Почему не ударил?

"Главарь офников" хотя это звание не официально, все равно многие любили Давида так обозначать. Ну это понятно, ведь он полностью соответствовал внешне и внутренне понятиям ровного пацана. Голо выбритая голова. Хмурый, разозлённый, но усталый взгляд, характерный русским. Накаченное, мускулиное тело и наработанное годами бокса удары. Одежда, зачастую спортивная и от фирмы адидас. А так же понятия, которым он следовал беспрекословно и рвение идти до конца, подчеркивали его и так офнический внешний вид. Его компания и он сам это агрессивный организм со стадным мышлением. Они, как стая волков, были связаны общими условиями своей жизни. Каждый был выращен на понятиях пацанов, которые либо им рассказал отец, либо их заставили им следовать под давлением общества. Давида отнёсся к первому классу. Мать изменила мужу и убежала с левым типом, бросив 3х летнего сына. Такое травмирующие событие отразилось на моральном состоянии отца, поэтому он стал агрессивнее и начал пить. Давида растил в строгости, постоянными наставлениями делать все "по пацански", то есть никогда и ни при каких условиях не показывать эмоции и слабость,а особое наказание сын получал, когда плакал. Если даже глаза чуть намокали, то это уже воспринималось как слезы и летел сильный удар от отца. Моральные унижения Давида были и от папы и от тренера. Публичничные принижения и обесценивание заслуг привели к тому, что Меркулов жил доказывая свою силу. Начал морить себя изнуряющими тренировками, делать все лишь бы победить. Его внутреннее состояние было истощено и Давид стал использовать эту боль, чтобы ещё больше тренироваться. Именно через физическую нагрузку он выплескивал всю ярость и всю грусть, которая копилась годами. Отец поощерял рвение сына к спорту, точнее оставлял Давида в покое. Эти тяжести жизни и привели Давида на улицу к таким же, как он. Его приняли в компанию из 10 человек сразу же, без слов и "вступительных экзаменов". За несколько недель Меркулов уже стал авторитетом, его уважали и почитали все. Ну конечно, ведь его безэмоциональность и большие мышечные габариты пугали. Так же помогало ощущение, что у Давида нет никаких слабостей, никаких страхов и фобий, повышая еще больше значимость Меркулова. Практический каждый день компания встречалась. Давид же просто стоял или сидел рядом, наблюдая. Все проблемы, обычно, решали без него, поэтому не было смысла вмешиваться. Его звали только если нужна была физическая сила или если ситуация выходила из под контроля. Но были редкие случаи, когда Меркулов подходил сам. Это происходила если человек, не сдерживаясь говорил оскорбления и унижения в адрес Давида. Следующее, что он видел, это медленно выходящую из толпы фигуру, которая яростным взглядом прожигала душу, а затем наносила несколько сильных ударов по лицу и в живот, принося и физическую боль.