За стенами временного квартала.

      Ветер колыхал зеленую листву и ветки ударялись об окна домов, противно скрипя по стеклу. Небо с самого утра затянуло плотными серыми тучами. Они нависли над Парижем тяжёлым, низким полотном, будто вот-вот готовы были рухнуть прямо на крыши домов.       Свет почти не проникал внутрь через окна, растворяясь в плотной серой дымке за стеклом. Холодный воздух просачивался сквозь едва заметную щель приоткрытого окна, принося с собой влажный запах дождя, мокрого асфальта и приближающейся грозы.       Где-то далеко за панорамными окнами глухо прогремел гром. — Кофе? — на кухне всё утро суетился Кот Нуар, в попытках приготовить себе съедобный завтрак. — Да, — ответ был коротким.       Леди Баг расположилась на небольшом диванчике в гостиной, соединённой с кухней, не слишком увлечённо читая одну из книг, которую взяла из дома в свою небольшую супергеройскую командировку. День на улице трепещал настолько тусклым антуражем, что делать сегодня ничего вовсе не хотелось.       Через несколько минут на газетный столик в гостиной была доставлена горячая чашка. — С молоком и одной ложкой сахара, как ты любишь, — Адриан сразу направился обратно к плите.       Девушка аккуратно взяла кружку и вдохнула ароматный запах свежемолотых зерен. — Как я… люблю?       Она растерянно подняла глаза на напарника, чтобы получше расслышать, что он только что сказал, но тут же вернула чашку обратно на стол и вскочила с дивана. — Подожди… Что ты делаешь? Тут всё неправильно! — Маринетт приблизилась к напарнику со спины, чем немного его напугала. Но испуг смешался больше с удивлением. — Макароны нужно кидать в кипящую воду!       Напарница мигом перехватила место у плиты, которое без капли сопротивления уступил Нуар. — Тебя кто вообще учил готовить! Ты никогда не варил макароны? — девушка принялась кашеварить. — Ааа… Вообще-то…       В голове Адриана всплыли кадры, как Натали каждое утро приносила ему готовый завтрак за длинный стол в гостиной. — Мне кажется, ты и сама тут неплохо справляешься, — Кот Нуар сделал небольшой глоток кофе из своей чашки. — Ты тоже не выспался? — Маринетт бросила на него короткий взгляд. — Да. И ты? — Было шумно… из-за дождя. Он бил прямо по стеклам, — она принялась жарить мясо, которое Нуар положил в сковородку, хоть он её об этом не просил. Очевидно, что делать он этого не умел. Так же очевидно, как и то, что разговоры на некоторые темы продолжать не хотелось. — Правда? Я не слышал, — было сказано без доли скептицизма. Следующие десять минут на кухне прошли в полнейшей тишине. — Ну, всё, твой завтрак готов. — А ты не будешь? Я думал мы поедим вместе… — Адриан бросил короткий слегка разочарованный взгляд на напарницу. — Нет, я не голод… — не дав договорить, Нуар перехватил руку напарницы, когда она выключала плиту, собравшись уходить. — Ладно… тогда… спасибо, — парень тут же ослабил хватку и неловко отстранился. — Пойду… допью кофе, — без лишних слов и намерения продолжать диалог Маринетт направилась обратно в сторону гостиной.       Следующие несколько часов в доме стояла полнейшая тишина, наполненная лишь еле уловимым шелестом перелистывания страниц и звоном столовых приборов о посуду.       Тучи за окном сгущались всё больше, раскаты грома были слышны всё чаще, но ни единой капли так и не упало с неба. На улице было резко и свежо — в воздухе стоял запах озона, предвещающий скорую грозу. Казалось, вот-вот — тучи лопнут, и польёт как из ведра.       Леди Баг беззвучно встала с дивана и тихими шагами направилась к выходу. Не хотелось привлекать сейчас лишнее внимание, но звук ключа в замочной скважине предательски прозвенел на всю квартиру. — Леди Баг? Ты куда? — в дверном проёме тут же возник Кот Нуар. — Не сидится дома. Хочу выйти на улицу и… побыть одна. — На улицу? Но там же дождь начинается. Вот-вот начнётся ливень, а то и гроза. Куда ты собралась? — Ну и что?       В ответ напарник выдержал большую паузу. — Я могу сам уйти, если на тебя давит моё присутствие, но ты не ходи туда в дождь. Промокнешь ведь. — Все в порядке. Я скоро вернусь. — Маринетт аккуратно, без излишних эмоций захлопнула дверь.       