К чему приводит скука дьявола

— Ты уверен, Натан? — Епископ смотрел на мужчину с показной заботой, от которой уже Натана тошнило. Так обычно смотрят на скот, который отправляют на убой. — Уверен. Натан повернулся к сыну. — Если я не вернусь, — Натан опустился на корточки и посмотрел сыну в глаза. — Слушайся епископа. Он о тебе позаботится. Натаниэль кивнул. Он не плакал. Натан приучил его не плакать при прощаниях. Епископ положил руку на голову мальчика и наигранно нежно произнёс: — Не волнуйся. Я выращу его как собственного сына. Дам образование. Наставлю на путь истинный. Натан хмыкнул. Если бы епископ знал, чем он занимался последние десять лет, то точно бы не заикался про «истинный путь». — Буду очень благодарен, — сказал Натан. — Сделайте из него хорошего человека. Он развернулся и зашагал к отряду экзорцистов, которые ждали у ворот. Епископ провожал его взглядом и всё ещё улыбался. Натан обернулся на секунду: — Я надеюсь, что вы отвечаете за свои слова. Епископ благосклонно кивнул. Натан махнул рукой и скрылся за поворотом.

***

Отряд собрался у ворот деревни. Двенадцать человек. В руках — серебряные пули, мечи, кинжалы и арбалеты. На теле — сотни оберегов от нечистой силы. Натан поправил воротник. Под плащом священника скрывалась отнюдь не святая вода и священные кресты. Там скрывался арсенал оружие на любой вкус. Он уже десять лет притворялся священнослужителем. Молился, крестил детей, хоронил мёртвых. И всё ради дела всей его жизни. Один известный экзорцист перешёл дорогу его заказчику. Очень богатому заказчику. Слишком богатому, чтобы отказывать. Проблема была в том, что этот экзорцист никого не подпускал к себе, кроме проверенных истребителей. Вот Натан и втёрся в доверие. Потратил десять лет на то, чтобы его заметили. Чтобы пригласили. Чтобы он мог осуществить последний заказ. — Натан, ты с нами? — крикнул командир отряда. — Иду. Он взобрался на лошадь и двинулся вперёд.

***

Бой начался на рассвете. Всё шло по плану. Натан сражался рядом с остальными, отбивал демонов, притворялся, что устал. А потом, когда экзорцист оказался к нему спиной... Натан выстрелил. Один точный выстрел в голову — и тело лежит без движений. Но дальше что-то пошло не так. Кто-то закричал, что в людей вселяются демоны. Кто-то начал атаковать своих же. Паника распространялась быстрее ветра. Натан пытался прорваться к лагерю, но чей-то меч вонзился ему в грудь. Он упал. Кровь брызнула на его лицо и быстро начала заполнять всё пространство вокруг. Он прижал руку к ране, но понял, что это конец. «Натаниэль», — подумал он. — «Я не вернусь». Слёзы выступили в уголках глаз, медленно скатываясь по щекам. Он лежал на холодной земле, смотрел в серое небо и думал о том, что не сможет сделать сына счастливым с теми деньгами, что он бы получил за голову этого идиота. Какая же жалкая смерть. — Какая красивая игрушка мне попалась, — раздался голос сверху. Натан с трудом повернул голову. Над ним стоял демон. Красивый. Слишком красивый для обитателя ада. Высокий, с волосами цвета древесной коры и карамельными глазами, которые горели в темноте. Демон улыбался, разглядывая его, как дорогую вещь. — Я не игрушка, — прохрипел Натан. — Все вы так говорите, — демон улыбнулся и присел на корточки. — А стонете подо мной, как последние шлюхи. Натан хотел огрызнуться, но последние крупицы сознания померкли раньше, чем он успел открыть рот.

***

Епископ стоял у окна и смотрел на спящего Натаниэля. — Чистая душа, — прошептал он, поглаживая подбородок. — Такие редко встречаются. Он подошёл к столу и взял письмо. Адресовано алхимикам из столицы. Они платили хорошие деньги за детей с сильным светом. — Вот только сколько тебе сейчас? — спросил он, хотя мальчик не мог ответить. — Двенадцать? Тринадцать? Наверное, уже староват для извлечения маны из души. Вряд ли кто-то захочет брать. Только деньги на отправку письма зря потрачу. Он смял письмо и бросил в камин. — Значит, придётся растить. Священником. А потом... потом посмотрим. Он улыбнулся и вышел из комнаты.

