Мануэль

Из пузыря на тело Мануэля полилось что-то вроде жидкого масла — тонкой струйкой, начав от ложбинки под шеей и двигаясь к пупку ровно посередине торса. — Ой… И-хи-хи… — эльф заерзал, а его кожа покрылась мурашками. — Не могху-ху-ху-ху… — едва слышно хихикал он. — Ой-о-хо-хо-и-хи-хи-хи… Наставник уже в который раз глубоко вздохнул. — Послушай, так нельзя бояться щекотки. Любой демон в Тени уложит тебя этим заклинанием, если пробьет защиту. Ему даже стараться не придется. Пока ты будешь корчиться от безобидного паучка под балахоном, он изрубит тебя на части. Давай-ка практиковать выдержку. — Но я не могху-ху-ху-ху! Очень щеко…кхи-хи-хи-хи-хи-хи-хи! — масло из ложбинки под шеей заструилось по плечам, а с середины торса — по голым боками. — Слишком щекХО-ХО-ХО-ХО-хи-хи-хи… — эльф заизвивался сильнее. — Ой-о-хо-хо-хи-хи-хи… — Ох-х! — Карибиус снова вздохнул и отхлебнул пива, продолжив наблюдать. Пузырь поплыл обратно — от пупка к голове, всё еще изливая из себя маслянистую жидкость, и она растекалась по бокам эльфа обильнее. Тот жался от этого ощущения, и маг зафиксировал его голову магией, отведя ее немного назад, а то чего доброго не даст обработать шею. Жидкость как раз полилась по горлу до самого подбородка, снова стекая струйками по шее к плечам. Мануэль рассмеялся, зажмурив глаза, а мурашки на его теле усилились. Когда он открыл глаза, то увидел над собой уже знакомую пару магических рук. — Ой-ой-ой-ой, щекотно!!! — по привычке завопил он, начав заранее извиваться. — Нет-нет, не надо!!! Карибиус прыснул, покачав головой, а волшебные руки мягко опустились эльфу на грудь и начали растирать масло. Всего лишь две — чтобы клиент не описался, но тот тут же начал пищать, едва пальцы коснулись кожи. — И-хи-хи-и-и-и-и!!! — его ноги затарабанили по краю лежака, потому что Карибиус привязал их более-менее свободно. Вот как раз для того, чтобы подопечный мог ими дергать и хоть как-то терпеть. — Щекотна-И-И-И-хи-хи-хи! — пятки вновь застучали по дереву. — А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! — магические руки тем временем осторожно распределяли масло по поврежденным участкам торса, явно выделяющимся припухлостью и краснотой. Они осторожно скользили по телу самыми кончиками пальцев. — Щекотно-И-И-И-И!!! — заливался смехом эльф. — Ой, слишком нежно!!! Не надо!!! А-ха-ха-ха-И-И-И-И!!! — тогда руки легли на торс полностью и начали мазать так. Мануэль задышал чаще, закряхтел, пыжился, но все же старался терпеть. — Вот молодец, — похвалил его маг, отпив еще глоток пива. — Пытайся держать себя в руках, а еще расслабляться. Спокойные нервы снижают чувствительность кожи. — Ой… И-хи-хи! И-и-и-и! Ой! И-и-и-хи-хи!!! — до боков дотронуться без писка не получалось, но в общем эльф выносил процедуру приемлемо. Карибиусу, конечно, хотелось заставить руки активней двигать пальцами (просто ради шутки), но он решил не поддаваться искушению. Парню пока и этого хватит — он и так слишком старается. Вон какой красный стал, а улыбка на лице так и растягивается. При зажмуренных глазах это смотрелось очень комично, и маг опять рассмеялся. Бездна всесильная, как же давно его никто так не веселил! А Мануэль в самом деле терпел и очень стоически. Руки мазали шею, грудь и бока, скользко и мучительно щекоча. Не нарочно, конечно. Распределение масла по голой коже — всегда щекотный процесс. Иногда эльф издавал один