Чешуя против Шерсти

Раннее утро ворвалось в комнату вместе с солнечными лучами, настойчиво бьющими в окно. Андайн открыла глаза и уставилась в потолок. Несколько секунд она пыталась вспомнить, где находится. Потом вспомнила. Потом пожалела, что вспомнила. — Новый день, — проворчала она, садясь на кровати. Она встала, потянулась так, что хрустнули кости, и направилась в ванную. Умылась, почистила зубы, посмотрела на себя в зеркало. Красные волосы торчали в разные стороны, под глазами — лёгкие тени. Нормальное состояние для человека, который не знает, чем занять себя в этом дурацком городе. — Надо привести себя в порядок, — решила Андайн. Она собрала волосы в привычный конский хвост — туго, аккуратно, чтобы ни одна прядь не выбивалась. Потом достала из шкафа чёрную повязку на левый глаз. Ту самую, которую носила ещё в Подземелье. Пиратскую, как говорил Санс. Практичную, как считала она. — Глаз не болит, но привычка — вторая натура, — пробормотала Андайн, закрепляя повязку. Она надела чёрную майку, голубые джинсы и любимые красные сапоги с жёлтыми полосами. Посмотрела на себя в зеркало. — Сойдёт, — кивнула она. В дверь постучали. Настойчиво, громко, будто человек с той стороны собирался выломать дверь, если ему не откроют. — КОГО БЛЯТЬ ПРИНЕСЛО? — рявкнула Андайн, распахивая дверь. На пороге стояла полная рыжая кошка в фартуке, усыпанном мукой. От неё пахло сдобой и доброжелательностью. Улыбка на мгновение застыла, когда она услышала приветствие, но кошка быстро взяла себя в руки. — Здравствуйте, — сказала она мелодичным голосом. — Меня зовут Марта. Я мама Буси. Мы живём в пекарне, через два дома отсюда. Андайн смотрела на неё без тени интереса. — И что? Мне-то что? Марта моргнула. Потом ещё раз. — Как... как грубо! — выдохнула она, прижимая лапы к груди. — Я просто хотела пригласить вас на наше семейное собрание. Сегодня вечером мы собираемся у нас в пекарне. Придут все дети и родители, а также учителя из школы. Будем знакомиться с новыми жителями. — С новыми жителями? — переспросила Андайн. — Это я, что ли? — Ну да. Вы же только вчера приехали. Андайн задумалась. С одной стороны, идти на какое-то дурацкое собрание с детьми и учителями не хотелось категорически. С другой стороны, если она сейчас откажется, эти милые зверушки будут ходить к ней каждый день и доставать своими приглашениями. — Ладно, — выдохнула она. — Так и быть. Схожу в вашу ненужную тусовку. Марта просияла. — Правда? Замечательно! Мы будем ждать вас через час. Знаете, где пекарня? — Догадаюсь, — буркнула Андайн. — Тогда до встречи! Марта упорхнула, оставляя за собой шлейф аромата свежей выпечки. Андайн закрыла дверь и прислонилась к ней лбом. — Дети, учителя, родители... — простонала она. — За что мне это? Она посмотрела на часы. Час есть. Можно подготовиться морально. Или просто посидеть и позлиться. — Выберу второе, — решила Андайн и рухнула на диван. Андайн достала телефон и уставилась в экран. Пальцы зависли над клавиатурой. С одной стороны, идти на эту дурацкую встречу не хотелось. С другой — оставаться одной в четырёх стенах и смотреть в потолок тоже не вариант. — Ладно, — вздохнула она. — Напишу этим придуркам. Может, хоть совет дельный дадут. Она открыла общий чат и начала печатать. Андайн: «Народ, тут ситуация. Местные позвали на какое-то семейное собрание с детьми и учителями. Идти или послать?» Ответ пришёл почти мгновенно. Санс: «Иди, если хочешь пожрать. Лично я бы ради жрачки пришёл куда угодно» Андайн закатила глаза. Андайн: «Ты вообще за любой кипиш, лишь бы не работать» Санс: «Работать? А что это?» Папирус: «БРАТ! НЕЛЬЗЯ БЫТЬ ТАКИМ ЛЕНИВЫМ! ТЫ ДОЛЖЕН СТРЕМИТЬСЯ К ВЕЛИЧИЮ!» Санс: «Я и стремлюсь. К дивану» Альфис: «Андайн, сходи. Социальная адаптация важна. Тем более ты в новом месте. Надо налаживать контакты» Андайн: «Я не собираюсь с ними дружить. Особенно с детьми» Альфис: «Никто не говорит о дружбе. Просто