Я не должен тебе доверять

В общежитии Академии Юэй жизнь шла своим шумным, беспокойным ритмом, который для большинства учеников казался естественным и даже уютным, однако для Мидории этот ритм оставался чужим, навязчивым и раздражающим, словно постоянный гул, от которого невозможно было полностью избавиться. Он почти никогда не появлялся в общей столовой. Когда остальные ученики собирались за длинными столами, обсуждали тренировки, спорили, смеялись и шумели, Тень либо оставался у себя в комнате, либо уходил на крышу, где ветер разгонял запах дыма и позволял хоть немного очистить голову от лишних мыслей. Еда чаще всего остывала на подоконнике его комнаты, потому что он брал её заранее и уносил с собой, избегая любых попыток присоединиться к остальным. Однажды вечером, когда внизу снова началась очередная перепалка — кто-то спорил о результатах тренировки, кто-то громко возмущался — шум поднялся до такого уровня, что даже сквозь закрытую дверь было слышно каждое слово. Тень медленно вышел из своей комнаты. Он не спешил, двигался лениво, будто ему было всё равно, но стоило ему появиться в проходе и молча обвести взглядом спорящих, как атмосфера изменилась мгновенно. Его взгляд был тяжёлым, резким, холодным. — Ну чего орёте… — хрипло бросил он, даже не повышая голос. — Как базарные торговки. Этого оказалось достаточно. Разговор стих. Эйдзиро Киришима кашлянул, неловко почесав затылок, а Тенья Иида тут же выпрямился, словно его поймали на нарушении дисциплины. — Мы лишь обсуждали результаты тренировки, — попытался оправдаться Иида. Тень усмехнулся. — Обсуждайте потише… а то голова трещит. Он развернулся и ушёл обратно к лестнице, не дожидаясь ответа. Шум больше не возвращался. --- Его комната оставалась почти пустой — минимум вещей, аккуратно сложенные сигареты на столе, тёмные перчатки, брошенные на спинку стула, и кровать, на которой он спал редко и беспокойно. Но чаще всего его можно было найти на крыше. Крыша общежития стала для него единственным местом, где можно было дышать свободно, не ожидая случайного прикосновения или чужого взгляда слишком близко. Он сидел на краю, свесив ноги вниз, привычно снимая маску, когда закуривал. Дым медленно растворялся в ночном воздухе. Ветер перебирал пряди волос, выбившиеся из-под капюшона. И почти каждый вечер там появлялся Шота. Сначала это казалось раздражающим. Потом — привычным. Теперь — почти ожидаемым. — Опять куришь, — спокойно произнёс Айзава однажды вечером, выходя на крышу. Тень даже не повернул голову. — А ты опять проверяешь, не сдох ли я, Ластик? — лениво отозвался он. Айзава подошёл чуть ближе, чем раньше. Не резко. Медленно. Так, чтобы не спровоцировать. Он остановился рядом — уже не в нескольких метрах, как раньше, а заметно ближе. Изуку это заметил. Конечно заметил. Но ничего не сказал. Это молчание говорило больше любых слов. Между ними действительно начала появляться тонкая, едва ощутимая нить доверия, которую невозможно было увидеть, но можно было почувствовать в том, как Тень перестал каждый раз отодвигаться, когда Айзава оказывался рядом. — Сегодня ты не сорвался на тренировке, — сказал Айзава, опираясь на ограждение. — Не начинай… — устало пробормотал Тень, выпуская дым. — Я просто не хотел лишний раз тратить силы на идиотов. Айзава тихо хмыкнул. — Это тоже прогресс. Тень закатил глаза. — Да ты помешан на этом слове… Несколько секунд они молчали. Но это уже было не тяжёлое молчание, наполненное напряжением. А спокойное, простое. — В детстве… — вдруг начал Айзава, глядя куда-то вдаль. — Я тоже не любил людей. Тень повернул голову. Взгляд стал внимательнее. — Серьёзно? — усмехнулся он. — Не верится. — Шум раздражал, — продолжил Айзава спокойно. — Люди тоже. Изуку фыркнул. — Ну хоть что-то у нас совпадает, стёрка. Он сделал глубокую затяжку, затем тихо добавил: — Здесь слишком… людно. Айзава кивнул. — Поэтому я стараюсь приходить сюда вечером. Тень усмехнулся. — Не льсти себе… я не ради тебя сюда лезу. Но в голосе уже не было прежней злости. Только привычная защитная грубость. --- Со временем расстояние между ними действительно стало меньше. Не резко. Постепенно. Однажды, когда ветер был особенно сильным, Тень чуть пошатнулся на краю крыши, не ожидая резкого порыва. Айзава сделал шаг вперёд. Инстинктивно. Но остановился за секунду до того, как протянуть руку. Изуку это заметил. И вместо того чтобы резко отшатнуться, как раньше, лишь коротко хмыкнул. — Спокойно, герой… — пробормотал он. — Не развалюсь. Айзава медленно кивнул. — Я знаю. Пауза затянулась. Тень докурил сигарету и затушил её о металлический край. — Ты странный, — вдруг сказал он. — В каком смысле? — Не лезешь, когда не надо… — пробормотал Тень — Но и не исчезаешь. Шота посмотрел на него внимательно. — Потому что ты пока не умеешь справляться один. Тень тихо усмехнулся. — Да ладно… я половину города в одиночку вытаскивал. — И при этом разрушал себя, — спокойно ответил Айзава. Эти слова повисли в воздухе. Изуку отвернулся. Но не спорил. Это было редкостью. Очень редкой. --- Иногда разговоры между ними были совершенно бессмысленными — о погоде, о тренировках, о странных привычках учеников класса. Иногда они просто молчали. Но даже это молчание перестало быть напряжённым. В нём появилось что-то спокойное. Устойчивое. И именно в такие моменты Тень позволял Айзаве стоять ближе, чем кому-либо ещё. Не потому что доверял полностью. А потому что больше не видел в нём угрозы. И это было самым большим шагом, который он пока мог сделать.