пронзительный писк, зажмурившись до кругов в глазах, но смех всё же не вырывался. Он очень хотел показать Карибиусу, что может терпеть. Эльф запомнил, как тот сказал, что как только приведет его в чувства, сразу вышвырнет вон. Мага сильно разозлило, что парень полез в заветное. А на той полке явно стояли… не совсем обычные вещи. Ох, он очень надеялся, что руки сейчас не специально елозили именно на чувствительных ребрах и по краешкам тазовых костей, где эльф пыхтел, хрюкал и все же срывался на хохот. Но тут же захлопывал рот, выгибаясь и напряженно скуля. В конце концов пытка закончилась. Карибиус велел полежать так около получаса, чтобы маслянистая жидкость впиталась и вытянула эссенцию раздражающего вещества. Тогда можно будет всё это смыть. Фух! Полчаса без щекотки, а потом начнется сущий кошмар. Потому что смывать наверняка будут щетки, которые уже дважды по вечерам орудовали на теле эльфа. Но он постарается вытерпеть. Во всяком случае, попробует. Карибиус все-таки справедливый и старания зачтет — хотя бы на первый раз. Мануэль очень на это наделялся. — Зачем ты полез на полку? — спросил маг, видимо, чтобы не сидеть в тишине. Сам он так и потягивал пиво и, кстати, еще не пробовал ужин. А после выпитого наверняка захочет. Еще один козырь в пользу Мануэля — готовить он научился на ура, еда была единственной радостью его пожилого отца. — Я… ну… — лучше говорить правду — это располагает. — Мне стало скучно, а вас долго не было. Я, честное слово, держался весь день. И только одним глазком хотел заглянуть. — И что же? — голос Карибиуса прозвучал немного скучающе, но эльф понял, что таким образом он прячет неловкость: найденные предметы однозначно использовались не для варки зелий. — Ничего, — эльф постарался деликатно не углубляться в тему. — Я просто взглянул, а потом упал. — От увиденного? — усмехнулся маг, взглянув на Мануэля слегка исподлобья, подпирая рукой висок. — Ну… э… — вообще, так и было. — Да просто не удержался. — Что ж, спасибо за такт, — Карибиус сел поудобнее. — Не хочешь узнать, что за жидкость на тебя вылилась? — Э… ну… вообще-то хочу… — Это и есть эликсир повышения чувствительности кожи. В нормальных дозах он усиливает эффект от ласк настолько, что только от них можно… кхм… — маг не стал продолжать. — В общем, это очень приятно. Но если вылить слишком много, то можно лишиться кожи. Ты сам ее сдерешь, начав безумно чесаться. Есть риск даже сойти с ума. Это не простой эликсир, а напичканный демонической энергией. О, теперь-то понятно. Да уж, «приличные» волшебники вряд ли что-то подобное создадут. Что ж, Мануэль понял одно: учитель пришел очень вовремя и спас его жизнь — без шуток. — Спасибо за помощь, — искренне поблагодарил он. — И простите меня, я правда… Я… не должен был… И готов к наказанию. Только не выгоняйте меня. — Тебе разве хорошо здесь было эти два дня? — удивился Карибиус. — Да, — кивнул эльф и ничуть не лукавил. — Прямо как у отца. Ну, то есть немного не так… э-э… Слишком много щекотки… но это мне просто не повезло… — Зато мне повезло, — усмехнулся Карибиус. — Никто меня еще так не развлекал. — Вот видите! — сразу ухватился за эти слова Мануэль. — Вам со мной нравится. Так зачем расставаться? Я очень-очень постараюсь больше не лезть никуда. Честное слово, я ведь очень послушный. И даже не буду спрашивать, что видел на полке. — Особенно из-за чего упал с лестницы? Эльф слегка