веди себя нейтрально. Посмотри, что это за место» Ториэль: «Андайн, будь повежливее. Не пугай их сразу. Помни, они не воины, а мирные жители» Андайн: «Я всегда вежливая» Санс: «Ты орёшь «кого блять принесло» на приветливых соседей» Андайн: «Это была вежливость по-моему» Санс: «Ага. По-твоему» Папирус: «Я ДУМАЮ, ТЫ ДОЛЖНА ПОЙТИ И ПОКАЗАТЬ ИМ, КАКАЯ ТЫ КРУТАЯ! ОНИ БУДУТ В ВОСТОРГЕ!» Андайн: «Или в ужасе» Папирус: «ЭТО ТОЖЕ ХОРОШО!» Альфис: «Папирус, не помогай» Папирус: «Я ВСЕГДА ПОМОГАЮ!» Андайн усмехнулась и отложила телефон. — Ладно, — сказала она сама себе. — Схожу. Ради жрачки. Она встала, поправила повязку и вышла из дома. Андайн вышла из дома и быстро зашагала по улице. Солнце уже поднялось, заливая разноцветные домики тёплым светом. Где-то пели птицы, лаяли собаки, а из открытых окон доносились запахи свежей выпечки. Идиллия, от которой Андайн немного подташнивало. — Ну и местечко, — буркнула она, переходя дорогу. В этот момент из-за поворота вылетела машина. Старенький, но ухоженный автомобиль, за рулём которого сидел бело-коричневый кот в аккуратной кепке. Андайн отпрыгнула в последний момент, едва не угодив под колёса. — ТЫ ОХРЕНЕЛ?! — заорала она, потрясая кулаком вслед удаляющейся машине. — ПОПАДИСЬ МНЕ ЕЩЁ РАЗ, СУЧОНОК! Водитель, кажется, даже не заметил, что кого-то чуть не сбил. Машина скрылась за поворотом. — Чёртов мультик, — проворчала Андайн, отряхивая джинсы. — Тут даже ездить не умеют. Она подошла к пекарне. Аккуратное двухэтажное здание с витриной, заставленной пирожными, и вывеской «Пекарня Буси». Изнутри доносились голоса, смех и звон посуды. — Так, — Андайн остановилась перед дверью. — Надо вежливо. Она задумалась. — Насрать на вежливость. Андайн заколотила в дверь кулаком так, что дерево жалобно скрипнуло. Раз, другой, третий. Дверь немного треснула в том месте, где пришёлся удар. — Бывает, — хмыкнула Андайн и вошла без стука. Внутри было шумно и людно. Просторное помещение, уставленное столиками, за которыми сидели местные жители. Пахло сдобой, ванилью и чем-то ещё сладким. В углу стояла большая печь, рядом суетилась рыжая полосатая кошечка в фартуке — Буся, судя по всему. Все головы повернулись к вошедшей. — О, новая соседка! — всплеснула лапами Марта, мама Буси, появляясь из-за прилавка. — Проходите, мы вас заждались! Андайн даже не взглянула на неё. Она медленно обвела взглядом помещение, изучая присутствующих. За одним столиком сидела бело-серая кошечка в нарядном платье — Алиса. Рядом с ней крутилась рыже-белая собачка корги в блестящем платье — Мия. Чуть поодаль расположились щенки: рыже-белый корги в футболке с принтом (Дэн), бело-серый бульдог в рабочей куртке (Жоржик), тёмно-коричневая такса с отвёрткой в лапах (Викки), серый котик в стильной водолазке (Роберт) и чёрно-белый далматин с блокнотом (Антон). За другим столом сидели взрослые. Андайн узнала Марту, рядом с ней сидел рыжий кот — Серж, её муж. Дальше — ещё несколько пар: бело-серые кошки (родители Алисы), рыже-белые корги (родители Мии и Дэна), бело-серые бульдоги (родители Жоржика), коричневые таксы (родители Викки), чёрные коты (родители Роберта) и палевый пёс с блокнотом — доктор Мартин. Отдельно стояли учителя: песочно-белая кошка (Дина) и двое пуделей — палевая Астра и белый Леон. — Так, — протянула Андайн, разглядывая компанию. — Какой-то кошак серый с разными глазами... Роберт, который как раз поправлял очки, поднял голову и встретился с ней взглядом. Один глаз у него был оранжевым, другой — голубым. — Это я, — робко сказал он. — Роберт. — Вижу, — буркнула Андайн. Она прошла к свободному стулу, плюхнулась на него и сложила руки на груди. — Ну, я здесь. Чего надо? Оскар подошёл к Андайн с самой доброжелательной улыбкой, на которую был способен. Бело-коричневый кот в аккуратной кепке, водитель школьного автобуса и, судя по манерам, настоящий джентльмен. — Здравствуйте, — сказал он мягко. — Рад