ручку с ГлюкаГеном тоже. — Ты же её всегда берёшь с собой? — Артур приподнял бровь. — Ну, на всякий случай. — Вика пожала плечами. — Тем более сейчас, когда Кэпа нет рядом. Ладно, пошли! Одеты двойняшки были легко и просто. Артур — высокий, широкоплечий юноша с довольно длинными для парня волосами — был одет в типичный летний вид: шорты, футболка, низкие носки и белые кеды. Ничего примечательного. Вика была одета похоже. Единственное, что отличало её от брата, — средняя юбка, розовая панамка и сумка через плечо. Волосы она собрала в высокий хвост, открывая шею — так было легче переносить жару. . . . Улица. Дорога к парку. Город встретил их свежестью и летним бризом. Семена одуванчиков летели навстречу новому дню, кружась в воздухе, как маленькие парашютики. Лепестки сакуры, которых в это время года почти не осталось, всё ещё кружились в воздухе и оседали на одежде. Простой денёк, ничем не отличающийся от предыдущих. В планах у двойняшек было пройтись по паркам, рассмотреть достопримечательности — ведь с самого переезда у них так и не было времени всё осмотреть. Они хотели посетить знаменитый Храм Мейдзи и Сенсодзи, сделать памятных фотографий и, возможно, отправить посылочку родителям домой через ассоциацию. В общем, план на выходные уже был расписан, и говорить о чём-то другом не имело смысла. Так они и провели свои выходные — расхаживая по музеям, фотографируясь на фоне старинных зданий и отдыхая от геройской кутерьмы. Артур иногда ловил себя на мысли, что смотрит на сестру и видит в её глазах то, чего не было раньше — спокойствие и бодрость. Настоящее, глубокое спокойствие и искренняя бурлящая бодрость. Вика улыбалась. Не той ленивой, полу-улыбкой, которую носила на людях, а настоящей — тёплой, как летнее солнце. . . . UA. Класс 1-А. Утро. Мина стояла у окна, глядя на улицу. Её голос дрожал. — Ребята... Вы только не забудьте нам рассказать, как там у вас в лагере... Она продолжала всхлипывать — ей очень не хотелось отправляться на каторгу. Киришима и Каминари стояли с опущенными головами, а Сато старался не показывать своего недовольства. Все держались как могли. Никто не мог подумать, что такие сильные ученики отправятся в место для слабых. — Давайте не будем нагнетать! — Ханта поднял голову. — Давайте начнём с плюсов. Может, там всё не так уж и плохо... Он перешёл на шёпот. — Давайте будем честными, — сказал он, — это не вы будете скрючиваться до потери пульса под атаками армии сахарных ангелов. Между прочим, мы туда тоже не отдыхать едем! — Да... — тяжёлая рука Артура легла прямо на голову Ханте. — Вот именно, Серо. Парень оказывал давление на Серо — он всё ещё его недолюбливал, но в его словах была и доля правды. — Поэтому почему бы тебе не присоединиться к классному обсуждению? — продолжал Артур. — Мы как раз размышляем над графиком наших тренировок. Не думаешь, что твой голос мог бы на что-то повлиять? — Ой-ой-ой, — Серо поёжился. — Вы только посмотрите — обсуждение, и без меня? Надо исправить! Пока, ребята! Серо смешался с остальной толпой в мгновение ока. Артур повернулся к тем, кто остался. — Ладно, ребята, вы тоже крепитесь. — Его голос стал мягче. — Вы хорошо подготовлены, вам просто очень не повезло с противниками. Ваши причуды развивались лишь горизонтально — вы старались увеличить контроль над ними, но не силу. Это наш просчёт. Прошу прощения — из-за нас вы не сможете поехать с нами. — Эх, — Киришима покачал головой. — Вы не виноваты в нашей слабости. Даже наоборот — вы сделали для нас слишком много. Мы не имеем права вас винить. — Тогда давайте лучше сосредоточимся на том, как с пользой провести время, — предложил Каминари. — Нас в будущем ждёт то же самое, что и вас. Поэтому нам надо придумать, как развиваться дальше. Дверь в класс с силой распахнулась. В кабинет вошёл учитель Айзава. — Тишина всем, — сказал он, и его голос, хоть и был тише обычного, заставил всех замолчать. — Быстро занять свои места. Видимо, у него было хорошее настроение. — Сразу перейду к делу. — Он встал за кафедру. — К сожалению, в этом году у нас есть лишь несколько не сдавших. Класс молчал. Все выражали глубокое сожаление, а некоторые испытывали вину. — Именно поэтому... — Айзава сделал паузу. — В лагерь едут все. Тишина