покраснел. — Да… — хотя вид отделенной мужской плоти до сих пор вызывал озноб. — Я постараюсь забыть. — Но если останешься, — глаза Карибиуса стали немного томными от выпитого пива, тем более на голодный желудок. — Если останешься, всё узнаешь. — Правда? — Мануэль вдохновился. — Так вы не выгоните меня? — Если вытерпишь наказание, — маг снова переместился в кресле, чтобы поудобнее устроиться. — Видел в банке наверху фаллосы из имбирного корня? — Д…да… — затаил дыхание эльф. — Знаешь, что это? — Н…нет… — Если его вставить в анус, ощутишь ужасное жжение. Я так и сделаю, свяжу тебя по стойке смирно, всего обмотав веревками, и отлуплю по заднице, ну… скажем, пока ладонью. Десять ударов. Готов? Нет, лучше двадцать… По голым ягодицам, заметь. Мануэль помолчал. — Ну… ладно… да, я готов… Карибиус только головой покачал. — Ты так хочешь остаться со мной, что готов стерпеть подобное? — Ну… я же виноват. Вы ведь не каждый день станете так меня бить? — Откуда ты знаешь? — Вы не садист. И вообще, не злой. Возможно даже, вы сейчас просто меня пугаете. Я хорошо вижу людей — очень много работал с ними в лавке. И отец многому научил. Но если надо, я вытерплю. Я ведь в самом деле был виноват… Не стоило мне лезть не в свое дело. — Хорошо, что ты это осознаешь, — погрозил пальцем Карибиус, правда, больше журя. А еще эльф заметил, что он здорово захмелел. — Верю тебе, — кивнул маг. — Верю, что впредь подобного не повторится. Я прощаю тебя. — Правда?! — эльф удивился. — Даже без наказания?! Карибиус усмехнулся, — хоть и немного грустно, но он так усмехался всегда. — Даже без наказания. Ты прав, я просто тебя припугнул. — Ох, фуф… А зачем тогда вам эти… — Мануэль вовремя прикусил язык. — Простите, я… Я не должен был спрашивать… — А я не должен тебе отвечать, — Карибиус встряхнул пустую кружку, и она вновь наполнилась светлым янтарным пивом. В мыльне тем временем стало совсем жарко, и с тела эльфа заструился пот. — Отлично, — маг удовлетворенно кивнул, увидев этот процесс. — Очищение началось. Теперь я очень осторожно сам обработаю твою кожу, — он за несколько глотков выпил весь свой напиток и поставил кружку на столик. — Тебе нужно всего лишь немножко потерпеть. Его слегка покачивало, когда он поднялся со стула. Маг выглядел сейчас расслабленным и даже немного смешным. Он подошёл к Мануэлю, захватив с полочки со всякими банными принадлежностями круглую ёмкость с очередным эликсиром. В ней торчала палочка. Когда Карибиус вынул ее, это оказалась большая мягкая кисть, обильно смоченная чем-то тягучим и мыльным. — Терпи, — маг наклонился над эльфом, опять покачнувшись. — Я буду намыливать и смывать, пока кожа совсем не очистится. Мануэль занервничал. — А почему кисточкой? — Потому что руками нельзя, а мочалкой тем более, — Карибиус погрозил эльфу кисточкой, выглядя здорово пьяным. — Ты просто не понимаешь… Приди я минут на пятнадцать позже, ты бы остался без кожи, и даже Я уже не смог бы тебе помочь. Ну, разве что с помощью магии крови, но я стараюсь применять ее только в крайних случаях. Поэтому обойдемся подручными средствами. От него пахло пивом и травами. Смугловатое лицо с черными полупьяными глазами, закрученные в пучок чёрные волосы, закрепленные на затылке всё той же булавкой с черепом — всё это смотрелось красиво. Эльф с удовольствием полюбовался бы еще, но предстоящая экзекуция нервировала. Он сразу втянул живот, едва над