***

Натан очнулся от боли в груди. Вокруг было темно. Только тусклый свет из окна падал на потолок. Натан попытался сесть, но не смог. Левая рука была прикована к изголовью кровати. — Чёрт, — выругался он, дёргая цепь. — Не советую, — раздался голос откуда-то сбоку. — Металл не сломаешь, а руку повредишь. Натан повернул голову, в дверях стоял тот самый демон. — Где я? — спросил Натан. — В аду, — демон прошел в комнату, останавливаясь в нескольких шагах от кровати. — Я Стюарт, кстати. Твой спаситель и теперь уже, можно сказать, хозяин. — Хозяин? — Натан усмехнулся, хотя от смеха заныло в груди. — Я не подписывал контракт. — Пока нет. Но подпишешь. — С чего ты взял? Стюарт подошёл ближе и сел на край кровати. — С того, что я немного залечил твою рану, сделал несмертельной, но не затянется. В аду время для смертных замедляется. Кровотечение остановилось, но регенерация почти не работает. И если сейчас я тебя вышвырну обратно к людям, рана вновь откроется и ты сдохнешь через секунду. Натан замер, осознавая своё положение. — Пиздец, и что мне теперь делать? Становится игрушкой у демона? Стюарт усмехнулся. — Ну да. Тебе понравится, обещаю... Натан замолчал, обдумывая варианты, но их было немного. Умереть — глупо. Сбежать — сумасшествие. Подчиниться демону — унизительно. Оставался только один выход. — Контракт, — сказал он наконец. — Я подпишу с тобой контракт. — Отлично, — Стюарт щёлкнул пальцами, и в его руке появился свиток. — Стандартная форма. Ты слушаешься меня, я обеспечиваю твоё достойное существование. Натан взял свиток и начал читать. Он искал дыры. Лазейки. Возможности. И нашёл. — Давай сюда, — сказал он, протягивая руку за пером. Стюарт подал ему перо, уже предвкушая веселье на несколько недель. Натан быстро пробежался по тексту, поставил подпись и отдал свиток обратно. — Подписывай. Стюарт поставил свою подпись и приложил магическую печать Люцифера. Свиток вспыхнул синим пламенем, связывая душу человека и магию демона. После чего упал обратно к нему в руки. Ничего не произошло. Стюарт нахмурился. — Что за... — Прочти нижний правый угол, — Натан улыбнулся. Стюарт нахмурился сильнее, поднёс свиток к свету и прочитал мелкий текст, который Натан дописал перед подписью: «Натан обязуется подчиняться Стюарту только по пятницам 13-го числа, а до этого момента демон обязан выполнять все просьбы человека». — Ты... — Стюарт выдохнул. — Ты издеваешься? — Люди намного коварнее демонов, — Натан откинулся на подушку и посмотрел на потолок. — А теперь принеси мне кресло, камин и свежую газету из мира людей. — Я не обязан... — Обязан, — перебил Натан. — Контракт подписан. Печать Люцифера скрепила его. Не выполнишь условия, и твоя магия иссякнет и ты умрёшь. Стюарт замер. Его лицо дёрнулось. Он явно не привык, чтобы его обводили вокруг пальца. — Ты псих. — Возможно, — согласился Натан. — Кресло, камин, газета. И, будь добр, побыстрее. У тебя тут холодно. Стюарт щёлкнул пальцами. В комнате появилось мягкое кресло. Камин вспыхнул в углу. Газета упала на колени Натана. — Доволены, ваше величество? — Вполне, — Натан усмехнулся, развернул газету и углубился в чтение. Стюарт стоял и смотрел на него с выражением, в котором читалось ужасное раздражение. — Ты даже не спросил, куда делись наручники, — заметил он, отходя к выходу. — Догадался, — не отрываясь от газеты, бросил Натан. — Ты снял, когда контракт вступил в силу. Стюарт страдальчески провел рукой по лицу. Он влип. Стал слугой какого-то человека.