взорвалась. — Мы тоже едем!? — Киришима вскочил. — Это правда!? — Мина чуть не плакала от радости. — Да. — Айзава поднял руку, призывая к тишине. — С письменным экзаменом справились все — сдавших ниже четвёрки зафиксировано не было. Однако практический экзамен завалили Киришима, Каминари, Ашидо, Сато и, кстати, Серо тоже. — Вот блин! — Ханта ударил себя ладонью по лицу. — Я как знал... — На данном экзамене каждый учитель давал вам шанс на победу, — продолжал Айзава. — Когда и как давать этот шанс, они выбирали сами. В реальном бою такого не будет. Ни у кого из вас не было бы и шанса. — Но вы же говорили, что собираетесь использовать всё, что у ва... — начал Оджиро. — Мы вас просто запугивали. — Айзава перебил его. — Лагерь, в который мы вас везём — учебный. И не сдавшие нуждаются в нём больше всех остальных. Руководство академии просто решило убить двух зайцев одним выстрелом. — Меня снова обманули... — Ида смотрел в одну точку. — Но если вы обманули нас дважды, как мы можем вам доверять?! — Ида, не надо ныть, — сказала Очако. Её голос был спокоен, без тени раздражения — просто констатация факта. — Я это предвидел, — Айзава кивнул. — Однако доля правды в этом есть. Проигравшие — проиграли. Поэтому для вас пятерых мы подготовили дополнительные задания. — Уж лучше на каторгу... — простонала Мина. . . . Класс 1-А. Вечер. Солнце клонилось к закату, окрашивая стены в оранжевые тона. Класс всё ещё находился в кабинете — почти полным составом. Никто не собирался уходить. — Ну, это хорошо, что мы едем все вместе, — сказал Оджиро. — Неделя в лагере — это не так уж и много... — задумчиво протянул Ида. — А вы что, не слышали что-ли? — Вика приподняла бровь. — Вик, ты это о чём? — спросил Каминари. — Наш класс отличился большим усердием. — Вика откинулась на спинку стула. — Поэтому мы едем в лагерь на месяц. Вместе с нами будет и класс 1-В, но они присоединятся лишь в последнюю неделю. Все присутствующие осознали, что это будет долгий месяц. — Кстати, а где староста? — спросил Киришима. — Будет ли он вообще ехать вместе с нами? — Староста уже в лагере, — ответил Артур. — Ему нужно было утрясти пару вопросов с инструкторами. — Чего!? — Каминари вытаращил глаза. — Уже!? — Наверняка готовит что-то ужасное... — пробормотала Момо. — Можете расслабиться, — Вика махнула рукой. — Он не будет участвовать с нами в тренировках. — Можно поинтересоваться почему? — спросила Цуй. — В связи с особенностью его причуды, — ответил Артур, — ему необходимо раз в год впадать в спячку на месяц. Сейчас как раз такое время. — То есть он будет находиться с нами рядом, но спать? — уточнил Аояма. — Я именно это и сказал. — Так! — Мина хлопнула по парте. — Давайте прекратим разговоры о тренировках! Мы едем в лагерь! И мы обязаны взять от этой возможности всё! — Надо многое купить, — задумался Серо. — У меня вот даже плавок нету. — Тогда как насчёт всем классом собраться и сходить за покупками? — предложила Очако. — Я за! — Джиро подняла руку. — Я тоже, — кивнула Момо. — Хорошая идея, — сказала Цуй. Каждый присутствующий подхватил эту волну согласных возгласов. Не нашлось ни одного возражающего. Но некоторые всё же не могли прийти по личным причинам. . . . Вторник. Свободный день. — Вот он! — Очако раскинула руки. — Самый большой торговый центр префектуры! — Торговый центр Кияши!!! — Мина подпрыгнула. — Ура-а-а!!! Стеклянные двери распахнулись, и ученики хлынули внутрь, как ручеёк, впадающий в море. Каждый проходил мимо нужного магазинчика и покупал то, что ему нужно. Мезо смотрел одежду, Серо искал разный походный инвентарь, а Ида искал практичную обувь. Артур и Виктория смотрели за ними, чтобы никто не попал в передрягу. Люди, проходящие мимо, то и дело узнавали знаменитостей со спортивного фестиваля. Кто-то просил автограф, кто-то просто махал рукой, кто-то доставал телефон, чтобы сделать фото. — Мне нужна большая сумка, — сказала Джиро, оглядывая витрины. — Хочу вместить побольше аппаратуры. — Тогда давай пройдёмся вместе, — предложила Момо. — Я примерно знаю, что тебе нужно. — А мне нужно посмотреть походную обувь, — задумался Каминари. — Нам всем что-то нужно, — сказал Киришима. — Давайте просто встретимся здесь через час или два? — Отличная