ним занесли опасную кисточку, и хотел отодвинуться от пугающего объекта, но путы не дали этого сделать. Испытание началось. Едва кисть скользнула по шее и по плечу, Мануэль тут же зажался и расхихикался. Карибиус взглянул на него с укором. — Мне что, снова привязывать твою голову? Не стыдно? — он покачнулся вперед. — Ну-ка, … задери подбородок и быстро терпи! — маг изо всех сил старался изобразить суровость. Это дополнительно веселило, и сдерживать смех становилось еще труднее. Эльф попытался так сделать, но когда кисточка заскользила под подбородком, он зажмурился, заскулил и снова затарабанил пятками по поверхности лежака. Щекотные движения повторялись снова и снова. — Пф-ф-ф-хих! И-хи-хи! — и все же он терпел, хоть и выгибался всем телом в такт движениям кисти, но хотя бы пока не смеялся. А только кряхтел и фыркал. — Вот молодец, — похвали его маг, и это добавило сил. Кисть пока, обмакнутая в мыльный раствор, начала мягко обмазывать грудь. — У-у-у-у-уй, — Мануэль стиснул зубы, стараясь выгнуться в сторону и крепко сжав ступни. — Пх-х-х-х… к-х-х-кхк! А-ха-ха-ха! — на соске он не выдержал, пытаясь стряхнуть назойливую щекотку. К счастью, кисть двинулась дальше. — М-х-х-х-пхи-хи-хи… Кх-х-х-х-х… — на боках терпеть стало совсем невозможно, Мануэль затрясся, стараясь сдержать смех, но он все-таки вырвался. — Пха-ха-ха-ха-ха-ха-и-и-и-и!!! — на пупке с ним и вовсе приключилась истерика, и он начал биться на ложе. Спокойно Мануэль дал обработать только предплечья, на которые тоже попал раствор. И то попискивал. К счастью, больше нигде повреждений не наблюдалось. Ни в подмышках, ни в паху — поэтому первая обработка прошла более-менее успешно, и эльфу удавалось терпеть. Его тело мягко окатили чистой водой, смывая мыло и масло, и он даже чуть-чуть постонал от приятного удовольствия. Намыливание кистью повторилось вновь. — Ох! Ох-х-х! К-х-х-х-х! — эльф выгибался, как мог. — Щекотно… И-и-и! К-х-х… Пха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Можно я отдохну?! И-и-и!!! — Лучше не надо, — Карибиус макнул кисть и провел ею по животу Мануэля. Тот сдавленно захихикал, втягивая пупок и мелко заизвивавшись всем телом. — А сколько еще? И-хи-хи… Сколько еще? Ай! А-ха-ха! На сосках слишком щекхо-хи-хи-хи-хи-хи-хи!!! А-А-А-А-А!!! — Пока покраснение не сойдет, — маг эти самые соски и обрабатывал, потому что они опасно припухли. И вовсе не от удовольствия. В этих местах слишком нежная кожа и она повредилась глубже. — Ну-ка, еще потерпи… — он ласково улыбнулся (хмель явно творил чудеса!) и начал осторожно намазывать кисточкой покрасневшие ореолы. Мануэль готов был поклясться, что процесс мучителю нравился. Эльфу же лишь добавилось мук. — Пхи-и-и-и-ик-х-х-х! — он весь напрягся, крепко зажмурив глаза. — И-хи-хи!!! Нет-нет! Я не смогу! А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! — он завертел грудью и застучал пятками, потому что соски стали слишком чувствительными. Да еще и намазывались обильно и долго. — Я не выдержу! А-а-а!!! А-ха-ха-ха!!! Можно я са-а-ам?! — Ты не увидишь, где мазать, — со странной нежностью произнес маг. — Но мне слишком щекотна-а-а!!! — эльф панически завертел грудью, потому что пытка там продолжалась. — Невыносимо!!! — Ты неплохо держишься. — Ох, … да? — Мануэль сразу притих, к тому же его соски наконец-то оставили в покое. Хоть мучительное скольжение кисточки никуда не исчезло, а