На улице не было ни души — все прятались в своих домах в такую ненастную погоду.       Девушка не успела даже покинуть порог подъезда, как на асфальт упала первая крупная капля, затем вторая, третья — и вскоре Париж во всю залило дождём.       На город будто опустился плотный туман: ливень был настолько густой, что дальше метра перед собой горизонт размывался в серую дымку. — Ну вот…       Маринетт аккуратно выглянула из под крыши. Зеленая листва деревьев, казавшаяся еще более яркой во тьме тёмно-синего неба, трепещали на ветру, словно ветки вот-вот не выдержат и сломаются. Леди Баг вытянула руку перед собой и ярко-красный костюм промок во мгновение, а холод воды пронзил руку даже сквозь латексную ткань.       Разум девушки был чист, как капли, стекающие на плечи с крыши, и в этот момент она не думала ни о чём. Она даже не могла точно сказать, что сподвигло ее побыть наедине снаружи в такой ненастный день.       Но последние дни её тело и душу пронзал колющий холод, когда она находилась в стенах их теплой и уютной квартиры. По правде говоря, за её пределами это чувство нисколько не исчезло. И, кажется, дело было вовсе не в том, что в летнем воздухе стояла влажная прохлада.       Вдруг со спины раздались чьи-то шаги, короткий щелчок и мягкий шелест расправившейся ткани. — Я же говорил — промокнешь.       Обернувшись, Маринетт увидела стоявшего в нескольких шагах от неё Кота Нуара, протягивающего девушке раскрытый чёрный зонт.       Леди Баг изумлённо застыла, глядя на напарника, и в душе на мгновение промелькнуло нежданное тепло, хотя, минутами ранее, она сама его прогнала. В её взгляде читалось удивление с лёгкими нотками дежавю.       Почему-то перед глазами на мгновение всплыл другой дождливый день. Зонт показался знакомым…       Хотя, нет, это был явно не он.       Ещё несколько долгих секунд Маринетт не могла отвести взгляда от напарника. В его изумрудных глазах отражалось тяжёлое тёмное небо, а приглушённый шум летнего ливня больше не казался раздражающим. Её взгляд беспокойно скользнул от чужих глаз к чёрному зонту в его вытянутой руке.       В этом моменте было нечто прекрасное и почти волшебное… Её разум будто застыл во времени, и секунды тянулись как минуты — очень не хотелось отпускать это мгновение. Мир вокруг будто растворился под шумом дождя, оставив лишь их двоих под чёрным куполом зонта. В зелёных глазах напарника промелькнуло нечто до боли родное и знакомое, чего Леди Баг раньше не замечала.       Наконец Маринетт нерешительно потянулась к зонту и бережно перехватила его из рук напарника, едва не коснувшись чужих пальцев. Лишь сейчас девушка заметила, что Кот Нуар остался под дождём. После короткого колебания Леди Баг молча сделала шаг ближе, позволяя ему укрыться под зонтом рядом с собой. — Странно… — едва слышно произнесла Маринетт, разглядывая чёрный купол зонта над их головами. — Что именно? — Кот Нуар слегка повернул голову в её сторону. Девушка задумчиво скользнула взглядом по мокрой улице, блестящей от дождя. — Мне кажется, у нас уже был похожий момент…       На несколько секунд повисла тишина.       Глаза Нуара едва заметно распахнулись от неожиданности, а сердце пропустило тяжёлый удар где-то под ребрами. Конечно, она не могла этого знать. И всё же…       Шум дождя вдруг стал оглушающе громким. — Возможно, — тихо отозвался он, стараясь, чтобы голос звучал как обычно.       Маринетт медленно опустила взгляд на ручку зонта, которую они сейчас держали вместе. — Спасибо. — За что? — парень перевёл на неё удивлённый взгляд.       Девушка несколько секунд молчала, будто подбирая слова. — За то, что не пытаешься сделать мне больнее в ответ.       Адриан отвёл взгляд куда-то в сторону дождливой улицы. — Я никогда не хотел причинять тебе боль, миледи.       В этот дождливый вечер больше никто так и не произнёс ни слова. Капли дождя мягко разбивались о мокрый асфальт, фонари размывались золотистыми пятнами в лужах, а где-то вдали глухо шумел сумеречный Париж. Силуэты напарников, так и оставшихся безмолвно стоять под одним зонтом, постепенно растворялись в серой дождливой дымке, становясь всё дальше и меньше под мерный шум ливня.