***

Первая пятница тринадцатого наступила через три недели. К этому моменту Натан уже привык к комнате, к камину, к удобствам. Даже к Стюарту почти привык. Почти. Стюарт вошёл ровно в полночь. В руках у него была верёвка и небольшая коробка. — Солнышко, угадай, что там, — пропел он с небывалом энтузиазмом. — Пошел нахуй, — сухо огрызнулся Натан, откладывая газету. Стюарт оскалился, забавляясь реакцией человека, который не понимал, что его ждёт. — Нет, солнце. Сегодня на хуй пойдешь только ты. По контракту. Сегодня пятница тринадцатое. И ты обязан меня слушаться. Или хочешь исчезнуть без права перерождения? — Стюарт похлопал по колену, призывая к действию. Натан сглотнул, почувствовав небольшую боль в сердце. Предупреждение. Он с неохотой встал с кресла. Подошёл к кровати. — Ладно. Что ты хочешь? — Развлечься, — Стюарт улыбнулся. — Раздевайся. Медленно, чтобы я видел. Дальше было то, что Натан назвал бы «испытанием на прочность», а Стюарт — «законным правом демона на игрушку». Верёвка обожгла запястья ещё до того, как Стюарт затянул узлы. Руки притянуты к спинке кровати, ноги разведены и зафиксированы по углам. Широко, почти до боли, но терпимо. А повязка на глаза отсекла последнюю иллюзию контроля. Натан напрягся, не понимая, что ждать от этого демона. Первое прикосновение пришло оттуда, откуда он не ждал: кончик пера скользнул по внутренней стороне бедра, замер в сантиметре от паха, но отступил. Натан выдохнул резче, чем планировал. Перо опустилось на живот, описывая круги вокруг пупка, спускаясь ниже. Натан тихо выдохнул, думая, что сможет вынести подобное. Как же он ошибался. Ведь дальше было лучше хуже. Лёд появился без предупреждения. Кубик скользнул по груди, сделав бинт на ней немного мокрым, затем пересек место, где под тканью располагался сосок, заставляя тот встать. Натан дёрнулся, но верёвки не пустили. Второй кубик прошёлся по губам, задержался, тая. А третий упал прямо между его ног, где уже вовсю стоял член. Холод заставил Натана вскрикнуть сквозь зубы. — Тш-ш-ш, — голос Стюарта прозвучал прямо над ухом. — Мы только начали. Лёд таял. Стюарт слизывал холодные капли, сначала с губ, потом с живота и так, пока не дошёл до паха. А затем перо снова вошло в игру, теперь уже мокрое и скользкое. Оно щекотало так невыносимо, что Натан начал выгибаться. — Скажи, — начал искушать Стюарт, водя пером по напряжённому члену. — Скажи, что хочешь. — Да, пошёл ты, — выдохнул Натан. — Неправильный ответ. Подумай ещё, солнце. Стюарт отстранился. И наступила напряжённая тишина. Без действий, без шорохов. Натан остался наедине со своим телом, которое ныло, просило большего. Натан чувствовал, как постепенно сходит с ума. Он уже был готов позвать Стюарта сам, лишь бы жжение прекратилось. И будто прочитав его мысли, маслянистые руки Стюарта легли на его член, одним движением доводя до грани. — Нет, — вырвалось у Натана. — Что «нет»? Натан промолчал. Стюарт взял его снова, меняя хват и ускоряясь, когда Натан начинал дышать чаще, и замедляясь до почти неподвижности, когда тот был на грани. И так четыре раза подряд. На четвёртый Натан не выдержал. Он выгнулся так, что кровать скрипнула, и прорычал сквозь стиснутые зубы: — Стюарт, твою мать, если ты сейчас же не... — Не что? — Не трахнешь меня — я найду способ тебя убить даже в аду. Стюарт рассмеялся. Пальцы скользнули ниже, раздвинули ягодицы, надавили на вход, заставляя Натана сжать зубы. Один палец, второй, третий. Стюарт растягивал его до тех пор, пока Натан не застонал открыто, прося большего. — Так лучше, — прошептал Стюарт ему на ухо. — Когда ты честен. Он вошёл резко, одним толчком. И Натан забыл, как дышать. Удовольствие накрыло его с головой. Стюарт дал ему привыкнуть, сделал минутную паузу, а потом начал двигаться. Грубо, размашисто. Каждый толчок задевал что-то внутри, от чего ноги немели. Стюарт наклонялся, кусал плечо до привкуса крови, лизал укус, шептал что-то на латыни — «formosus», «meus», «quod suus eam mihi bonum», — и от этого тембра голоса Натана накрывало с головой. Его бросали, как тряпичную куклу. Стюарт менял позы, не спрашивая. На живот, задирая таз. На бок, закидывая ногу себе на плечо. Снова на спину, сгибая Натана почти пополам, чтобы войти под углом, от которого тот закричал в голос. Бёдра сжимали до синяков, на шее оставляли засосы и укусы. На третьем часу Натан сдался и перестал притворяться. Он расслабился и просто кайфовал оттого, как Стюарт берёт его, не спрашивая, как пальцы впиваются в бёдра, как член ходит внутри, доводя до того состояния полной эйфории. Он кончил первым с длинным выдохом, похожим на всхлип. Стюарт кончил следом, с рыком, вжимая Натана в матрас с такой силой, что тот на секунду испугался за собственные рёбра. — Ну что, пошли на второй заход, солнце? — оскалился Стюарт после небольшой передышки. Натан страдальчески простонал, утыкаясь лицом в подушку.

