Грешник

Полдня прошло для Эндрю как в тумане. Утро превратилось в сплошные сборы. После обеда их группу забрал автобус и доставил к железнодорожному вокзалу. До отправления было ещё полчаса. Конечно же, их поезд опаздывал. На вокзале вся зона ожидания была забита, и многим пришлось сидеть на своих чемоданах. Кучи людей толпились, заполняя пространство шумом. Даже сидя в здании вокзала, чувствовался запах машинного масла с поездов. Эндрю стоял, облокотившись о стену, и всматривался в телефон, где была открыта переписка с Аароном. На фото, что он отправил, Аарон ответил реакцией с сердечком. Эндрю и не ждал большего. Краем глаза он заметил, что к нему идёт Кевин, и спрятал телефон в карман. Дэй подошёл к Эндрю. Тот поднял на него взгляд. — Мы сейчас будем выходить на платформу. — Там воняет, — коротко бросил Эндрю. — Это лучше, чем пропустить поезд. Эндрю ничего не ответил. Он взял свой чемодан и направился за Кевином к платформе. Поднявшись на свою платформу, они присоединились к группе, что ждала их. В нос ударил сильный запах масла и чего-то горелого. Отвратительная смесь. День был пасмурным и холодным. Продувало даже тёплый пуховик. Эндрю не хотелось ходить, чтобы согреться, поэтому он просто терпел волны мурашек по телу, сидя на чемодане. За время, проведённое в этом городе, он уже привык к этому чувству. Отвратительно было то, что человек быстро привыкает ко всему, даже самому плохому. Время прошло незаметно. Казалось, прошло всего пару минут, когда показался их поезд. Как только он подъехал, куча людей столпилась у своих вагонов. Их вагон был в паре минутах ходьбы. Сокурсники, схватив свои вещи, поспешили в вагон. Эндрю зашёл в поезд последним. Проследовав по коридору, он зашёл в их с Кевином купе и закрыл за собой дверь. Они выкупили всё купе, чтобы не пришлось тесниться с кем-то чужим. Даже с сокурсниками. Эндрю выбрал нижнюю полку справа. Кевин же выбрал верхнюю полку слева. Они закинули вещи на пустые полки и переоделись. Эндрю остался в простой чёрной футболке и свободных серых тканевых штанах. На его руках оставались неизменные чёрные повязки. Расстелив одноразовое бельё, он залез на полку. Кевин последовал его примеру, и через пару минут тот скрылся на верхней полке. Эндрю надел наушники и включил свой плейлист. Ехать им предстояло почти до утра, для Эндрю это было мучительно. Ему всегда было трудно уснуть в транспорте, а особенно в поезде. Постоянное покачивание и грохот колёс о рельсы не давали ему погрузиться в крепкий сон. За окном всё ещё было светло, пейзаж медленно плыл за поездом. В купе, кроме шума поезда, было тихо. Эндрю удобно устроился на своей полке и играл в какую-то игру без интернета, параллельно слушая музыку. Он не особо старался удерживать внимание на игре, поэтому его взгляд часто был направлен просто перед собой. Эмоциональная насыщенность последних дней влияла на расшатанную психику Эндрю: мозг подкидывал воспоминания из прошлого, как уголь в печку. Отсутствие возможности отвлечься било по нему бесконечным потоком мыслей о вещах, которые он не смог отпустить. Внешне он оставался спокойным, пока в голове был целый вихрь мыслей. Ему удавалось игнорировать часть мыслей, пока ему не пришло сообщение от Аарона. Простое «Ты где?» обрушило поток мыслей, сдерживаемых до этого. Запястья зажгло при воспоминании о церкви, где он провёл всё детство. Там промахи не прощались, любой косяк заканчивался болью. Брат стал напоминанием о прошлом, о том, что бывает, если расслабиться. Такое случалось не в первый раз, и его единственной эмоциональной поддержкой был Кевин. Не существовало на этой планете психолога, который смог