познакомиться с новой соседкой. Меня зовут Оскар. Он протянул лапу для рукопожатия, но Андайн даже не шелохнулась. Тогда Оскар, желая проявить дружелюбие, легко положил лапу ей на плечо. — Не стесняйтесь, мы здесь все свои... Андайн дёрнулась так, будто её коснулись раскалённым железом. — РУКИ УБРАЛ! — рявкнула она, резко выдёргивая плечо. — Трогать меня могут только друзья! Ну, или некоторые. Она сверкнула глазами так, что Оскар попятился. — Простите, — пролепетал он. — Я не хотел... я просто... — Просто ничего, — отрезала Андайн. — Будешь знать. В комнате повисла неловкая тишина. Марта застыла с подносом в лапах. Алиса прижала уши. Мия спряталась за брата. Даже Роберт, обычно невозмутимый, нервно поправил очки. — Какая... решительная девушка, — тихо сказала Дина, учительница, пытаясь разрядить обстановку. — Решительная, — согласился Леон, пудель, и быстро отвернулся к окну. Андайн оглядела всех тяжёлым взглядом. — Что? — спросила она. — Я не кусаюсь. Пока. Андайн плюхнулась за стол, даже не взглянув на сидящих рядом. Она тут же вытащила телефон и уткнулась в экран, всем своим видом показывая, что ей плевать на всё происходящее. Пальцы быстро забегали по клавиатуре. Андайн: «Я на этой дурацкой тусовке. Тут полно детей и взрослых, все улыбаются и лезут обниматься. Хочу убиться головой об стену» Санс: «А жрачка есть?» Андайн: «Не смотрела» Санс: «Тогда не понимаю смысла» Папирус: «ПОЗНАКОМЬСЯ С КЕМ-НИБУДЬ! ТЫ ТАМ НЕ НАВСЕГДА!» Андайн: «Я лучше с копьём познакомлюсь» Альфис: «Не будь букой. Постарайся хотя бы сделать вид, что ты вежливая» Андайн: «Я делаю вид. Я сижу и молчу» Ториэль: «Это уже прогресс» Дина, учительница, сидела напротив и украдкой поглядывала на экран телефона Андайн. Она не хотела подглядывать, но имя «Альфис» бросилось в глаза. Короткая переписка, быстрые ответы... Дина улыбнулась про себя. Хорошо, когда есть друзья. В этот момент мама Викки, Анна — коричневая такса в аккуратном платье — решила завязать светский разговор. — Дорогая, — обратилась она к Андайн, стараясь говорить максимально мягко. — А можно личный вопрос? Андайн оторвалась от телефона ровно настолько, чтобы бросить на неё короткий взгляд. — Валяй. — Тут у нас все такие молодые, интересные... — Анна заговорщицки понизила голос. — А тебе нравятся мальчики? Андайн замерла. Медленно подняла голову. Посмотрела на Анну так, будто та спросила, не хочет ли она добровольно прыгнуть в лаву. — Какая разница? — ответила она ровным, ничего не выражающим голосом. Анна опешила. — Ну... просто интересно... — Неинтересно. Андайн снова уткнулась в телефон. Андайн: «Тут какая-то такса спросила, нравятся ли мне мальчики» Санс: «И что ты ответила?» Андайн: «Что ей какая разница» Санс: «Дипломатия уровня бог» Папирус: «ТЫ ДОЛЖНА БЫЛА СКАЗАТЬ, ЧТО ТЫ ВОИН, А НЕ ЭТИМ ИНТЕРЕСУЕШЬСЯ!» Андайн: «Я так и сказала, но короче» Альфис: «Андайн, нельзя быть такой грубой» Андайн: «Можно. Я же смогла» За столом повисла тишина. Местные жители переглядывались, не зная, как реагировать на новую соседку. А Андайн продолжала печатать, чувствуя себя в своей тарелке впервые за всё утро. Андайн отложила телефон и с неохотой взяла в руки тарелку, которую перед ней поставила Марта. На тарелке лежал аккуратный кусочек яблочного пирога, посыпанный сахарной пудрой, и несколько печенюшек в форме звёздочек. — Угощайся, дорогая, — ласково сказала Марта. — Это моя фирменная выпечка. Андайн откусила кусок пирога. Пожевала. Поморщилась. — Ну и херня, — констатировала она, откладывая тарелку в сторону. Марта замерла с открытым ртом. По кухне пронёсся коллективный вздох. — Тогда ты не получишь ни кусочка! — возмутилась Буся, выбегая из-за стойки и забирая тарелку. — Да и нахер не надо! — фыркнула Андайн, вытирая рот рукой. — Я лучше хот-доги затащу и чипсы. Вот это нормальная еда. Дина, учительница, подняла указательный палец вверх, как делают все учителя, когда собираются