Сеул - орбита.

D-12.

Двенадцатый день Чонгука на станции.

      После разговора у обзорного иллюминатора между Чонгуком и Тэхёном многое изменилось. Как минимум, Чона перестали грызть изнутри неразделённые чувства, которые теперь стали очень даже разделёнными. Кто бы мог подумать, что Тэхён обратит на него внимание и проникнется ответными чувствами. Все сомнения улетучились, заставляя Чонгука стать легче пёрышка и передвигаться по станции ещё лучше. Хотя, по правде говоря, его всё ещё иногда заносило и крутило. Пусть он и освоился в невесомости, но ему по-прежнему не хватало опыта и сноровки, чтобы передвигаться свободно и уверенно как остальные члены экипажа. — Хорошо спалось? Прямо весь светишься, — Юнги отметил хорошее настроение у Чона, который укладывался на кушетке. — Просто чувствую себя лучше без боли, — Гук улёгся на кушетке и учёный закрепил его ремнями. Со стороны это всё походило на подготовку к опытам или пыткам, если бы только оба не улыбались и не вели себя расслабленно. — И командир перестал сердиться. — Тэхён довольно отходчивый. Он только кажется строгим, — Мин подключил приборы и включил их.       В тот вечер Чон и Ким договорились никому ничего не афишировать. В рамках экспедиции они по-прежнему оставались доброволец и командиром, обещая соблюдать все свои обязанности. Как два взрослых человека они молча дали друг другу понять, что это не просто интрижка, возникшее между ними в рамках замкнутого пространства, а нечто большее. И они будут стремиться развить это большее во что-то серьёзное и надёжное. — Проверь Джина в лаборатории. Он снимает показатели с мышей. И запиши отдельно результаты тестов с особей, у которых нарушена нейропластичность и есть проблемы с суставами. — Есть, — Чонгук натянул футболку и сполз с кушетки, тут же начиная вращаться в воздухе из-за неосторожного движения.       В течении дня они с командиром особо не пересекались, а если и пересекались, то обменивались мимолётными улыбками и едва уловимыми прикосновениями. Чонгук был занят своими делами и исследованием, а Тэхён занимался делами, назначенными ему для этой миссии. У каждого здесь было своё исследование — Джин изучал поведение мышей с различными в космосе, Юнги и Чонгук изучали нейропластичность и повреждённый позвоночник в условиях невесомости, Соён изучала вспышки Солнца и звёзд, а Тэхён и Ханыль работали над улучшением станции. К вечеру Чонгук был без ног. после переселения и небольшой встряски мыши как с ума посходили, поэтому многим пришлось заново проходить через адаптацию — показатели стресса зашкаливали. А ещё Юнги решил его совершенно не жалеть, поэтому прогулки на спортивном тренажёре выматывали его ещё больше. — Идёшь спать? — Ким поймал его в пустом коридоре после ужина. — Да. А ты? — Нужно ещё сделать несколько проверок резервных систем, а потом пойду спать, — мужчина поправил его чёлку, упавшую на глаза после умывания. — Тогда доброй ночи? — поцеловав Чона в висок, он улыбнулся. — Доброй ночи.       Гук забрался в кабину, откидывая полотенце куда-то в сторону, позволяя тому начать просто болтаться в пространстве его жилого места. Зевнув, Чон решил не застёгивать спальный мешок, а потом закрыл глаза. Усталость накатывала тяжёлыми, но мягкими волнами, укутывая и заставляя провалиться в сон. Кажется ему снился океан. Он плыл по его мягким волнам, которые его нежно обнимали, и совсем не чувствовал боли. Это было волнительно и чудесно, будто он в сказке. Ощущение было, что чьи-то крепкие и горячие руки его обнимают, прижимая к широкой груди. Нет... Это уже точно не похоже на сон.       Молодой человек приоткрыл глаза и понял, что находится не у себя в кабине, а за её пределами. И его действительно обнимали чьи-то руки. Руки Тэхёна, который смотрел на него с лёгкой усмешкой. — Что произошло? — Похоже ты решил прогуляться во сне, — мужчина помог ему занять вертикально положение. — Интересный лунатизм получает. — Видимо я плохо закрыл дверь кабины, — неловко потёр шею парень, опуская взгляд в пол. — Спасибо, что поймал... — Я всегда готов подстраховать тебя. Эти тёплые и, казалось, шутливые слова, заставили сердце Чонгука сжаться. Понимал ли Тэхён, что сказанное им, Чон может воспринять совсем по-другому? Ему ведь действительно нужна подстраховка, но не тут... а там... на Земле. Внезапно в груди всё завязалось в узел и потянуло вниз. Им ведь нужно будет вернуться, что станет с ними на Земле, когда Тэхён увидит всю беспомощность Чонгука? Мысль о возвращении сгустилась внутри будто тучи на горизонте, однако Чон заставил себя улыбнуться и утрамбовать все сомнения и тревоги на дне подсознания. — Вот как? Спасибо, командир, — Гук быстро его обнял, оставив на губах едва уловимый поцелуй. Неважно, что его ждёт завтра — он начнёт жить каждой минутой реального времени. Пока они не обсуждают возвращение — всё отлично.