Я не должен тебе доверять

Мир, в котором родился Изуку Мидория, давно привык к чудесам. Причуды стали нормой, почти девять из десяти людей обладали силой, способной изменить реальность — разрушать, исцелять, подчинять стихии или саму плоть. В таком мире слабость была не просто недостатком — она превращалась в клеймо. С самого детства Идзуку смотрел на Всемогущего, с тем самым благоговейным восторгом, который бывает только у детей, искренне верящих в добро. На экране телевизора герой улыбался, даже когда был ранен, даже когда сражался на грани своих возможностей. Эта улыбка казалась Идзуку чем-то священным — обещанием, что в мире всегда найдётся место свету. Он повторял перед зеркалом: «Я тоже стану героем». Но однажды это зеркало разбилось. В кабинете врача было слишком светло. Белый цвет стен давил, казался холодным и чужим. Слова врача прозвучали сухо, почти равнодушно: — У вашего сына отсутствует причуда. Мир не рухнул сразу. Он просто… треснул. Сначала — тишина. Потом — взгляд матери. Тот самый, который он никогда не забудет. В нём не было злости в привычном смысле, но было разочарование, густое и тяжёлое, как туман. Оно оседало в воздухе, в её голосе, в каждом её движении. — Почему именно ты?.. — тихо спросила она, будто он мог ответить. С этого дня дом перестал быть убежищем. Слова матери стали острыми, как стекло, и такими же невидимыми для окружающих. Она не била его — в этом не было нужды. Её голос справлялся лучше. В школе было хуже. Дети чувствуют слабость, как звери чувствуют кровь. Особенно один. Кацуки Бакуго. Когда-то он был другом. Когда-то они вместе бегали по дворам, делились мечтами и смеялись над глупостями. Но причуда изменила всё. Взрывы в его ладонях стали символом превосходства, а Изуку — живым напоминанием о том, каким он никогда не станет. — Ты бесполезный, Деку. Это слово прилипло к нему, как грязь, которую невозможно смыть. Побои стали привычными. Сначала он пытался защищаться, потом — просто терпел. С каждым ударом он всё сильнее понимал: этот мир не для него. И всё же он продолжал смотреть на героев. Пока однажды не перестал. --- Тот день начался как обычный, но закончился катастрофой. Сирены разрезали воздух, небо заволокло дымом, а улицы превратились в поле боя. Герои и злодеи столкнулись в самом центре города, разрушая всё на своём пути. Люди бежали, кричали, падали — паника распространялась быстрее огня. Идзуку стоял среди этого хаоса, не в силах пошевелиться. Его тело отказывалось подчиняться, а разум цеплялся за одну мысль: герои спасут всех. Они ведь всегда спасают. Но не в этот раз. Он увидел её слишком поздно. Обломки здания рухнули, словно замедленно, и он успел только закричать. Голос сорвался, растворился в грохоте. Когда пыль осела, от его мира осталась лишь пустота. Мать погибла. Без прощания. Без последнего взгляда. Без возможности сказать хоть что-то. В тот день Изуку окончательно понял: герои не всесильны. Их улыбки — лишь маска. Как и всё в этом мире. --- Прошли месяцы. Похороны, формальности, тишина пустой квартиры — всё слилось в один серый поток. Никто не пытался ему помочь. Никто не заметил, как он исчезает. А потом исчезновение стало выбором. Он начал выходить по ночам. Сначала просто бродил по улицам, избегая людей, избегая света. Город в темноте был другим — честным, лишённым ярких фасадов и показной героики. Изуку начал видеть то, что раньше скрывалось. Преступления, на которые герои не успевали реагировать. Людей, которым никто не приходил на помощь. Страх, который не показывают в новостях. И однажды он вмешался. Это было глупо. Безрассудно. Он не обладал силой, не имел подготовки, но… он не смог пройти мимо. Его избили. Но он выжил. И понял, что этого недостаточно, чтобы остановиться. --- Со временем он изменился. Сначала — мелочи. Он перестал говорить с людьми, перестал смотреть им в глаза. Затем — больше. Он нашёл способ скрыть себя. Красные линзы скрывали его взгляд, превращая его глаза в нечто чужое и холодное. Капюшон прятал волосы, стирая любые узнаваемые черты. Маска, напоминающая респиратор, искажала голос, превращая его в механический, лишённый эмоций. Он больше не был Изуку Мидорией. Он стал Тенью. Ночью он двигался бесшумно, словно призрак, появляясь там, где происходило зло. Его методы были далеки от героических — он не сдерживался, не щадил. Если нужно было сломать руку — он ломал. Если нужно было запугать — он делал это так, что страх оставался с жертвой надолго. Он начал курить — сначала из любопытства, потом из привычки. Дым заполнял лёгкие, притупляя мысли, заглушая воспоминания. Но хуже всего было другое. Он не мог выносить прикосновения. Каждый случайный контакт вызывал вспышку паники. Его тело сжималось, дыхание сбивалось, а разум возвращался в те моменты, которые он хотел забыть. Поэтому он избегал людей не только из-за недоверия — это было необходимостью. Одиночество стало его щитом. И его проклятием. --- Однажды ночью всё изменилось. Он не ожидал встретить героя. Сотриголову. Айзава заметил его не сразу, но достаточно быстро, чтобы понять — перед ним не обычный преступник. Тень двигался слишком точно, слишком хладнокровно, словно его действия были продуманы заранее. Их первая встреча закончилась ничьей. Айзава попытался остановить его, используя свою причуду, но был удивлён — Тень не полагался на силу. Он использовал окружение, скорость, внезапность. Когда герою показалось, что он почти схватил его, тот исчез в темноте, оставив после себя лишь запах дыма. Но Айзава не из тех, кто забывает. И Тень тоже. Впервые за долгое время Идзуку почувствовал не страх и не ненависть, а… интерес. Кто-то увидел его. Не как жертву. Не как мусор. А как угрозу. И, возможно… как человека. --- С этого момента их пути и начали пересекаться всё чаще. И каждый раз становилось всё сложнее понять, кто из них прав. И есть ли вообще в этом мире правильная сторона.