***

К утру следующего дня они лежали в перепачканных простынях. Натан был мокрым от пота, всё тело горело, отзываясь болью на лишние телодвижения. Стюарт лежал рядом. Чертил пальцем круги на груди Натана, обходя забинтованную рану. Рана не зажила, но и не кровоточила. Просто была. Красное пятно среди белых бинтов. — Ты хорошо провёл время? — поинтересовался Стюарт. Голос был хриплым. — Не жалуюсь, — отстранённо хмыкнул Натан, смотря в потолок. Они помолчали. Где-то за стеной каркнул ворон. — Знаешь, — заметил Натан негромко. — Мне почти понравилось. Стюарт приподнялся на локте. Длинные волосы упали на глаза. — Почему «почти»? — Потому что для «нравится» не хватает хорошего виски. — Натан повернул голову и посмотрел на Стюарта с насмешкой. — У тебя есть что-то приличное? Стюарт улыбнулся, обнажая небольшие клыки. Щёлкнул пальцами. На тумбочке появилась бутылка. И два бокала. — Это из личных запасов Люцифера, — отметил Стюарт, откупоривая бутылку. — Украл на прошлой вечеринке. Он закатывал приём по случаю очередного тысячелетия. Был пьян в стельку и не заметил. — Кража у Владыки Ада. Смело. Стюарт, смело. — Он не заметит. У него их тысяча. Может, две. Стюарт разлил виски. Жидкость приятно переливалась в свете камина. Натан сделал глоток. Тепло разлилось по горлу, опустилось в грудь, растеклось по животу. — Хорошо, — признал он. — Что хорошо? — Всё. — Натан поставил бокал на тумбочку. Повернулся к Стюарту лицом. — Ты. Это. Виски. Он помолчал. — Мне нравится. Весь набор. Стюарт смотрел на него с удивлением. Никто из его жертв раньше такого не говорил. — Правда? — спросил он тише обычного. — Я не говорю того, чего не думаю, — устало ответил Натан. — Это слишком энергозатратно. Он потянулся и поцеловал Стюарта. Поцелуй был коротким. Всего пара секунд. Но Натан вложил в него всё, что не мог сказать словами: «Ты меня бесишь, но без тебя уже как-то пусто. Ты придурок, а я, кажется, начинаю привыкать». И Стюарт ответил ему тем же. Когда они отстранились, Стюарт усмехнулся. — Солнце, ты просто невыносим. — Я здесь по твоей прихоти. Так что терпи. Они снова поцеловались. Дольше. Медленнее. Отдавая все чувства. Завтра Натан снова будет командовать своим демоном, помыкая и издеваясь. А Стюарт будет раздражаться и послушно выполнять, ожидая возможности отомстить. А бутылка виски так и останется стоять на тумбочке до следующей пятницы тринадцатого. До следующего проявления настоящих чувств.