бы разговорить Эндрю. С Кевином не пришлось ничего объяснять — он просто знал. Этого было достаточно. Эндрю перелез на верхнюю полку, что была напротив Кевина. Тот сидел, прислонившись спиной к стене, и читал электронную книгу. Заметив Эндрю, он поднял на него взгляд и приподнял бровь в немом вопросе. Эндрю старался не поддаваться панике, и это у него хорошо получалось. Простое моральное давление своих же мыслей не могло его сломать. Поэтому он просто тихо заговорил: — Просто поговори о своей ерунде немного. Кевин замер на секунду. Он выглядел слегка раздражённым, а взгляд его был уставшим. Он знал, что это значит. Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Миньярд не дал ему и резко, с нажимом, перебил: — Кевин, — предупреждающе зашипел Эндрю, — делай, что тебя просят, и тогда, может, ты останешься целым. Кевин тяжело вздохнул. Он часто лез к Эндрю с лишней поддержкой, не зная, что делает только хуже. А Эндрю, в свою очередь, знал — так бесконечно продолжаться не может. Кевин отложил электронную книгу и задумался. Меньше минуты у него ушло на подбор подходящей темы. — Я заметил, что в этом городе очень много вложено в сохранение истории и старых зданий. Люди явно заботятся о месте, где живут. — Он сделал небольшую паузу. — Нам стоит взять с них пример. Эндрю подвинул вещи, которыми была завалена пустующая полка, и сел, притянув к себе ноги. Голову он положил на колени и прикрыл глаза. То, что он был не один, сразу успокоило. Запястья больше не жгло, а от воспоминаний не хотелось вскрыть себе череп. — А самое интересное, что в соборах, где мы были, почти нет религиозных знаков. В их подземельях, я имею в виду. Это очень странно, учитывая, как много тут старых церквей и соборов. Кевин без остановки вёл монолог ещё около десяти минут, прежде чем Эндрю перебил его. Он видел, как тот хочет знать, что на этот раз заставило его впасть в панику. — Спрашивай. Кевин будто только ждал этого. — Что на этот раз? — Аарон. — Разве ты не научился справляться с этим? — Слишком много… всего. Кевин пересел ближе, так, чтобы его ноги свисали с полки. Он наклонил голову в сторону, внимательно всматриваясь в лицо Эндрю. — Ты что-то не договариваешь, — догадался Кевин. Эндрю смотрел в глаза Кевина, не отводя взгляда. Дэй не стал спрашивать. Он бы всё равно не получил внятного ответа. Кевин ещё пару секунд смотрел на него, словно взвешивая, стоит ли давить дальше. — Это из-за того места? — всё же спросил он тише. Эндрю ответил не сразу. — Глупый вопрос. Ты знаешь на него ответ. — Он сделал паузу. — Ты и сам всё видел. — Не всё, — запротестовал Кевин. — Чёрт, я даже представления не имею, что происходило за закрытыми дверями. Он замолчал, но на этот раз тишина была другой — более хрупкой. Поезд качнуло, и за окном мелькнул свет фонаря. — Не всё в этой жизни стоит видеть своими глазами. Кевин хотел ещё что-то спросить, но по виду Эндрю понял, что не стоит. После откровений Эндрю становился холоднее, покрывался защитной коркой. Оба знали, когда стоит остановиться. Дальше они ехали в тишине. Через время Эндрю спустился к себе на полку. Усталость брала своё. Он лёг, накрывшись тёплым одеялом. Несмотря на то, что в поезде работало отопление и было даже жарко, ему всё равно было холодно. Он лежал, прикрыв глаза. В его голове появился образ Нила. Ему не хотелось это признавать, но этот ангел зацепил его. Его манера вести себя, его взгляд, то, как он выглядит — во всём этом чувствовалось превосходство над смертными. Он ловил себя на мысли, что был бы не против с ним поговорить. Он долго не мог заснуть. Но постепенно его мысли начали утекать, и он погрузился в сон.