просто переместилось — теперь на бока. Снова пришлось терпеть. Эльфа, конечно, всего перекореживало на лежаке, он смешно хрюкал и фыркал, но смех в самом деле вырывался всё реже, хотя он уже весь покраснел и вспотел даже больше, чем надо. — Ничего, — утешил его Карибиус. — Чем сильнее потеешь, тем быстрее закончим. — Ох… А когда? К-х-х… — Раза четыре намыливание кисточкой повторить придется. — Ой, это так много… Ай! Не надо на ребрах! А-а-а-а-а!!! А-ха-ха-ха!!! Не могу!!! К-х-х-х… Пх-х-х-х-х… А-ха-ха-ха!!! Ой, не пупок!!! Нет!!! А-а-а-а-а! А-а-а-а-а!!! — тут его снова окатили водой, и он наконец-то расслабился. И все же из-за напрягшихся нервов третье намыливание стало еще мучительнее. Эльф изо всех сил старался не зажимать шею, когда там скользила кисть, при этом выгибался и жмурился до темноты. Он сжимал кулаки и пальцы на ногах, но это мало чем помогало, — смех так и рвался наружу. — Отлично, — похвалил его маг. — Настоящий воин. В этот момент эльф сорвался и завизжал до истерики, потому что кисть снова прошлась по соскам. Но похвала заставила быстро взять себя в руки. — Давай отвлечемся, — предложил ему маг. — Спрашивай что-нибудь или сам расскажи. Поверь, так терпеть станет легче. — А почему вы так долго не приходили? И-хи-хи-хи!.. — Мануэль, как мог, выгнулся в сторону от намазывающей бок кисти, хотя она все равно не отстала. Карибиус мягко водил ею вверх и вниз от тазовой кости и до подмышки, периодически макая ворсинки в жидкое мыло. Потом перешел к другому боку. Мануэль, напряженно кряхтя, выгнулся в другую строну. — В Убежище прибыл один Тевинтерский маг, — начал рассказывать истязатель. — Дориан Павус, очень интересный мужчина. Всей душой на стороне Инквизиции. Мы просто заговорились, вот я и задержался немного. — Имперец? — Мануэль задергал животом из-за очередной щекотки пупка. — А что же он… и-хи-хи… не на стороне своих? И-ха-ха!!! — он затрясся от смеха, потому что кисть заскользила вокруг многострадального узелка. — Ой-ой, не могу… — эльф начал елозить из стороны в сторону. — Ой, не надо так долго живот!!! — Если хочешь, я тебя с ним познакомлю, — кисть пока отправилась в баночку, и эльф смог отдышаться. — Он очень любит поговорить, — продолжил Карибиус. — Об империи, а особенно о себе. — Маг улыбнулся слишком уж мягко, говоря об этом тевинтерце. — Он вам понравился? — ревниво спросил эльф. Он тоже хотел нравиться своему наставнику (как уже давно называл его в мыслях) — хотя бы настолько, чтобы тот не думал его выгонять. Вот только как? Мануэль решил, что станет терпеть щекотку усерднее. Вот прямо сейчас! Но Карибиус пока выпрямился и не трогал его. Взгляд черных глаз стал задумчивым, а сам маг будто перенесся в воспоминания. Да неужели этот имперец настолько завладел его мыслями? — Вы влюбились в него! — обиженно выпалил Мануэль. — Вам же мужчины нравятся, раз демон стал вашим любовником… Он просто еще не знал, что его будущий наставник всегда тепло улыбается, когда выпьет. У него просто становится такое лицо — особенно в приятной компании. Карибиус слишком мягчеет, поэтому даже не рассердился, когда Мануэль так бестактно его обвинил. Но тому стало обидно! Наставник восхищается саирабазом-кунари, роскошным сэром Дорианом — эльф был уверен, что этот пижон приволок с собой из Тевинтера целый гардероб и теперь щеголяет в нем. А еще он наверняка интриган! Обманчиво обходительный! Мануэлю