прочитать лекцию. — Это же вредно для здоровья! — провозгласила она. — В хот-догах и чипсах столько химии, консервантов и... — А без указательного пальца ты кто? — перебила Андайн, криво усмехаясь. — Думаешь, если палец подняла, то сразу крутая? Дина опешила. Её палец медленно опустился. — Какая молодёжь пошла! — всплеснула она лапами. — Никакого уважения к старшим! — Мне 24, — отрезала Андайн, скрещивая руки на груди. — И я, в отличие от некоторых, имею должность повыше, чем «учительница начальных классов». — И кто же ты? — с вызовом спросила Дина. Андайн медленно встала, обвела взглядом притихшую компанию и упёрла руки в бока. — Я? — переспросила она. — Я — глава королевской стражи. Бывший капитан. Я тренировала элитных воинов, сражалась с чудовищами и защищала целое подземелье. А ты кто? Дина открыла рот, закрыла и снова открыла. Ни звука. — То-то же, — усмехнулась Андайн и снова плюхнулась на стул. За столом стало очень, очень тихо. Андайн резко встала, отодвинув стул так, что он жалобно скрипнул. Вся её терпимость, которой и так было не больше чем на донышке, окончательно испарилась. — Дина, — сказала она громко, так что все в пекарне замолчали и уставились на неё. — Я тебя в первый раз вижу. В первый! А ты меня уже внатуре заебала! Дина побелела. Вернее, стала ещё более песочно-белой, чем обычно. — Я просто хотела... — Заткнись! — рявкнула Андайн. — Я пришла сюда, потому что меня позвали. Думала, может, нормально посижу. Но нет! Ты со своим пальцем, ты со своими лекциями про здоровье, ты со своими вопросами про мальчиков... Она обвела взглядом всех присутствующих. Алиса спряталась за маму. Мия прижалась к Дэну. Даже Роберт, обычно невозмутимый, нервно теребил край водолазки. — Знаешь что? — продолжила Андайн. — Я лучше пойду к себе домой и приготовлю нормальную жрачку. Хот-доги, чипсы, может, ещё чего пожарю. Без ваших дурацких пирожков и запеканок! Она схватила со стола тарелку с остатками запеканки, которую Буся так и не унесла, и резким движением швырнула содержимое прямо в лицо Дине. Запеканка шлёпнулась с мокрым звуком, размазавшись по мордочке учительницы. Кусочки теста упали на платье, на пол, на стол. Дина застыла статуей, не в силах пошевелиться. — Вот тебе за мои нервы! — рявкнула Андайн. Она развернулась и, не оборачиваясь, направилась к выходу. — И не вздумайте за мной идти! — крикнула она уже с порога. — Следующий получит копьём! Дверь с грохотом захлопнулась. В пекарне повисла мёртвая тишина. Только капли запеканки медленно стекали с лица Дины на пол. Андайн влетела в дом, с грохотом захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Несколько секунд она просто стояла, глядя в одну точку. Потом отлепилась от двери, прошла в гостиную и рухнула на кровать лицом в подушку. — Ну и денёк, — глухо пробормотала она. Тело гудело от напряжения. Нервы были на пределе. В голове крутились картинки одна другой противнее: поднятый палец Дины, испуганные мордочки детей, размазанная запеканка на лице учительницы. — Плевать, — сказала Андайн в подушку. — Сами виноваты. Она перевернулась на спину и уставилась в потолок. Руки раскинула в стороны, как морская звезда. В комнате было тихо. Только часы тикали где-то в коридоре. Андайн закрыла глаза. — И зачем я вообще туда пошла? — спросила она у пустоты. Пустота молчала. Она всегда молчала, когда Андайн задавала такие вопросы. Телефон зажужжал. Андайн лениво потянулась к нему, глянула на экран. Санс: «Ну чё, как посиделки?» Андайн: «Я кинула запеканку в лицо учительнице и ушла» Санс: «Прогресс» Папирус: «ТЫ ДОЛЖНА БЫЛА КИНУТЬ ТОРТ! ЭТО БЫЛО БЫ ЭПИЧНЕЕ!» Альфис: «Андайн, ты вообще в своём уме?» Ториэль: «Андайн, зачем?» Андайн: «Они сами напросились» Санс: «Верю» Папирус: «Я ТОЖЕ ВЕРЮ! НО ТОРТ БЫЛ БЫ ЛУЧШЕ!» Андайн усмехнулась, отложила телефон и снова закрыла глаза. — Хорошо, что они есть, — прошептала она. Через минуту она уже спала.