***

Сон не был спокойным, он часто просыпался, но вскоре снова засыпал. На пятый раз он решил не засыпать снова. Он лежал на спине и смотрел прямо перед собой. В купе было темно и душно. Только редкие фонари мелькали за окном. Пока он спал, уже успело стемнеть. Поезд качнуло чуть сильнее, так что Эндрю прижало к стене. Ему захотелось покурить. Он надел тапки и вышел из купе. В коридоре было пусто, все спали. Окна были открыты, из них задувал ледяной ветер. Эндрю подошёл к одному из окон, достал пачку сигарет и зажигалку. Зажав сигарету между губами, прикурил её и сделал затяжку. Выдыхая дым, он избавлялся от лишних мыслей и чувств. Приятный стук колёс о рельсы заполнял тишину. Выбросив дотлевшую сигарету в окно, Эндрю прошёлся до туалета и обратно. Когда он хотел зайти в купе, поезд начал быстро замедляться. Эндрю замер до полной остановки поезда. Это была какая-то станция посреди их маршрута. Каждая остановка на похожих станциях была около 15 минут, и Эндрю решил выйти, развеяться. Он решил ничего не надевать и выйти в футболке. Глупая идея, но ему было плевать. Платформа была покрыта снегом и довольно хорошо освещалась. С неба летели крупные хлопья снега. Эндрю прошёлся к какому-то зданию, оставляя за собой следы. Он смотрел в сторону поезда, когда почувствовал уже знакомое присутствие. Не зря его сюда тянуло: под одним из фонарей стоял Нил. На него мягко падал рассеянный свет фонаря, красиво подсвечивая его фигуру. Нил был в своей неизменной белой накидке, на этот раз она закрывала всё его тело. Когда он заметил, что Эндрю смотрит на него, подошёл ближе. — Не думаю, что смертным стоит выходить из поезда так легко одетыми в лютый холод. — Много думаешь, — Эндрю хмыкнул. — Крылатых не учат здороваться? — Учат, но не думаю, что нам нужны эти формальности, — Нил улыбнулся. Его улыбка была хищной, а взгляд блестел. Тот был явно в хорошем настроении. Предательская волна мурашек прошлась по коже, он попытался скрыть её, скрестив руки на груди. Нил это заметил, но не подал виду. — Тогда сразу к делу, — сухо бросил он. — Зачем ты здесь? Нил оставался в шаге от него, слишком пристально изучая его лицо. — Мне не нужна причина, чтобы появляться. И ты знаешь, зачем я тут. Повисло молчание. Эндрю поднял взгляд на Нила. Ощущение холода притупилось, будто от ангела исходило тепло. — Я не просил тебя копаться в моей голове. Нил сделал полшага ближе. Улыбка сошла с его лица, оставляя спокойное выражение. — Я и не копаюсь, — невинно сказал он. — У тебя всё и так на поверхности. Эндрю сжал челюсть. Это заявление его удивило. — Тогда смотри молча. — Не могу, — тихо ответил Нил. — Ты слишком громкий. Эндрю как будто ударили — что бы это ни значило, ему это не нравилось. Он нахмурился. Нил поднял руку и остановился в паре сантиметров от запястья Эндрю, как бы указывая на него. Миньярд ошарашенно смотрел на протянутую руку. — Ты буквально кричишь. Несмотря на явное неодобрение Эндрю, Нил потянул его правую руку на себя и перевернул запястьем вверх. Он подцепил повязку и стянул её с предплечья Эндрю. Поверх множества мелких шрамов было выжжено клеймо — крест. Эндрю не знал, почему позволил ангелу увидеть это. Его лицо оставалось нейтральным, но сердце ускоренно билось в висках. Нил осмотрел руку, но прикасаться не стал. Опустив свои руки, он посмотрел Эндрю в глаза. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Слишком близко. Слишком напряжённо. — Было больно? — Нет. — Врёшь. Нил наклонился ещё ближе. Эндрю снова скрестил руки и с вызовом посмотрел на Нила. — Ты держишься за боль, как за якорь, — тихо произнёс он. — Перестань делать вид, что это тебя не держит. — Меня ничего не держит. — Ты врёшь хуже, чем думаешь. — Хватит тянуть, говори уже, что хотел. — Ты дал обещание, что его не тронут. И ты правда думал, что сможешь это контролировать? Нил давил на него, вытягивал то, что Кевин не смог. Эндрю медленно вдохнул через нос. — У меня прекрасно получалось. — Это не могло длиться вечность. Не вини себя. Ты был ребёнком… — Не надо, — резко перебил Эндрю. — Ты всё ещё там, — спокойно сказал он спустя секунду. — В том моменте, когда не успел. Эндрю знал это, но не мог оттуда выбраться, закапывая себя в чувстве вины. Он это заслужил, что бы ни говорил Нил. — Ты закончил? — Так торопишься уйти? — Не хочу застрять здесь. — Я тебя не держу, — напомнил Нил. — Если захочешь увидеться, просто скажи моё имя. Холод напомнил о себе очередной волной дрожи. Эндрю забрал повязку, которую всё ещё держал Нил, и натянул её на предплечье. Нил снисходительно наблюдал за ним. Он больше ничего не сказал, видимо, выполнив план на сегодня. Нил отошёл, давая пространство, и улыбнулся напоследок. Эндрю был выжат морально. Ему знатно потрепали нервы сегодня. Сейчас с него хватит. Он пошёл к поезду, не оборачиваясь. Только когда он был в купе, рискнул посмотреть в окно, но там уже никого не было.