приходилось видеть имперцев среди паломников — были среди них те, кто не гнушался поклониться и Священному Праху Андрасте, — только бы удачно разрешить свои личные дела. Карибиус с улыбкой следил за ходом мыслей своего подопечного, и они его забавляли. В итоге он мазнул его кистью по носу, потому что у эльфа стал слишком надутый вид. — С чего ты взял, что я думаю именно об имперце? Скорее о том, что он рассказал. Восставшие маги спрятались в замке Рэдклифф, готовясь отразить нападение храмовников. Им на помощь пришли тевинтерцы. Причем, сектанты. Знаешь, есть верная примета: если рядом с опасной магией рыскают имперцы-фанатики — жди беды. Магия образовавшейся Бреши именно такой и является. Появление тевинтерцев рядом — очень плохой знак. Уверен, они используют этих несчастных магов в своих интересах. Например, чтобы напасть на Убежище. Для начала. А дальше будет лишь хуже. — И что же делать? — Мануэль сразу отвлекся от своих личных мыслей. У Карибиуса заурчал живот, и он потер свой желудок. — Для начала надо поесть, — просто ответил он. — Умираю, как голоден. Давай-ка побыстрее закончим твою обработку. Пройдешь последнее испытание? — К…какое? — эльф слегка прижал уши. — Еще пару намыливаний, только в ускоренном темпе. Кистей будет две, а банку с мылом я буду ставить тебе на живот или на грудь — смотря, где намыливаю. Выдержишь и не уронишь ее, начав извиваться, станешь моим учеником. Даю слово. Иначе… — Что же? — Мануэль закусил губу. Да как же он выдержит щекотку двумя кистями по распаренному измученному телу? И даже дернуться будет нельзя! Банка с мылом тогда упадет… — Иначе конец, — улыбнулся маг, смотря хмельным взглядом. — Я не шучу, — он постарался выглядеть посерьезнее. — Я не выдержу, — расстроился Мануэль. — А старание зачтется? — Только результат, — погрозил кистью маг, покачиваясь, но особо суровым не выглядел. — Уронишь банку — и мы распрощаемся. Омыв тело эльфа водой, он поставил емкость с мылом ему на грудь и создал вторую кисть. Мануэль заскулил и сжался, подогнув пальцы на стопах и крепко сжав кулаки. Испытание началось. — Ой-ой-ой… Как щекотно… ой-ой-ой-ой… — банка с мылом опасно зашаталась, когда обе кисти мягко заскользили по голому животу. — Щекотно! ой-ой-ой-ой… не могу, не выдержу… А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Карибиус удержал емкость с мылом, глядя на Мануэля с деланным осуждением, а тот заметил, что у учителя на щеках от улыбки появляются ямочки. — Это было единственное послабление, — сказал ему маг. — Больше банку держать не стану. Уронишь — и всё. — Ой, не надо… кхи-хих!.. к-х-х… — эльф крепко зажмурился, крестив стопы и начав мять в руках коврики, которые нащупал на полу. Связанные внизу руки вполне до них доставали. — Щекотно… уй-уй-уй-уй… я не смогу! Не смогу! Нет! — у него даже глаза закатывались, как он пытался пыжиться. — Ладно, можешь громко орать! — снизошел Карибиус. — Главное — не шевелись, — и тут же пожалел о том, что сказал. — А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — заполонило всю мыльню, и маг едва не оглох. — ЩЕКОТНО!!! А-А-А-А-А-А!!! А-А-А-А-А-А-А-А!!! А-А-А-А-А-А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