идея! — Мина уже убегала в сторону магазина с купальниками. Минуты не прошло, как весь класс испарился, словно провалившись под землю. Токоями стоял на месте, обдумывая свой маршрут. Что-то не давало ему покоя. Может, он забыл что-то важное? Нет. Не похоже. — Ты чего тут? — Вика подошла к нему. — Все уже разошлись. — Да вот, думаю, куда пойти, — ответил Токоями. — А вы чего тут? — У нас всё необходимое есть, — сказал Артур. — Поэтому мы просто стоим и ждём. Хотели в кафешку зайти. — Может, у тебя есть что-то, что нужно необходимо купить? — спросила Вика. — Да вроде нет ничего такого. — Токоями перечислял, загибая пальцы. — Походная одежда, сменное бельё, подходящая обувь, рейнджерское снаряжение, аптечка первой помощи... Вроде всё есть. — Тогда давай просто сходим поедим чего-нибудь? — Артур уже в привычной манере положил руку на плечо Фумикаге. — Почему бы и нет? — Токоями улыбнулся. — Всё равно заняться нечем. . . . Торговый центр. Верхний ярус. Пока троица ласково общалась, за ними наблюдала одна тёмная фигура. Шигараки Томура стоял у перил верхнего яруса, вглядываясь в толпу. Его пальцы царапали шею, оставляя красные полосы. Он смотрел, прожигал дыру в теле парня с птичьей головой. — Насколько сильно это по нам ударит? — пробормотал он, и его голос был тихим, почти шёпотом. — Хм... Он задумался на некоторое время, перебирая в голове варианты. — А что, если вытянуть другого? — его глаза сузились. — Интересно, побегут ли его спасать... В злой, гнилой, от чёрной ненависти голове зрел план. — Тот парень будет спать, — продолжал он, — значит, не должен нам помешать. Можно попробовать завербовать кого-то из тех двоих парнишек... Свет солнца отражался от стёкол вычурных витрин, рассыпаясь тысячами бликов. Все, каждый, кто был рядом — они все улыбались. Улыбались искренне. Но почему? Потому что Всемогущий так делает? Или потому что им не угрожает опасность? — Не-е-ет, — Шигараки покачал головой. — Дело в другом. Если тот придурок бесил меня, потому что он обожал Всемогущего, то с тем жучиным парнишкой мы даже чем-то схожи. Он помолчал. — Да, он меня не раздражает. Даже наоборот — внушает уважение. Интересно, каким будет его выражение лица, если один из его дорогих друзей пострадает... Он смотрел на удаляющихся студентов, которые направлялись в сторону одного из сотен других неприметных кафе. — Да, я решил, — прошептал он. — Похитим обоих. Он достал из кармана две глянцевые фотографии. На одной был Фумикаге — он стоял с гордостью, железным венцом победителя на голове и кубком в руках. На второй находился он. Кацуки Бакуго. Шигараки посмотрел на фото, потом на удаляющиеся фигуры. Его пальцы сжались, и уголки фотографий начали рассыпаться в пыль. — Скоро, — прошептал он. — Скоро вы узнаете, что такое настоящий страх. . . . Время шло. Со времени вступительного теста и практической тренировки, нападения злодеев и фестиваля, стажировки, инцидента в Хосу и главных экзаменов произошло многое. И наступало время летних каникул. Но это не значит, что пришло время веселиться. Наоборот, настало время полностью взять себя в руки. Они обязаны были стать сильнее, не смотря ни на что. Они обязаны были быть готовыми дать отпор врагу и стать настоящими героями. У них не было времени на баловство... . . . Настоящая база Лиги Злодеев. В полумраке комнаты мерцали экраны. Доктор стоял у пульта, его пальцы бегали по кнопкам. — Вы выглядите довольно счастливым, мастер... — сказал он, не оборачиваясь. — Неужели вас так порадовало то, что Лига Злодеев пришла в движение? — Нет, всё не так, доктор. — Голос из тени был спокойным, почти равнодушным. — Томура Шигараки понемногу обретает цель. Арест Штейна очень сильно на него повлиял. Но теперь он наконец очертил себе примерный маршрут, по которому намерен двигаться. Тень шевельнулась. — Я помогу ему в этом. Если он попросит помощи — я её окажу. Всё уже подготовлено, осталась лишь пара приготовлений. Экраны погасли. В комнате осталась только тишина. Конец главы. P.s.: в этом тгк будут поститься новости касательно новых глав. Так же, вы получите выбор. Благодаря вам, я смогу определиться, какой фанфик написать следующим. Приглашаю вас в свою обитель, дорогие читатели~~~ https://t.me/Helcurt_writting