Осознание судьбы

Лань Сичэнь начал читать. Голос у него был поставленный, приятный. Он дошел до момента, как юный Вэй Усянь впервые приехал в Гусу Лань. «...Вэй Усянь немедленно нарушил триста правил: пил вино, дрался с учениками и тайком пронесся через запретную зону...» — Тридцать три, — поправил Лань Ванцзи. — Что? — не понял Цзинь Лин. — Он нарушил тридцать три правила. Не триста, — бесстрастно уточнил Второй Нефрит. — Лань Чжань! Ты ведешь счет?! — восхитился Вэй Усянь. — Я тронут до глубины души! Цзян Чэн закатил глаза к потолку, моля богов о терпении. Дальше — больше. Лань Сичэнь дошел до сцены, где юный Вэй Усянь, спасаясь от преследования, повис на дереве у окна Лань Ванцзи, и тот не ударил его, а пригласил войти. Наступила тишина. Очень напряженная тишина. — Ванцзи, — осторожно начал Сичэнь, снимая очки. — Ты... действительно пригласил постороннего юношу к себе в комнату посреди ночи? Лань Ванцзи опустил взгляд в чашку с чаем. Уши его предательски покраснели. — Лань Чжань, ты покраснел! — Вэй Усянь ткнул его пальцем в щеку. — Спустя столько лет, а ты все еще краснеешь! Это так мило! — Заткнись, — еле слышно выдохнул Лань Ванцзи. — Хм, — хмыкнул Цзян Чэн. — Я всегда знал, что Вэй Усянь бесстыдник, но чтобы Лань Ванцзи потакал ему с самого начала... Да из вас вышла бы отличная пара, если бы ты не погиб, Вэй Усянь. Вэнь Нин робко поднял руку: — Господин Цзян, но господин Вэй Усянь сейчас здесь... они и есть пара... Цзян Чэн побагровел и запустил в Вэнь Нина подушкой. Вэнь Нин ловко увернулся — статус призрака позволял.