***

Спустя час эльф лежал в свей чистой постели и мечтательно смотрел в потолок. Он победил, хоть щекотки не выдержал и под конец все-таки уронил банку. Его в последний раз окатили водой, вытерли мягким полотенцем, потом крепко связали, и маг намазывал его тело какой-то мазью. Она снова вызывала чесотку, но в этот раз проходящую, зато из-за нее даже легкое касание к коже становилось невыносимо щекотным. Карибиус объяснил, что это лекарственная мазь, сделанная на основе того самого эликсира, который Мануэль на себя вылил. Подобное исцеляется подобным, но в слегка измененном виде, и мазаться придется ровно десять дней. Пытка этой мазью оказалась хуже намыливаний несколькими мочалками! Одно утешало — что в течение десяти дней Мануэля точно не выгонят. Ни один целитель не избавиться от пациента, не закончив лечение. Во всяком случае. эльф на это наделся. А потом они пошли в кухню, и тут началось самое интересное. Эльф подал Карибиусу ужин, красиво и аппетитно разложив на блюде мясо, овощи и испеченный им хлеб. Маг удивленно похлопал ресницами, увидев все это, и непроизвольно сглотнул, ибо запах от блюда шел упоительный. — Хм… Ты сам это приготовил? — не веря глазам, посмотрел он на эльфа — Ага, — с гордостью кивнул тот. — И хлеб испек сам. — Ну надо же… — Карибиус отрезал кусочек запеченного мяса и отправил его в рот. — М-м! — он не смог сдержать стон наслаждения. — Создатель! Что за вкуснятина? Где ты взял это мясо? — У вас в запасах, — пожал плечами эльф. — Во льду лежал кусочек. — Это моя баранина? — удивился маг. — А разве она не должна быть жесткой и горьковатой? — Должна. Но я знаю, как сделать ее нежной, словно телятинка. Магия, специи и особый способ приготовления. Карибиус тем временем отправил в рот следующий кусочек. — Ох… М-м… Никогда еще подобного не пробовал, — он начал есть активней. — А я, поверь, живу очень долго. — Вам нравится? — Мануэль даже забыл про свою тарелку, где лежали только тушеные овощи. Эльфы обычно питались легко. — М-м… Бесподобно! — жуя, проговорил маг, и все же отрезал ломтик от своего куска и положил его на тарелку Мануэлю. — О себе тоже не забывай. Я вижу, ты отдал мне всё. — Спасибо, — тот пока смотрел на учителя, и сердце нарадоваться не могло. Даже когда сэр Карибиус говорил о саирабазе и сэре Дориане, его лицо не становилось таким счастливым и просветленным. — Я много чего могу, — приговаривал эльф. — Из ерунды сделаю вам шедевр. А если будут продукты побогаче, тот это будет и вовсе пища богов, — тут он вздохнул и опустил голову, грустно усевшись на своем стуле. — Жаль, что через десять дней мне придется уйти. Я ведь не прошел испытание, — он глянул на учителя исподлобья, но в глазах блеснула хитринка. — Я так сказал? — удивленно спросил тот, уплетая ужин за обе щеки. — Старания я тебе зачел. Думаю, ты способный и научишься сдержанности. Мануэль спрятал улыбку. — Щекотки я буду бояться всегда, — сказал он. — Я иногда даже от ветра хихикаю. Карибиус чуть не поперхнулся, скорее проглотив, что жевал, и наконец рассмеялся. — Ох, ну и забавный же ты. Что ж, придется беспрестанно тебя щекотать, пока не привыкнешь. Эльф напрягся, опустив глаза, и Карибиус быстро исправился. — Ну, в меру, конечно. Постепенно и так, чтобы… — Чтобы я не сбежал? — с хитрецой улыбнулся эльф, тоже неплохо понимающий мысли людей по выражению их лиц. — Ну… можно и так сказать, — ответил учитель и снова принялся за еду, стараясь не смотреть на Мануэля. Но тот уже понял, что он больше не хочет его потерять. Желудок оказался очень слабым местом грозного мага, и щуплый эльф все-таки положил его на обе лопатки.